Не испугайся тени прошлого

— И о чем пойдет речь?

— Узнаешь.

Игнат только пожал плечами и пообещал приехать часикам к восьми вечера.

Мы сидели в гостиной, вертя бокалы в руках, поужинать уже успели, так что на столике стояла только закуска и бутылка виски.

— Ну, рассказывай, что происходит с тобой? — задал я вопрос Игнату.

Заглянув в бокал, потом поставив его на столик, он поднял на меня глаза и спросил:

— Как ты относишься к Тамиле?

Так, кажется, что-то начинает проясняться. Подразнить его что ли?

— Ну... она интересная, сексуальная и приятная в общении, когда этого хочет, — начал было я, но, почувствовав, что сейчас явно схлопочу по фейсу, несмотря на дружбу, быстро закончил, — как женщина-друг — идеальна: нет многих заморочек, которые могли бы раздражать.

— Это для тебя она друг? — как-то напряженно спросил он.

— Ну да. А что, должно быть что-то другое?

Игнат как-то расслабился и, взяв недопитый бокал, сделал глоток и сказал:

— А для меня — нет.

— И на сколько всё серьезно? — начал пытать я, уже понимая, что вот тут мой друг вляпался по полной.

— С моей — серьезно, с ее — не знаю.

— Что-то раньше я не замечал у тебя проблем с женщинами.

Он поморщился:

— Вот ты как представляешь ухаживание за такой, как Тамила?

Я задумался, прикладываясь к бокалу не столько чтобы выпить, сколько затянуть паузу. Он поставил меня в тупик.

— И я тоже слабо представляю, — не стал дожидаться моего ответа Игнат. — С обычными: цветы-конфеты-ресторан, на крайний случай — какой-нибудь подарок. А тут? Как ей те же цветы преподнести? Да и как-то пошло, мне кажется, это будет, — он напряженно взъерошил волосы. — Тут еще не известно, как она к тебе относится. Мне кажется, что ей очень нравится с тобой общаться, не хотелось бы быть в эдаком любовном треугольнике.

— Вот здесь я могу тебя успокоить, не больше, чем как к другу. А вот за тобой она украдкой наблюдает, правда, не могу сказать, как она к тебе относится — эмоции контролирует хорошо.

Игнат закинул в стаканы льда и долил виски. Мы сидели в тишине...

— Тут еще Игорь Смолянский постоянно на горизонте. Не пойму, что их связывает, — устало потер лицо Игнат. — Мне ж за ней не проследить — мигом вычисляет, к тому же иногда и его люди за ней ходят, вроде как присматривают.

— Да, не ищешь ты легких путей, — усмехнулся я.

— Как будто мне всегда были интересны легкие пути, — криво улыбнулся он. — У меня вся жизнь из буераков.

Вниз спустился Денис.

— У... тут, похоже, мужской разговор, — заметил он, стаскивая с тарелки кусок колбасы. — По чем плач Ярославны?

— Мал еще, — пробормотал в стакан Игнат.

— О! Дела сердешные! — воскликнул мой отпрыск, уворачиваясь от моего подзатыльника. — И кто несчастный?

— Иди-ка ты... — начал я.

— Уроков нет — каникулы, — засмеялся Денис. — Судя по кислой физиономии — Игнат. А кто счастливица?

— Слушай, дай спокойно взрослым поговорить. Никакого уважения к старшему поколению, — уже возмутился я.

— Почему нет уважения? Может, я помочь смогу! Познакомь нас, а мы устроим твоей пассии проверку на жизнестойкость, а заодно прорекламируем купца, — сын буквально потирал руки от предвкушения.

Игнат мрачно жевал кусок какого-то мяса, не зная, как культурно отпинаться от Дениса, так как у нас не принято было держать его за ребенка. Мы всегда старались общаться на равных, а тут... Вот и что делать? Пауза затягивалась, Денис пристально вглядывался в нас в надежде услышать ответ. Мы продолжали напряженно молчать.

— Полинкина мать что ли? — осторожно так спросил мой догадливый ребенок. Игнат только тяжело вздохнул и залпом допил стакан. — Ну ты попал, дядя Игнат!

— Сам знаю, — наконец-то произнес он. — Только не кричи на каждом углу.

— Что я, совсем без понятия что ли, — почти обиделся Денис. — Ладно, обмозгую, что можно сделать, может, у Полины удастся что-нибудь узнать. Бывайте, предки, сильно не налегайте на виски, а то утром воды вам не притащу, — подытожил допрос мой ребенок и удалился к себе.

— Вот откуда они такие бойкие да умные получаются? — вздохнул Игнат.

— Не знаю, я в его возрасте таким не был, — ответил я.

Мальчишник окончился на единственной бутылке виски, больше что-то не хотелось, и мы разошлись спать. С одной стороны я был рад за друга, а с другой, он действительно приобрел себе большую головную боль в виде такой экзотической 'птички'. Да и советом каким-то помочь я не мог, разве что устраивать что-то типа совместного времяпрепровождения, привлекая к этому еще и детей. Дурдом какой-то.

Денис, как и грозился, взялся за организацию совместного досуга на выходные. Полетать, к сожалению, не получалось — была низкая облачность и удовольствия бы никто не получил, так что оставалось всё, на что была способна фантазия двух неугомонных детей. После таких насыщенных выходных я смертельно хотел на работу... к тому же приходилось куда-то постоянно сматываться, чтобы хоть как-то дать оперативный простор Игнату. Теперь Дениса и Полину возил почти везде он, а я открещивался тем, что занят по самые уши. Детский сад, ей богу. Но общаться Тамила с Игнатом стала больше, да и он буквально оттаивал в ее присутствии. Я держал скрещенными конечности: лишь бы всё получилось.

Тамила

Дети с момента своего возвращения взяли нас в оборот. Им хорошо, у них каникулы, а я буквально не вылезаю с работы, уезжая рано утром, чтобы в приличное время к вечеру освободиться, так как почти на каждый день была расписана какая-нибудь околокультурная программа. С одной стороны, мне это нравилось — можно было отключиться от забот и, поддавшись веселому настроению детей, окунуться в беззаботную атмосферу каникул. Артем пропадал в своих командировках, поэтому Денис вытаскивал Игната, чтобы тот не заплесневел в одиночестве, как пояснил пацан. Я была и рада, и не рада. Порой наше общение напоминало кружение двух хищников, присматривающихся друг к другу, на ничейной территории. Я чувствовала, что всё больше подсаживаюсь на его общество, даже на его молчание, хотя поползновений в мой адрес вроде как не было. Это облегчало мне общение с ним, но в то же время начинало заедать женское: 'Я ль не мила?' Разброс тем для занимательных разговоров варьировался от книг и фильмов до философских рассуждений. Казалось, что мы выясняем, в каком понятийном мире крутится каждый из нас. Многие чувства и взгляды на жизнь у нас, как ни странно, совпадали...

— Ценность жизни? — усмехнулась я. — Чужая жизнь для меня будет ничем, если в мой адрес или в адрес моих близких от этой 'жизни' будет угроза.

— А ты не пацифистка, — усмехнулся Игнат.

— А разве ты не также думаешь?

— Также, но женщины обычно более гуманны.

— Все мы гуманисты, пока нас жизнь перед выбором не поставит, — чуть грустно улыбнулась я. — Остается только надеяться, что такой ситуации не будет.

Тут подбежала к нам Полинка с Денисом и сообщила, что они выбрали какую-то дурацкую комедию. И чего ее на подобные фильмы потянуло? Смотреть псевдоюмор мне не хотелось.

— Тогда вы нас подождите где-нибудь в кафе, — сказал Денис, — я же вижу по вашим лицам, что наш выбор не одобряете. А мы хотим посмотреть, что массы жуют вместе с попкорном.

Игнат не колебался:

— Идите берите билеты на двоих, а мы найдем, чем заняться. Как выйдите, позвоните нам.

Я только согласно кивнула головой, и дети быстро умчались к кассам, что-то бурно обсуждая.

— Кинули они нас, — улыбнулась я. — Не удивительно, мы уже почти все фильмы проката успели пересмотреть, так что выбирать действительно не из чего.

Гулять нам пришлось по торговому комплексу, где находился кинотеатр. Недолго думая, мы последовали совету Дениса и приземлились в каком-то дальнем кафе, где было не так много народа. Заняв столик, мы начали хохотать над забавным моментом: оба, войдя в кафе, быстро прикинули, с какого места будет лучший обзор и оно не будет сильно бросаться в глаза, и синхронно двинулись к нему, стремясь еще занять стратегическое кресло (Игнат отодвинул для меня не то, которое я запланировала под себя, а сам метил в мое).

— Выбор дамы — закон, — я, дурачась, показала ему язык.

— Да уж, если бы такие дамы творили закон, то у нас точно было бы авторитарное государство, — усмехнулся он. — Нет, чтобы дать мужчине позаботиться о себе, так ты стремишься сама всё контролировать.

— Привычка, — улыбнулась я.

Мы сделали небольшой заказ.

— Ага, и уже набившее оскомину 'коня на скаку остановит'. Только не говори, что ты поклонница феминизма.

— Что ты! — в притворном испуге воскликнула я. — Я с удовольствием сгружу тяжелый чемодан мужчине, если таковой окажется рядом.

Игнат рассмеялся, в глазах заплясали чертенята. Я невольно залюбовалась так редко меняющимся лицом.

— Ну да, но отдашь ты этот чемодан только в том случае, если в нем не будет ничего ценного для тебя.

Вот когда говорят: 'Не в бровь, а в глаз'. Пришлось прятать улыбку за стаканом сока. Пожалуй, на него я бы и более ценный 'чемодан' сгрузила, подумалось мне. Не знаю, когда в моем отношении к нему произошел поворотный момент, наверно, с того шашлычного вечера, но всё чаще и чаще я ловила себя на мысли, что хотела бы не только вербального общения. Мой взгляд скользнул по его руке... настоящая, мужская, с длинными пальцами... чуть поглаживающими стакан, стоящий на столике. Захотелось скользнуть, чуть касаясь, ладонью по его пальцам, запястью, поднимаясь выше... чувствуя его силу, его тепло... Так, барышня, тебя заносит... я поняла, что забыла, как дышать. Подняла глаза на Игната и увидела, что он наблюдает за мной. Хоть бы не понял, что он будит во мне, буквально молилась я, но, думаю, это было бесполезно. Дураком он не был, но в тактичности ему не откажешь.

— Ну что, детей куда-нибудь отправлять будем? — спросил он.

— Надо бы. Опять заграницу что ли... — задумалась я.

И я с радостью подхватила смену темы. Потихоньку возбуждение, охватившее меня, начало спадать, и я смогла начать связно мыслить. Будь, что будет. Пусть даже если это продлится недолго, я хочу почувствовать себя желанной женщиной в его руках.

Вскоре позвонили дети, не досмотрев еще полчаса фильма.

— Мама, это выше моих скромных сил, — патетично заявила мне дочь, прикладывая тыльной стороной руку ко лбу, подражая томным барышням. Смотрелось это комично, так как она была в фигурно рваных шортах, борцовке и веселеньких кедах, а не хотя бы в приличном платье.

— Да, редкая гадость, — чуть не плевался Денис, — больше я на такие фильмы не ходок. С кино пока завязываем, будем придумывать другую культурную программу.

Полинка с радостью согласилась, а я почти обреченно вздохнула: неугомонные не дадут покоя никому. Осталось надеяться, что Игнат по-прежнему будет участвовать в этих вылазках.

Игнат

Вот и что бы я делал без Дениса? Артем, хлопнув меня по плечу, благословил быть его 'нянькой', пока сам занят на работе. Ну да, так Тамила и поверит, что пацану в 13 c хвостом лет нужен нянь, тем более в моем лице. Но виду она не подала. Дети успешно нас таскали по всяческим развлекательным комплексам, в том числе и по кинотеатрам. После мы садились в кафе поделиться впечатлениями. Полина с Денисом, быстро проглотив что-нибудь за столом, зачастую сматывались на некоторое время. С такими темпами количество непросмотренных картин катастрофически уменьшилось, осталось только то, на что бы я не пошел даже под страхом смертной казни.

Каждый раз, оставаясь с ней вдвоем, я ловил себя на мысли, что она мне становится всё ближе и ближе. Оказалось, что у нас много общего, в том числе и взгляды на многие вопросы. Как забавно она бывало со мной спорила: в глазах разгорался огонек азарта, лицо, немного осунувшееся после долгого рабочего дня, оживало. Всё свободней и свободней становились наши разговоры, она уже убрала свои иголки, выставляемые каждый раз, когда ей казалось, что задевают что-то личное. Но о личном я старался и не говорить. Пусть привыкает пока ко мне. Нет, я Денису точно благодарность выпишу! Молодец парень. Интересно, Полина в курсе задуманного нами или нет? Во всяком случае, виду не подает.

И опять кино. Нет, оно, конечно, разбавлялось прогулками на катере по Дону, поездками по ночному городу, скалолазанием в конце концов. Но на то, что выбрали дети я не пойду, к счастью, Тамила тоже не горела желанием смотреть эту гадость. Маневр Дениса я оценил. Вот это жертва — он не любит такие фильмы, насколько я знаю, Полина тоже. Но большое им спасибо. В кафе мы зашли не столько поесть, сколько иметь возможность занять себя в возникающие иногда неловкие моменты. Порой казалось, что мы кружим по минному полю, стараясь не затронуть неприятные темы или дать собеседнику возможность проигнорировать сложный вопрос. Интересно, это у нее интуитивно получается занимать стратегические места? Уже не первый раз отмечаю, что она почти молниеносно выбирает удобные столики для наблюдения за залом и входом. 'Привычка', — сказала она. Значит, учили. Девочка, да зачем же тебе это надо было? Ты вся состоишь из недомолвок и маленьких тайн, которые с первого взгляда и не важны. Вспоминаю те ножи, которые я видел у тебя, когда мы ездили на базу. С большим трудом узнал о мастере, чье клеймо стояло на них. А мастера-то уже года 3-4 как нет, да и работал он с очень узким кругом лиц. К нему стояли в очередь, да и то попасть можно было только по очень большой рекомендации. Кстати сказать, подарочную залипуху он не делал никогда, хотя с драгметаллами работал.

Сама, всё сама... жизнь свою стараешься строить так, чтобы ни от кого не зависеть. Пауза в разговоре, видно, я ее зацепил. Она спряталась за стакан. Мы некоторое время молчали, а я, не скрываясь, наблюдал за ней. Она как-то пристально смотрела на мои руки. Сейчас она была похожа на кошку, которая решала, доставить ли мне удовольствие, понежившись у меня в руках, или я обойдусь... Волна предвкушения буквально затопила меня... Ну же... Перехватила мой взгляд и решила... 'Обойдусь'. Вот... слов нет... и что же делать дальше. Надеюсь, что она хотя бы до конца не понимает, что она делает сейчас со мной. Казалось бы, всё чинно-благородно: сидим в общественном месте, потягиваем разную жидкость из стаканов — а ощущения такие, как будто находимся одни и ищем предел терпения друг у друга. Так, ненавязчиво, как бы играясь, лишь взглядом, мимикой и полужестами. Не показывая, а лишь обозначая желания и намерения. Это не изощренная игра. Это жизнь выдрессировала нас не доверять, слушаться разума и отдавать отчет в своих действиях. Как с ней сложно. Но вижу же, что лед потихоньку трогается...

Ну вот, дети всё же не выдержали пытку фильмом, заявив, что пока дорога в кинотеатр до следующих новинок для нас закрыта. Но чтобы мы не расслаблялись, они пообещали придумать какое-нибудь другое времяпрепровождение.

Мы разъехались как обычно, каждый на своей машине: Тамила с Полинкой домой, а я с Денисом к нему, чтобы хоть как-то оправдать гордое звание 'нянь'. Там уже нас ждал Артем, который с нетерпением жаждал новостей от меня.