Василиска 6

— Масло принеси, — скомандовал Глеб Дикому, которого Лиска Сладким прозвала. А сам подхватил белянку на руки и отнёс на отдельно лежбище. Его собственное. Раздел её полностью и принялся растирать тело. Снизу-вверх... от пальчиков...

Поняв, что стонов не избежать, Лиска вытащила из мешочка, висевшего на груди силиконовую капу, затолкала в рот. Расслабилась. Готова к пытке. Дикий не остался в стороне, принялся массажировать руки. Весь процесс экзекуции был прекрасно виден всем. Глеб специально так сделал, чтобы наглядно показать, что делать в таком случае. И гостьи даже сочувствовали. Женщины вслух подбадривали, чтобы она держалась, молоденькие девушки смущённо хихикали. Кассиль подбежала, присела у головы белой самки, погладила её, пожалела. И сказала, раз она такая слабенькая, ей нужно выбрать самого сильного самца, а сильнее её папы нет, так вот, предложила рыжая лисичка Лиске стать самкой её папы. У-у-у...

А что? У-у-у... Не только у магически одаренных могут быть несколько супругов. У нагов и оборотней наличие нескольких самок — это показатель высокого статуса. И вот сейчас рыжая малышка предложила повысить статус отца. А то, куда это годно, что у любимого вожака всего одна самка? И не официальная, живущая с ним только из-за ребёнка. Так уж получилось. А потом, договорилась мама Кассиль, что как только малышка войдёт в брачный возраст, она вообще от него уйдёт. И будет жить своей жизнью. Непорядок! Непорядок, что чёрного самца все боятся. Его подавляющая сила влияла и на самцов, и на самок. Особенно, когда он злился.

Ещё бы не злиться, почувствовала Лиска злющую силу, что упиралась в её выпуклую часть, когда чёрный самец переместился выше. И такое желание возникло, чисто женское, подразнить, поёрзать...

Какой поёрзать? Он по ней руками, словно катком проехался. Она даже пошевелиться не могла. А про заигрыванья...

Малышка сбегала к женщинам, принесла набедренную повязку. Глеб, как тряпичную куклу, поставил Лиску на ноги и сам завязал короткую ткань на бёдрах, еле скрывающую прелести.

— А-а-а... — радостно схватила рыжуля белянку, когда гостья, попробовав контроль тела, поняла, что всё практически в порядке, на ногах стоять может, и даже ходить. В порядке, если не считать задетую гордость. Стоны-то она не смогла сдержать. И потащила малышка Лиску в толпу сидевших женщин, где ей освободили место.

— Ну, вот, теперь спокойно познакомимся, — начала солидная мадам, и та, что была перекинута самой Лиской, в стаю Глеба с подранками. Матёрый самец тоже присутствовал, занимался юными самцами, обучал всему, что знает сам. Ну что ж, они взрослее, жизненного опыта у них больше, вот и прислушиваются в молодой стае к их словам. Хорошо им здесь живётся, а так же семьям их детей. И теперь уже они не жалели, что в ту ночь сбежали к ним. А будет ещё лучше, так как чёрный вожак обещает в скором времени постоянный посёлок и свою собственную территорию для стаи, на которую даже сама хозяйка, леди ди Фён, не сунется. Хорошо бы!

— Добрый вечер, меня можно Лиской звать, — присела белянка на освобождённое для неё место.

— Лисичкой что ли? — переспросили женщины, звонко засмеялись, указали на рыжую самку Глеба, маму Кассии. — Так у Глеба теперь будет две Лисы? А нет — три... — указали они на рыжую малышку, обвешенную бусами и браслетами на руках и ногах, которая с завистью посматривала на украшения белой гостьи. На запястьях и груди. А так как ареал грудей у неё в горошину и розовый-розовый, они тоже подверглись тщательному изучению. Малышка села к ней на колени и потрогала выпуклости. А маму Кассии звали просто Рина. Это значит лиса.

— Белых лисичек у нас зовут песцами, они проживают в снежных долинах, где снег спадает только на два месяца в году, а то и того меньше, — отчиталась Лиска. Хотела рассказать про схожее выражение, да не стала. Не сейчас. Не так близко она ещё знакома с этими существами.

— Ты со снежного континента? — взялась солидная дама за сердце.

— А где это?.. — поинтересовалась молодая девушка.

— Если бы я знала, где это, я бы здесь не сидела, а шла домой, — криво улыбнулась белянка. — А так, как знаний, что у меня есть, недостаточно, чтобы определить такие координаты..., я здесь.

Глеб подошёл с чашечкой, присел за своей белой лисой, приставил к розовым губам грубый край, и принялся кормить, помогая кусочкам падать прямо в нежный ротик. Пальцами! И предлагая белянке отблагодарить за помощь, облизав эти самые пальчики. Этим он показывал стае, что эта самка его. И его печать в виде его пасти, когда он её касался, подсвечивалась на плече. Пока он кормил её, их не отвлекали. А вообще, Лиска боялась, что рыжая самка Глеба будет его ревновать, воспримет в штыки. Но в глазах очень молодой и очень красивой даже язык не поворачивался сказать, что женщины. Прослеживался только положительные эмоции, радость и... облегчение.

— Всё скучаешь по своей родине? — прохрипел Глеб, погладив её по голове. Ничего лучшего Лиска не придумала, как спеть тихую песню: позови меня тихо по имени. (Любэ)

— Позови меня тихо по имени, ключевой водой напои меня, отзовётся ли сердце безбрежное, несказанное, глупое, нежное? Снова сумерки входят бессонные, снова застят мне стёкла оконные. Там кивают сирень и смородина. Позови меня тихая Родина.

Переключились женщины, сменили тему, подметив, какой у неё звонкий певучий голос. Глеб поцеловал дочь и Лиску, и ушёл к самцам. Яркая карта поглотила внимание всех в стае. Дай им волю, оборотни бы на неё, как на картину любовались. Живую картину... М-м-м... только сейчас Лиска поняла, что над живыми картинами можно подумать. У-у-у... заёрзала. А у неё музыкальный артефакт со световым эффектом. Сколько простора для фантазии...

Просидели так несколько часов, общаясь на разные темы. И сидели бы ещё, но вожак, посмотрев на осоловелые взгляды женщин, прорычал, чтобы все спать ложились. А-то куда это годится? Дети спят, самцы спят, а сладкие девушки сопротивляются?

Разогнал всех по лежанкам, по попам нашлёпав проказницам. Поурчал. И своих лисичек к себе на лежанку утащил. Рина оказалась по комплекции такая же, как и Лиска. Небольшого роста, худенькая, щупленькая, чуть смуглая с огромными карими глазами, а волосы... густая огненная копна. Лёг самец, под бока себе придвинул своих самок, погладив их по голым спинкам, поводив пальчикам по позвоночнику, пощупав нижнюю часть... Лиска не выдержала, захихикала...

— Бабушка моя как-то меня на ругала, что за такую оторву, они всей семьёй молятся, чтобы хотя бы мужик нормальный попался, терпеливый, заботливый. Главное, высказалась, чтобы за этого мужика, которому я достанусь, никто не молился, чтобы ему досталось, то, что досталось.

Рина, лежавшая с противоположной сторону, уткнувшись самцу в подмышку, засмеялась. Где-то со стороны лежанки самцов послышалось сдавленное хихиканье. Глеб не стал отвечать. Оголил обе попки и шлёпнул по ним. И оба шлепка звонким эхом разнеслись по пещере. Девушки дёрнулись, плотнее прижались к крепкому мужскому туловищу. Заурчал довольный самец, когда самки, обе, потёрлись об него грудями, и остальными частями тела, удобнее укладываясь на ночь.

Ночью белянка просыпалась всего один раз, разбуженная тихой вознёй. Глеб с Риной, оказывается, уходили. Вернулись, пахнув травами и желанием. Только рыжая бестия не осталась, ушла к другим женщинам в свою постель, оставив белянку на растерзание. Вздрогнула Лиска, когда чёрный вожак опустился рядом, перекрыв ей путь к бегству, прижав к стене. Вздрогнула, не испугавшись, а из-за прохладного тела мужчины, на волосках его груди и на руках чувствовались капельки воды. Вот они и заставили её тело испуганно дрожать. Успокаивающе погладил самец лежавшую на боку девушку, к нему спиной. Поцеловал в плечо. И так нежно, как будто целует её губы. Желание обладать этим поцелуем, языком, который выводил узор на её плече, заставило её развернуться, лечь на спину, чтобы вожаку было удобно, нависая над ней, дарить нежность. Так и лежали, целовались. Горячая рука разгоняла пугливые мурашки, останавливаясь то на одной груди, то на другой, то на обеих сразу, спускалась ниже, гладила плоский животик, бёдра, коленки, проникла в сокровенное, но лишь для того, чтобы проверить наличие тайной серёжки с камешком.

Окончательно проснулась Лиска на рассвете. Глеба и многих самцов не было. Ярец лежал рядом, у лежанки, охраняя её сон. Оброс он, было видно, что после её руки, никто не касался его причёски. Дотянулась она, запустила пальцы в вихры голубоглазого самца.

— Пойдём, провожу тебя умыться... — встал Ярец, помог подняться девушке. За ручку проводил. Посадил позавтракать. Сообщил, что Глеб со стайниками ушёл на охоту. Леся они тоже с собой забрали. Осмотрелась Лиска, выискивая Риса. Убедившись, что он без проблем перекинулся во сне. И спокойно спит, разметавшись звездой по лежанке. Переодеваться она не торопилась. Одета она была, как все девушки, и это не бросалось в глаза. Длинные волосы прикрывали грудь. А своего нагого тела она не стеснялась. Чтобы не мешать досыпать детям и молодняку, да и женщины ещё спали, она вышла и села на одно из брёвен. Медитируя и впитывая в себя лучи утреннего солнца, подпитываясь всем, что видела, слышала, чувствовала. Горьковатый запах леса и прелой травы заполняли лёгкие. Только радость, только счастье...

Ярец сидел рядом, ловил свою магическую волну, тёплый игривый ветерок играл в его руках. Играл голубоглазый, поднимая перед собой маленький листик, пытаясь удержать его в воздухе. Хорошая концентрация. Хороший маг, плохо, что не обученный.

Вернулись довольные самцы с охоты. Занесли уже разделанные средние тушки к казану. Положили на импровизированную разделочную доску. Сейчас женщины займутся разделкой, приготовят свежатину. М-м-м... Лиска проследила за их действиями, помахала в приветствие рукой. Сладкий подскочил, пыльный, грязный, поцеловал белянку в щёку. Хотел бы ещё обнять, но за ним шёл вожак. Спугнул молодого самца. И тот недовольно удалился. Мыться пошёл.

— Лиса, я хочу с тобой поговорить, — приблизился к ней вожак решительным шагов, без тени доброжелательной улыбки на лице. Деловой разговор. Понятно! Лиска кивнула, что вся во внимание. Она уже догадалась, о чём речь. Видела и слышала, как они обсуждали вечером участки земли на карте. — Мы выбрали территорию, теперь хочу, чтобы и ты сдержала слово.

— Слово моё будет не просто магическое, а на крови, — подтвердила Лиска обещание и, повернув острый край на кольце, распорола кожу чуть повыше запястья, алая жидкость моментально закапала на землю. Глубоко порезалась. Сдержала стон. — Клянусь, что выбранная тобой земля останется за тобой и твоей стаей, что не словом, ни действием не буду вредить вам, что не буду ходить к тебе, пока сам не пригласишь. — Последнее она произнесла потому, что он намекнул ей, что он не любит неожиданные визиты. Поэтому она предупредила его заранее, когда пришла. И чтобы и дальше он себя чувствовал нормально, чтобы знал, что она не будет по-хозяйски распоряжаться в его владениях, произнесла то, что произнесла. — Копию магического договора на бумаге тебе передадут.

Глеб удовлетворённо кивнул. Проследил, как сгорает кровь на земле, как испаряется с её тела, оставляя вместо пореза тонкую вязь татуировки. Развернулся он и ушёл по своим делам, устал. А Лиска почему-то горестно вздохнула. Потому что поняла, что большее ему от неё ничего не надо. И она не нужна. Совсем. Ушёл же и не позвал, не пригласил.

Спрыгнула она с бревна и хотела пойти в пещеру, но магическая печать, что появилась на места раны, вспыхнула и обожгла её. Лиска схватилась за неё, отступила на шаг назад, и только тогда боль прекратилась.

Ярец, наблюдавший за происходящим, подскочил на ноги, схватил её за руку, осмотрел магическую печать. Обнял, погладил по светлой макушке. Обернулся, чтобы окликнуть ушедшего, но Лиска его остановила. Не позвал Глеб её, значит, нечего напрашиваться.

— Ярец?!.. — выдавила она из себя слова. — Уроки через полмесяца начнутся. Если ты решишься учиться, приходи заранее, я позанимаюсь с тобой, повторим основы магии. Один камень переноса в имение у Леся возьмёшь, потом я тебя снабжу ими. Рис со мной хочет учиться. Если и ты будешь, это будет достаточно. Тогда можно не беспокоить ни Глеба, ни его стайников. А сейчас, извинись перед всеми за меня, у меня путешествие в Солнечный город тяжёлое было.

Отступила Лиска ещё на шаг от голубоглазого магически одарённого оборотня, сжимая в руке один из кристаллов, и в следующую секунду она стояла у имения. Чуть отошла и села прямо на землю, подмяв луговые травы. Улыбнулась прекрасному миру. Всё будет хорошо. А то, что слёзы текут, так они сами катятся. Дракошка заглянула ей в лицо, слизала скатившуюся с щеке слезу, пофыркала, спустилась погонять насекомых.

Через час она уже во все оружие занималась на беговой площадке, время, всё-таки раннее, а ей хотелось проветрить голову, наказать податливое на ласки тело. Бежала себе, никого не трогала, и только мелькнуло что-то перед глазами. Лиска не успела среагировать на внезапно появившуюся опасность. Почувствовала только, как во что-то плотное врезалась, как искры сыплются с глаз, а сознание погружается в спасительную мглу. (На данный момент это только черновик, первый набросок. Так что он ещё будет дорабатываться и правиться. 30.10.2025)