Часть 2. Первый день весны

Мэтр протянул руку и достал из воздуха сапожки Мафея.

— Одевайтесь, и пойдем. Мы и так много времени потеряли из-за этих негодных мальчишек.

— А почему во множественном числе? — улыбнулась Ольга, которая в общем-то поняла, почему, но уж очень хотела услышать, что на это ответит ворчливый волшебник.

— Потому, что их два, — ответил мэтр. — Может быть, вам в вашем столь юном возрасте его величество кажется старым и мудрым, а для меня он останется мальчишкой, даже если доживет до старости. Так же, как его дядя и его дедушка.

— Не понимаю, чего ты ноешь, — пожала плечами Камилла, копаясь в вазочке с фруктами, — Ну, потрахается он с ней сегодня, завтра она уйдет домой, а в воскресенье ее съест дракон. И всего-то. Жалко тебе? У его величества дубина крепкая, на всех хватит и еще останется.

— На что только он позарился? — всхлипнула Селлия. — Неужели Алиса все-таки была права?

— Вот и целуйся со своей Алисой, — зло бросила Эльвира. — Сука твоя Алиса. А прав был Жак, если уж на то пошло.

— А он тебе что-то говорил по этому поводу? — заинтересовалась Камилла.

— Говорил. Если тебе интересно. Он говорил, что этой девушке король действительно нравится, несмотря на его нелепую внешность. Что она в восторге от его ума, эрудиции, чувства юмора и прочих достоинств. И что он вполне мог бы оценить ее искреннюю к нему привязанность и ответить взаимностью. Вот так говорил Жак, и возможно, он был прав.

— Возможно, — пожала плечами Камилла. — Я подозревала, что она не такая дура, как кажется. Если бы мне довелось умирать через два дня, я бы тоже напоследок пожелала покататься на могучем скакуне его величества... Селлия, да не реви. Можно подумать, она его оторвет и заберет с собой.

Эльвира и Анна захихикали, а молоденькая Акрилла, недавно занявшая место Дорианы, смущенно спряталась за любовным романом, который пыталась читать, одновременно слушая разговор.

— А если он после этого возьмет и меня отставит? — всхлипнула маркиза Ванчир. — Вдруг переселенки как-то особенно это делают? Чем она его соблазнила, когда они скрылись из зала и где-то болтались минут десять? Чем-то же она его завлекла, раз он тут же пришел в такое хорошее настроение и велел привезти ее на ночь. А потом он с ней проведет эту ночь, ему понравится, и он начнет искать новую даму, которая бы умела так же...

— Да что может быть такого особенного, о чем бы я не знала? — поморщилась Камилла. — Не говори ерунды. Акрилла, а ты что скажешь?

Юная Акрилла смутилась, отложила роман и высказалась:

— Может быть, она ему и не нравится вовсе. Он просто великодушно выполнил ее просьбу. Нельзя ведь отказать в последней просьбе умирающему, тем более, жертве.

— Надо же, у нашего короля прорезалось великодушие! — съязвила герцогиня Дварри. — Скорей, она действительно как-то по-особенному дает. Или в их мире так принято, или мистралиец научил.

— Или Жак все-таки раскололся, — добавила Камилла, ехидно посмотрев на Эльвиру. Та сделала вид, что не заметила, и небрежно бросила:

— Если тебе интересно, пойди и посмотри. А то сидишь, сопли развесила.

— Так меня же не пустят, — в очередной раз всхлипнула Селлия.

— Тоже мне, проблема! Любого младшего мага попроси, тебя за твои деньги телепортируют хоть в гостиную, хоть прямо в спальню. Но в спальне тебя сразу увидят, лучше в гостиную. Подкрадешься к двери спальни, и подсмотришь, что там делается и как она по-особенному дает. И нечего рыдать.

Селлия задумалась. Акрилла, воспользовавшись паузой в разговоре, опять отложила книгу и обратилась к старшим подругам с вопросом, который, видимо давно не давал ей покоя:

— А это обязательно для всех придворных дам — делить ложе с его величеством?

— Не обязательно, — засмеялась Камилла. — Он выбирает, кого хочет. А тебе что, не хочется?

— Я его боюсь, — призналась Акрилла.

— Не бойся, ты такая тихая, что он тебя и не заметит.

— А если заметит? И велит...

— Ничего тебе никто не велит! — резко перебила ее Эльвира. — Ты тут что, рабыня? Если он тебя пригласит, а ты не захочешь, можешь смело в глаза говорить ему "нет". И не бойся, ничего он тебе не сделает. Он сам испугается и больше подходить не посмеет.

— Чему ты девочку учишь? — упрекнула ее Анна. — Вылетит ведь со двора за два часа, как Алиса.

— Не вылетит, — возразила Эльвира. — Его величество... Впрочем, с чего это я буду давать вам советы.

Маркиза Ванчир, наконец, пришла к какому-то выводу, вскочила и выбежала из комнаты.

— Ты смотри, — покачала головой Камилла. — Все-таки побежала. Эльвира, а ей ты зачем такой идиотский совет дала? С нее же станется вломиться в спальню к королю.

— И пусть, — усмехнулась Эльвира. — Вот будет потеха. Представляешь себе физиономию его величества?

— Я представляю, что он с ней потом сделает.

— А это будет еще веселее. Могу я потешиться напоследок?

— Как Ольга? — развеселилась Камилла. — А кстати, что-то Алиса носа не кажет. Сидит дома и на люди не высовывается, а ведь я ее знаю, она бы не упустила случая прийти над тобой поиздеваться.

— Ага, как же, — криво оскалилась Эльвира. — Будет она тебе рисковать своей бесценной задницей. Король, наверно, уже десяток убийц снарядил, только ее и ждут. Да и Ольга со своим пистолетом вполне может встретить ее где-нибудь и поздороваться... Вы знаете, что она недели две назад застрелила грабителя ночью в переулке?

— А что это она делала ночью в переулке? — удивилась Акрилла.

— Гуляла со своим мистралийцем, и на них напали четыре грабителя. Троих он покромсал ножом, а четвертого она застрелила.

— Чудная парочка, — мурлыкнула Камилла. — А кто тебе сказал?

— Кира.

— Это та, что на битву собралась? — фыркнула Анна.

— Еще раз фыркнешь, я тебе прическу испорчу, — окрысилась Эльвира. — Она моя подруга, и я за нее все твои волосенки повыдергаю, некуда будет и перья совать.

— А между прочим, — заметила Камилла. — Ты видела, как его величество на твою подругу смотрел? С бо-ольшим интересом. Если бы не вся эта хренотень с драконом, была бы у нас вскорости пятая подружка.

— А это ты видела? — Эльвира показала подруге традиционный кулак на согнутой руке. — Сейчас, разбежалась она тебе!

— Я видела и побольше, — флегматично ответила Камилла. — А что, думаешь, не согласилась бы?

— Кира? Напялить юбку и корсет и валяться в постели с его величеством? Да она спит со своим мечом и чихать хотела на всех мужиков. Это мы все пытаемся чего-то добиться в жизни, личиком красуясь, потому что ничего другого не умеем и ничего, кроме красивых глаз, нам природа не дала. А женщина, у которой есть класс...

Она резко замолчала.

— Что ж ты замолчала? — подтолкнула ее Камилла. — Договаривай.

— Да так, подумалось...

— Ну и договаривай, что тебе подумалось. А то я сама не поняла. Я помню тот разговор про загадочную даму в дешевых сережках, и про класс, который не получишь за красивые глаза. Вот оно что. Сначала загадочная воительница, которая поимела его величество и смылась, потом королева Дана, потом Ольга с ее пистолетом и любовью к голубым штанам, а теперь эта милашка Кира... Значит, наш король, оказывается, неравнодушен к воительницам, кто бы мог подумать. Хотя, впрочем, дело вкуса...

Материализовавшись посреди королевской гостиной, маркиза Ванчир тут же поняла, что попала в неприятности. И крупные. В гостиной вовсю горел свет, и за небольшим инкрустированным столиком восседала ненавистная соперница. Причем в таком виде, который начисто исключал всякие сомнения в неверности его величества. Из одежды на Ольге присутствовали только ажурные чулки и рубашка, судя по размеру — с королевского плеча. Ольга сидела, как у себя дома, нагло развалясь и закинув ногу на ногу, и нагло же курила, пользуясь личной королевской пепельницей. Рядом на столике стояла чашка, распространявшая по комнате вонь, в которой маркиза опознала жуткий запах мистралийского кофе.

— Ты тут какого хрена делаешь? — удивилась Ольга, увидев маркизу. — Король же велел никого не впускать.

— Мое положение позволяет мне находиться здесь, когда я сочту нужным! — высокомерно заявила маркиза, надеясь сбить соперницу с толку и при первой же возможности ретироваться через дверь, пока ее не увидел король. Ольга презрительно фыркнула.

— Что ты мне лапшу вешаешь, глиста в положении! Чего приперлась? Жаба задавила? Групповуху устроить захотелось?

Придумать достойный ответ на эти непонятные, но явно оскорбительные высказывания королевская фаворитка не успела. Из королевской спальни вышел Жак, хмурый, сердитый и без штанов. Не успела бедная Селлия переварить ужасный факт, что слухи о связи короля со его шутом не пустая сплетня, как шут остановился и сказал:

— Ну ни фига себе глюк! Ваше величество! Идите полюбуйтесь!

Маркиза Ванчир обомлела и стала потихоньку отступать к двери. Из спальни выглянул король, голый по пояс, с мокрой головой и с полотенцем в руках.

— Селлия! — озадаченно произнес он, увидев ее. — Это как понимать?

— Вы меня звали, ваше величество? — присела маркиза, поспешив прикинуться дурочкой, поскольку ничего более умного тут сделать было невозможно.

— Ты что, последних мозгов лишилась? — рассердился король. — Я не велел сюда никого впускать, как ты сюда попала?

— А Эльвира сказала, что вы меня звали, — захлопала глазами маркиза, надеясь, что если уж ей и придется пострадать, то пусть и Эльвира поплатится за свой дурацкий совет. О том, что для Эльвиры это уже не имеет никакого значения, она как-то с перепугу забыла.

— Что ты несешь! Я спросил, как ты сюда попала? Кто посмел нарушить мой приказ и пустить тебя?

— Да она не входила в дверь, — заметила Ольга, отхлебывая свой жутко воняющий напиток. — Она телепортировалась.

— Вот как? — угрожающе сдвинул брови король. — Телепортировалась? В мои покои? Без разрешения, и более того, вопреки запрету?

Селлия мигом представила себе, что ее сейчас вынесут на парадную лестницу и спустят по ней личным королевским пинком, как было в свое время обещано Алисе.

— Ступай вон, — сказал король, указывая на дверь. — Я с тобой завтра поговорю.

Селлия бросилась к двери, со слабой надеждой, что до завтра он успокоится и отойдет, но тут вмешался Жак.

— Стой! — крикнул он, бросаясь вслед за ней и закрывая дверь перед ее носом. — А ну назад! Ваше величество, — обратился он к королю, — Что вы делаете? Сейчас она отсюда выйдет и пойдет плескать языком. И завтра утром весь двор будет говорить, что у вас тут происходят оргии.

Ольга хихикнула. Король оглядел присутствующих, заметил, в каком он виде, и поспешно прикрыл свои ребра полотенцем, смущенно на нее покосившись.

— А что же делать? — уже не так уверенно спросил он. — Не оставлять же ее здесь. Она же еще больше увидит и услышит...

В спальне что-то с грохотом упало, и в гостиную вывалился принц-бастард Элмар, в расстегнутом камзоле и почему-то в одном наплечнике. Он немного пошатывался и распространял вокруг сильный запах алкоголя.

— Шеллар! — воззвал он, — Какого хрена!..

— Помолчи, — отмахнулся король. — Сядь и помолчи! Куда! А ну назад! — он поймал за подол перепуганную маркизу, которая попыталась все-таки удрать, воспользовавшись моментом. Резким рывком подтянул ближе, перехватил за руку, чуть не сломав ее, и грубо швырнул на диван. — Тут и сиди!

Маркиза жалобно пискнула и испуганно притихла, опасаясь, что с его величества станется и ударить даму, а уж мужик он размашистый, как ударит — мало не покажется...

Из спальни вышла Тереза, почему-то одетая в костюм Жака, и спросила, удивленно оглядевшись:

— Что здесь происходит?

— Оргия! — хором выкрикнули Ольга и Жак и зашлись истерическим хохотом. Король снова прикрылся полотенцем и, окончательно застеснявшись, бросился назад в спальню, видимо, чтобы одеться.

— Оргия? — заинтересованно поднял голову Элмар. — А где Камилла?

— Где ты так набрался? — засмеялась Ольга. — Ты же в поход отправился.

— Там и набрался, — пояснил Элмар, протирая глаза. — Мы там уже и повоевать успели, надрали задницы дружине герцога Браско... Ты бы видела, как они драпали! Любо-дорого посмотреть! А после битвы, само собой, присели расслабиться. Помню еще, как мы с Келдоном пели песни, и как старый барон силком отдирал от Лавриса свою дочку и пинками гнал в ее комнату, что-то там ей рассказывая о нравственности... Проснулся уже дома, в собственной гостиной на диване. Не успел проснуться, как мэтр меня поднимает и тащит сюда... Как я домой попал?

— Пойди умойся, что ли, — посочувствовала Ольга. — Ты еще пьяный или уже с бодуна?

— Что-то среднее, — определил Элмар и тяжело поднялся на ноги. — Пойду правда умоюсь...

Из спальни послышались голоса, а затем оттуда вышли уже одетый король, Эльвирина подруга Кира и мэтр Истран. Бедная маркиза чуть не хлопнулась в обморок, представив себе, что старый ворчун тоже участвует в оргиях, которые его величество учиняет в своих апартаментах.

— Все собрались? — спросил мэтр, осматривая присутствующих. — Этель опаздывает.

— Мэтр Истран, у нас проблема. — Король указал на маркизу, застывшую на диване. — Кто-то из ваших ребят телепортировал сюда Селлию, и я теперь не знаю, что с ней сделать, чтобы заткнуть ей рот. Вы ничего не посоветуете?

— А что тут думать? — пожала плечами Кира. — Убить ее, и вся проблема.

— Кого убить? — поинтересовался Элмар, появляясь из спальни с наплечником в руках и встрепывая мокрой головой. — Селлию? А как же оргия? Да и не подобает...

— Элмар, помолчи! — оборвал его король. — Мэтр, может с ней как-то поколдовать можно?

И тут маркизу осенило.

— Господа! — умоляюще обратилась она ко всем сразу, переводя взгляд с одного на другого. — Я вас умоляю... Я никому ничего не скажу. И чтобы убедить вас в этом, я прошу позволения к вам присоединиться. Уверяю, я не страдаю предрассудками и весьма искусна в любовных утехах.

Король и его придворный маг слегка оторопели, а Ольга и Жак снова истерически заржали.

— Ваше величество! — простонал шут, садясь в ближайшее кресло и складываясь пополам. — Вы слышали? Не желаете ли под это дело отодрать ее на столе в столовой втроем со мной и с Элмаром? Может, у нее заодно и память отшибет?

Маркизе стало дурно, но она стойко промолчала, надеясь, что если обойдется только этим, то она еще дешево отделалась. Ответить на заманчивое предложение его величество не успел. Посреди гостиной полыхнуло, и из клубов черного дыма появилась незнакомая маркизе дама в неподобающе коротком платьице, из-под которого виднелись кружева панталон, столь же неподобающе коротких.

— Привет всем! — радостно возгласила она. — А что это у вас тут, коллективные потрахушки? Как мило, что вы меня пригласили! А меня можно тоже втроем на столе?

Жак и Ольга протяжно застонали, не в силах уже смеяться, а король возмутился:

— Жак, оставь свои шуточки! Я совершенно серьезно! Мэтр, что вы можете посоветовать? Не убивать же ее в самом деле!

— Если ваше величество находит недостойным для себя или своего первого паладина убивать даму, — холодно сообщила Кира, — позвольте сделать это мне.