Далекое сияние звезд

— Сейчас ты собираешь всех работников верфи в вашем центральном зале, открываешь нам доступ видеонаблюдения к этому помещению, чтобы я видел, что мое сообщение до всех дошло. На сборы половину цикла. Все время пошло! — я отключил связь.

Через полчаса, точнее цикла, так переводила наша аппаратура, верфь снова вышла на связь.

После осмотра собравшихся кораблестроителей и немногих примазавшихся к ним, проверив, что они меня тоже видят и слышат, начал выдавать ультиматум и некоторые тезисы... надеясь, что у нас здесь не апрель месяц (сноска на апрельские тезисы В.И. Ленина):

— Я, как представитель коренного населения Гингбара и одновременно являясь главой законного правительства планеты должен предъявить ультиматум поработителям от планеты Алотар! — ниче так я завернул, даже мое окружение рты раскрыли. Не говоря уже о серокожих слушателях. — Первое требование: Безоговорочная капитуляция. В случае отказа все переходят в статус военных преступников и будут караться смертью и только в некоторых случаях работами на рудниках до окончания жизни. В случае же принятия ультиматума, гарантируется жизнь и правовое разбирательство на степень вины перед населением Гингбара. После будет вынесен приговор и срок отрабатывания вины. Работать в большинстве станете по своей специальности, если конечно не будут нарушены определенные правила режима. После истекания срока заключения, или же раньше, за определенные заслуги будут предоставлены права на принятие гражданства или же на возможность покинуть нашу планету. Теперь озвучу основные правила нашей жизни: 1.Алотар агрессор и наш враг 2. Все виновные в преступлениях должны ответить за свои деяния 3. Все разумные на Гингбаре занимаются делом, кто не хочет заниматься отправляются в вечное путешествие по орбите. Пока все! Пункты будут добавляться и возможно по мере надобности и прояснения ситуации изменяться. Ответ жду через час!

Фу-х! Теперь немного перевести дух, да воды попить. А то горло пересохло, хоть и болтал 'мысленно', не языком.

Но тут же снова поступил вызов от верфи. И опять эта жирная ряха.

— Как это понимать? Вы там все с ума сошли? Какие коренные жители?

А вот и первый кандидат в военные преступники! Отключил его на полуслове. Толстяк со здравым смыслом точно не дружит.

Пока ждали ответа, посматривал на Нерагу. Он просто прикрыл свои и так опухшие веки. Стесняется, что ли посмотреть мне в глаза?

Все еще гадаю — почему он медлил в случае со мной. Неужто здравый рассудок заговорил в нем? Думы о том, что сам он, таким образом, сложившуюся ситуацию к лучшему ну ни как не выправит. Но с другой стороны — люди, стремящиеся к власти, обычно о причиненных неудобствах другим разумным вокруг не очень-то и задумываются. Им главное достичь цели. Как спортсмены, как игроки в казино — все остальное отходит на второй план.

Опять причислил Нерагу к людскому племени. И вообще повадки серокожих сильно напоминали землян. Вот лиромы уже совершенно другие. Но там это скорее связано с отсталым социальным и вместе с ним технологическим развитием.

Ругат привел четырех доверенных Нераги. Те, что вместе с доктором строили планы с экспериментом над моей тушкой.

Нерага так и не открывал глаза. Но ведь уши не прикроешь! Так что начал опрос. И очень удивился легкостью сливаемой информацией на своего бывшего шефа.

Нет, так дело не пойдет! Что-то здесь нечисто! По моей просьбе товарищей связали и по одному уводили в соседнее помещение. Все тот же Ругат оказался еще и хорошим специалистом в плане задавания неудобных вопросов. Впрочем, я подозреваю наличие похожего таланта у всех здешних лиромов. Из соседнего помещения приглушенные створками дверей доносились крики. Даже я от них вздрагивал. Не сторонник я таких методов. Но куда деваться — информация мне нужна сейчас, а не тогда, когда будет поздно.

Продолжал поглядывать на Нерагу. Сейчас он уже открыл глаза и смотрел в мою сторону. Смотрел как-то опустошенно, безразлично, что ли. Вроде и не видит меня совсем. М-да! С доктором кажется все, кранты. Даже жалко его стало. Не понимаю я таких душевных состояний. Наверно потому, что еще не делал настолько масштабных ошибок в жизни и не проигрывал так. Но я до сегодняшнего дня и не замышлял подобных масштабных планов!

Местная интеллигенция к счастью сломалась быстро. Первый же и выдал все что нужно. У Нераги, получается, просто сдали нервы, и он пошел на шаг отчаяния. Доверенные же должны были в случае неудачи шефа, захорониться и впоследствии попробовать навредить нам всеми им доступными методами. Они даже поклялись в этом друг другу. Но, как заявил допрашиваемый, клялся он, больше чтобы отвязаться от Нераги. В похожем отношении подозревались и остальные заговорщики.

Подпольщики, едрена вошь! Нахрен мне этот геморрой? Решение принял окончательно. Врачи среди местных еще имеются, так что ожидается пополнение кандидатов на сегменты в украшении внешнего вида станции. Да и остальным надо показать границы дозволенного. Заодно приглядеться и попытаться выявить особо решительных на сопротивление. Не стоит мне в нашем положении проявлять гуманизм и надеяться на здравомыслие серокожих. Они ведь привыкли считать всех инопланетян, что работают на базах неровней себе, рабами. А просто добрым словом такое мышление не исправишь.

И все равно, внутри меня завелся червь сомнения. А правильно ли я поступаю, приняв решение казнить этих серокожих? Ведь могу и привыкнуть к легкости принятия подобных решений, и тогда меня будет трудно остановить. Такой подход не совсем целесообразен. Но с другой стороны, если проявлю мягкость, меня могут не понять, как мое окружение, так, вероятно, и сами серокожие.

Все, хорош заниматься самокопанием, надо действовать!

Глава 29

Новый главный доктор заверил, что через пару дней я уже смогу питаться не только бульонами да супчиками, хотя и они, особенно собственного приготовления, тоже были очень вкусными. Если еще брать сравнение с тем, чем я питался до сих пор, то вообще выходит пища богов. Но ужасно хотелось чего-нибудь жаренного, желательно мяса. Здесь, конечно, был полный облом — на планете нет животноводства, и поставки с Алотара тоже не включали в себя этот продукт питания. Белковую массу, своего рода искусственное мясо, мастерили из каких то овощей. Ничего, в будущем обязательно будем кушать настоящее мясо! Уж чего-чего, а решение этого вопроса, думаю, не станет трудным. Лиромам тоже пообещал. Скучают они без такой пищи.

Операция по превращению меня обратно в подобие человека прошла на удивление быстро. Сразу и зубы поставили. Благо стоматологи и вся зубоврачебная инфраструктура имелась в наличии. Алотарская медицина, однозначно ушла дальше земной. Или мне, будучи в подвешенном состоянии местного наркоза так показалось?

Я наблюдал за алотарским населением станции, серыми потоками стекающимся из нор коридоров в центральный зал. Одинаковые серые лица. Одинаковые серые, хоть и другого оттенка одежды. Есть разница в восприятии меж землянами и алотарами. Ну, нельзя же так восхвалять цвет собственного кожного покрова! У нас даже африканцы, те, что потемней и то стараются напялить на себя одежду наиболее контрастную к черному цвету, то есть яркую.

Вроде все собрались, стоят, ждут, на лицах некоторая обреченность, особенно это выражалось, когда я не воздержавшись снова и снова облизывался, радуясь не стеснённости языка и моим новым зубам. Сейчас они у меня гладкие, ровные и изумительно белые. В зеркале проверял, знаю.

— Смирно! — получилось неожиданно, даже для меня самого, а так же на удивление громко!

Вообще-то надо было бы кричать 'равняйсь', но толпа, получив перевод от немногих планшетов и так заволновалась, попробовала действительно выровняться. Во всяком случае, первые ряды, этого явно желали и даже достигли кое-каких результатов.

Они все поглядывали на связанных, и в некоторой степени внешне поврежденных, стоящих в стороне Нерагу со товарищи. Уже догадывались — ничего хорошего от этого собрания ожидать не стоит.

Дальше я перечислил все прегрешения четырех 'мушкетеров' и их кардинала, главного научного деятеля проекта кибернизации вооруженных сил их государства на Алотаре. Отметил легкий ступор, появившийся у серокожих после рассказа о подпольной деятельности Нераги в самом начале своей работы, приведшей, в конце концов, к снежному обвалу событий с моим участием.

Так что приговор для четырех, им многим незнакомым ученым они восприняли спокойно. Я их всех тут же обескуражил принятым решением оставить Нерагу в живых, и даже освободить. Конечно с ограничением в допусках ко многим объектам на станции.

Народ непонимающе переглядывался. А для меня было все ясно — Нерага окончательно сдался, устал и наконец, признал свои ошибочные оценки всему, чтобы он не замышлял раньше. Это было видно по его отсутствующему огоньку во взгляде. Конечная стадия депрессии, когда даже медикаменты не помогут. В таком состоянии он будет намного полезней. Пускай постоянно напоминает всем остальным, возможно видящим себя на острие освободительного движения об особой тяжести ответственности и обязательного ответа за свои деяния.

Ну и сам себе признался в нежелании его убивать. Не знаю, что то заклинило у меня по поводу этого противоречивого персонажа. Или может благодарность за возможность моего освобождения превышает все разумные доводы? В общем, не смог я вот так просто дать команду его убить и нашел себе оправдательное решение в целесообразности видеть Нерагу живым.

Потом пришла очередь нашего казначея уходящих душ — Брюс Ли. Он протанцевал до приговоренных и приступил к своим, таким желанным действиям. Без команды, что то делать он, почему то, все еще не мог. От киборга в нем оставалось больше, чем от разумного. Будем надеяться — пока еще....

Проламывание алотарских грудинок прошло обыденно, быстро и без особых эксцессов. Проговорённые были парализованы страхом, и невозможностью хоть как-то изменить приближение неизбежного конца. Правда, один упал в обморок, но наш каратист поймал его уже падающим.

А вот потом началось представление.... И даже не знаю, как его охарактеризовать — наверно трагикомедия. Шекспир бы наверно от зависти слюной подавился.

Брюс Ли вдруг, не обращая внимание на окружающую обстановку и совершенно САМОСТОЯТЕЛЬНО, без приказа, принялся раздевать только что им убитых. Сначала он в попытке стянуть штаны у одного их порвал. Некоторое время что-то обдумывал, потом принялся за второго, но уже с удовлетворительным результатом. То есть штаны остались целыми. Но вот суставы, судя по характерным звукам, он вывернул в ему выгодную сторону. Как говорится — если ишак не идет к Махмуду, Махмуд идет к ишаку! А дальше представление стало напоминать что-то в стиле Чаплина. Брюс Ли пытался напялить на себя приобретенную одежду. Прямо на экзоскелет!!! Он опять мысленно чесал себе затылок, считал оставшиеся в его распоряжении штаны и вдруг посмотрел на толпу серокожих....

Вот это да! Вот это драматизм ситуации. Неровный строй алотаров от неожиданности под пристальным одноглазым взглядом подался назад.

Вот он ужас, когда машина получает зачатки разума!

Вот оно, настоящее кино со всеми полагающимися эмоциональными всплесками!

Что там решил наш танцующий каратист, останется не известным. Скорее всего в толпе серокожих он не нашел нужного размера. Он вернул свое внимание оставшимся двоим трупам и после недолгого раздумывания снял с них куртки и, связав рукава, сообразил что-то типа юбки. Потом, как ни в чем не бывало, отошел в сторону и замер в ожидании дальнейших распоряжений. Артист, блин!

Мне кажется, на серокожую публику наибольшее впечатление произвел именно этот экспромт нашего почти самостоятельного киборга. Не сам акт приведения приговора, а то, что последовало после него. Можно поубивать половину, потом сплясать лезгинку и все оставшиеся в жизни будут довольны произведенным эффектом и высоким мастерством танцора.

Потом я начал говорить. Даже удивился моим красноречием. Всегда-то являлся не особо разговорчивым, более замкнутым типом. Но видимо долгое воздержание и уверенность в своих правильных действиях, придали свою лепту в моей такой разговорчивости. Или болтливости, если смотреть с обратной стороны!

— Мы... — я выдержал многозначительную паузу, обводя серое население взглядом, — я, Валк, лиромы, рабы, что трудятся на планете, все здесь родились...

Рассматриваю реакцию на лицах передо мной стоящего неровного строя алотаров. Прежде всего, непонимание, а у некоторых даже обескураженный вид. Сейчас я им все объясню, потом пускай, сколько душе захочется и удивляются:

— Мы здесь родились заново, и уже в совершенно другом обличии. У лиромов есть для этого специально функционирующий Бог всех небесных светил.... В том числе и нашей звезды! Так вот, по призыву природы или же других обстоятельств он переносит души смертных в другое состояние. А также, иногда для своих каких-то особых дел, этот Бог оставляет душам и тела. Но это не говорит, что в этих особых случаях эти тела не перерождаются. Вот например я, или Валк, или даже наш артист Брюс Ли родились здесь очень даже заново. Иногда это можно увидеть в довольно необычных наших желаниях. Сегодня вы все могли это лицезреть у Брюса. Очень специфические иногда желания, скажу я вам, но полезные. Или вот взять Лиромов. Бог Апром предоставил, например, перерожденному Мартинату сущность министра обороны. И так с каждым из нас!

Все, откровения и своего рода мирная беседа, доклад, закончились, и я продолжил в строгом режиме:

— Вы все алотары являетесь агрессором и пришельцами. Даже более того, каждый из вас несет свою долю вины как военный преступник. Степень виновности мы будем расследовать. Это задание не на один день, и даже не на месяц. Для этого будет создана комиссия, с включением в нее и некоторых алотаров. Не скрою, если будем расследовать мы, без участия самих виновных, то придется заниматься откровенным уничтожением расы Алотар.

Во как заволновались, задергались....

— Откровенно скажу, хоть и есть такое желание, но это будет не целесообразно. И после знакомства с некоторыми членами вашей расы, я пришел к выводу, что не все так плохо с вашими серокожими душами. Надо будет все досконально расследовать. Кто действительно принимал участие в создании тех предпосылок, что привели к таким последствиям. Скажу заранее — Все руководство, что сейчас находится на базе оранжереи, как и руководители вашего государства на Алотаре вместе со своими кабинетами заочно приговорены к смерти. Если ваш народ встанет на защиту этих личностей.... Что ж, каждый народ выбирает свою судьбу сам! Вы же здесь присутствующие, большинство, если не все, являетесь лишь орудиями и вина вроде бы несущественна. Но она есть — ВАША ВИНА! — я особо выделил последние слова. — Отрабатывать ее придется всем без исключения.

Потом я попросил выйти из строя Сашта, Парама, Труса и Гироа.

— Вот эти товарищи доказали нам, что и среди вашего народа есть достойные разумные. Они, можно сказать, своими знаниями и делом для общего блага всех нас здесь, добились права вашей расы на существование. Хоть пока только здесь на этой станции. Вместе с ними я бы мог еще и Нерагу с его кликой поставить... — вслед за мной, все перенесли взгляд на мертвых и отдельно стоящего, все еще связанного Нерагу, — Но вот так они определили свою судьбу. Хочу только предупредить, не думайте что нас мало! Не думайте что мы, по некоторым вашим представлениям не очень образованны или еще как-то не достойны, быть ровней алотарам. Это заблуждение и как быстро оно у вас улетучится, тем быстрей вы реабилитируетесь. И самое главное — Правда, на нашей стороне. И вы все, может быть где-то глубоко в вашем сознании, но это признаете. Не будьте самодурами и, как Нерага, не замышляйте глупостей. Потому что при этом всегда будут страдать невинные среди вас. Потому что правы не ВЫ!