Пусть мята напомнит тебе...

Толкнула Войку, храпящую рядом.

— У... — отозвалась она.

— Слушай, что за лимон? — спросила я.

На меня посмотрели красными глазами.

— Какой лимон? — у сестры спросонья соображаловка работала гораздо хуже моей.

— Ну, по столу вчера лимон прыгал? — задала "наводящий" вопрос я.

— Ори, это не лимон был! — раздался голос другой сестры. — Это цыплёнок! Тебе же вчера объясняли, ещё когда ты его в кружку выжать пыталась.

Я ужаснулась собственным действиям. Посмотрела на свои руки. Неужели этими самыми пальцами я...

— Да ничего с ним не случилось. Ты его отпустила. — Успокоила Фая.

— Ага, как только он с тобой заговорил и вполне по-человечески попросил. — Усугубила моё положение Войка. После минутной паузы, насладившись моим вытянутым лицом, рассмеялась. — Шучу. Ты сказала, что бражка с лимоном — не то.

— А Тень где дели? — вопрос снова породил тишину. Сёстры углубились в пучину рваных воспоминаний о вчерашнем... или уже о позавчерашнем дне.

Стук кулаком в двери вытянул нас троих из мыслительного процесса. Вслед за Шелестом, не ставшим дожидаться приглашения, просунул морду потерянный зверь. Выражение, застывшее на его физиономии свидетельствовало о том, что он так и не нашёлся. В смысле, Тень выглядел дико перепуганным, растерянным и предпочитал прятаться за вампиром.

— Так! — протянул Шелест, окинув взглядом бедлам в помещении и наши раскоряченные фигуры. — Хорошо погуляла? Я, конечно, рад, что ты развеялась, но...

— Шел, а чего он так странно себя ведёт? — кивнула на оборотня я.

— А ты себя как вела, если бы я на тебе хотел покататься, как на лошади? — усовестил друг.

— Я на нём и раньше каталась, — сказала в своё оправдание, и Шелест уточнил.

— Когда он был голым парнем в почти два метра ростом?

Они с Тенью синхронно покачали головами, мол, ну ты вообще обнаглела, мать! Сёстры при этом ржали, тычась в подушки, чтобы хоть чуточку приглушить гогот. По их реакции я поняла, что таки оседлала обнажённого парня. Покраснела.

— Тай этого не... — с робкой надеждой спросила я.

Тут на пороге объявился Ольгерд и разбил все мои упования на лучшее.

— Сердит, — выдал он. — Ушёл на совет со знатью. Думаю, они легко отделаются, если наш уважаемый король оттяпает у них пару пастбищ в казну государства. А ещё тебя хочет видеть её светлость.

— Нет. Нет. Соври ей. Скажи, что я заболела. Что плохо себя чувствую. — Умоляла я, закапываясь в одеяло, которое Войка тянула на себя.

— Хочешь, чтобы она сама к тебе спустилась? — спросил Ольгерд.

— Класс, заодно с мамой познакомимся, — обрадовалась Фая.

— Ничего классного! — вскочила с кровати я, судорожно соображая за что хвататься: приводить в порядок себя, комнату или подруг. — Подозреваю, мне собираются напомнить о подобающем поведении и снова заставить носить юбку, туфли, говорить о погоде и вообще вести себя, как леди.

— Так тебя здесь воспитывают! — рассмеялась Фая.

— А ещё, и это самое худшее, если Тай ей рассказал о... — я бросила жалобный взгляд на мужчин. Они рассмеялись, но предоставили мне возможность самой выяснить, поведал ли наше величество своей маман о том, на ком собирается жениться.

— Мы не в курсе! — хором соврали представители сильного пола.

В личных апартаментах королевской персоны царил приятный полумрак. Мне не пришлось жмуриться от света или идти на ощупь. Вряд ли её светлость, Элеонора, веселилась, как я, но почему-то предпочла щадящее освещение.

Эта коварная женщина притворялась не осведомлённой и занималась писаниной, выводя пером каракули на документе с официальным гербом страны. Ризи находилась подле своей воспитательницы и моё появление в покоях, как и раньше, восприняла очень болезненно. Глаза девушки тут же взмокли. Я остановилась в шаге от неё, ожидая, когда она разревётся, как малое дитя, с полагающимися возрасту воплями, ударами кулачками об пол.

— Только не реви! — попросила я. Ведь голова и без её слезливой истерии болела.

— Оставь нас! — приказала Элеонора девушке, и та, порёвывая на ходу, побрела в другую комнату.

А мамаша правителя, сверля меня недовольным взглядом, даже не удосужилась пригласить присесть. Я не выдержала, плюхнулась на подоконник около её стола и тут же выдала всю правду-матку.

— Я знаю, почему вы так на меня сердитесь! Да, вчера мы встретились с сёстрами и пили. Много. Даже лишнее. В харчевне. Среди мужиков. Да, мы танцевали на столах...Согласна, я вела себя не достойно. Как свинья.

Чем больше я говорила, тем круглее становились её глаза. Наверное, я сболтнула лишнего.

— Вы об этом хотели поговорить со мной? — на всякий случай уточнила я.

Элеонора покачала головой.

— А может, лучше об этом поговорим? — понадеялась заменить совершенно другую неприятную тему.

— Нет, — отказалась женщина.

— Уверены? — она кивнула, а я всё равно затянула старую песню: — Просто так накипело!.. — не останавливалась я. — Мне необходимо было развеяться. Очень! Вы не представляете себе, каково быть среди... одной... то есть...

— Среди нас. — Уточнила она. — Почему же не представляю? Я прекрасно тебя понимаю. Подойди сюда Ориана.

Я пересела на небольшой мягкий диванчик, поближе к её светлости.

— Не буду скрывать, что не одобряю ваших с Тайреллом отношений, как бы вы их не называли — "дружбой" или чем-то иным. Хотя мне, кажется, кто-то из вас не честен в своих чувствах.

Я пригорюнилась.

— Да, — согласилась. — Сын у вас враль ещё тот!

Элеонора выпучила глаза, подавилась гневом и хотела удавить меня. Пока она боролась с нормами морали, запрещающими светским дамам убивать амазонок, я передвинулась чуть подальше.

— А сама? — стиснув зубы, сцедила она.

— Что я? — наивно похлопала ресничками в надежде, что в меня не будут метать молнии.

Элеонора выдохнула, и заговорила:

— Запомни на будущее, все мы узники в этом обществе. И я, и он, и ты. Я понимаю твои муки. — Откровенничала она. — Мне тоже пришлось не сладко, когда я стала королевой. Хоть и привыкла к дворцовым интригам с детства, но... Наверное, притерпеться с этой грязью я никогда не смогу. Тебе же только предстоит всему научиться, пресекать попытки очернить твоё доброе имя. Хотя ещё больше запятнать невозможно.

— Клянусь, я больше не буду шастать по кабакам! — вскочила, выровнялась по струнке, и намалевала в воздухе крест на пузе. Элеонора махнула рукой, мол, не поверю, усядься уже.

— Здесь у тебя не будет подруг. Я живу во дворце давно, но до сих пор не привыкла. Взяла себе Ризи, вырастила, надеясь, что она будет на моей стороне. Но...

Видимо милая скромница успела расстроить чем-то её светлость.

— Ори, я хочу, чтобы ты всегда была на стороне моего сына. Ты говоришь, что вы друзья, так оставайся ему другом и опорой вечно. Не подведи его.

— А куда я денусь?! — хмыкнула я, повеселив женщину.

— И ещё одно. Ты должна поклясться, — настаивала она.

Но тут двери с грохотом распахнулись. К нам пришёл Тайрелл в образе очень серьёзного государя. Я подумала, что он, как в прошлый раз набросится на меня с обвинениями. Но нет.

— Пойдём со мной, — сухо позвал властитель. — Ты мне нужна!

Извинившись перед Элеонорой, я поднялась и прошагала к нему. На пороге оглянулась.

— Какую клятву вы хотели с меня взять?

— Ничего, — загрустив, махнула рукой она. — Просто будь собой!

Я рассмеялась. Что может быть проще?

— Без проблем! — Подмигнула ей, и мы оставили женщину одну, чтобы присутствовать на военном собрании. Но, видя её в настолько подавленном настроении, внутри меня ожило неприятное ощущение холода. Я не стала об этом говорить, и просто шла за королём.

За две ночи, пока мы гуляли с сёстрами, многое изменилось. Масштабы этих перемен просто пугали до дрожи в коленях. В столице было подозрительно тихо, и лишь отряды военных своим маршем содрогали воздух и землю. Армия подтягивалась к границе города, а сам он напрягся и смолк в ожидании ужасного.

— Это они? — ухватила Тая за край королевской мантии, догадываясь об угрозе, подступившей к стенам Сулана.

— Не совсем. — Отозвался правитель. Настроение у него было препаршивейшее, он продумывал стратегию дальнейших действий. — Наши войска, которые мы отправляли в помощь Мехею, вернулись...

— Это же хорошо! — понадеялась я.

— Они вернулись не для того, чтобы помочь! — сцедил сквозь зубы Тайрелл.

— Там же нет вампиров? — с надеждой спросила я.

— Не знаю. Они вообще ведут себя странно. — Он остановился перед дверью из красного дерева, чтобы сказать: — Войдёшь молча. Сядешь позади меня так, чтобы всех видеть. Молчи. Ничего не спрашивай, просто слушай и смотри. Поняла?

Я кивнула, в следующую секунду мы оказались в зале среди советников и воевод. Мужчины при виде короля поднялись, отвесили поклон и снова сели, дождавшись взмаха руки. Первым взял речь одноглазый мужчина (второе око было белым и распоротым старым шрамом). По таким отметинам сразу узнаёшь мастеров войны.

— Ваше величество, — начал он.

— Не нужно, Симон, я итак знаю, что всё плохо. — Отказался от оправданий Тай. — Объясни присутствующей даме, что происходит и, озвучь свои предложения.

Сэр Симон, не интересуясь, кто я и по какому праву нахожусь среди уважаемых господ, поклонился и поведал:

— Мехей пал. Королевская семья погибла. Нам известно, что дочь его величества Тардаша бежала. Никто не знает куда. Но боюсь, её участь не завидна. — Говорил он, а король тихонечко скрипел зубами. — Наши войска вернулись, почти целым составом. Сейчас они под стенами города Имирэ, недалеко от столицы. Они не движутся дальше. Не собираются возвращаться. Просто заняли позиции и ждут. Такого приказа из генштаба не поступало. Так, что это самовольное решение командиров. Думаю, они переметнулись на сторону врага и хотят захватить власть. Через графства и окружающие нас селения они прошли ночью без шума, сдавливая кольцо вокруг Сулана. Люди не оказывают им сопротивления. Из раненых и убитых всего пять жертв. Как им удаётся занимать территорию без боя — не пониманию. — Сжал кулаки мужчина. — Чего они хотят, и кто ими руководит то же не известно.

— Эм, — неуверенно протянула я, забыв о приказе короля помалкивать в тряпочку. — А вампиры среди них есть?

Мужчины переглянулись, будто я ляпнула несусветную глупость. Тай несмотря на просьбу, одобрил мою заинтересованность (наверное, он и не верил, что я буду вести себя смирно). Военные уставились на короля.

— Ваше величество, но это же предрассудки, нечисти не бывает! — возмутился ухоженный худощавый советник с до блеска натёртой лысиной. Насколько я заметила, в ожившую сказку поверил лишь один присутствующий чиновник, пожилой седовласый мужчина с бородой, заплетённой в косу. Он мудро молчал, и доплетал своё украшение.

— Ты это нечисти в глаза скажи! — Объявился Руи, собственной полупрозрачной персоной. Окинул взглядом Тая, сидящего на троне, будто хотел подойти, толкнуть в плечо и потребовать подвинуться. Советники, генералы и прочие вперили взгляды в призрака, раскрыв рты. Кто-то даже попытался пощупать его. Понятное дело — ничего не вышло. Мало того, сам Руи потребовал убрать от него клешни, и послал: "Девиц лапай, невежа!"

— Моё почтение, Наос! — кивнул ему король и с чувством собственного достоинства, обратился к военному совету. — Это дух повелителя первенцев Линкарана. Наос Херуийэне. Проявите уважение к нему!

— Как это дух? — не понимали они.

— А ты выпей яду и узнаешь, — ответил вместо Тая призрак. Я спрятала лицо за руками, чтобы не видеть творящегося ужаса, в который внезапно перетёк военный совет.

— Ты и своим помогал управлять вот так? — прошептала я.

— Нет. Там реагировали по-другому. — Хмыкнул Руи. — Падали ниц, обещали жертву принести. А тут...

И так злобно зыркнул на советников, что им стоило бы уже тянуть жребий на то, кого лишить жизни во имя воина с того света.

— Это хитрые штучки вашего изобретателя! — обвинил короля одетый в жёлтый камзол моложавый мужчина, намекая на проделки Канония. Видимо, вредный механик и тут всем жизнь подпортил. Кстати, удивительно, что я его до сих пор не встретила! Напроситься к нему в гости? Только адресок надо у Ольгерда выведать.

— Терен, не забывайтесь! Король никогда не врёт! — хлопнул кулаком по подлокотнику Тайрелл.

"Да-да, — ехидно подумала я. — Король не врёт, он просто недоговаривает! Как в моём случае."

— А даже если и соврал пару раз, так ведь об этом никто не узнает. Короли свидетелей не оставляют, — поддержал Тая Руи, наводя жути на собравшихся. Терен сразу смолк и уселся на место.

— Если вы хотите доказательств, тогда получите. — И тут его величество повернулся ко мне с намёком, мол, позови Шелеста. Я задумалась, услышит ли вампир меня. Ну и позвала. Все ждали, а ничего не происходило. Руи ехидно помалкивал, хотя было видно, что он давится смехом. Следующее, что пришло мне в голову, это уколоть себя тонким лезвием, спрятанным в косе. Две капли крови капнули на пол и уже через пару мгновений в окно влетел вооружённый и дико сердитый Шелест. Штаны с него спадали (занят был, наверное). А следом за ним, верхом на охраннике, и Шака проехал в раскрытую дверь.

— Так, — начал вампир, размахивая саблей и придирчиво осматривая членов военного совета на предмет отрубывания конечностей. — Кто тут обижает мою девочку?

В самый неподходящий момент с вампира таки слетели штаны. Он сунул сабли под мышки и, попросив прощения, быстро зашнуровал завязку, вернув одежду на бёдра. После чего снова принял воинственную позу, схватив оружие и наставив его на мужчин. Тай стукнул себя по лбу, и грустно так протянул, чуть ли не срываясь на стон:

— Вот вам наглядный пример, господа. Шелест, представься, пожалуйста!

Наставник нахмурился. Посмотрел на меня, пообещав разобраться с одной вредной амазонкой чуть позже, и, показав господам вельможам клыки, выдал...

— Гад кровососущий одна штука! — брякнул вместо него Шака, за что мигом схлопотал подзатыльник.

Все неверующие сразу же напряглись.

— Он на нашей стороне, — вздохнул Тайрелл, опасаясь, что советники кликнут стражу и разразится бой. — Итак, вернёмся к проблеме. Есть ли среди них бойцы древней расы мы не знаем. Почему? От гонцов вести есть?

— Нет, — покачал головой генерал Симон. — Ни один из трёх.

— Я предлагаю атаковать! — внёс конструктивное предложение Терен. И мне сразу стало понятно, кто разлагает дисциплину во дворце.

— Вот и атакуй сам! — фыркнул Шелест, примащиваясь справа от меня. Шака пристроился слева. Короче облепили.

— Если они до сих пор не бросились в атаку и не захватили Сулан, значит чего-то хотят. — Подал голос мудрый Руи. — Что здесь есть такого ценного, ради чего внушительное войско осторожничает?

В том, что у предателей есть особая задача догадывались абсолютно все. Но никто не мог представить, чего именно так сильно возжелали враги. Богатств? Тогда они бы начали грабить, продвигаясь ещё с самой границы. Переворот в государстве? — Действовали бы осмотрительно, тихо и незаметно, либо наоборот, резко и шумно. Земли? Нет! Похоже, перечисленное их не интересовало. Может, они сами не разобрались толком? Но если ими управляют собратья Шелеста, подверженные воле Иной, то цель у них одна. И я знаю, где она.