Спасти Ссср ч9

Далеко не всем эта мать подходила. Только кто-то ограничивался внутренней эмиграцией и шипением на кухнях, кто-то любой ценой искал такую работу чтобы "ездить" (ученый, писатель, журналист, разведчик), кто-то занимался фарцовкой и гордился, что на нем нет ни нитки советского — а кто-то делал последний шаг и становится предателем. Как Гордиевский. Но в отличие от многих других Гордиевский — уцелел.

Он уцелел, переехал — и теперь включился в работу. Не самый худший из разведчиков своего поколения, скорее из лучших — он теперь работал на "Цирк". Британскую разведку. И в отличие от выросших в школах для мальчиков британских джентльменов, привыкших носить регланы с рукавами в три четверти и черные шарфы вместо галстуков — он хорошо понимал ситуацию в Восточном блоке изнутри. Такого человека больше не было ни в одной из разведок НАТО — особенно в американской, где Джеймс Джизас Энглтон вычистил оттуда всех разведчиков с русскими корнями, причинив делу больше вреда, чем любой крот... кроме разве что Эймса.

Но и Гордиевский — не понимал кое-что очень важное. Он не понимал того, что он по-настоящему полюбил Англию и Запад — в ее лице. А вот другие — их ненавидят. Пользуются их благами, ездят на западных машинах, носят западные вещи, даже думают как капиталисты — но Запад ненавидят. И тому была причина.

Гордиевский и Шальк-Голодовский пошли по сельской дороге по направлению к небольшой мельнице, охрана из САС следовала на небольшом отдалении — Гордиевский был целью номер один для КГБ. Гордиевский делал классическое вербовочное предложение, подход, он не торопился, будучи полностью уверенным и ответе. И тем необычнее — прозвучал ошарашивающий его ответ

— ... Нет! — сказал полковник Шальк-Голодовский

— Но... почему, Саша? — Гордиевский пытался справиться с удивлением — разве ты не видишь, что капитализм эффективнее социализма? Твой дом здесь, и дом немцев — здесь, в Европе. Всех немцев, без исключения.

Шальк-Голодовский пожал плечами

— И что?

— И я предлагаю тебе вместе поработать, приблизить тот день, который...

— И что с этого мне?

Гордиевский не понял.

— Ты хочешь поговорить о гонораре? Ну, хорошо...

Шальк-Голодовский усмехнулся

— Гонорар? Ну-ну. И сколько мне заплатит Цирк? С учетом того сколько всего у меня уже есть? Давай, сколько сейчас стоят тридцать сребреников...

Гордиевский пытался ответить, но Шальк-Голодовский его перебил.

— Я миллионер. Долларовый. У меня есть машина Мерседес, несколько домов и квартир и много чего еще. Все это я заработал благодаря тому, что есть Стена. На рынке ГДР — я такой один. Теперь ты предлагаешь мне разрушить. Капитализм — это когда каждый восточный немец будет иметь право делать, то, что сейчас делаю один лишь я. И где в этом капитализме будет место — мне? Как я смогу заработать себе на жизнь?

Пока шокированный (он, правда, не думал так!) Гордиевский пытался найти достойный ответ, Шальк-Голодовский продолжал

— Стена это то, что дает мне заработок. То, что обеспечит меня и таких как я до конца моих дней и будет кормить еще моих внуков. И ты предлагаешь мне это разрушить? И в обмен на что?! Жизнь на Западе? Вещи?! У меня уже есть все то, что ты хочешь мне предложить. И именно поэтому я говорю тебе — нет.

— Как ты можешь такое говорить?

— Открываю рот — и говорю!

После чего — говорить, в общем-то, было не о чем. Но разговор — продолжался

— Проснись, Олег... — перешел в контратаку полковник Шальк-Голодовский — Западу нужен Восток, а Востоку — Запад. Если не будет Стены и Холодной войны, то для чего вообще нужна будет армия? А спецслужбы? Все станет... второсортным.

...

— И мы можем найти общий язык. Можем помогать друг другу.

— Это чем же? — спросил Гордиевский

— Всяким. Если, к примеру, у меня будут проблемы с проведением платежей. Или у тебя возникнут проблемы за Железным занавесом. Мы можем быть полезными друг другу

Гордиевский выдохнул

— Мне жаль, что ты воспринимаешь все именно так.

...

— Но я подумаю. Пошли обратно...

Немного от автора

Здесь, в этой сцене — автор попытался изложить свой ответ на тему, почему Холодную войну не удалось завершить, почему мы снова вернулись к ней в еще более опасном варианте. Какова была динамика отношений по линии Восток-Запад в восьмидесятые, девяностые, нулевые — и десятые, когда все снова рухнуло.

Банальностью будет говорить — что на Востоке люди за редким исключением так и не обрели настоящих политических свобод. Что вместо этого им подсунули (как в магазине вместо сыра — сырный продукт, который выглядит как сыр, но сыром не является) "суверенную демократию". Но давайте зададим следующие вопросы. А боролись ли люди именно за политические свободы — или им нужно было что-то другое? И в чем отличие Запада от Востока, которое так и не удалось преодолеть.

Ответ на первый вопрос — нужно было что-то другое. За редким исключением — людям нужна была лучшая жизнь, без надрыва, с более высоким уровнем потребления. Составной частью этого запроса было прекращение Холодной войны, на которую тратилось слишком много денег.

Но у элит был другой запрос. Они уже потребляли, сколько хотели — но они хотели потреблять открыто. Даже демонстративно. И иметь возможность передать это своим детям. У них кстати тоже был запрос на частичную демократизацию, поскольку в демократическом обществе легче (выборами) решаются проблемы контроля, и у государства, кто бы ни был во главе его нет возможности устроить чистку как в тридцать седьмом.

Ну и была контрэлита. Которая не имела политической власти, но имела экономическую — это от директоров предприятий, которые принадлежали "народу", до дельцов черного рынка. И шпана — которая не имела ничего кроме силы.

Это были составные части коктейля "девяностые" и криминальной революции.

Теперь вопрос — чего достигли и чего от нас хотел — и не получил — Запад.

Достигли... да в общем то чего хотели того и достигли. Более высокое потребление плебса и открытое потребление элит. Массированное обновление самих элит с включением в нее самых разных людей, вплоть до выходцев из кишлаков — но проворных, хватких и умеющих заработать. Установление пусть не идеального — но капитализма.

Чего не получил Запад и почему опять вспыхнула Холодная война.

Запад не получил ни благодарности ни признания своего лидерства... скорее своего морального права на лидерство. Но тут было и еще кое-что — русские понимали что они — чужие. И Запад относился к ним как к чужим, и сами русские — к Западу как к чему то чужому. Это надо было понять по тому как ушел Горбачев, и какой оскорбительно низкий процент он получил на выборах 1996 года, вполне свободных кстати. Это был не его процент, это была оценка самого стремления идти на Запад и стоять у дверей, стуча пока не откроют. Ни один из крупных деятелей интеллигенции, искренне (не за деньги и вещи) любивших Запад, не закрепился в политике. Потом был Ельцин — он еще в девяносто седьмом в ответ на известия о предстоящем расширении НАТО проводил учения с имитацией бомбометания по странам Прибалтики. Потом был Примаков, которого с его разворотом над Атлантикой чуть не избрали президентом (а могли бы и избрать будь он посмелее). Это и поддержка демонизируемого на Западе Милошевича... тут не стоит искать правду, ее в таком конфликте как югославский — нет. Тут важен выбор стороны в противостоянии уличных банд. Россия — ее выбрала. Ничего случайного тут не было, выбор был осознанным...

Ну а следующий — и последний шаг к открытому противостоянию — был вот какой. Запад осознал, что никаких моральных рычагов давления у него нет, символические жесты, принятые в странах Запада — типа поголовных проверок спортивных сборных на допинг — воспринимаются со смехом, а народ воспринимает их с гневом. Кстати эта история с допингами дала Западу понять, что Россия в массе своей, на уровне народа отвергает важнейший постулат — принцип "fair play", честной игры.

И тогда Запад начал открыто применять санкции и конфискации — сначала к отдельным личностям, потом к целым странам. Тем самым он нарушил собственный же краеугольный принцип "неприкосновенности собственности", на котором еще что-то держалось, и из-за которого элиты Востока опасались объявлять Западу открытую войну. Там же их убежище, там будут жить их дети. А если нет — тогда в чем смысл, зачем там что-то беречь?

После чего война в том или ином виде стала просто неизбежна...

* В 1989 году одной из причин падения ГДР были появившиеся статьи о масштабных хищениях и махинациях полковника Голодовского с валютными ценностями. Он был вынужден бежать на Запад, так как народ мог расправиться с ним без суда