Голоса забытых

— Наказать можно тебя, Рада, Ивку детей чтоб впредь писание внимательней читали, замысел Его постигали, но не взрослого, творящего зло по воле своей и отдающего отчёт себе в последствиях действий своих, ибо опасаясь наказания взрослый начнёт искать пути, чтобы избежать наказания за зло, сотворённое им, тем самым приумножая то зло. Иль же, что бывает чаще, даже не приступив закона, лишь вид будет делать, что следует замыслу Его.

— Если он хороший, то почему им пугают?

— Потому что замысел Его люди так и не постигли, а я я не смог донести его до них

Святой отец тяжело вздыхает.

Стар он стал, слишком стар но если на что у него ещё и осталось время, так это на то, чтобы эти двое детей всё же поняли, что истинная благодетель не в том, чтобы не совершать зла, опасаясь за зло то быть наказанным, а в том, чтобы сама мысль совершения зла была противна их сути

Не овцы беззубые, бредущие куда укажет даже не пастух, пёс его, но неколебимые, несокрушимые столпы, на которых будет воздвигнул новый Мир, лучше того, что был, лучше того, что есть, лучше того, что мог быть.

Межреальность. Бордель мадам Жоржет. 3017 год после Падения Небес.

Я листаю страницы, оставленный мне Тринитасом.

Не сыскать их в Записках о грядущем, которые уже сейчас переписываются и перепечатываются в сотнях миров, становятся новой вехой не только для верующий в Истинного, но и для всего Лоскутного Мира.

Со страниц тех, написанных только ради меня, глядит Он, улыбается:

— Я ведь хотел счастья для всех, даже для тебя, Богоубийца. Особенно для тебя, Мой убийца

Молчу в ответ:

— Я знаю

Фронтир. Харчевня У мага и русалки. 3985 год после Падения Небес.

Как обычно в дни Памяти, посетителей было столько, что уместить их под крышей харчевни не было никакой возможности, поэтому для желающих отметить это славный праздник во дворе были накрыты столы, но и те, кому не хватило места даже за ними, не слишком грустили, располагаясь прямо на утоптанной земле, подстелив кто плащ, кто солому, или даже за оградой, просто на траве.

Обитатели местных земель да случайные путешественники, оказавшиеся рядом вот и все, кто в эти светлые дни являлся сюда почтить Водителя Заблудших. Но их хватало с лихвой, чтобы память продолжала жить.

Подобная картина была и во многих иных местах, отмеченных Тёмным Пастырем.

И не только в землях заблудших детей Его, но и там, где жили идущие следом, сменившие много несколько веков назад чистых, или же истинных людей, поминалось имя Водителя Заблудших и жертва его.

Ровно сто лет назад исторгла из себя Межреальность чудищ невиданный, не знающих ни жалости, ни поражения.

Дрогнул Лоскутный Мир перед угрозой небывалой.

Червь сомнений начал грызть даже души самый стойких.

В час тот тёмный, отбросил Тёмный Пастырь всю свою мощь свою и славу всю свою, выйдя в поле смертным воином, и одержал победу, показав тем самым, путь, открытый Сыном, есть Истина.

Межреальность. Бордель мадам Жоржет. 3017 год после Падения Небес.

Да, это был бы прекрасный конец моей истории.

Я мог умереть героем, легендой уйти так, чтобы обо мне вспоминали с благодарностью

Но вот не получилось у меня вообще мало что получается

Бордель мадам Жоржет. Год 3018 после Падения Небес.

Редко возвращаюсь к уже написанному или прочитанному, но иногда это всё же приходится делать.

Память, тем более моя, вещь не слишком надёжная, часто подсовывающая именно те эпизоды, которые необходимы для подтверждения возникшей теории, при этом всё остальное, способное не только скорректировать ту теорию, а даже перевернуть её с ног на голову, сделать несостоятельной, это всё просто игнорируется.

Поэтому я и отрыл среди бумаг украденное мной пророчество Вёльвы.

Тёмный мир. Прескивал. Год 4178 после Падения Небес.

Зима всё никак не хотел вступать в свои права, в результате чего за окном была мерзкая серо-бурая мешанина из грязи, недавно выпавшего снега и каких-то химических реагентов, которые не позволяли этой мешанине замёрзнуть даже когда температура опускалась ниже нуля.

А ещё там, за окном, не было видно солнца.

Зимний день короток, и он уже почти закончился.

День закончился, а работа ещё оставалась.

Эксперт отдела внутреннего контроля поднял взгляд вначале на календарь прошлогодний, календарь нужно было заменить недели два назад, но до этого, казалось, никому и дела не было; потом его взгляд перетёк на настенные часы до конца смены оставалось ещё больше двух часов; на коллегу смотреть не хотелось тот, что называется, отбывал номер.

В этом году у их отдела было в плане шесть объектов на проверке, и ещё сколько-то выплывет в течении года, и ещё по сколько-то руководству понадобится заключение.

В общем, к концу года полтора десятка, наверное, наберётся.

Но они справятся, выполнят, возложенные на них обязательства.

Не даром ведь он принёс в жертву свою левую ноги, получив в обмен непревзойдённые аналитические способности, без которых вычислить фиктивные перевозки отходов в Модуле 8 не удалось бы, как не удалось бы выявить ошибки в проектировании дождевой канализации вводимого в эксплуатацию перерабатывающего комплекса всё в том же Модуле, о перерасходе по металлу и упоминать не стоило. В результате чего, все причастные, не дожидаясь окончательного отчёта по проверке, были отправлены руководителем на показательную казнь.

Стоило подумать над тем, не принести в жертву вторую ногу.

Да, тогда передвигаться станет заметно сложнее, но дары Его, полученные в обмен, вполне могут перевесить неудобства.

Эксперт вновь вернулся к бумагам, сделал несколько пометок, на будущее стоимость работ и учётом всех дополнительных контрактов и материалов поставки подрядчика как будто бы отличалась от того, что было проведено по бухгалтерии, возможно, так получилось из-за того, что кто-то ошибочно провёл документы не так, как требовалось, внеся суммы не в те графы, а, возможно, за этим скрывалось что-то большее это стоило уточнить, позднее. Сейчас же эксперт, как и его коллега, как и все обитатели этого офиса, как и подавляющее большинство горожан, способных говорить, произносили молитву во славу Его, благодаря за великую жертву, принесённую Им, за возможность, отринув дары Тёмных Богов, через жертвы пройти путём, указанным Им.

Бордель мадам Жоржет. Год 3018 после Падения Небес.

События в Городе сделали возможным это будущее.

Я сделал возможным это будущее.

И теперь, по прошествии некоторого времени, видится мне, что не Разлом, и не обращение Лилит новым Тёмным Богом, было целью игры, затеянной Первым и его собратьями.

Целью был Тринитас, обречённый после Своей великой жертвы, верой людей в Него переродиться, нет не в нового Тёмного Бога в нечто, с чем они могли бы бороться.

Им нужен был такой же искажённый и извращённый бог, как и они, сил которого хватило бы чтобы сдерживать их, не позволив слишком быстро пожрать всю жизнь в пределах Лоскутного Мира.

Им нужно было время, чтобы найти иные миры, обитателей которых можно было бы развратить и поглотить, новые боги, с которыми можно было затеять войну.

Асгард. Год 3012 после Падения Небес.

Летописец по обыкновению своему генерировал какое-то нереальное количество текстов разного толка и самое страшное было в том, что занимался он этим на протяжении последних нескольких тысяч лет практически без остановки, поэтому если и можно было в сжатые сроки найти в его писанине что-то, то только лишь случайно — поэтому я посчитал большой удачей, что всего за месяц отрыл дюжину документов, имеющих касательство к Городу.

Из той дюжины один показался мне важнее иных.

Был он частью того, что принято называть пророчествами Вёльвы.

Город. Год 5121 после Падения Небес.

Запах благовоний, смешанный с запахами, источаемыми тысячами горящих свечей, изготовленных из жира повершенных врагов Его, делал воздух в зале практически непригодным для дыхания обычного человека, но служителям Его, сумевшим пережить модификации, была дарована возможность дышать тем воздухом.

Нескончаемый вой, наслаивающихся друг на друга, летаний лоботомированных певчих наполнял отравленных воздух вибрациями, которые, казалось, не просто касались кожи, а проникали глубже, выискивая саму суть любого, попавшего в этот зал, поэтому служители Его отказывались от своего слуха всё ради служения Ему.

Безумное переплетение священных текстов, написанных один поверх другого, и покрывавшее почти всё в этом зале, слепило, заставляло в спасительной попытке уберечь свой разум, закрывать глаза, но, чтобы не видеть тексты, этого было недостаточно, и большинство служителей Его проходило обряд ослепления.

Тела умерших служителей Его, впитавшие за время служб благодать Его, пройдя соответствующие подготовительные процедуры, поступали в различные департаменты Города, откуда уже распределялись по Лоскутному Миру.

Мир и существа его населявшие, отчаянно нуждался в телах тех.

Фаланги пальцев, вплавленные в броню, делали ту почти несокрушимой.

Микстуры с каплей крови лечили страшные хвори.

Воин, получивший сердце, наполнялся мощью Его.

Молитвы, написанные на коже, вдохновляли и обороняли целые города.

И благословение Его, чудеса Его не давались даром, ибо однажды уже не сумели оценить обитатели Лоскутного Мира, жертву Его, но Он не отвернул от них лик Свой, и, даже сражённый Предателем, избрал пусть милости, но не гнева.

Через Собственную жертву, через умерщвление Собственной плоти указал Он путь тем, кто жаждал спасения от власти Тёмных Богов.

Желающие видеть крошечную толику замыслов Его, выжигали себе глаза, ибо греховная плоть не способна были узреть тех замыслов.

Несущие слово Его, проходя долгий и страшный путь, становились заточёнными в паланкинах кусками плоти, не способными обслуживать себя, — всё ради того, чтобы помыслы их греховной плоти не были способны искать слов Его.

Воинствами же предводительствовали мёртвые ибо лишь умерший сможет пройти дорогой Его.

Асгард. Год 3012 после Падения Небес.

Я не был склонен принимать это пророчество как неотвратимое будущего.

Скорее, как и большинство из предсказаний, из той их мизерной толики, что не были откровенной ложью или бредом сумасшедшего, это скорее планируемое будущее, вероятность которого возрастает при соблюдении определённых условий.

Тут как с Записками о грядущей Тринитаса для достижения этого будущего Им был предпринят ряд усилий, и усилия эти продолжают предприниматься. Но всё же, не смотря на эти усилия, расхождения с задуманным уже имею место быть, и Он может не стать тем, кем Себя видел, потому как Тёмные Боги, похоже, тоже в игре.

И может, я в очередной раз лезу не в своё дело, но Тринитасу стоит знать о пророчестве, а мне, если уж Отец Дружин предпочёл пока забыть и обо мне, и о своей жене, в поисках Безымянки не помешала бы Его помощь.

Запись в судовом журнале исследовательского судна Кеплер-Процион 734. Дата по бортовому счёту: 4829.04.23.

Участники: капитан Арья (А), крипто-техник Торсон (Т).

Тема: Анализ аномального сигнала.

(возобновление записи)

А: Как мы и говорили ранее — я не стану передавать этот фрагмент Тэну и Орсон — в нём слишком много зеркал. И если прочитать его без подготовки, можно узнать в нём оправдание.

Т: Всё могло быть и гораздо хуже, и гораздо лучше, чем оно получилось, — так, капитан?

А: Торсон, любишь ты всё упрощать.

Т: Всё, что не касается моей работы, капитан. Или вы будете отрицать тот факт, что я лучший крипто-техник на ближайшие сотни световых лет?

А: Ты единственный крипто-техник на ближайшие сотни световых лет.

Т: Одно не отменяет другого, капитан.

А: Торсон, как лучший и единственный крипто-техник на ближайшие сотни световых лет, скажи мне тебе ещё что-то удалось извлечь из сигнала?

Т: Конечно. Ничего опасного там нет. Готов передать данные на анализ.

А: Передавай.

(запись приостановлена)

Если ты хочешь убить бога, сначала убеди всех, что его никогда не было. фраза, присасываемая Сатане.

История пишется победителями, но правда шьётся из обрывков. — надпись на стене.

Фронтир. Коло Радо. Год 3150 после Падения Небес.

Коло Радо — редкий, редчайший мир Фронтира, стабильность которого почти не отличается от миров Внутреннего Кольца.

Стовибору Седобровому чуть больше восьмисот лет назад немыслимо повезло вынырнуть из пучины, где причина и следствие почти забыли свои значения, а версии тебя, которые не получили существование ранее из-за ограниченности Лоскутного Мира, неспособности его воплотить все версии существования в одной точке, на краю этого чудесного мирка по прозванию Коло Радо.

Коллегам Стовибора такая удача не улыбнулась.

Фронтир их сгубил, как и многих иных, кого отвага или глупость толкнули в эти земли.

Стовибор Седобровый, следуя старому ритуалу, поклонился статуе руководителя их экспедиции. Золото. Конечно, золото, но даже оно в достаточной мере не отражало величие Николы Умпера автора Боги Равновесия или Неизбежная вершина эволюции божественного в Мире, чьи энтузиазм и гениальный ум были, несомненно и была причиной гибели экспедиции, потому как ни у кого иного не хватило бы ни первого, ни тем более второго отважиться стать свидетелями рождения Богов.

Хрустальная Шани Елозова также хрупка и прекрасна, как и была при жизни. Доктор магических наук не могла не последовать за свои мужем во Фронтир. Да Никола и сам бы не позволил одной из лучших магов-арифметов Золотого Города остаться в стороне.

Чёрный вулканический камень Ениха Столка смотрел на Стовибора осуждающего. Да, когда матрица защитных заклинаний начала сбоить, нужно было поворачивать. Да, нужно было соглашаться с Енихом, но сама мысль о том, что профессор Умпер подделывает данные об эффективности предпринятых мер по восстановлению работоспособности защитных заклинаний сама мысль об это была кощунством когда же это стало очевидно, было уже поздно.

И теперь все они стоят здесь, ждут прихода Богов Равновесия.

Золото, хрустать, вулканический камень, медь, серебро, железо, гранит.

Стовибор Седобровый тоже ждёт.

Некогда представитель самого благородного вида Лоскутного Мира эльфов.

Теперь же, после того что сотворил с ним Фронтир

Стовибор оглядел себя.

Сейчас у него было тело юноши, человеческого, совсем мальчика.

Вчера был старик, тоже, наверное, человек, которому и дышать было тяжело, а ходить, так вообще за пытку сходило.

Его тело менялось. Без причины, без цели, без предупреждения.

Единственное, что всегда оставалось неизменно седые брови.

Странная причуда Фронтира.

Стовибор Седобровый проверил показания датчиков на Краю Мира.

Периодически, когда он слишком надолго отвлекался от таких вот рутинных проверок, уходя в свои изыскания слишком глубоко, они давали сбой и обитатели Коло Радо, вместо того чтобы быть телепортированными на другой край плоскости, сваливались с неё, что в свою очередь влияло на показания в части экспериментов, делая их результаты бесполезными для дальнейшего использования.