Моника своеобразный и хороший человек, она не дает скучать и сама никогда не унывает, не позволяя и другим погружаться в депрессию, как бы тем ни было плохо. Вероятно, именно поэтому Дэвид и терпел все ее выходки, потому что порой нужно что-то подобное, острое и яркое, чтобы не погрязнуть в серости дней.
Никогда еще Алекс не чувствовал себя так хорошо и легко.
Дэвида не было гораздо дольше, чем он ожидал, прошла уже почти неделя, и он начинал волноваться, но Моника не позволяла долго забивать этим голову, привлекая все внимание к себе.
В один из очередных вечеров, проведенных за просмотром фильма, Алекс заснул, положив голову на колени Монике. Она иногда приятно касалась его кожи, перебирая кончиками пальцев волосы, отводя их от лица.
Смотря фильм, она заметила, как приоткрылась дверь.
— Какая идиллия, — произнес Дэвид, пройдя в комнату и остановившись у дивана, опираясь о его спинку руками.
— Цыц, — фыркнула Моника, взглянув на него. — Что, мои выходные окончены?
— Да, — кивнув, Дэвид протянул руку, откидывая с дивана одну из множества подушек, которых раньше здесь не было. — А что в моем доме делает гора этого ляпистого дерьма?
— Лежит и украшает твой скучный интерьер, — заключила Моника, взяв на себя смелость разнообразить дом, в котором временно пребывала.
— Будешь уходить, не забудь забрать с собой, — отстранившись, Дэвид едва сдержался, чтобы не высказать свое мнение более развернуто и живописно.
Проснувшись, слыша знакомый низкий голос, Алекс привстал, потирая глаза.
— С возращением...
— С пробуждением, — ответив, Дэвид направился к двери, беря Монику за руку и ведя ее за собой.
— Эм... собирайся пока, сходим куда-нибудь поесть, — успела сказать она, прежде чем брат буквально перетащил ее через порог, заставляя уже отвлечься от роли смотрительницы.
— Хорошо... — наблюдая представшую картину, Алекс сонно зевнул, прикрывая рот рукой. За прошедшее время он уже даже успел соскучиться по подобному поведению Дэвида, без которого в этой квартире было слишком пусто.
Быстро переодевшись, Алекс вышел на кухню, наблюдая не менее живописную картину очередной ссоры.
— Я готов... — робко произнес он, сомневаясь, стоит ли встревать или тем более мешать брату и сестре высказывать друг другу очередные колкости, которых, похоже, за время отсутствия Дэвида накопилось немало.
— Отлично, — Дэвид, взяв свой пиджак со стула у барной стойки, раздраженно выдохнул.
Сидя в ресторане, Дэвид и Моника не преминули воспользоваться моментом и говорили о работе, различных документах и прочей волоките, и Алексу ничего не оставалось, кроме как молча сидеть и пить чай. Он слушал их краем уха, попривыкнув к их голосам рядом с собой, обсуждающим важные темы, и, задумавшись, смотрел в окно, на оживленную дорогу. Он был по-своему тихо рад тому, что теперь у него есть хотя бы часть того, о чем он всегда мечтал. Безусловно, Дэвид и Моника были далеки от роли родителей, но, тем не менее, они давали именно то, чего Алексу не хватало. Моника была своеобразно заботлива, всегда искренне улыбалась, поддерживая. А Дэвид... вполне хватало и того, что он просто есть.
— Алекс? Ты слушаешь? — толкнув его в плечо, спросила Моника, заставляя отвлечься от мыслей и наконец-то послушать ее.
— Ах, да... что? — вздрогнув, Алекс пару раз быстро моргнул, глядя на нее.
— Ты ведь учился в школе? — отставив бокал со спиртным, Дэвид перехватил инициативу.
— Да.
— А хотел бы учиться в колледже? — Монику перебить было сложно, и поэтому она, удачно встряв, закончила мысль.
— Да, конечно!.. — почти не думая, Алекс согласился. Ему действительно хотелось учиться, чтобы не сидеть круглосуточно на одном месте и не быть обузой; хотелось общаться со своими сверстниками; хотелось быть обычным человеком, чтобы попытаться хоть как-то стереть воспоминания обо всем, что пришлось пережить.
— Будет несложно устроить тебе вступительные экзамены, — Дэвид улыбнулся, наблюдая за реакцией Алекса, все эмоции которого легко читались в одном лишь взгляде.
— Не сомневаюсь, что ты поступишь, ведь ты у нас смышленый мальчик, да и форма прилежного ученика тебе точно пойдет! — озвучив свое мнение, Моника картинно помахала рукой.
Алекс улыбнулся, надеясь, что оправдает такую веру с ее стороны. В школе он довольно неплохо учился, так что в этом смысле и правда был смышлен, чего не мог сказать о жизни, потому что иногда был слишком наивен. Ведь будь он немного предусмотрительнее и подозрительнее, то ему бы наверняка удалось избежать многих ошибок.
Через есколько недель Алекс все-таки сдал экзамены и был зачислен в колледж. Он исправно и упорно готовился и поэтому без затруднений ответил на тестовые вопросы, а природная скромность помогла неплохо показать себя на собеседовании.
Жизнь начала казаться не такой уж и плохой, хотя иногда Алекс все равно чувствовал себя одиноко, потому что Дэвид не изменял своей работе и редко бывал дома.
Время ожидания прошло почти незаметно, и, приступив к учебе в колледже, Алекс, к своему огромному удивлению, встретил своих бывших одноклассников.
— Алекс! Давно не виделись! — подбежав и обняв, ему улыбнулся светловолосый юноша. Они были друзьями еще в школе, но перестали общаться, потому что Алекс просто исчез.
— Привет, Эндрю! — радостно улыбнувшись в ответ, Алекс почувствовал, будто дышать стало легче, ибо с первых же мыслей о колледже переживал, сможет ли прижиться в новом коллективе.
— Где ты был? — отпрянув, Эндрю поправил сумку на плече.
— Я... заболел, и поэтому... так вышло, — неуверенно ответил Алекс, так как ничего другого из лжи на ум не приходило, а правда была неуместна.
— Понятно. Но теперь мы будем снова вместе учиться, и это круто! — похлопав его по спине, Эндрю другой рукой помахал своим знакомым, только вошедшим в ворота колледжа.
Подойдя, они переглянулись, но все-таки узнали бывшего одноклассника.
— Привет! — почти в голос произнесли брат и сестра, которые были знакомы с Алексом еще с младших классов, хотя никогда особо с ним не общались. — Рады тебя видеть! Где ты был? И куда так внезапно делся?
— Он болел, поэтому не смог ходить с нами в школу! — знающе ответил Эндрю, чтобы избежать лишних вопросов.
Первые дни учебы казались Алексу просто прекрасными: он встретился с теми, с кем когда-то учился и познакомился с новыми людьми.
Он улыбался и смеялся; чувствовал себя живым, возможно, впервые за всю свою жизнь. Было чувство, словно он проснулся от долгого и тяжелого сна, который все это время нависал черным облаком.
Алекс стал обычным подростком, как и все, хотя многое все же приходилось скрывать. Первое время в колледж его возила Моника, а забирали люди Дэвида, весьма бесцеремонно подъезжая к главным воротам, что привлекало немало внимания, но любые альтернативы отклонялись без рассмотрения.
Дни заняла учеба, но вечера Алекс по-прежнему проводил дома и чаще в одиночестве, потому что было запрещено даже думать о том, чтобы куда-либо ходить со своими новыми друзьями. Но он чувствовал себя счастливым и был благодарен за это Дэвиду, за все, что тот дал и сделал.
Алекс слабо себе представлял, как может отблагодарить за подобное человека, у которого есть все.
Поздним вечером Дэвид привычно сидел в своем кабинете и пил коньяк, безразлично глядя на очередную папку с бумагами, которые лежали перед ним на столе. Услышав, как приоткрылась дверь и в кабинет вошел Алекс, он поднял взгляд:
— Моника была права, ты неплохо смотришься в роли ученика, — усмехнулся Дэвид, вновь переводя взгляд на бумаги. Форма колледжа на Алексе смотрелась весьма скромно, чем по-своему дополняла его тихую натуру. — Как прошел день?
— Нормально... — неопределенно пожав плечами, Алекс сделал шаг вперед. Он сомневался в своих действиях и намерениях, но в голову приходил лишь один вариант того, как он может отблагодарить.
Собравшись со всей своей смелостью и решительностью, Алекс все-таки обошел стол и остановился рядом.
— Ты что-то хотел? — Дэвид повернулся к нему, не без интереса глядя в смущенное лицо.
Возможно, слова были излишними, или потому что нечего было сказать, Алекс глубоко вздохнул и сделал еще один шаг... приблизившись, он неуверенно прижался губами к губам Дэвида, робко и поверхностно целуя, не решаясь на большее.
— Какого черта ты делаешь? — взяв за плечи и отстранив от себя, Дэвид удивленно посмотрел на него, никак не ожидая подобного от человека, который едва ли не шарахался от него.
— Не знаю... — честно ответил Алекс, потому что и сам бы хотел знать ответ на этот вопрос. — Я хочу... поблагодарить вас.
Зажмурившись, он вновь приблизился и поцеловал Дэвида, едва не дрожа всем телом от смущения и нерешительности. Алекс чувствовал горький привкус коньяка на чужих губах, которые казались ему слишком горячими по сравнению с собственными.
Дэвид практически никак на это не реагировал, не отталкивая и не подыгрывая, позволяя разобраться в мыслях и действиях. Но так и не дождавшись чего-либо вразумительного, он резко встал и, подхватив Алекса за пояс, посадил на свой стол. От неожиданности Алекс крепко схватился за плечи Дэвида, прижимаясь к нему. Он расценил это как согласие, и оно в какой-то степени успокаивало, ведь он ожидал, что его могут оттолкнуть и навсегда презреть, и тогда бы точно уже не нашлось что сказать.
Приподняв голову, Алекс хотел обнять и попытаться вновь дотянуться до губ, но Дэвид остановил его, заставляя отстраниться.
— И за что ты так решил поблагодарить меня? — усмехнувшись, Дэвид уперся в стол руками, заключая Алекса между ними.
— За все... что вы сделали для меня... и дали шанс почувствовать себя живым... — пытаясь более или менее четко сформулировать ответ, Алекс неуверенно и почти нервно улыбнулся, понимая, как глупо выглядит.
— И ты считаешь, что должен благодарить меня за это таким образом?
— Но... это единственное, что я могу сделать для вас.
— Н-да, тот еще выбор... — отстранившись и убрав руки со стола, Дэвид сел в кресло.
— Извините... — тихо произнес Алекс, желая провалиться под землю от стыда. Стоило ожидать, что Дэвид не кинется принимать подобную благодарность, особенно если учитывать, что у него и без этого было множество возможностей воспользоваться положением. — Я обязан вам всем, что у меня есть, и я должен...
— Ошибаешься, ты ничего мне не должен, — Дэвид придвинулся к столу, кладя руки Алексу на колени. — Все, что я сделал, было без какого-либо умысла или выгоды, поэтому я не требую, чтобы ты как-то за это платил. Кроме того, не было повода сказать тебе об этом раньше, но, похоже, сейчас он появился... в какой-то степени я должен все это делать, потому что официально являюсь твоим опекуном.
— Что?.. — вздрогнув, Алекс непонимающе взглянул на него.
Дэвид открыл один из ящиков в столе и достал небольшую папку с бумагами.
Взяв ее и мельком изучив содержимое, Алекс едва не поперхнулся собственным вздохом. В документах говорилось о том, что его мачеха, по причине смерти его отца, отказывается от родительских прав и передает их Дэвиду.
— Вы... — прикрыв рот рукой, Алекс выронил папку, и она с глухим хлопком ударилась о пол. Он и предположить не мог подобного, но еще больше поражало то, что Дэвид сразу не сказал об этом. — Извините меня! Простите за все, что я вам тогда сказал!..
Закрыв лицо руками, Алекс почувствовал себя отвратительно, и от стыда теперь хотелось уже не просто куда-нибудь провалиться, а исчезнуть, потому что после такого невозможно смотреть в глаза.
— Ничего, — вновь усмехнувшись, Дэвид встал из кресла и отвел его руки, заставляя открыть лицо.
— Извините, я не знал... — тихо повторил Алекс, подсев к краю стола. Обняв Дэвида, он замер, чувствуя, как же быстро бьется собственное сердце.
Немного отстранившись, Алекс медленно выдохнул, словно боясь, что вот-вот проснется, а все это останется смутным сном. И решив не дожидаться этого, он приподнялся и замер, касаясь носом кончика носа Дэвида, но получил одобрение своим действиям раньше, чем успел опомниться и отстраниться. Дэвид не стал дожидаться, когда ему вновь предложат благодарность и предпочел взять ее сам, приблизившись и позволив прижаться к его губам.
Алекс лишь покорно приоткрыл рот, впуская горячий и мягкий язык, заманчиво скользнувший по губам. Холодные ладони легли на спину, заставляя приникнуть ближе. Это словно распаляло внутри Алекса огонь, который заполнял своим теплом и сжигал все мысли, которые в этот момент были излишни.
Расслабившись, он все доверил Дэвиду, полностью отдавшись его прикосновениям.
Дэвид, ненадолго забывшись, все-таки отстранился и, буквально закинув его себе на плечо, направился к двери.
— Что вы делаете?.. — широко распахнув глаза от удивления, Алекс пару раз махнул ногами.
— Иду в спальню, потому что здесь мне еще потом работать, — с ухмылкой ответил Дэвид, придерживая его за бедра.
Вероятно из-за того что кровь прилила обратно к голове, Алекс едва не вздрогнул от осознания происходящего. Он одинаково не верил в то, что сам проявил инициативу, в то время как всегда боялся и сторонился телесной близости, и в то, что Дэвид все-таки согласился и принял подобную весьма странную благодарность.
Зайдя в комнату, он положил Алекса на кровать и сам навис над ним, упираясь коленом в матрас между его ног.
— Еще не передумал? — отведя от лица волосы, Дэвид наклонился ближе, выдыхая вопрос в приоткрытые губы.
— Нет... — отрицательно мотнув головой, Алекс закрыл глаза, просто не в силах смотреть на это. Дэвид был настолько близко, что чувствовалось его дыхание, которое словно проникало под кожу и там превращалось в тот самый огонь, жгущий сердце.
Расставив ноги, позволяя приникнуть ближе, Алекс крепко зажмурился, чувствуя на своей шее горячее дыхание и губы, ласкающие своими прикосновениями кожу. Когда Дэвид увлекся и несильно прикусил, Алекс вздрогнул, сводя ноги, невольно прижимая к себе. Принимая каждое прикосновение и поцелуй, он тихо вздыхал и постанывал, подчиняясь рукам, которые будто вызывали бессилие перед ними, и было сложно даже подумать о сопротивлении.
Когда Алекс стал менее скованным и попривык к подобным прикосновениям, Дэвид расстегнул на нем рубашку, касаясь кожи кончиками пальцев, постепенно прижимая всю ладонь, согревая ее теплом юного тела; легко поглаживая живот, поднимаясь к груди. С лукавой улыбкой на губах наблюдая за тем, как тело прогибается под его прикосновениями, поставляя под них каждый дюйм кожи.
Ненавязчиво заставив повернуться немного на бок, Дэвид снял с Алекса рубашку и отбросил ее в сторону, вновь приникая к телу, коротко целуя в плечо.
Алекс прикрыл рот рукой, сдерживая шумный вздох, чувствуя, как с бедер соскользнули брюки, а чуть теплая ладонь легла на низ живота, беспардонно опускаясь под нижнее белье; щеки налились румянцем, когда вторая ладонь огладила грудь, задевая соски.
— Поразительно... ты смущен так, словно это твой первый раз... — наклонившись к самому уху, прошептал Дэвид, никак не ожидая подобной реакции.
