Я не думаю, чтобы Филипп знал о таких моих мыслях по отношению к императору Иоанну.
Всего лишь один раз он поинтересовался:
— Слушай, мой принц, я внимательно наблюдаю за твоими действиями, направленными на то, чтобы решить простой такой вопрос, как нам избавиться от имперского министра обороны. И не понимаю, почему ты не обращаешься к Иоанну, не просишь его нам помочь решить эту проблему. Ведь, наверняка, император Иоанн, в свое время, назначая его имперским министром обороны, имел с ним какие-то отношения. Может быть, они тогда были друзьями и, наверняка, многое знали друг о друге. В любом случае Иоанн мог бы тебе дать очень хороший совет, как это можно было бы сделать, не поднимая большой волны протеста или возмущения среди кирианской общественности.
— Филипп, иногда мне кажется, что Иоанн все-таки не так уж откровенен в моих с ним отношениях! Возможно, это было вызвано тем обстоятельством, что мужем своей дочери он ожидал увидеть кирианина, а не меня, инопланетянина, родословную, которого можно было бы сравнить с твоей родословной, Филипп! Возможно, именно поэтому я иногда избегаю общения с императором Иоанном и его супругой, Императриссу, которую иногда совсем не понимаю. Хотя, если говорить о внешней стороне наших взаимоотношений у нас все в порядке, ничего такого не происходит, мы вежливы и обязательны друг к другу! Но он и я свои проблемы стараемся решать сами без привлечения другой стороны. Я уже десять лет женат на Лиане, десять чуть ли не каждый встречаюсь с Иоанном, но только месяц назад он поделился со мной своим секретом полишинеля о том, что сэр Гароб собирается у меня отобрать мою жену и передать ее во владение своему умалишенному сыну.
— Да, Барк, оказывается у тебя с родителями жены не такие уж простые отношения, мне же казалось со стороны, что там у вас тишь и гладь, божья благодать. Но, почему-то во мне таится твердая уверенность в том, что со временем у вас все наладится. Да, и честно хочу тебе, мой принц, сказать, что сейчас жалею, что первым начал разговор на эту тему. В заключение нашего разговора на эту тему хочу, тебя, принц Барк, заверить в том, что, насколько я знаю, император Иоанн — честный кирианин, он достоин быть императором Кирианской империи. Для своей империи он сделал столько добрых дел, как ни один другой император.
После этого разговора мы с Филиппом уже никогда больше не касались и не обсуждали моего тестя. Мои же отношения с Иоанном гораздо упростились после того, как он рассказал мне и своих взаимоотношениях с сэром Гаробом, Магистром клана Медведей Честно говоря, после этого разговора я уже не чувствовал ни в его словах, ни в его поведении какого-либо подвоха. Он чаще встречался со мной, искренне интересовался тем, чем я занимался и всячески старался помочь решить ту или иную проблему. Я могу сказать только, что император Иоанн в тот период времени даже не пытался меня в чем-либо ограничивать, от чего-то предостерегать.
Правда, Иоанн не изменился только в одном, он, по-прежнему, меня предостерегал от того, чтобы я никогда не проливал излишней народной крови. Но эти слова он говорил и до разговора о Лиане, и после того разговора. Почему он поднимал эту тему я и до сих пор не могу понять, так как никогда не считал себя кровопийцей, никогда не стремился к тому, чтобы понапрасну проливать народную кровь. Только одного я не могу спокойно воспринимать, чтобы мои родные и близкие кириане, Лиана, Артур, Лана, Императрисса и, как это не было удивительным, сам император Иоанн, подверглись бы смертельной угрозе со стороны.
Снайпер расстрелял имперского Генерального прокурора Якоба Мерке, не только за то, что моя жизнь подверглась смертельной угрозе в подземном переходе дворцового комплекса, но и за то я хотел ясно и твердо сказать представителям кланов Медведей и Ястребов, которые и организовали это покушение, не трогайте императорскую семью. И если судить по реакции сэра Роберта в разговоре с Филиппом, то они это хорошо поняли! Разумеется, кланы не отступили, но теперь они не будут лезть напролом ради достижения собственной цели, теперь, прежде чем, отдать какой-либо приказ, кланы подумают, а какова будет ответная реакция императорской семьи?!
Однажды, мне и Филиппу пришлось целый вечер провести в дворцовом кабинете Императора Иоанна, обсуждая проблему набирающего силу заговора. Иоанн, как и я, получал еженедельные аналитические записки ИСБ. Когда мы с Филиппом вошли в его кабинет, заняли свои места в креслах, стоящие перед его огромным письменным столом, то я из своего кресла увидел, что одна из аналитических записок ИСБ лежит перед ним на столе. Увидев, что мы устроились в креслах, Император Иоанн прекратил чтение этой записки, снял очки с переносицы и начал пальцами ее массировать. По всему было видно, что Иоанн сильно устал, что он находится на грани нервного истощения и срыва.
Затем Император Иоанн негромко произнес:
— Спасибо, господа, что нашли время, зашли поговорить ко мне, к старику! Вы знаете, я решил поделиться с вами одной своей мыслью в отношении информации, которая в последнее время стала несколько удивлять меня. Я столько времени читал аналитические записки ИСБ, — в этот момент он внимательно посмотрел на Филиппа, — что я, как мне тогда самому казалось, хорошо знал офицеров, которые готовили эти аналитические записки. Разумеется, я никогда с ними не встречался, но если говорить о слоге или о стиле этих записок, в то в ней, как в зеркале, отражался характер офицера, бравшегося за перо, что написать эту записку. Так вот в те давние времена эти офицеры мне были знакомы, но сегодня, читая, ту или иную записку, во-первых, я ни узнаю, ни одного офицера. Вы, что, полковник, занялись чисткой ИСБ, увольняете всех подряд старых офицеров?
— Никак нет, Ваше Величество! Ничего такого в имперской службе пока не происходит. С своим приходом на пост руководителя, я не подписал еще ни одного приказа на увольнение! Чистка службы будет, но несколько позже, пока я не начну хорошо разбираться во всем, чем занимается ИСБ!
— Правильный подход! Сначала научись, разбери, а потом наводи порядок! Хорошо, что же тогда происходит, что за новые офицеры пишут аналитические записки?
— Обязательно разберусь и тут же доложу вам, Ваше Величество!
— И во-вторых, в этих записках совершенно не упоминаются кириане, которые спят и видят себя на императорском престоле. Вам обязательно нужно разобраться с имперским министром обороны, он из клана Ястребов, с имперским министром внутренних дел, он — Медведь, начальником имперского Генерального штаба, Ястреб. Все эти кириане, они являются вернейшими представителями своих родовых кланов, по первому же указанию магистра своего клана они готовы Кирианскую Империю утопить в потоках народной крови. Не верьте тому, что сегодня говорится в аналитических записках об офицерах-технократах, это подстава, чтобы отвлечь мое и ваше внимание от настоящего врага. Наш враг был, есть и навсегда останется, — это родовые кланы Медведей Ястребов и Муравьи.
После этой беседы император Иоанн внезапно заболел, он где-то сильно простыл. У него появились сильные хрипы в груди, поэтому он отправился лечиться к своей Императриссе, временно передав в мои руки руководство Кирианской Империей.
На меня сразу же навалилось такая уйма дел, — заседания имперского правительства, присутствие на слушаниях имперского Сената, прием имперских чиновников, придворных сановников и многое другое. Получилось так, что у меня не было времени на то, чтобы заниматься заговором и заговорщиками. Основная работа по этому направлению легла на плечи полковника Филиппа, который не жаловался. но старался, как можно лучше, делать эту работу и одновременно выполнять обязанности руководителя имперской службы безопасности.
Теперь же я хожу несколько слов сказать об Императриссе, которая была очень красивой, статной, хорошо сохранившейся кирианской женщиной в возрасте шестидесяти лет!
Много лет назад она счастливо вышла замуж за юношу, который в недалеком будущем станет императором Иоанном. Но с тех пор, я бы сказал, что Императрисса была несчастливой женщиной! В первый же год своего замужества, когда император Иоанн взошел на престол, Императрисса подарила ему дочку, Лиану. После этих первых родов Императрисса так и не позволила себе подарить императору других детей. Хотя, по случайно услышанным ее разговорам с мужем, я понимал, что она могла бы подарить жизнь очень многим другим детям.
Однажды вечером на ужин собрались все члены обоих наших семейств. Под самый конец этого ужина, когда мы остались вдвоем, слегка подвыпившая Императрисса, прямо глядя мне в глаза, вдруг произнесла:
— Барк, ты так часто смотришь на меня! При этом все время думаешь о том, почему у меня с Иоанном нет других детей, помимо Лианы?! Так вот, сейчас я тебе честно отвечу, я не рожала других детей по очень простой причине! Мне просто не хотелось жизнями своих мальчиков и девочек преграждать тебе дорогу к императорскому престолу.
Тогда я не отвел своего взгляда от этого пронзительного взгляда глаз своей тещи, подумав о том, что теща, видимо, является провидицей!
— Да, ты прав и в этом вопросе, Барк! — Императрисса сама начала отвечать на мой так и не заданный вопрос. — Сама жизнь научила меня иногда заглядывать в наше будущее, что посмотреть и узнать, что же нас там ожидает! Часто эти мои видения нельзя объяснить, они попросту бессмысленны. Но иногда я вижу четкую и ясную картину будущего!
— Неужели, вы меня там увидели, рвущегося к власти, по трупам кирианцев поднимающегося к императорскому престолу?
— Нет, Барк, ты ошибаешься, этого я не видела! Я знаю и видела только одно, что ты вступишь в борьбу за императорскую власть! Ты женат на моей единственной дочери, ты подарил мне внука и внучку. Так что я молю тебя об одном, сохрани им всем жизнь! Не увлекись борьбой за власть в империи, не забудь об их существовании! Сейчас я готова встать перед тобой, принц Барк, на колени, чтобы ты навсегда запомнил, вечно хранил бы в своей памяти эту мою мольбу!
— Замолчи, Императрисса! Не говори мне таких вещей! Жена и дети для меня священны и бесценны! Я отдам свою жизнь ради того, чтобы они жили!
— Дай бог, Барк, чтобы в критические минуты ты помнил об этом нашем разговоре! Да, и последняя моя к тебе просьба, принц Барк! Когда станешь верховным правителем нашей империи, постарайся меньше людей отправлять на эшафот или на виселицу!
С этими словами Императрисса поднялась из-за стола и, твердо ступая, покинула столовую зала, оставив меня в полном недоумении. Эти кирианские женщины были странными созданиями! Они многое знали о жизни и многое в ней понимали, но иногда сами женщины принимали очень странные, необъяснимые решения! Неугомонные они какие-то, всегда хотят, чтобы их желания исполнялись, даже тогда, когда эти желания совершенно неисполнимые по своей сути! То им детей подавай кучу, то они отдыхать желают без мужей! Но как только их желания исполнялись, так они вдруг заявляют, что они этого не говорили и не хотели, а на деле даже отдых без мужей-деспотов для них это уже никакой не отдых.
5
Передвижение наших отдельных воинских подразделений в провинциях, их общее движение на Эдвардс, все же было замечено штабистами столичного гарнизона. В этой связи его командир, генерал майор Хассел, приказал 3-й гвардейской дивизии, выделить, отправить батальон на север Кирианской империи с целью проведения там разведывательной миссии. Основной целью этой миссии стало выяснение вопроса, какие именно воинские части, с какой целью эти подразделения передвигаются в том регионе?! В приказе, который получил командир разведбатальона, особо выделялось необходимость появление этого батальона в этом провинциальном городке Эдвардс для выяснения вопроса, что там происходит, какое военное строительство и с какой целью развернулось под его стенами?
Бригадный генерал Герман Мольт в глубоком молчании сидел за столом для совещаний в моем дворцовом кабинете. Я же в этот момент стоял у окна, из которого наблюдал за очередными выкрутасами своего ангела-хранителя, полковника Герцега на внутреннем дворцовом дворике. Тот почему-то начал приставать к гвардейскому капитану, что-то от него требуя, я мог бы, конечно, переключиться на дальноуслышание, но тогда бы не слышал того, что мне сейчас тихо говорил генерал Мольт.
— Понимаешь, полковник! Генерал майор Хассел практически открыто отказался подчиняться имперскому Генеральному штабу, то есть мне, бригадному генералу Мольту! Хотя я с этим генералом был в неплохих дружеских отношениях! Правда, генерал Хассел служил, практически не вылезая из Сааны, в императорских гвардейских дивизиях, одну за другой получая звездочки на свои гвардейские погоны. Я же горбатился с 1-й особой штурмовой бригадой, пытаясь поставить на ноги ее бойцов. В имперских архивах его очкастые офицеры штабисты разыскали интересный документ. То было древнейшее постановление какого-то там императора. В том постановлении якобы говорилось о том, что "в случае возникновения нестабильной ситуации в кирианской империи, в результате возможной недееспособности императора, то "командир столичного гарнизоне вправе взять на себя командование гвардейскими дивизиями, расквартированными в столице". Ты, представляешь, Барк, у этой гвардейской мрази поехала голова, этот генерал одним росчерком пера вывел столичный гарнизон из моего и из императора Иоанна подчинения. Черт с ним, если бы он сидел спокойно в этой столице, не лез бы в дела имперских провинций, я бы это дело выдержал, не стал бы обращать на него своего внимания. А теперь что еще получается, этот генерал майор Хассел решил поинтересоваться тем, чем я занимаюсь в этой имперской глухомани? Он целый батальон посылает на разведку в мою зону ответственности, я мимо этого просто так не могу пройти!
— Понимаю, генерал! Это в первую очередь может означать, что, если ты не сможет повлиять на командира этого батальона, заставить его перейти на нашу сторону, забыть о генерал майоре Хасселе, тогда ты должен отдать приказ о полном уничтожении этого гвардейского батальона. В противном случае вражеский батальон вернется в имперскую столицу с ценными разведданными. Таким образом, заговорщики будут проинформированы о том, что мы уже давным-давно начали готовиться к военному перевороту! Одной только этой информацией мы можем развязать им руки, в результате они начнут подумывать о силовом противодействии нашим усилиям по всей территории Кирианской империи. Первым же делом заговорщики, Герман, попытаются, вышвырнут все твои войска, которых и так кот наплакал, из имперской столицы. А потом они перейдут в наступление на все наши дивизии и корпуса, на данный момент разбросанные по всей имперской территории. Эти дивизии и корпуса большей частью разбросаны по этой территории, а не сконцентрированы в каком-либо оном месте! Между прочим, что я тебе об этом рассказываю, ты сам, генерал, об этом прекрасно знаешь, не правда ли, Герман?!
— Но, я не могу отдать приказа об уничтожении целого батальона, даже если он батальон гвардии. Военных действий еще не ведется, а его рядовые гвардейцы ни в чем не виноваты, они попросту выполняют приказы своих офицеров. Почему я должен отдавать такой несправедливый приказ?! — Как-то неуверенно начал говорить генерал Мольт.
