Культивируй. Умри. Начни сначала

— Господин Харамбе, — кланяюсь, — а что насчёт остальных шести меридианов?

Культиватор резко вдыхает носом воздух, явно готовясь вспылить, но в последний момент всё же берёт себя под контроль.

— Ты и правда думаешь, что хоть кому-нибудь из присутствующих пригодится эта информация? Впрочем, раз уж секта Звенящих Ручьёв взвалила на себя это бремя, то не мне от него отказываться.

А потом он начал показывать меридианы. Только, в отличие от первых шести, очень-очень быстро.

— ...и меридиан мозга, с семью акупунтурами. Ну что, — смотрит прямо мне в глаза, — запомнила, сколько всего акупунтур в человеческом теле?

В смысле, что значит — "запомнила ли"? Неужели он не понимает, что это второе по важности событие в моей жизни, после похода в пещеру? А может, и первое. Я хотела научиться культивировать с тех пор, как вообще узнала, что это возможно.

— Конечно, господин Харамбе, — кланяюсь. — Сто семь.

— Ну, внимательности тебе, по крайней мере, не занимать. Что же, переходим к упражнениям для разогрева Ци. Трём ладони. Умываем ладони. Проводим по боковым поверхностям пальцев, тщательно, не менее четырёх раз каждый. По голеням...

Выполняю. Запоминаю. И чувствую, как внутри начинает разгораться тепло. Странное, никогда не испытанное, но при этом какое-то на удивление родное и знакомое...

— Теперь кладём указательные и средние пальцы на акупунтуру на задней части шеи, пытаемся направить в неё Ци и ощутить тепло.

Кладу. Направляю. Ощущаю.

— Ну что, никто не открыл одну акупунтуру? — шутливо спрашивает Харамбе Мванза после пятиминутного молчания. — Не расстраивайтесь. Первые результаты, в лучшем случае, появятся после завтрашней тренировки. Если они появляются через неделю, то это всё ещё хороший результат. Но, обычно, первую акупунтуру можно открыть через месяц-другой, или же не открыть вовсе. Это будет означать, что дорога в секту Звенящих Ручьёв для вас закрыта.

Когда культиватор задал вопрос, я промолчала и ничего не ответила. Ведь я действительно не смогла открыть одну акупунтуру.

Я открыла две.

"Способности у девочек хуже, чем у мальчиков", да? "Это бессмысленно"? Ну что же, господин Харамбе, посмотрим, что вы скажете через год!

Я решила и я пообещала.

* * *

И, по прошествии года, исполнила своё обещание.

Всё та же площадка на окраине деревни. Всё те же нависающие хребты, Окоёмный и Граничный. Всё тот же несмолкающий шум Подлянки. Всё тот же культиватор и совсем, совсем другая я.

— Зачем ты здесь, девочка? — резкий, строгий вопрос. Постепенное узнавание в глазах, сменяемое безразличием. — А, это ты, "кладоискательница". Ты уже получила своё обучение, что тебе нужно?

— Господин Харамбе Мванза, — кланяюсь, — я открыла меридианы.

Усталый вздох.

— Даже если тебе удалось открыть первый меридиан, это не повод отвлекать меня от обучения.

— Но я открыла не один меридиан, — несмотря на все усилия, мои губы, помимо моей воли, растягиваются в нахальной, ехидной улыбке. — Я их открыла семь. А ещё читать научилась!

{Тренировка к 9 годам, 8d68 — 2 (глухая периферия, дефицит Ци): 299. Меридиан печени на 19/80}

{Открыты первые семь меридианов, +7d6 к боевым броскам, +15 лет к продолжительности жизни (наступление старости в 75 лет)}

{Обучение грамоте к 9 годам, 1d100 + 20: 89 + 20 = 109. Прогресс на 109/80, успех.}

Судя по поджатым губам и совершенно ледяному тону, культиватор изволит сердиться.

— Девочка, лгать старшим нехорошо, — рука ловко хватает меня за загривок, — особенно когда ложь так легко опро...

Слежу за его лицом. Внимательно. Нет, челюсть не отпала, как бы мне того ни хотелось. Но глаза распахнулись, и рот — приоткрылся.

С невероятной быстротой мужчина отрывает руку от шеи и хватает меня за запястье. Чувствую, как ниточки его Ци начинают гулять по моим меридианам, вызывая лёгкое жжение. Он эти самые корни измеряет, да? Вообще-то, к нам раз в год заходит другой культиватор из той же секты, только уже старый. Изучает корни у всех пятилетних детей. У меня тоже смотрел, но не сказал ничего. Но раз уж я таких успехов добилась, то и с корнями у меня всё в порядке, да?

Челюсть, увы, опять не отпала, просто брови подскочили вверх, а рот расплылся в счастливой улыбке.

— Урок переносится на вечер, или на завтра, не знаю, — движением ладони культиватор отпустил собравшуюся малышню. — Девочка, как тебя зовут?

— Ли Лун, господин Харамбе, — кланяюсь.

— Оставь "господина", и кланяться совершенно не нужно. Для тебя я просто "Харамбе", — его как подменили, теперь вместо строгого культиватора — приветливый и улыбающийся мужчина. — Покажи, где ты живёшь, пожалуйста. Я хочу поговорить с твоими родителями.

Неужели... неужели у меня действительно получилось? То есть я догадывалась, что семь открытых меридианов — это "вау!", но всё равно до конца не верила, что всё получится. Неужели я всё же попаду в секту и стану настоящим культиватором... или правильно говорить "культиваторшой"?

После нахождения клада мы новый дом построили (ну, я не строила, но без меня ничего бы не вышло!). Папа быков купил, новые поля с просом заложил, стада баранов больше стали. Теперь мы действительно одно из важнейших семейств в Славном Тупичке, деду вроде даже старостой хотят выбрать...

В этот час папа ещё был на полях, но брат быстро за ним сбегал. Сама я при разговоре Харамбе с родителями не присутствовала, только под дверью предвкушала, ну и маялась чуток. Но ведь всё пройдёт хорошо, верно?

Наконец-то впустили. О как все улыбаются, точно всё получилось!

— Лун, — говорит взволнованная мама, — господин Харамбе предложил взять тебя с собой в секту, а когда ты вырастешь, сделать тебя своей официальной наложницей!

О! Ого! Ничего себе! То есть я понимала, что хороша — и как тут не понять, когда каждый месяц становишься чуть сильнее, лучше, быстрее? Когда Ци так и струится в твоём теле, открывая одну акупунтуру за другой? Раз в несколько дней, а в особо удачных случаях — и дважды в течение дня. С меридианом печени, правда, стало чуть сложнее, но надеюсь, что до двенадцати лет я открою не шесть, а все двенадцать меридианов!

Но — наложницей? Разумеется, стать наложницей культиватора — это очень-очень большая честь, я и не мечтала о таком. Вообще-то, я за Дуня была помолвлена, все об этом знали — ну, чтобы две самые влиятельные семьи деревни вместе держались. И Дунь... не, он нормальный, я его легко за пояс заткну, даже без меридианов, а уж с меридианами так вообще. Он всего пару акупунтур открыл. Но сравнивать Дунь с культиватором просто смешно!

— Спасибо, господин Харамбе... — кланяюсь.

— Лун, да не надо, — мой будущий муж (как странно о таком думать!) тоже улыбается. Радостно и счастливо. — Не будешь же ты каждый день мне кланяться и "господинкать", как поговорить решишься. Просто "Харамбе".

— Харамбе, скажите, а сколько вам лет? А у вас есть жена? А другие наложницы?

— Лууун! — начинает шипеть мама, но Хармабе Мванза со смехом её прерывает.

— Нет-нет, вполне нормальные вопросы в такой ситуации! Я уже заметил, что юная Лун умна не годам, а её талант в культивации и вовсе невероятен. Мне восемьдесят четыре, стадии Накопления Ци я достиг в пятнадцать лет, и сейчас нахожусь на седьмом слое Накопления Ци. Так что я надеюсь со временем достичь Закладывания Фундамента, а там — кто знает? — звучит абсолютно непонятно, но жутко притягательно. — Я женат на Макини Мванзе, она происходит из семейства Пвани, — то есть она родовитая? Плохой знак. — Не подумай, это не что-то влиятельное и знатное, в нём даже никого на стадии Закладывания Фундамента нет, просто пару поколений им удаётся поступать в секту и становиться культиваторами. Я надеюсь основать схожее семейство.

И для этого Харамбе нужна я. Меня это устраивает, но насколько это безопасно?

— А ваша жена сильна?

— Она недавно перешла на восьмой слой Накопления Ци, — то есть сильнее мужа. Плохо. — и чуть-чуть разбирается в алхимии. Нет, на лавры настоящего алхимика не претендует, так, способна сварить имитацию зелий, я благодаря её травам так продвинулся, — то есть отравить ей меня — раз плюнуть. — Нашему сыну сейчас девятнадцать, практикуется в другом внешнем дворе, недавно перешёл на Накопление Ци. Талантом, увы, Небеса его обделили, — и я — мои будущие дети — станут угрозой для ребёнка Макини. Просто великолепно. — О, не волнуйся, не волнуйся, — Харамбе улыбается. — Дело в том, что мне достался замечательный метод, но он требует спать с разными женщинами, по взаимному согласию, разумеется. Макини знала об этом с самого начала, она не ревнива.

Харамбе и вправду заходит к вдовушке Мин всякий раз, когда посещает Славный Тупичок. Может, всё не плохо, как я себе надумала?

— То есть у вас есть и другие наложницы?

Культиватор резко грустнеет.

— Увы, нет. У меня были двое, с отличными корнями, но не столь великим талантом. У них не было шансов перейти на стадию Накопления Ци. Одна умерла при родах, вторая выжила, но потеряла ребёнка и осталась бесплодной. Мне пришлось отставить её, дав достаточно денег для безбедной жизни на прощание, разумеется. Но, уверен, тебе это не грозит: твои корни и талант позволяют с лёгкостью перейти на Накопление Ци, а роды в этом случае гораздо безопаснее!

Ой.

То есть да, я понимаю, роды — это самая главная опасность, подстерегающая женщину. Но две наложницы, так и не принёсшие ребёнка-соперника, под одной крышей с законной женой, сведущей в алхимии?

{Проверка ???, КС 100, 1d100 + 4 (осколки знаний): 97 + 4 = 101. Успех. Ли Лун терзается смутными и неизвестно насколько обоснованными подозрениями...}

Что-то вся эта затея перестала казаться мне такой уж хорошей. Может, мне стоит...

Сделать что? Отказаться?!

Ну уж нет.

Даже не беря в расчёт то, что родители будут настаивать (а они будут настаивать) — нет. Один раз я уже отказалась взглянуть в лицо смерти, променяв ШАНС на, сколько там, двенадцать золотых? Да моя семья в качестве выкупа за невесту получит от Харамбе гораздо, гораздо больше, вон как улыбаются! И что теперь, отказаться от шанса? Остаться в Славном Тупичке, выйти за Дуня (не, так-то неплохо, но по сравнению с культиватором...)?

{Наверное, не стоит в это влезать... Проверка Воли!, КС 10, 1d100 + 15: 62 + 15 = 77. Успех. Однозначно стоит!}

— Спасибо, гос... Харамбе, — склоняю голову. — Я сделаю всё, чтобы стать прекрасной наложницей, достигнуть вершин в культивации и принести вам много-много замечательных сыновей и дочерей. Я вас не подведу!

Жизнь 7. Континент Заскорузлых пирамид. Часть 2. Среди улыбок и угощений

Мы отправились в путь через два дня. Я обняла на прощанье родителей, обоих братьев, малютку-сестричку, дедушку. С дядьями я просто попрощалась. Не знаю, доведётся ли мне вернуться хоть когда-либо. Хотелось бы, но не знаю. Может быть, когда-нибудь, через много-много лет я смогу прийти сюда вместе со своим будущим... мужем?

Какая странная мысль!

Ну ничего, со временем привыкну.

Мы двинулись вниз по течению Подлянки. Хребты постепенно расходились в стороны, Окоёмный становился всё выше, Граничный, напротив, уменьшался. Иногда заходили в деревни и сёла, Харамбе проводил уроки и проверял успехи кандидатов. Подходящих пока не находилось. Ну и к вдовушкам он тоже захаживал.

Прошли мы и мимо Приокоёмного Городка, но заходить туда не стали. В этом месте в Граничном хребте был разрыв, и Подлянка (хотя тут она, кажется, называлась как-то иначе) врывалась в теснину, стремясь вниз. Впрочем, дорога тут тоже была, удобная, хотя и изрядно петляющая и обветшалая.

За время пути Харамбе Мванза начал моё обучение. В методике открытия меридианов ошибок он не нашёл, поэтому в основном рассказывал о Ци, секте и окружающем мире.

— Мы, культиваторы, стараемся как можно меньше вмешиваться в дела смертных. Сами Небеса установили непреложный закон кармы, защищающий обычных людей от произвола культиваторов. Если практик Ци целенаправленно и осознанно причинит вред обычному человеку, то Небеса закроют ему прорыв на следующую стадию. И хотя потенциал культиватора обычно становится ясен годам к двадцати, каждый втайне мечтает, что именно ему непременно повезёт, что он сможет превзойти предназначенные ему пределы и вознестись к вершинам, — судя по задумчивому виду, Харамбе сейчас говорит о себе. — Поэтому к карме мы подходим осторожно и с опаской, да.

— "Целенаправленно и осознанно"? А если случайно и неосознанно?

— То и в этом случае на культиватора ляжет груз кармы, пусть и не такой тяжёлый. Может и пронести, но рассчитывать на это нельзя. Именно поэтому мы стараемся как можно меньше вмешиваться в дела смертных. За исключением обучения новых талантов, но Небеса относятся к этому благосклонно.

— Значит, меня тоже будет защищать закон кармы? — было бы здорово не заботиться об отравлении.

— Нет, что ты, — улыбается Харамбе. — Ты ведь вступишь в секту, а значит, разорвёшь свою кармическую защиту. И он не защищает тех, кто пытается вмешиваться в дела практиков. Если смертный попытается убить культиватора — понимаю, пример гипотетический, но допустим — то культиватор может убить напавшего с чистой совестью и чистой кармой.

А вот это неприятно, да.

— А карму можно исправить? — продолжаю допытываться.

— Теоретически да, но это непросто. Ключевой фактор — искренность раскаяния, а на неё, как оказывается, мало кто способен. Если мы возьмём столь серьёзное деяние, как убийство, то для облегчения кармы необходимо честно и искренне помогать людям на протяжении десятка лет. Если же ты делаешь это только для вида, ради продвижения по ступеням культивации, то и сотни лет может оказаться недостаточно.

То есть защиты со стороны "закона кармы" можно не ждать. Понятно.

— А что это за "Небеса", о которых ты говоришь?

— Никто не знает, — мягко улыбается Харамбе. — Некоторые вообще не верят в их существование. Они объясняют закон кармы естественными свойствами мироздания, а широкое распространение практики открытия меридианов — необходимостью искать новых учеников для сект. Но некоторые всё же считают, что мир управляется высшей силой, которая заботится о смертных и помогает культиваторам преодолеть оковы земного существования. Согласно мифам, именно Небеса подарили людям первые методы культивации, открыв нескончаемую дорогу вверх. И именно на Небеса уходят Паломники после Вознесения...

С замираниям сердца слушаю про ступени культивации (к сожалению, что лежит между Постигшим Дао и Последним Паломничеством, Харамбе не известно), про Вознесение ("я родился на сотню лет позже последнего Вознесения, но я слышал рассказы, что это было великолепно"), про Краесветные горы, великие суперконтиненты и Вечных Императоров (их имён он не знал, и сомневался, что их знает хоть кто-то на всём континенте).

После рассказов об устройстве мироздания Харамбе перешёл к истории нашего континента.