Тенёта

— Она живая? — недоверчиво поинтересовался Глау.

— Нет, — помотала головой девушка. — Из железа сделана ведь... Ее люди делают. Сами. Скрепляют куски железа, наполняют внутренности, а свободное место заставляют креслами. В носу у железной птицы рулевая.

Рия осеклась. Она плохо представляла, как устроена капитанская рубка, да и вообще весь самолет. Оставалось надеяться, что гномы этим удовлетворятся, да и Глау больше не станет расспрашивать.

— Какой у вас чудной мир, — пробормотал эльф, и подземные жители неожиданно негромким бормотанием поддержали его.

— Если у нас люди научатся делать нечто подобное, — прогудел Греттир, — тогда, наверное, мы даже согласимся на войну.

— Скорее вы такое создадите, — возразила Рия. — Эти светильники невероятны!

— Они делаются очень просто, — фыркнул Эссюр. — Даже я уже умею. Это едва ли не первое, что учится делать каждый гном. В конце концов, — задумчиво поскреб он бороду, — мы же прокладываем новые тоннели, а их надо непременно освещать.

Девушка весело улыбнулась и понимающе кивнула. Подземный мир гномов был наверняка огромен. Вряд ли все гномы вообще знали, где заканчивается их территория... И заканчивается ли она хоть где-то? Ведь люди под землю не суются, эльфы предпочитают свои леса, а орки и тролли — горы. Фактически именно гномов можно считать королями мира. Под землей они могут оказаться в любой точке материка, если проложат тоннели.

Неожиданно впереди показался более яркий свет, и маленький отряд пошел быстрее. Рия сразу вслед за Греттиром вырвалась на ровную каменную площадку, огражденную высоким каменным поручнем, и, не скрывая изумления, ахнула.

— Это невероятно!

С площадки открывался вид на огромную пещеру с высокими сводами. Там мерцали тысячи... нет, наверное, миллионы разноцветных ярких огней, громко шипело расплавленное железо, кое-где мерцал огонь. Рия жадно вглядывалась в снующие внизу фигурки и не верила своим глазам. Странные предметы покоились то там, то здесь. Похожие то ли на положенное набок яйцо, то ли на вытянутый болид, они тоже сияли огнями. Множество маленьких столов было расставлено в центре и внизу под площадкой. По пещере разносились ворчливые голоса, и звенела сталь.

— Знаете, — пробормотала девушка, ни к кому не обращаясь, — и все-таки мне кажется, что где-то у вас спрятан космический корабль.

Глава пятнадцатая. Подземелье

Работа остановилась, когда маленький отряд спустился вниз и как-то неуверенно замер на освещенной синими огнями площадке. Работавшие гномы медленно и словно лениво стекались к ним, но стоило им увидеть эльфа и человека, как в глазах появлялась подозрительность. Глау загородил Рию, и девушка положила ему руку на плечо, желая удержать от необдуманных поступков. Нет смысла сейчас показывать норов, Греттир привел их вопреки желанию остальных, и глупо было его подводить и расплачиваться за доброту короткой схваткой. Глау бы проиграл, это ясно, и, похоже, бойцовый кот сам все прекрасно понимал. Он ощутимо напрягся и не сводил глаз с прибывающих гномов, но когти до сих пор не выпустил, хотя мог. Глау даже не распушился, только будто бы мелко дергал хвостом и следил за возможными противниками.

— Греттир! — наконец подал голос вышедший вперед довольно высокий гном.

Он был то ли сед, то ли от рождения получил такой странный цвет волос и бороды — почти белый, так дико смотревшийся среди рыжих и золотистых оттенков. Рия удивленно разглядывала подземного жителя, выглядывая из-за плеча эльфа. Возможно, это признак того, что незнакомый гном — главный? Местный король, предводитель, царь или какой титул дают в пещерах?

— Фредрикюр... — ведущий как-то неуверенно вдруг потеребил бороду. — Мы добрались...

— Вижу, — пробасил седой гном и прищурил без того маленькие глаза. — Но почему я вижу здесь человека и эльфа? Или это добыча? Но ты же знаешь, что эльфийское мясо чересчур жесткое, а человеческое... — Фредрикюр смерил вздрогнувшую девушку презрительным взглядом и фыркнул, — из этого человека много не сделаешь.

— Это не добыча, — дрогнул Греттир. — Я согласился провести их до Северных гор. К троллям.

— Ты согласился? — протянул гном и шумно выдохнул. — Впервые с момента возникновения нашего племени нога эльфа ступила сюда. Впервые в пещере оказался человек. Греттир, ты позабыл наши законы?

Под конец его голос взлетел к сводам, оглушая Рию. Девушка сжалась, прячась за спину все-таки распушившегося Глау, и эльф сделал маленький шаг назад, готовый защищаться и защищать.

— Я так решил, — ответил Греттир.

— И я согласился, — выступил вперед Рюноульвюр. — Мне стало жаль искалеченного человека... Она из другого мира, Фредрикюр.

— Из другого мира?

Поднялся гул, гномы принялись перешептываться, бросая взгляды на испуганную девушку. Седой гном потеребил серебристую бороду.

— Даже если она из другого мира, все равно человек, — протянул он и покачал головой.

— У тебя не было прав принимать решения, Греттир. Не было права приводить их сюда. Неужели с тобой кто-то согласился? Кроме Рюноульвюра, конечно.

— Мы не соглашались, — бросил Йёрген.

— Хотя ни эльф, ни человек не видели входа, — добавил Эссюр.

— Малолетних не спрашивают, — рыкнул Фредрикюр и оскалился. — Значит, берешь на себя ответственность, Греттир?

— Ответственность на Рюноульвюре, — откликнулся гном. — Он отдал свою жизнь в мое распоряжение взамен на то, чтобы я пустил эльфа и человека сюда.

Рия вскинула голову. Почему... Нет, это была правда, Рюн действительно так поступил, но почему Греттир не заступился... или не помог... Остальные не согласились, но так просто выдавать, кто виноват...

— Я просила Рюноульвюра о помощи! — девушка выступила из-за спины Глау, сжимая кулак. Она поняла, да, прекрасно поняла, что ни Рюн, ни Греттир сейчас не смогут уговорить этого седого, и если ей придется добиваться разрешения, пусть так. К тому же, кто знает, что этот Фреди-кто-то-там может сделать с Рюноульвюром, когда Греттир озвучил условие.

Седой гном с интересом уставился на девушку, остальные тоже ее разглядывали. Глау сделал было шаг, но Рия еще прошла вперед, становясь перед местным главой. Иначе с чего бы он так строго спрашивал с Греттира и Рюна? Она опустилась на колени, чтобы не смотреть сверху вниз и вновь подняла голову, заглядывая в маленькие глаза гнома.

— Я хочу вернуться домой, — сердце заполошно билось, и по коже от волнения и мелкого страха бежали мурашки. Рия сглотнула и еще раз повторила: — Я хочу домой. В свой мир. Для этого мне нужно к троллям. Но, — она выдохнула и медленно вдохнула, стараясь не глотать слова, — но я вряд ли сумею добраться даже с Глау. Поэтому попросила Рюноульвюра провести нас под землей. Ведь такой путь куда короче и безопасней.

Девушка замолчала, не сводя глаз с гнома. Тот теребил бороду и тоже смотрел прямо на нее.

— У тебя нет руки, — наконец заметил подземный житель, — где она?

— Ее откусил трехглазый зверь, когда я только оказалась в этом мире.

— Трехглазый... — задумчиво протянул Фреди, как пока сократила его имя Рия, и прищурился. — После встречи с дриеугом от жертвы остаются лишь кости, да и те эта тварь любит погрызть. Как ты выжил, человек?

— Меня спасли. Другие люди. И, — девушка чуть улыбнулась, — потом продали в рабство, когда я оправилась полностью. С Рюноульвюром, — она оглянулась на гнома, — и Глау познакомилась там. С нами был еще тролль, Хадда, но он погиб.

Фредрикюр все еще щурился, глядя на нее. Гномы молчали, явно ожидая решения своего предводителя. Глау встал рядом с девушкой, мягко положив руку ей на макушку.

— Позвольте... нам... пройти... — каждое слово эльф словно выдавливал из себя, произносил через силу, выворачивая свою сущность наизнанку. Каково ему было просить помощи у гномов, народа, с которым гордые и самоуверенные эльфы наверняка никогда не сговаривались? Только рабство и свело вместе Глау и Рюна, понимала Рия. В противном случае они бы даже не взглянули друг на друга, стараясь держаться по разные стороны жизни.

— Ого, — хмыкнул наконец седой гном и хлопнул в ладоши, — эльф просит нас о помощи. Это надо записать. На что ты еще готов пойти, дитя леса, чтобы я согласился?

— Я сделаю все, — вмешалась Рия. Нет, использовать Глау она не позволит, достаточно того, что сама обманывает его и ложью удерживает рядом. — Мы не задержимся здесь, мы можем отправиться прямо сейчас к горам, только укажите направление или дайте проводника. Вы можете завязать нам глаза, чтобы мы не увидели лишнего. Просто дайте нам пройти.

— Храбрый уродливый человечек, — Фредрикюр качнул головой и буквально вперился взглядом в Рюноульвюра. — Значит, ты отдал жизнь в залог Греттиру?

— Да.

— Хорошо, — седой гном вдруг хрипло засмеялся, словно у него внезапно пересохло горло. — Тогда ты ведешь их. И если человек или эльф попытаются причинить кому-то зло или окажутся чересчур любопытными — убьешь.

Рюн коротко кивнул.

— Кроме того, — продолжал Фреди, — если ты не вернешься, твоя жизнь достанется Греттиру, он заберет твое яйцо. Ясно?

— Да, — отозвался Рюноульвюр.

— Тогда у вас есть немного времени, чтобы собрать запасы, — ухмыльнулся вдруг седой гном и взмахнул руками. — С возвращением домой, братья! За работу! Все за работу! Она нас заждалась уже!

Йёрген и остальные медленно потянулись к расступавшейся толпе, которая тоже начинала расходиться, бросая подозрительные взгляды на чужаков. Они даже не обернулись на бывших спутников, и вскоре рядом с все еще сидящей Рией остались только Рюноульвюр и Греттир. Ведущий почесал затылок и как-то неуверенно взглянул на них.

— Удачи, — буркнул он. — Я свою часть сделки выполнил.

— Да, — тихо откликнулась девушка и слабо улыбнулась. — Спасибо, Греттир. Тебя ведь не накажут?

Не удостоив ее ответом, гном резко развернулся и тоже направился в сторону горящих в ближайшем углу костров. Глау помог Рие подняться, поддержав за локоть.

— Идемте, — махнул рукой, тяжело вздыхая, Рюноульвюр. — У нас очень мало времени на сборы.

— Но ведь этот... Фре... — девушка замялась, — прости, я не запомнила его имя. В любом случае, он ведь сказал, что немного времени дал.

— Это и значит мало, — проворчал гном, медленно зашагав по каменному полу. — Я хочу еще переодеться, и надо заглянуть на кухню.

— Мы можем задавать вопросы? — тихо поинтересовалась Рия, последовав за ним. Глау бесшумной тенью двигался последним, прикрывая ее спину. Он молчал и, казалось, совершенно успокоился. По крайней мере, у девушки больше не создавалось впечатления, что эльф напряжен и собирается сражаться. Он словно теперь был уверен в своих силах, но прекрасно знал, что стоит сделать неверный шаг, как тут же придется выпускать когти и вгрызаться в горло вероятному противнику. Хотя последнее, скорее всего, было ее домыслами.

— Когда выйдем отсюда, — на грани слуха ответил Рюн. — Если кто-то услышит...

Он оборвал себя на полуслове, кивнув незнакомому маленькому гному, но тот явно не заметил этого, уставившись круглыми глазами на пришельцев. Рия ему мягко улыбнулась, и гном юркнул за костер.

Рюноульвюр вел своих спутников по центру зала, словно специально давая возможно вблизи увидеть странные предметы, которые казались Рии инопланетным кораблем непривычной формы. Наверное, они могли бы быстро летать — обтекаемые, неповоротливые исключительно на первый взгляд.

Вдоль центра стояли каменные... бочки — довольно узкие и вытянутой формы, в которых ярко горел огонь. Когда Рюн прошел мимо такой бочки, пламя взметнулось вверх, словно живое, и потянулось гному, как будто выпрашивая ласку. Рюноульвюр спокойно протянул руку, позволяя огню прикасаться к обнаженной коже, и разожженный костер затрещал... нет, заурчал от удовольствия, довольный легкими поглаживаниями.

— Вы и правда так легко общаетесь с огнем, — восхищенно пробормотала Рия, наблюдая за этим зрелищем.

— Это наш огонь, подземный, — откликнулся Рюн, зашагав дальше. — Эльфы же тоже умеют с пламенем общаться, только со своим, зеленым.

— Зеленым? — девушка бросила на эльфа любопытный взгляд, полуобернувшись, но Глау покосился на снующих поблизости гномов и промолчал.

Из каждой бочки к Рюноульвюру тянулось пламя, и гном никому не отказывал в ласке. Рие тоже хотелось погладить живой огонь, но она слишком боялась обжечься, а потому предпочла осторожно разглядывать, что было поблизости.

А странные 'корабли' оказались неожиданно близко. Они и правда были гладкими, и ползающие по ним маленькие гномы сначала вбивали то ли гвоздики, то ли что-то еще, а потом весили фонарики. Снова вокруг звенела сталь, она словно пела свою неживую песню, а гномы не обращали никакого внимания. На одном из ближайших столов россыпью валялись разноцветные камни. Некоторые Рия узнала, она видела такие еще у Жабы. Интересно, гномы продают драгоценности? Скорее всего, ведь Греттир, кажется, говорил о торговле. Здесь правда вряд ли можно было вырастить злаки или овощи. Освещение не могло заменить солнце, оно не согревало, как светило. Разве что гномы вывели особые культуры? Но что-то девушка не могла никак представить, как подземные жители рассматривают семена и изучают их. Скорее по привычке в руках гномов виделись топоры или молоты.

На них почти не обращали внимания, словно Фредрикюр запретил им. Глау неслышно шел вслед за Рией, впереди топал Рюноульвюр. Рия тихо вздохнула. Нет, все, что она видела, было красиво, но непонятно. Рюн не ответит, по крайней мере, сейчас. Она вздрогнула, когда вдруг что-то ухнуло, загудело, и один из 'кораблей' будто раскололся. Девушка остановилась, заворожено глядя, как из кончика 'яйца' словно в ускоренном режиме распустился ярко-алый цветок. Тут же подбежали гномы, они в толстых варежках растащили лепестки, и в центре трещины Рия увидела, как пульсирует живое сердце. Оно громко билось, но трещина уже зарастала. И вскоре шум стих, остались только привычные звуки. Девушка медленно повернула голову, когда раздался звон, словно кто-то разбил стекло. Но это всего лишь какой-то гном со всей силы ударил по лепестку, и тот зазвенел, будто угрожая рассыпаться на осколки. Но гном бил и бил, и лепесток начал изменяться.

— Идем, — одернул ее Рюн.

— Сейчас.

Лепесток искривлялся, он начал искриться и сворачиваться в форму сердца, пока окончательно не стал на него похож. Рие показалось, что она даже расслышала тихое биение, но гном ударил в очередной раз, и сердце вдруг треснуло, распалось на мелкие осколки, обнажая сросшийся и ярко светящийся кристалл.

— Вот откуда они...

— Угу, — Рюноульвюр стоял рядом и тоже не сводил взгляда с мерцавшего красного кристалла. — На этот раз родились алые. Но лепестки бывают разными.

— Они и правда будто рождаются.

Гном хмыкнул и скосил на нее взгляд. Рия улыбнулась в ответ.

— Это невероятно.

— Разве?

— У нас в лесу, — вдруг очень тихо заговорил Глау, — так же рождаются феи света, заменяющие нам фонари. Вновь распускающиеся цветы обязательно скрывают в себе одну такую фею.