— Не ерничай! — стал строгим Кронос, — я вообще удивляюсь, как ты живым мимо Сатураса пробрался! Еще десять дней назад он грозился содрать с тебя шкурку и скормить ее мясным жукам... что это значит, хотел бы я знать!

— Пути Аданоса неисповедимы! — вздохнул Мердарион,— если он делает различие между "шкурой" и "шкуркой", то не нам его судить и разуметь!

Все молча выпили и принялись хрустеть батоном с ветчиной. Где-то за колонной послышались шаги.

— Ш-ш! — шикнул Марвин.

— Фигня! — отмахнулся Кронос, — это — свой парень. Миксир языки древние разучивает. Ходит, чтобы легче запоминалось — весьма древний способ обучения.

— Куда там Илоне и Денису Давыдовым! — кивнул наш герой.

Миксир наткнулся на них и был обслужен на уровне лучших подвалов Конотопа. В качестве благодарности он продекламировал на мертвом языке Строителей:

Спасибо за хлеб, спасибо за соль,

Спасибо за ром, что унял мою боль.

Спасибо за то, что среди Пустоты

Явился к нам с полной бутылкою ты.

— Писать на станах Эрмитажа вам запрещается, папаша! — окликнул его Марвин, — среди дерьма мы все поэты, среди поэтов мы не все! А что, так уж трудно научиться читать без словаря по этой филькиной грамоте?

— Кому как, — философски заметил Миксир, — среди нас только мне дал Аданос таланту.

Марвин вытащил из рюкзака ярко серую скрижаль.

— Вот тут у меня в двух местах запарка. Если данную литеру прочитать, как "з", а вот эту представить используемой для твердого окончания согласных, то предложение звучит приблизительно так: "... и в обрящие сути иноскозание заглянет полумрак смысла скрытого аурой таинственности".

— Что? — подскочил Миксир, — да ведь... да ведь ты... да ведь ты читаешь откровения на языке жрецов! Это самый сложный диалект языка Строителей! Язык воинов много проще, а крестьян вообще примитив. Откуда ты узнал значение этих иероглифов.

— Тоже мне — бином Ньютона. Да ведь это греческое письмо... его все математики знают. И греческими литерами писано на славянском языке... в периоды между глаголицей и кириллицей.

Миксир потрясенно присосался к бутылке, а Кронос задымил косяком:

— Этот парень пришел издалека и пойдет еще более далеко! Это говорю вам я — Хранитель Руды. Пусть и бывший, но получивший от целой горы магической руды частичку запредельного знания. Ну-ка, спой им про "жменю косяков"!

Марвин вспомнил, как однажды таскался по Новому Лагерю, распространяя по поручению идола Кагана бесплатные самокрутки с болотником. Он тогда еще бурчал себе под нос вариацию на тему "Пачки сигарет" Виктора Цоя. Вспомнив один из связных текстов, он откашлялся и нараспев продекламировал:

Но если есть в кармане пара косяков...

Закурю, и отправлюсь в последний полет.

Словно грозный шершень, во веки веков,

Что взлетая, оставляет на траве свой помет.

Мердарион задумчиво пожевал толстыми губами. Он что-то пытался сказать, но никак не мог сформировать свою мысль. Ему попытался помочь Кронос.

— Божий дар у парня. Так про срущего шершня написать — это точно, не под этим солнцем уродиться нужно.

— А там, за порталом! — взвыл Мердарион.

— За порталом — другой мир! — закончил пыхать Кронос, — но Солнце — то же самое. И тот же Аданос, и тот же Иннос... и даже третий братец ихний... он тоже там. А мне, если честно, порядком наскучило сидеть под камнем. Сначала в Новом Лагере, затем здесь — в Храме Аданоса... или, как еще это место называется! На солнце хочу! Мы рождены под лучами родного, варрантского солнца, а гнием в этих мрачных катакомбах!

— Ш-ш! Нефариус насторожился! — предостерег Миксир.

— Да пошел он! Иди, Марвин, отнеси ему побрякушку. Пусть обгадится от радости.

Марвин шмыгнул носом, засыпал в пасть горстку волшебного корешка от мирского запаха, и приблизился к торцу зала. Здесь находился небольшой помост, по которому с важным видом прохаживался старый знакомый — огнепоклонник Нефариус. Когда наш герой носился с поручениями Сатураса, маг Воды Нефариус изучал почему-то школу Огня. Нынче он прохаживался у стены, время от времени вперивая задумчивый взгляд в центр огромной мозаики. По крайней мере, Марвину это показалось мозаикой. Ну, или результатом вдавливания раскаленного щита в стену... так даже похоже. И здесь в нашем герое заговорил человек третьего тысячелетия.

— Ежу понятно, — начал вальяжно объяснять он, — что это и есть знаменитый портал, что ведет в неизвестную часть острова. Точнее, вы думаете, что ведет. Какое же действие должен совершить человек, чтобы эта чертова диафрагма раскрылась?

Нефариус отступил левее и открыл взору парня торчащий из стены разъем типа "папа". То есть, говоря современным языком, из стены торчал штырек.

— Сюда должно помещаться открывающее портал кольцо.

— И где же это колечко? — спросил Марвин.

— Интересный вопрос. Мы пришли к выводу, что давным-давно там (на той стороне острова) что-то случилось. Чтобы сюда не пробралась зараза, портал, соединяющий две части острова, был закрыт. А кольцо, открывающее его, разбито на несколько частей.

Наш герой порылся в рюкзаке и вытащил на свет божий (хотя вокруг стояла чертова темень, едва разгоняемая магическими факелами) фрагмент орнамента, который он притащил сюда через добрую половину острова.

— Вот таких? — спросил он, протягивая кусочек орнамента Нефариусу.

— Именно! Это только одна часть. Должны быть еще три. Я дам тебе карту, на которой обозначены места хранения остальных трех частей. Если ты проявишь небольшое усердие, а также удаль и ловкость, то вскоре мы сможем воссоединить части орнамента. Или кольца — как кому нравится.

Марвин взял протянутую карту, посмотрел на нее, ужаснулся предстоящим трудностям и спросил:

— Мудрые предки закрыли портал. Глупые потомки снова откроют его, чтобы впустить сюда нечто. Или вот так: "НЕЧТО!!!" С тремя литерами "ять" и матерным окончанием!

— Поверь, я не рад этому, — кротко ответил Нефариус.

Пол под ногами качнулся. Марвин едва устоял, а мага отбросило на стену — тот едва не напоролся на злополучный штырь и развел руками.

— А разве у нас есть выбор? Что-то ищет путь в наш мир. И если мы не найдем возможность преградить его ему, то возможно всякое. Неприятное. И опять же, толчки эти неспроста.

— Угу! Толчки и червячки! — проворчал Марвин, — опять начинается все сначала. Ваш покорный слуга носится с высунутым языком, маги считают звезды и высчитывают в уме суточный параллакс светила по имени "Стереус". Денег хоть дадите?

— Не волнуйся. Твои расходы будут возмещены. Ну, что? Счастливо?

— Кому как! — ответил на этот вопрос-пожелание наш герой, возвращаясь к тройке умеренно пьющих.

— Чего наш Не-Фариус от тебя хотел? — спросил Миксир.

— Давай-ка, быстро объясни мне алфавит древних... мне нужно будет читать скрижали!

Миксир поперхнулся вином в очередной раз.

— Да я две недели учу эти каракули, а ты...

— Каракуль — это шуба овцы. Или барана. Гомо сапиенс способен учиться на бегу. Мердарион, нет ли более быстрого пути в город? Я сдохну... к вам по три раза на день бегать. Ну, не томи! Хроник, от тебя мне нужны только эликсиры и свитки.

Кронос надулся.

— А деньги у тебя есть? Заклинания и зелья денег стоят.

— У-у! Жлобяры майданные! Как конские каштаны из огня таскать, так я! А как снабдить посланца самым необходимым, то сразу вступает в дело меркантильность! Подавитесь, козлы бритые, вы своими эликсирами! Подорвитесь на своих "огненных шариках" и "ледяных дрючках". Нет, морда, ты что? В натуре, пытаешься торговать здесь, под землей? Твой бизнес прогорит, и не нужно быть Нострадамусом! Мердарион?

— Есть один способ, — замялся маг.

— Не томи душеньку, руби старушеньку! Ну, Родион!

— Даже и не знаю. Дело это новое, а парень ты молодой, горячий!

— Мля! Да говори, наконец!

— В этой части острова нами было обнаружена сеть порталов. Благодаря Аданосу, мы их активировали. Только вот испробовать не успели — нет охотников. Так что я не вполне уверен...

— Достаточно! Где находится ближайший?

— Ближайший что?

— Портал! Не кабак, конечно.

Мердарион зябко передернул плечами.

— Прямо в торце предыдущего зала есть небольшая каменная дверь. Она ведет в комнату, где находится портал.

— Дай мне ключ. Я хочу взглянуть на него.

— Ты уверен...

— Мля! Ключ!

Мердарион бросил нашему герою небольшой ключик. Марвин подхватил его одной рукой, а другой шутливо отдал честь.

— Бывайте здоровы и не поминайте лихом. Если что. Поминайте полной.

Марвин вернулся в зал с углублением в полу и принялся внимательно исследовать стену, отыскивая упомянутую дверь. Двери он не нашел, но зато обнаружил замочную скважину, в которую с первого раза попал ключом мага. В стене что-то заскрежетало, захрустело. Часть ее подалась назад — тут же раздался низкий рокот невидимых механизмов, поднимающих гранитную плиту вверх.

— Не фига себе, у них здесь двери! — присвистнул Марвин, — не во всяком мавзолее такие.

За дверью и впрямь обнаружилась комнатенка размером в три на четыре, посредине которой располагался небольшой постамент со следами "шаровидной турбулентности". Слева стоял сундук, возле него валялась бутылка с чем-то лечебным. Больше в комнате не было нихрена. Марвин присел у сундука, ловким движением отправил пузырек с эликсиром в рюкзак и подергал откидную крышку. Бесполезно. Отмычки у него, конечно, были. Но вот какая беда — о процессе взламывания замков он помнил весьма смутно. Поковырявшись в замке минут пять и сломав несколько отмычек, Марвин понял, что необходимо посетить старика Торбена и все же заплатить двести золотых, которые тот требовал за обучение вскрытию замков.

Оставался неисследованным лишь портал, хотя исследовать в нем что-нибудь было невозможно. Это все равно, что исследовать чугунный кубик со стороной в десять сантиметров. Марвин вспомнил, что говорил по этому случаю Гагарин, затем несколько раз повторил его простейшее заклинание системы "поехали", но решительности в нем не прибавилось. Затем он подумал, что обратно предстоит добираться одному, без Лареса. Эта свежая мысль придала ему сил и душевного равновесия. Решив, что неизвестно, куда выбросит его судьба, парень наугад вытащил из рюкзака свиток с мгновенным заклинанием и решительно шагнул внутрь "турбулентности", то есть, по-простому — оптической игры искривленного пространства по радиусу зоны вхождения в портал. На короткое мгновение его втянуло в открытый космос, а затем безжалостно выбросило обратно.

— Ни фига себе! — присвистнул парень.

— Ух-ха-ха! — раздался почти рядом громкий рев, и наш герой на автомате выпалил заклинание.

Это оказалось одно из самых дорогих заклинаний — "Огненный дождь". Одно из самых дорогих, но и самых разрушительных. Бегущего к нему по пещере орка моментально сожгло несущейся сверху горящей серой, а следующему в кильватере на собачьих правах волку опалило шкуру. Марвин добил зверя, но снимать шкуру не стал — Боспер за такое не дал бы и ломаного гроша. Когда пламя угасло, внимательно осмотрелся. Небольшая пещера, портал, традиционный сундук. Рядом лежал и чадил смрадом орк-воин. Волк не дергался.

— Вот, черт побери! Это куда же меня занесло?

Сжимая в руке меч, Марвин начал пробираться к выходу из пещеры. В заднице неприятно посвистывало — кто его знает, какие сюрпризы готовит ему судьба. Однако ни орков, ни волков в пещере больше не оказалось. Лишь около полувзвода мясных жуков барражировали второй зал пещеры. В нем же Марвину удалось найти несколько полезных зелий и свитков. Все они валялись в уголке и просто удивительно, что их не подхватила ничья загребущая лапа. С другой стороны, кто при трезвой памяти станет связываться с волком и его прелестным хозяином!

Собрав трофеи, наш герой начал выбираться из пещеры. И первое, что он увидел, был далекий силуэт ополченца Мики. Оказывается, портал магов воды перенес его почти к самому Хоринису. Вот так удача! Парень обрадовался и побежал в город. Безумно хотелось пива и ветчины, а в заведении старины Карагона было и то и другое.

— Ух, ты! — восхитился Мика, когда увидал Марвина, вооруженного большим "полупрофессиональным" арбалетом, — не продашь ли машинку? Страсть, как хочется почувствовать себя защищенным!

— Зайди в город на пять минут, вот и почувствуешь! — ответил парень, — а мне такая штуковина и самому пригодится.

— Ты хоть стрелять из не умеешь?

— Белку в глаз бью!

— В самом деле?

— Ну, бил когда-то...

— Белку?

— Мракориса!

Занявший место Сары Кантар приветствовал нашего героя кивком головы. Сидящий слева Джора был печален и молчалив. Было такое ощущение, что его гложет некая печаль. Он сидел на краешке прилавка, подперев щеку давно не мытой ладошкой и излучал на всех поддиапазонах мирскую скорбь самого высокого качества.

— Чего это с ним? — полюбопытствовал Марвин у Хакона.

— Обокрали! — вздохнул торговец.

— Ясно!

Он подошел к печальному торговцу всякой всячиной, занявшему одно из лучших мест на площади и приветливо поздоровался.

— Иди нахрен! — отозвался Джора.

— Я — художник не местный! — раздраженно заявил наш герой, — попишу и уеду. А ты, дурак, останешься! Отвечай толком и обстоятельно: кто и когда тебя обидел. Авось, дядя Марвин тебе поможет.

Шмыгнув носом, Джора произнес:

— Народу сегодня много было... а я один. Проходил тут этот тип, Ренгару! Могу поклясться, что именно он и срезал мой кошель.

— Ясно! Ты обращался к стражникам?

— Обращался! К ним нужно обращаться, когда бухло лишнее есть — выпить подсобить. А деньги искать — не их профиль. У-у, дармоеды чертовы!

Стоящий неподалеку с серьезным видом Пабло нахмурился и сделал вид, что глух, как тетерев. Джора показал ему фигу. Пабло оказался еще и слепым, как крот.