Новоселье (рабочее название)

Я поклялась проклясть и некроманта, и всю учмагию, и этот бассейн, если в результате всех мучений не получится качественный сероглазый красавец, потому что вряд ли решусь второй раз почувствовать себя деревянным камнем. По-другому я свой столбняк описать не могу, но ощущения были именно такие. Ну и ладно. Зато, если я когда-нибудь буду изучать телесное строение в подробностях, то обязательные в этом деле вскрытия трупов переживу с лёгкостью. Вскрытие трупа — ничто по сравнению с его "закрытием". С нуля и до полного воссоздания.

И вот, когда я почти успокоилась, решив, что физические мучения закончились, а опухнуть от новых познаний мне не грозит, я почувствовала, что у меня шевелятся волосы. На голове. Везде. Брови тоже шевелились. Даже ресницы задёргались. Ну, и как это понимать? Почему надо доделывать тело после совмещения его с душой?

— Считай, что это — отделочные работы, — заявила моему оживающему разуму Синяя Дама.

— Прям как штукатур...

— Ты сначала правило держать научись, — буркнула Карнэль, — а потом рассуждай о штукатурах.

В ответ на её отповедь волосы у меня на голове вздыбились. Мстительная бабуля.

К финалу неожиданного тяжкого опыта я сползла на пол, но и Короедовна в моём сознании временно отключилась. Наверное, отправилась на заслуженный отдых. Разлеплять глаза мне было некому, а сама я глянуть на результат не рисковала. И не рискнула бы, если бы не бормотание Лидорчика:

— Мита, не смотри, я сейчас...

Семьдесят второй принц не орал, не визжал и не падал в обморок. Да и Нифса довольно урчала, что тоже обнадёживало. Получилось?! И тут раздался прямо-таки чарующий голос:

— Буду крайне обязан, если Вы найдёте плащ или какую-нибудь тряпку... А потом мы вынесем из этого жуткого места талантливого юного учмага. Уважаемой Митавии, кажется, плохо!

Конечно, я тут же открыла глаза. Тут же, но не совсем. Так — сквозь ресницы глянула. Оххх...

То есть — да! Он! Жаль, что нельзя орать на радостях. Я же — без сил (как бы) и пока ничего не вижу (не совсем, правда — кое что, почти всё, сбоку, но вижу). Что большие ягодичные мышцы, что двуглавые бёдер вышли просто на загляденье! Трапециевидные тоже не могли не радовать. А уж икроножные... Тьфу! Это я от бабушки понабралась дурных подробностей. Ещё с утра я не смогла бы так научно любоваться Наариэлем.

Короедовна очнулась совершенно некстати, и мои нескромные глаза зажмурились помимо моей воли. Так качественно зажмурились, что захоти я ещё чуть-чуть по-подсматривать, пришлось бы себе руками помогать. А она ещё и мои руки к телу приковала. Ну, не драмзерх ли, а?

Пока пыталась вернуть себе непослушную доминанту (исключительно из принципа, а вовсе не для того, чтобы поинтересоваться, как там выглядит прямая мышца живота), Наариэль с Лидорчиком перебирали наше барахло и пытались найти что-нибудь подходящее для рослого Тарноэра. М-да... что-то несмотря на уверенность Короедовны в своих силах, одежду на взрослого эльфа мы заранее не купили.

Нифса у-кала, принимая участие в сортировке тряпок, лягушки квакали на весь подвал, а Синяя Бабушка в моей голове читала мне нотацию о правилах приличия, иногда сбиваясь на лекцию по анатомии:

— Юным девушкам неприлично скрывать свой нескромный интерес к мужскому телу, прикрываясь тягой к знаниям. Несомненно, паховые связки и лобковое сочленение — весьма интересны сами по себе. Но, Митавиа, тебе вряд ли удалось бы разглядеть их под... кожей.

— Угу, — сдаваться я не собиралась, — а не прикрывать интерес прилично? Тогда всё — не прикрываю. Бабулечка, ну когда ещё такой шанс выпадет? Ну, дай ещё чуток посмотреть.

Но Бабушка была неумолима. Пока мы с ней припирались, Тарноэра одели, и смотреть стало почти не на что.

А вот обувать возрождённого мага воды оказалось не во что. Проблема... А ещё нам предстояло незаметно покинуть подвал, не потревожив пьяного учмага. Наш эксперимент с лягушками совсем не предполагал появление дополнительных эльфов. (Карнэль пыталась отвлечь меня насущными нуждами и засоряла мой ум бытовыми подробностями. Почему все взрослые — такие зануды?)

Лидорчик был в очередной раз послан со списком покупок по местным рынкам, благо те не должны были ещё закрыться. Короедовна посредством меня продиктовала перечень вещей. "Прынц" посопел, но смирился с участью гонца и отправился, куда послали. Нифса опять заняла пост у двери.

Короедовна, наконец-то, позволила мне открыть глаза. Рот уже и так работал. Ртом, правда, пользовала она, а не я. И не просто так, а по делу. Вслух посчитали пульс Наариэля. Синяя Бабушка пришла к выводу, что для восхищённого своим состоянием эльфа, он (пульс) — вполне нормальный. А опрос по пунктам "о работе органов и об общей оценке качества тела" дал неожиданный результат. Наариэль заявил, что он полагает себя ещё более красивым, чем был раньше. Обще-телесно. М-да, странно...

— Стремление к идеалу — нормальный этап работы, как и результат, — озвучила моим голосом вывод Карнэль. — Без одежды Вас раньше никто не видел, так что оставалось лишь предполагать это самое совершенство, исходя из общих канонов. Х-хи... — добавила она детской восторженной дури в научное обоснование. Зря бабуля не дала мне попрыгать на радостях. И хи-хикать не пришлось бы для маскировки.

Но, что верно, то — верно. Тело в магостазисной капсуле было не только одетым, а ещё и в обуви. В отличие от Бабушки, я голых мужиков ещё никогда не видела. Сравнить голого Наариэля с Короедом мне вряд ли кто даст... Будем считать, что бабуля взяла правильные ориентиры и вырастила всё как надо.

Пока она болтала с Наариэлем (нет, ничем он одетый от Короеда не отличался!) о мышечной структуре и прочих изысках анатомии, я не могла оторвать взгляд от его рук. Синие ногти...

Наариэль, маг-страж из Дома Синей Вязи, уже перешёл к изъявлению благодарностей, Лидорчик ещё не вернулся с обувью и прочими приличными вещами, а я всё думала: прекрасный эльф, что, не видит, что у него с руками? Или само наличие рук радует Тарноэра настолько, что мелкий пустяк никак не влияет на настроение и пульс? Надо было как-то указать и ему, и бабушке на такой странный дефект. Не всё, оказывается, получилось как надо.

Бабуля почувствовала моё беспокойство, но только фыфркнула. Присмотрелась (моими глазами) и завила:

— Уважаемый Наариэль, зеркало здесь пыльное и потрескавшееся. Отражает объект крайне посредственно. Но, Вы же видели свои руки и без зеркала... Что там у Вас с ногтями?

Сероглазый красавец мило улыбнулся, заправил за ухо смоляную прядь и демонстративно сколупнул синий налёт с ногтя. Вот так вот просто другим ногтем и сколупнул. Лак! М-да... странный эффект.

Но, слава Творцу, этот мерзкий цвет оказался не внутренним, а наносным. Половник постарался, ырбуц его на щепки! Хорошо, что его облупленный лак прирос к эльфу снаружи.

Примерно на этом этапе моих переживаний произошло два события. Явился Лидорчик с мешком вещей, и мне пришлось опять отворачиваться. Как же сложно быть деликатной помимо своей воли! Отвернулась я в сторону бассейна. А оно... а оно там шевелилось рядышком на полу. Из-за задней стенки ёмкости высовывался клок чёрной шерсти и дёргался. Не то, чтобы шерсти... по полу струились, уползая в угол чьи-то волосы.

Мы что, два тела вырастили?

Не знаю, как мне удалось перехватить управление своим телом — подпрыгнуть и завизжать. Но орала я громко. Сказать толком ничего не могла, только тыкала пальцем в угол, стоя на табуретке. Крыс, мышей и змей я не боюсь. Но они-то не настолько волосатые! А "это" было точно чем-то непонятным, большим и гривастым. Больше кошки — я видела!

Лидорчик и Наариэль ринулись на помощь одновременно. Наариэль спасал меня, схватив на руки. (Ммммм... собираясь переодеться, он был уже в штанах и сапогах, но без рубашки. Мне понравилось, когда меня спасают...) А потомок Императора вооружился мокрой шваброй и отправился в угол подвала, куда отползло страшное существо.

Я за него очень переживала, вцепившись в Наариэля (за Лидорчика переживала). Но героическая смерть миновала "прынца" (счастливчик). Тонна Эля сдавленно хихикнул, а потом захохотал в голос. Я решила, что он всё-таки заболел. Может, чудовище его укусило? То, что он выволок из угла, выглядело дико. Очень волосато. Как парик без владельца. Или как конский хвост без коня. Но "нечто" уселось у Лидорчика на руках и даже попробовало заползти ему на плечо. Очень странное нечто, черноволосое, как коса Наариэля, если расплести.

— Миточка, — сквозь слёзы давился Лидорчк, — посмотри, какой хорошенький! Уникальный! Лучший! Познакомься с ним! Какой лапочка!

С больными лучше не спорить.

— Ага... Наариэль, Вы не могли бы... опознать "это"? Лидор, сознавайся, оно зубастое?

— Нееет, — простонал семьдесят второй потомок Императора, и раздвинул чёрные волосы "зверушки".

Ой! Под волосами синели и голубели цветочки. Половник! Драмзерх проклятый! Надо же было так напугать! Наариэлю достался его лак, а половнику — волосы. Частично. Я же говорила — волос многовато. Но эта деревянно-шерстистая тварь ещё и ползала. Шевелилась! Хорошо, что хоть не урчала.

Наариэль Тарноэр был шокирован не меньше меня. Синяя Бабушка в моём сознании почти рыдала, именуя зверёныша "побочным результатом". (Угу, все учмаги ненормальные и повёрнутые на этой побочности).

А чего им так весело? Подарок-то испортился.

— Лидор, прибей его, чтоб не мучился, — я была крайне огорчена тем, что меня уже не от кого было спасать, и прекрасный свежесотворённый эльф, ссадив меня на табуретку, ушёл к мутному зеркалу одеваться. — Зачем он нужен, этот побочный кошмар?

— Он — один такой. Во всём мире! — Заявил фанатичный коллекционер уполовных ложек.

— Угу, — я не смогла не признать очевидного, — один, но бесполезный. Спроси Нифсу: на кухне волосатые предметы — не в чести. А как можно пользоваться волосатым половником?!

— А я его буду просто... гладить, — выдал бредовую идею Лидорчик.

Что с ним поделаешь? С Лидорчиком?

— Ладно. Гладь. Только в кровать больше к нам не пускай...

Ой... Вот тут уж точно, я что-то не то сказала. Ум кончился, наверное. Но бабушка меня подбодрила:

— Правильно. Третий лишний, — прошелестела в голове Короедовна.

Почему мне кажется, что она имела в виду не половник?!

Беспокойное пополнение (24)

То, что нам не грозит ночёвка в приличном месте, я поняла уже по выходу из подвала меронговского учмага. Солнце село, луна пусть бледным пятном, но обозначилась на небе, ни на какой постоялый двор мы не собирались (конспирация же!), а это означало, что все приличные места разобрали. Какой нормальный человек пустит к себе в дом, на ночь глядя, нашу пёструю компанию? Меня, Нифсу и двух персон, замотанных в плащи?

Ненормального и его домишко мы нашли там, где Меронг переставал быть городом и превращался в деревню. То есть, к собакам добавились куры, а сараи перестали быть городскими конюшнями. Деревянные мостовые тоже кончились. Ну и ладно. Зато я добавлю в список впечатлений ночёвку на сеновале.

Из романтики, описанной в романах, имелся прекрасный эльф и запах сена. И — всё. Из неописанного присутствовали: озадаченная побочным результатом эксперимента Короедовна (моя голова с её помощью неромантично рассуждала о том, куда сбрасывались мои эмоции, мешавшие тело-творению; очевидно — в половник), занудно-нервный Лидорчик со своими нелепыми попытками оттереть меня от Наариэля, мышиный писк и запах мышиного же помёта. Иногда ночной сквозняк добавлял "аромат" навоза из соседнего с сеновалом коровника. Так что, сеновал был самый натурально-качественный.

В сено я провалилась (рыхлое оно, оказывается, местами), утянув за собой любезно предоставленные плащи. Ко мне в "яму" скатился Наариэль. И это было бы хорошо, если бы не его долгие извинения. Не хотел он, видите ли! А мне бы хотелось, чтобы хотел! Да ещё и Нифса сверху рухнула. Хорошо, хоть Лидорчик не присоединился. Кое как распутались и разлеглись по отдельности.

День выдался нервный, и заснуть сразу никто не мог. Синяя Бабушка воспользовалась возможностью спокойно поболтать и моим голосом (жалобным) стрясла с Тарноэра клятву — никому не рассказывать, кто ему сочинил новую оболочку. "А то житья мне не будет". Шмыг-шмыг носом. Лидорчик вовремя подсуетился с дополнением насчёт моей полной засекреченности. Наариэль клятву дал. Подумал и дополнил обещанием хранить меня, защищать и убивать всякого, кто на меня покусится. Красота! Засыпая под мышиное шебуршание и писк, я ощущала себя военной тайной, которую уже и сеном обложили для сохранности.

Просыпаться пришлось засветло. Хозяин сеновала, щуплый старичок, и корова всех перебудили. Когда он закончил громыхать вёдрами в коровнике и погнал свою животину пастись, сна уже не осталось. Утро не только порадовало ясным небом и крынкой оставленного нам молока, но и огорчило новыми задачами и вопросами.

Бедная моя голова! Лучше бы у меня опять отросли зубы в четыре ряда и хвост... на темечке! Короедовна утверждала, что синхронно мыслить в трёх направлениях вполне возможно. Может, и возможно, если тренироваться лет двести, а у меня пока плохо получалось. Карнэль пыталась впихнуть в меня знания по основам маговыращивания на научной основе, Лидорчик жаждал пообщаться на тему прекрасного утра, вытаскивая у меня из шевелюры сено, Тарноэр составлял план действий (вслух) и рассчитывал на одобрение чуть более пространное, чем моё "угу".

Уважаемый Наариэль и сам демонстрировал как минимум два параллельных потока мысли — он одновременно вещал об, ырбуц её, конспирации, и как бы "между прочим" интересовался пресловутым половником. Переживал. Но переживал так неожиданно, что я всё время вздрагивала.

"Коляска и лошади у нас очень приметные". Да-да. "Хорошо, что мы заночевали ближе к окраине". Конечно, а то мы уже примелькались туда-сюда через весь город кататься. "А не является ли теперь половник "частично эльфом"? Ой! "Провизию в дорогу пусть купит Нифса". Ага, а то Лидорчик на местном рынке уже свой. "Дня через три, если гнать хорошей рысью, мы догоним нир Караена и его отряд". Даже не сомневаюсь. "А нет ли теперь у половника магических способностей или разума? Или и того, и другого?" Ыть!

Не то, чтобы Наариэль оказался параноиком. Основания для беспокойства у него были. Когда мы устраивались в сене, почти под крышей сарая, половник оставался внизу у лестницы, в мешке Лидорчика. А утром волосатый гад обнаружился между мной и прекрасным магом. Волосатая часть ныне гибкого предмета заползла мне на живот, а лысый деревянный черенок упирался в бок уважаемого Тарноэра.

Я бы поверила в то, что половники летают или ползают по лестницам, но в нашей (как выражается Наариэль) диспозиции, произошли и другие изменения. Слева от меня ложилась Нифса, а проснулся... Лидорчик. Нянька коварно прошляпила его перемещение. Спелись.

Тонна Эля уверял, что не затаскивал своего "питомца" наверх. Ага. Может засчитать себе подвиг: "соврал в третий раз". Но Тарноэр ему поверил. Пришлось пообещать Наариэлю детально разобраться в свойствах половника. (Бабушка и сама горела желанием изучить дивные свойства волосатого черпака. Не менее страстно она жаждала поближе пообщаться с лошадьми и детально разглядеть потрясающее существо — корову).