Безбашенная Онса

— Мэм, а вы не доложите о происшествии на базу? — поинтересовался стрелок, рядовой Коллинз.

— Доложу, рядовой, как только вернемся на базу, сразу и доложу.

Я заняла свое место в кабине и подняла вертолет в воздух.

— Мэм, на инструктаже нам объясняли, что обо всех неожиданностях при выполнении миссии следует докладывать на базу.

— Верно, рядовой. Только старший по званию в этой кабине я. Поэтому все будет так, как я решу.

— Мэм, доложите о повреждении вертолета и гибели первого пилота немедленно. — Мне в затылок уперся ствол пистолета.

— Рядовой Коллинз, мы находимся на высоте 1500 футов (450 метров) над землей, первый пилот мертв, а я поступаю так, как считаю правильным. Вы можете выпустить в меня хоть всю обойму, только сомневаюсь, что выживете после падения вертолета с такой высоты. Да, и команде А, выполнив задание, придется тащиться на базу пешком. А так поступайте, как велит вам совесть и инструктаж.

— Мэм, вы не боитесь смерти? — голос Коллинза выражал крайнее удивление.

— Все мы когда-нибудь умрем. Перед отбытием на службу я сделала необходимые распоряжения и составила завещание. Все мое имущество, включая недвижимость и предприятия, отписаны моему сыну, опекун тоже выбран. Я готова к смерти. А вы? — беседуя с рядовым, я подняла вертолет над деревьями и взяла курс на цель нашей миссии — кокаиновую плантацию.

— Мэм, вы совершенно безбашенная.

— Ну, поигрались, и будет. Рядовой Коллинз, занять свое место за пулеметом, выходим на позицию, — скомандовала я тоном нетерпящим возражений.

— Есть, мэм, — ствол мигом исчез, в кабине кроме меня остался только труп первого пилота, который я пристегнула креслу, чтобы не мешал управлению вертолетом.

Поместье наркобарона напоминало потревоженный улей. Охранники носились по территории как муравьи, стреляя во все, что движется. Ястребок прошел над плантацией и пулеметным огнем разогнал рабочих и охранников. Под прикрытием вертолета зеленые береты подожгли плантацию. По дороге к импровизированному аэродрому спешил джип. Ракетой я уничтожила самолет. Взрывная волна накрыла вертолет, который тоже взорвался, и подбросила в воздух джип, на землю он рухнул бесполезной грудой металла в окружении трупов. Расчистив пулеметами место от охранников, ястребок снизился возле засевших за ящиками зеленых беретов.

— Парни, вас подвести?

Под прикрытием пулеметов зеленые береты поднялись на борт и втащили двоих раненых. Как только лейтенант Макензи запрыгнул на борт, я подняла ястребка в воздух. Под нами догорало поместье наркобарона. Взяв курс на базу, я связалась с командованием и доложила об успешном выполнении миссии, гибели первого пилота и двух раненых коммандос.

— Онса, как ты не боишься летать с мертвым первым пилотом? — в кабину заглянул лейтенант Макензи.

— А чего его бояться, он же привязан. Парни сильно пострадали?

— Твой подрыв самолета оглушил сержанта Бигглза и майора Дугласа. Уверен, майор сильно на тебя обидится, когда очнется. Он планировал сам взорвать самолет.

На взлетном поле нас уже ждали кареты скорой помощи. Стэнли и Коллинз отозвали меня в сторону.

— Мэм, вы доложите о происшествии в кабине пилота?

— Рядовой Коллинз, вы имеете в виду угрозу оружием старшему по званию? — уточнила я.

Солдат обреченно кивнул.

— Капрал Стэнли, вы что-нибудь необычное видели или слышали на борту вертолета или в кабине пилотов?

— Нет, мэм, — бортмеханик хитро подмигнул мне.

— Тогда, я не понимаю, о чем вы говорите, рядовой Коллинз.

Я подошла к махавшему мне рукой Макензи.

— Онса, нас вызывает командование.

В кабинете командующего специальными операциями нас ждал полковник Моррисон.

— Капитан Смирнов, доложите обстоятельства гибели первого пилота.

Я подробно рассказала, как пролетая над лагерем повстанцев, вертолет обстреляли, первый пилот погиб сразу, а я, успев перехватить управление, смогла мягко посадить вертолет и заняться ремонтом.

— Каким ремонтом, капитан?

— В результате обстрела у вертолета оказался слегка поврежден рулевой винт. Пока бортмеханик оценивал степень остальных повреждений, я его починила.

— Почему не доложили на базу о повреждении и смерти первого пилота?

— Не сочла целесообразным, сэр. Вертолет был починен и мог продолжать выполнение миссии. А мертвый пилот не мешал выполнению миссии. Будь он ранен, доложила бы незамедлительно.

Полковник как-то странно на меня посмотрел и по телефону дал указание провести диагностику повреждений моего вертолета. Потом настала очередь докладывать Макензи.

Под конец его рапорта в кабинет вошел старший авиамеханик мастер-сержант и что-то тихо сказал полковнику. С живым интересом они посмотрели на меня.

— Капитан Смирнов, кто вас, интересно, так учил чинить вертолет?

— Джерри Льюис, бывший военный пилот — ветеран Бури в пустыне. Он уже лет 12 работает авиамехаником в моей транспортной компании и два года назад уговорил купить списанный Национальной Гвардией Хьюи. После покупки мы его перебрали, и сейчас вертолет летает как новенький.

— Отличная работа, капитан, — с разрешительного кивка полковника произнес мастер-сержант. — В условиях ангара я мог бы произвести лучше, а вот в полевых не уверен.

— Лейтенант Макензи, продолжайте рапорт. Капитан Смирнов, можете быть свободны.

Я вошла в казарму коммандос.

— Онса, как все прошло? — раздались вопросы со всех сторон.

— Пока не знаю. Макензи все еще рапортует. — Я присела на свободную койку.

— Онса пить хочешь? — двое молодых коммандос мне тут же предложили фляжку с чем-то резко пахнущим.

— Что слышно о контуженых?

— Бигглз вон сидит, а майор ушел в ванную и пропал.

С моим появлением возобновилось обсуждение последней миссии " А как они.. И тут Онса ракетой... А здесь Ястреб пулеметами... А как я огнеметом...".

Распахнулась дверь и на пороге появился стрелок Коллинз.

— Капитан Смирнов, я хотел бы извиниться. Это мой первый вылет в качестве бортстрелка и я, кажется, наломал дров.

— По вашей стрельбе у меня претензий нет, рядовой, — я машинально отхлебнула из фляги.

— Я говорю об инциденте в кабине, мэм, — солдат был явно смущен.

— Рядовой Коллинз, я не понимаю, о чем вы говорите, — под восхищенные ахи шутников, предложивших мне напиток, я, не морщась, сделала еще глоток.

— Я говорю о приставленном к вашей голове пистолете и требовании доложить о смерти пилота и поломке вертолета, — Коллинза после первого боя явно переклинило.

— Ну-ка, рядовой, с этого места поподробнее, — поднялся здоровенный как медведь и широкий как шкаф сержант Бигглз.

Коллинз сдуру рассказал. Коммандос повскакивали с мест.

— Салага, ты угрожал нашей Онсе?! — взревел Бигглз. Из ванной в комнату просочился Дуглас, я сделала вид, что этого не заметила.

— Рядовой Коллинз, можете быть свободны, — приказала я.

— Никуда он не пойдет, пока не объяснит, как он посмел угрожать оружием старшему по званию. Под трибунал захотел? Онса, ты доложила об этом командованию?

— Разумеется, нет, — я тоже встала. — Спасибо воду, ребята. Отличное поило.

Один из шутников отхлебнул и закашлялся.

— Онса, как ты это пьешь?

— Парни, я уже 15 лет вожу военный вертолет. Думаете, вы первые, кто пробует так надо мной подшутить. Я или не пью вовсе или пью все, что горит.

— Онса, не отвлекайся. Почему ты не доложила?

— Рядовой Коллинз, член моего экипажа, я за него отвечаю и сама решаю, как поступить в той или иной ситуации. У парня был первый боевой вылет в качестве бортстрелка вертолета. Неудивительно, что при виде мертвого пилота он в штаны наложил. С кем не бывает. Зато при атаке на поместье он был на высоте. Огонь его пулемета многим из вас спас жизнь.

— По поводу атаки, мы с тобой еще поговорим, Онса, — подал голос майор Дуглас.

— В любое время, Эрик. Рядовой Коллинз, можете идти, — солдат повернулся к выходу, но проход ему перегородил сержант Бигглз.

— Онса, ты же не всерьез думаешь, что парень обойдется без наказания?

— Тронь его, и будешь иметь дело со мной, — я отодвинула опешившего стрелка себе за спину. — Он — член моего экипажа, значит, мой человек. За своих людей я могу и убить.

— Ты угрожаешь зеленому берету? — Бигглз решил, что ослышался.

— Ну, всех я, конечно, не положу, силы, да, и выучки не хватит, — я оценивающе оглядела коммандос.— Но ведь и вы меня убивать не станете.

— Онса, ты точно безбашенная, — Бигглз рассмеялся, — я же тебя одной левой прихлопну.

— Приходил ко мне один бывший "зеленый берет" в охрану наниматься. Тоже хотел проверить мою реакцию, прыгнул через стол, так я его из окошка выбросила.

— Кто таков? — парни заинтересовались.

— Его имя Рональдо, грек Рональдо, фамилию мне назвал явно вымышленную. Его демобилизовали после ранения в Сомали. Вот его фото.

Я протянула Бигглзу смартфон.

— Так это же Марко, Рональдо Марко. Но он же умер от ран, нанесенных полосатой гиеной, в 2007 году. А здесь он рядом с тобой и под фото дата двухнедельной давности.

— Марко или как он мне представился Аполло, жив и работает у меня охранником с декабря прошлого года.

— Но как это возможно? — загалдели коммандос.

Под шумок я вытолкнула Коллинза за дверь. В дверях он столкнулся с Макензи, поднырнул у него под рукой, да и, был таков.

— Дело в том, — начала я, — что гиена, напавшая на Рона, оказалась оборотнем, и теперь Рон тоже стал гиеной-оборотнем.

— Онса, тебе голову при ремонте напекло? Оборотни бывают только в фильмах.

— Ах, в фильмах? Тогда на это что вы скажете?

Я включила на смартфоне видеозапись репортажа о восстановлении на работе агента ФБР, ставшего вервольфом. Парни сгрудились вокруг смартфона и спорили, кто из сопровождающих меня мужчин оборотень, пока репортер не обратилась к мужчине со словами, "Сэр, расскажите, какого чувствовать себя оборотнем", а во втором моем спутнике они узнали Рона.

— Онса, как ты вообще взялась защищать этого монстра.

— И где ты увидел монстра? Обычный мужик, которого уволили с работы за травму на производстве. Ну, превращается он теперь раз в месяц на одну-две ночи в волка. Где проблема? Зато у него теперь нюх, зрение и слух лучше, у человека. Чем не подспорье для следователя?

— Но они же — дикие звери.

— Ты фильмов насмотрелся, а я представляю интересы оборотней уже почти 7 лет. У меня половина сотрудников оборотни, так что могу считаться экспертом в этой области. Да что там, мой парень — Рой Доусон, один из тех, кого я привезла летом из Индокитая, на Рождество пострадал от нападения волка. Я привезла его домой в волчьем обличии на своем частном самолете и сдала в местную стаю. Поэтому я авторитетно заявляю, что оборотни, прошедшие обучение контролю над своим зверем больше 3-4 месяцев, ничем не отличаются от обычных людей. Вы сами только что не смогли выделить веров в толпе, а Рон прекрасно контролирует себя даже в постели.

— Ты так говоришь, словно проверяла, — послышались смешки.

— Вы его видели? А мне довелось увидеть без одежды. Знаете, я — нормальная здоровая женщина с вполне адекватной реакцией на красивого мужчину, а тут такая возможность.

— И что это за возможность? — все заинтересовались, даже майор Дуглас махнул рукой на приличия и тоже подался вперед.

— Дело в том, что я его доминант. В смысле, выкинув его в окно, я одолела его в схватке за статус в стае. Теперь я его альфа, самка, стоящая выше его по иерархии. Месяц назад я доказала, что готова защищать Рона даже перед лицом вожака стаи. В обмен на защиту я могу потребовать у своего подопечного все что захочу, вот и потребовала.

— Что значит доминант стаи?

— Доминант — это кто-то не из стаи, заслуживший уважение членов этой стаи. К слову, я доминант 4 стай города: волков, леопардов, гиен и львов. Статус доминанта волков приходится подтверждать ежегодно. При этом я до сих пор человек.

Коммандос ошеломленно притихли.

— Онса, ты передашь весточку Марко, чтобы он мне позвонил? — подал голос Макензи.

— Передам, пиши письмо. А в качестве довеска можно положить пару фотографий, на которых Рон в форме зеленого берета в вашем обществе. Думаю, ему будет приятно.

— Обмозгуем. Доброй ночи, Онса.

— Доброй ночи, парни.

* * *

Ястреб летел над вечерними джунглями. На этот раз командиром экипажа назначили меня, а вторым пилотом молодого лейтенанта Диккенса. Несмотря на мои заверения, что я и одна справлюсь, мне дали этого выпускника учебной роты, налетавшего всего 300 часов по территории США, "чтоб набирался опыта в условиях приближенным к боевым". Посадку по приборам я доверила Диккенсу, и с этим заданием он отлично справился.

— В кое веки, Онса, твой вертолет доставил нас в точку высадки. Спасибо, что не заставила снова делать марш-бросок в лишние полмили к цели миссии.

— Откуда столько сарказма, Эрик? В прошлый раз я посадила подбитого ястребка так близко к точке высадки, как вообще возможно. Если тебе не нравится, как я делаю свою работу, больше не приглашай меня в джунгли. Я могу поработать и над устранением последствий урагана.

— Может, и не приглашу. По крайней мере, никакой другой пилот не взорвет самолет, на который нацелился я сам.

— Онса? Вы — легендарная Безбашенная Онса? — лейтенант был восхищен и озадачен.

— Да, я — Онса, и как говорит майор Дуглас "совершенно Безбашенная". Но для вас, лейтенант, я — капитан Смирнов, командир вертолета. Онсой меня могут называть только близкие друзья и люди, которых я вытащила из неприятностей. В число первых вы еще не вошли, и молитесь, чтобы не оказаться в числе вторых, — я переключила радио на волну команды А, откинулась на спинку сидения и прикрыла глаза.

— Мэм, вы не боитесь нападения повстанцев? — спросил Диксон, с тревогой глядя, как я расслабилась.

— А бортстрелки с пулеметами на что? Первую атаку они отобьют, а потом мы влетим и ударим из миниганов. Кроме того, при погашенных огнях нас в темноте на фоне джунглей не видно.

— Мэм, вы так спокойно говорите об убийствах, словно о рутине, хотя как я слышал, вы прикомандированы из Национальной Гвардии. Я думал, что Воздушная Гвардия — это поиск пропавших, спасение жертв ураганов и наводнений, а вы с командиром команды А обсуждали взорванный самолет. Как такое возможно?

— Я вожу боевой вертолет уже более 15 лет. Из них первые 5 лет состояла на действительной службе в авиакрыле, осуществлявшем поддержку спецподразделений. После рождения сына перешла в Национальную Гвардию, но летать не перестала. Мой вертолет участвовал во всевозможных конфликтах от Афганистана до Сальвадора. Вот теперь и Колумбия. У меня больше боевых вылетов, чем вы можете себе представить, лейтенант. А по поводу смертей — в гражданской жизни, я адвокат и в этом году в меня уже дважды стреляли. Мне ли не быть со смертью на ты.

Ответить Диккенс не успел.

— Онса, вытаскивай нас отсюда, немедленно, — раздался в наушниках голос Эрика.

— Вас поняла, — я завела двигатели и подняла машину в воздух.