Как изгибали сталь

В те времена еще не было исламской революции, и иранские женщины были такие же, как и во всем мире, красивые и свободные. Военнослужащие-женщины смотрелись очень эффектно, а жительниц крупных городов трудно было отличить от жительниц европейских городов.

Через полгода после приезда в пограничный отряд меня назначили в состав группы оперативных дежурных, тех офицеров, кто постоянно следит за обстановкой на границе и обеспечивает своевременный доклад о ней командиру части, передачу принятых решений и контроль за их исполнением.

"Не для хохмы, не для шутки

Назначается на сутки

Не какой-нибудь там сэр,

А дежурный офицер.

Весь начищен, напомажен,

Сбоку пистолет прилажен.

Целый день глядит в окно,

Не случилось бы чего".

(Местные поэмы-баллады о дежурной службе. И вместо слова сэр там другое слово, созвучное этому).

Служба оперативного дежурного очень ответственная и от нее во многом зависит то, как организуется охрана границы на пограничных заставах и какие решения принимаются по той или иной обстановке. По этим вопросам ко мне претензий не было. Однако, по молодости лет, мне не были известны вопросы углубленного чинопочитания, такие как: во время пролета самолета с начальником войск округа по участку отряда весь личный состав должен поднять голову и с открытыми ртами сопровождать самолет начальника; если начальник войск округа едет на поезде, командир части в любое время суток должен выскочить на перрон (или полустанок) и стоять с рукой под козырек; если поезд останавливается, ввалиться в вагон, представиться, доложить, что на участке происшествий не случилось и выйти из вагона.

В мое дежурство по участку отряда в ночное время проезжал вновь назначенный начальник войск пограничного округа. Я доложил оперативному дежурному в округ о проезде поезда и командиру части, что ночью проехал поезд с новым командующим. Нарушение границы такой реакции не вызывает. Что-то вроде чеховского чиновника, который чихнул генералу на лысину, извинялся, а потом пришел домой, лег и помер. Наш командир части не помер, но я полгода ходил на службу дежурным по части. Тоже полезно для изучения личного состава и территории части.

Ежегодно в отряде проводился день молодого офицера на заставе имени Леонида Кравченко — пограничника, погибшего при задержании басмаческой банды, пытавшейся укрыться от преследования на сопредельной территории. По заведенному порядку на митинге выступал кавалер ордена Красной Звезды, медали "За отличие в охране государственной границы СССР" и всех пограничных знаков Тулеген-ага, местный авторитет, работавший ранее в райисполкоме — не маленький был раис. Все его выступления каждый год начинались одинаково:

— Вам хорошо, у вас есть Василий Иванович (начальник пограничного отряда). Нам было плохо, у нас не было Василий Иванович. Одна нога в сапоге, другая нога в валенке (это в Туркестане-то).

Однажды, присутствовавший на митинге отрядной садовник — добродушный старик-курд, приветливо и душевно относившийся к русским, активный участник борьбы с басмачеством, пробурчал во время выступления Тулегена-ага:

— А на какой стороне ты был, когда убивали Леонида Кравченко?

Это заинтересовало нас, молодых офицеров. Начали копаться в архивах, которых было великое множество в пограничных отрядах, начинавших свою деятельность с начала двадцатых годов. Проходила там фамилия и Тулегена-ага. По рассказам очевидцев, он был активным участником басмаческого движения, но в районе, удаленном от его места проживания.

Идентификации его личности свидетелями не производилось, поэтому данные о его басмачестве не были доказаны в судебном порядке, хотя органы НКВД наблюдали за его деятельностью. К своему месту жительства он вернулся после окончательного разгрома басмаческого движения с деньгами. Купил себе мельницу и стал вести безбедную жизнь.

С началом войны тучи над Тулегеном-ага стали сгущаться. Неудачи на фронте потребовали более сурового отношения органов НКВД к враждебным элементам. Кем-то предупрежденный, Тулеген-ага срочно продал свою мельницу и купил на личные сбережения танк Т-34, который в 1942 году передал генералу-танкисту Рыбалко, командовавшему танковой армией.

После этого в газетах появилась статья о патриотическом поступке туркестанского крестьянина. Генерал Рыбалко наградил Тулегена-ага орденом "Красная Звезда" (командующий армией во время войны имел право награждать всех военнослужащих до командира батальона включительно медалями "За боевые заслуги", "За отвагу", орденами "Красная звезда", "Отечественная война" I и II степени, Александра Невского) и ему была вручена благодарность Верховного Главнокомандующего И. Сталина. Ну, кто там на национального героя? Затем вступление в партию и занятие административных должностей, а дела в архив.

Меня всегда удивляло, сколько же должен зарабатывать человек, чтобы на свои деньги купить танк или самолет? Это ведь не мотоцикл и не "Жигули". Да и их сегодня нормальному человеку не так-то просто купить, сколько надо времени, чтобы накопить деньги, не получая зарплаты. Интересно, сколько сейчас в России нормальных честных тружеников, способных купить танк или самолет? Сколько было рабочих в США, купивших во время войны для армии танк или самолет?

Во время работы с населением постоянно натыкаешься на странные вещи. Однажды во время рейда в пустыне обнаружили отару баранов. Из какого колхоза? Не ваше дело. Такие фамилии посыпались, что за голову возьмешься. Но это же несправедливо.

Когда я после приезда в отряд постепенно купил холодильник (в первую очередь, так как в жаре без холодильника невозможно жить), затем кровать, шкаф, диван, телевизор, радиоприемник, меня вызвали в политотдел отряда, чтобы разобраться с "вещизмом" молодого коммуниста.

Если бы я спал на полу, вещи развешивал на гвоздиках в выделенной мне комнатушке, а новости узнавал от политрука на политинформации, то все было бы хорошо, и идейность моя бы не пострадала и, в случае чего, за жизнь бы свою не держался, кому она нахрен нужна такая жизнь.

Доложили мы куда надо о найденной отаре, а потом нас вызвали и сказали, что от состояния нашей памяти будет зависеть состояние нашей службы. Так мы поняли, что коммунистические принципы имеют четкую градацию не от цвета партбилета, а от занимаемого коммунистом служебного положения. Умеешь приспосабливаться — молодец, нужен — защитим от любого закона. Совершил преступление — мгновенно вылетаешь из партии. Партия не причастна ни к какому преступлению.

По этому поводу вспоминается гениальное изречение одного либерала, а затем заместителя начальника III отделения Его императорского Величества собственной канцелярии (охранки) генерала Дубельта, которое он произнес во время допроса декабриста Дельвига:

— Милостивый сударь, законы пишутся не для начальства, а для подчиненных, и поэтому прошу Вас не указывать мне на эти законы.

В одном из сел был один пожилой дружинник. Активный, но какой-то молчаливый, учитель начальных классов, ветеран войны. Учил от "а" до "я". Как в учебнике и ни слова больше. А ведь мы прекрасно знаем, что, прочитав учебник, многого не узнаешь и толком не поймешь. Обязательно должен быть комментарий учителя и дополнительная литература. Краем уха от людей услышал, что он был в плену и воевал у Власова. Офицеры, работавшие с архивами, проинформировали меня, что у Власова он не воевал, а был лейтенантом в Туркестанском легионе СС. Ничего себе! Офицерские погоны немцы просто так не давали. Сейчас детей учит быть строителями коммунизма. (Почему в своем заявлении вы пишете, что просите принять в КП, а не в КПСС. В SS я был с 1942 по 1945 год).

Сейчас бывших эсэсовцев делают национальными героями в Прибалтике и на Украине. Все в духе современности и еврочеловечности — хоть чёрта лысого в герои приглашайте, лишь бы как-то досадить России.

Население с пониманием относилось к пограничникам. Понимали, что границу надо охранять. Активно участвовали в поисковых мероприятиях учебных и настоящих нарушителей границы.

Однажды проводились серьезные учения под руководством потомственного генерала с барскими манерами (бывают не только потомственные рабочие). "Нарушителей" готовили в тайне. Задача — дойти до самой линии границы и сделать "прокол" (безнаказанное нарушение границы), а это значит, что нам всем предстоит получить крупнейшую нахлобучку, чтобы бдительность не теряли.

Мы посидели, подумали и решили, что нарушение должно произойти именно в выбранном нами районе. Риск был большой. Сосредоточим силы на одном направлении, а вдруг нарушители пойдут на другом направлении? Настояли на своем. Поехали, подняли все наличные силы дружинников и через три часа задержали подозрительных лиц в пяти километрах от сигнализационно-заградительной системы. Обыск — сомнений нет — "враги". Их, понятное дело, у нас отобрали. Нас вернули на исходное положение, а нарушителей забросили на другом направлении. Мы — как вратари при пенальти. Бросился не в ту сторону — гол. Бросились опять на то же направление и через два часа задержали знакомых задержанных. Они, оказывается, серьезно готовились только к одному направлению. Пустили их на другой участок и там им не дали развернуться. Не допустили до проволоки. Сорвали затею с проведением поиска в непосредственной близости от государственной границы.

Генерал раздосадован. Первый спрос с "нарушителей".

— А чего мы могли сделать? — оправдываются они. — Шли, прятались. Вдруг, видим, на пригорок аксакал на ослике выехал. Минут десять постоял и уехал. А через пятнадцать минут приехали десять человек на мотоциклах и с ружьями. Попробуй, убеги от них.

И во второй, и в третий раз туркестанские "байкеры" находили и задерживали "нарушителей".

Начался разбор полетов с представителями пограничного отряда. Здесь у вас карта нарисована не точно, здесь не указано то, здесь не указано это. Вызывают смотреть и нашу карту. А чего ее смотреть, если на ней простым карандашом отмечены районы, где могут скрываться "нарушители", указаны группы дружинников, время и маршруты их движения. Времени не было, карту "на коленке" рисовали прямо в машине. Как тут штабные взвились. Да разве вы не знаете, что карту надо рисовать цветными карандашами, да почему у вас никаких условных обозначений нет, да какое вы училище оканчивали, и пошло, и поехало. А что скажешь? Формально они правы. Жаль, что в то время не были изобретены приспособления для отвода глаз в сторону. Стоишь, жрешь глазами начальство и молчишь. (Товарищ лейтенант, если хотите со мной разговаривать, то стойте и молчите). Спасибо заместителю начальника отдела, старому подполковнику, которому до пенсии один день оставался, и терять ему нечего было.

— Извините товарищ генерал, — говорит он, — мы нарушителей ловили и на карту у нас времени не было. Приедем — поймаем, а нас снова назад. И так три раза. Все сидели и ждали, когда "нарушители" придут, а мы их на местности вылавливали.

Наказывать нас не стали, но и поощрять тоже. Скажите спасибо, что не наказали.

Кстати, это был хороший принцип стимулирования основной массы офицеров. Каждый человек заранее подозревается в совершении какого-либо проступка. Принцип: "Отсутствие у вас дисциплинарного взыскания — не ваша заслуга, а наша недоработка". Не совершил проступка сейчас, потом обязательно совершит. Отсутствие наказания считается благодарностью и положительной оценкой работы. Но, если человек попал "в струю", то чем его только не награждали. И внеочередное звание, и орден, и медаль, и знак, и денежная премия и т.п. "Смотрите, понимашь, как мы умеем награждать отличившихся".

Я раньше думал, что такая система поощрений и наказаний была только в военной системе. Оказывается, она везде была такой. Не так давно на железной дороге один начальник указал другому (естественно, нижестоящему) на его мягкотелость: за два месяца никого не лишил премиальных.

Существует такая военная побасенка: "Сейчас мы приедем и разберемся с вами. Наградим провинившихся и накажем непричастных".

Был такой случай. В то время, когда в Афганистане и не помышляли о демократической революции, афганские любители изящной словесности собирались небольшими группами, человек по 200, на конях и с оружием. На стыке трех границ по советской территории они проскакивали в Иран и гуляли по северной его части вплоть до Каспийского моря, по пути продавая наркотики, захватывая заложников, и отпуская их за солидный выкуп. Иранская жандармерия вела с ними настоящую войну. Мы иногда видели недалеко от границы иранские вертолеты, бомбившие что-то на своей территории, слышали перестрелки и разрывы вблизи границы, будучи готовыми к встрече вооруженных "гостей".

Однажды мы ждали уходящих с боем афганских "ковбоев" и жестами оружием показали им, что границу здесь нарушать не надо. Они нас сразу не поняли, пока свист пуль не сообщил о наших серьезных намерениях, и они были вынуждены вернуться на иранскую территорию, чтобы снова пробиваться через ирано-афганскую границу. В это время по тыловой дороге проезжал курсовой офицер Московского пограничного училища, привезший на стажировку на границу своих курсантов. Услышав стрельбу, он остановил машину и вышел на пригорок посмотреть, что делается. На пригорке получил прилетевшую издалека пулю в ногу (зачем выходил, зачем смотрел?).

Наши пограничники после "разговоров" с афганцами осмотрели себя, все целы, доложили наверх, что все прошло благополучно. Представили людей к медалям "За отличие в охране государственной границы СССР". И вдруг доклад, что в это время и в этом же районе один офицер получил пулевое ранение. Его, не разбираясь, махом наградили орденом "Красная Звезда". Не был, не присутствовал, но ранен. Как у Твардовского: "Глянь, и орден как с куста". Над больными смеяться нехорошо, но этот офицер, пока был в училище, орден не носил. Стоило ему надеть орден, как все к нему подходили и умоляли рассказать, как и за что он его получил.

Пустынные места в Туркестане только поначалу кажутся безжизненными и некрасивыми. Пустыня полна всякой живности и растительности. Барсы, шакалы, гиены, лисы, ежи, дикобразы, дикие козлы-архары, кабаны, фазаны, утки, змеи всех видов, скорпионы, фаланги и другая мелкая и крупная живность. В отношении пресмыкающихся и ядовитых членистоногих нужно быть осторожными. Сами они не нападают. Но в брачный период своим близким нахождением к ним можно создать опасность для этих животных и получить укус или укол.

Однажды в авиационном полку под Башебадом в комбинезон летчика заполз скорпион. Пока комбинезон был свободным, скорпион вел себя тихо. Но во время полета при нарастании перегрузок комбинезон стал сжиматься, и скорпион пополз на свободное место по телу летчика. На землю поступил доклад об ухудшении самочувствия летчика, и он был вынужден садиться в аварийном порядке. Приземлился в полубессознательном состоянии. А ведь могла случиться и трагедия.

Со временем начинаешь находить и прелести своего проживания в этом районе. Оказывается, рядом с нами протекает знаменитый Каракумский канал. Рыбы в канале видимо-невидимо. Сомы, караси, сазаны, белые амуры, толстолобики, маринки и прочее, и прочее. Одно время канал начал зарастать камышом и травой. Косили, выдергивали, ничего не помогало. Решили запустить травоядную дальневосточную рыбу: белых амуров и толстолобиков. Те, как коровы, стали эту траву поедать. Опять проблема. Мало травы, берега осыпаются. Нашли мы себе рыбный промысел и стал появляться приварок к офицерскому столу. Весной охота на перелетных уток. Черным-черно от уток.