Новатерра-2. Часть 3. Пришелец

Чего бы там оно ни значило в действительности, Унтер-бек всё-таки шёл на север. И пришёл. По совести сказать, покуда не на Крайний Север, но уж куда посевернее, чем родимая Аравия! И называлась та земля, куда пришёл арабский путешественник, Владением. Владением великого князя Федаина I Суицид-оглы из династии великих горских князей Камикадзе, суверенного властелина невеликой, но очень-очень гордой горы под не менее гордым названием Гора, что горделиво изливается ручьями в речку Речку, которая даёт начало морю Морю, а то, в свою очередь, всему Мировому океану. Мир же, как известно, суть Вселенная, а вода — суть базис жизни в ней, и это значит, что Владение князей из рода Камикадзе суть та самая купель, она же колыбель, она же и Первооснова, и Первопричина... Так давайте же выпьём до дна за здравие правящего великого князя Камикадзе, батоно Федаина I, царя царей, государя над императорами, достойного наместника Бога-Творца и продолжателя Его дела здесь, на Земле! Многая лета! Каумарджос!!!...

Вокруг заезжего араба, подливая ему терпкого вина в захватанный жирными пальцами бараний рог, колобродило всё семейство Камикадзе: великая княгиня Бастурма, старшие княжны Хошлома, Шаурма и Чихиртма, младшенькие близняшки Зелень и Мелень, а также продолжатели славного рода, княжичи Шашлык да Машлык. Сам он уже который час глядел на этот мир безучастными остекленевшими глазами, механически отвечал на вопросы, механически задавал свои, при этом даже не пытаясь вникнуть в суть беседы, которую завёл ближе к десерту князь Федаин I Великий.

— Что говоришь, басурманин? Нефть?!.. Пока нет, но скоро будет, ищем, аж запарились... За нефть!

— Белый песок? Это который снег, да?.. Ой, полно! Сам Путин каждый год хочет к нам приехать, на лыжах покататься, только его министры не пускают. А он так хочет, так хочет!.. За Путина!

— Папа — аравийский шейх?! Вот это да!!! За папу и в его лице всех аравийских шейхов!.. Слушай, зачем это 'Ваше благородие'?! Давай-ка мы с тобой по-свойски: я, Федаин, для тебя, друг Унчик, — просто дядя Федя!

— За золотом едешь?! Ва-а!.. За чёрным золотом? Про такое не слышал, но всё равно — ва-а! За процветание!

— К тебе являлись Ходорковский с Абрамовичем?! Самолично?! Ва-а!!! За олигархов!.. Слушай, этот — как тебя там? — Уня, погляди, полный дом девок, одна другой краше (авт. — явное преувеличение!)! А не хотел бы ты..?

Да какой же унтер не хотел бы?! Ещё как хотел бы! После длительного воздержания да неумеренных возлияний... Правда, Унтер не дослушал, дескать, ты — купец, у нас товар...

— Ну, вот и решено! — хлопнул в ладоши князь. — Выбирай на вкус!

Что араб и сделал, как только закончилась пирушка. На вкус! Больше для затравки он попробовал сухую, далеко не первой свежести княгиню Бастурму. Отведал сочной, в теле, Хошломы. За Шаурму принялся обстоятельно, без спешки, но в процессе того разошёлся и вконец домучил Чихиртму, вечно простуженную крепостными сквозняками. И лишь когда он под шумок (в крепости как раз поднялся первый шум) полез было на Зелень-Мелень, вспомнил мудрую арабскую фольклорицу: ямщик, не гони верблюдей! В смысле, не торопись и вообще не увлекайся...

Гнать же ему пришлось о-го-го как! И под шумок бегущих с кинжалами горцев раздумывать на скаку — на украденном тут же, во дворе крепости, скаку — о вечных непреложных истинах.

О том, что гуманизм — обывательские разговорчики, брехня правозащитников.

О том, что законы гостеприимства — такое же фуфло.

О том, что горцы — дикий народ.

О том, что, путешествуя по миру, следует быть настороже, потому что в малокультурной провинции за сущую безделицу вроде группового изнасилования (группы потерпевших) могут, что называется, поставить на ножи.

О том, что если сопоставить его прежний сексуальный опыт (коза, ослица, утка, перезревший финик и кулак) с сегодняшним, то можно смело сделать далеко идущий вывод: один северный корнеплод ни в малейшей степени не превосходит сахаристостью другую тамошнюю крестоцветную культуру (по-арабски 'хрен редьки не слаще').

О том, что нечего арабу в чужих землях жрать свинину и хлебать перебродивший сок плодов земных.

О том, что лучше плохо ехать, чем один в поле не воин.

О том, что баба с возу — вся надежда на кобылу...

И кобыла Унтера не подвела. Домчала таки, кляча! Молодца! За это тебя даже пристрелить из милосердия не жалко...

А куда домчала?

Да на север! Где снега и нефть! Где тоже, сказывали странники из грек в варяги и наоборот, свой 'не фонтан' имеется — то революция у них, то культ, то личности, а то ещё какого дьявола, — но с гуманизмом и правами человека всё же поспособней будет. К тому же где-то здесь, среди снегов, таится сам Великий Абрамович! Чай, поможет, чай, не бросит, чай...

Чаю арабу предложили. Но не дали. Хотя в целом северное гиперборейство встретило его неплохо. Спросило, правда, регистрацию и обыскало на предмет пояса шахида. Последнее слово навеяло ностальгию, и Унтер вдохновенно сообщил гиперборейцу в галстучно-пиджачной паре, что шахид — его брат Обер-бек, давно работающий у Бен-Ладена. Приврал, конечно, для солидности, дескать, заказов много, платят хорошо, карьерный рост имеется — был обером, недавно оберста присвоили (так, мол, и обращаются: герр оберст Бек!) — и всё такое... И, видимо, в точку попал! Гипербореец напоил жаждущего араба чаем, угостил конфеткой, записал для истории его слова и отобрал подписку о сотрудничестве с Органами... Это у них, оказывается, издательство такое, печатает увлекательные книжки о подвигах передовых шабашников, шаманов, шарлатанов, шахидов, шатунов и прочих кривошипов. Народ должен знать своих героев! Да и гонорар никак арабу не помеха... Ах, да, ему ещё ведь и литературный псевдоним присвоили — 'Братан'! А что, вполне! Простенько, свежо, со вкусом, да и в тему... Пиджачный господин, прощаясь, крепко пожал Унтеру руку, попросил не забывать, писать, но под конец допустил ляп — обидно обозвал 'товарищем'...

А потом за Унтера взялись здоровые, мосластые гиперборейцы в серенькой пятнистой униформе. Эти, хоть побили малость, но зато уважили — назвали 'террористом'! Унтер подбоченился и церемонно поблагодарил служилых. Заодно, вновь, и здесь тоже, услыхав любимое словечко миротворцев, попросил растолковать, что значит 'куев'. И если 'террорист' — хорошо, то 'террорист куев', как сказали пятнистые, это — что, ещё лучше?.. И ещё спросил, бывает ли в их стране снег.

— Снега у нас — как грязи! — расхохотались пятнистые. — Если до зимы доживёшь, террорист куев, так хоть валяйся в нём, хоть соли на лето, хоть домой отвези в чемодане.

Снегу Унтер-бек обрадовался, как правоверный — сверхурочному намазу, но при этом и насторожился. Что значит 'зима', конечно же, не знал, однако... Вдруг она уже сегодня на закате! Но, сохраняя остатки мужского достоинства, спросил вроде бы и небрежно, так, для поддержания разговора:

— Почему это я до зимы не доживу?

— Ну, мало ли? — усмехнулся один из пятнистых. — Скинхеды замочат. Или мы забьём.

— Скинхеды... — впервые слыша это слово, повторил араб, а для себя отметил: 'Надо сторониться мест, где слишком мокро'. — Ну, скинхеды — ладно. А вы куда можете забить?

— Не 'куда', террорист куев, а за что! За дело. Если в три дня не оформишь регистрацию. Если нас 'застучишь'. Если 'дурь' будешь распространять.

Унтер клятвенно пообещал оформить таинственную регистрацию не в три, а в два дня, может, даже раньше, причём так красиво её оформить — хоть в Эрмитаже выставляй, хоть на Выставке достижений народного хозяйства СССР!

Уходя, он прикрыл дверь со всей возможной осторожностью, дабы, не приведи Господь, не застучать пятнистых излишне громким хлопком, когда же в сенях обронил на пол котомку с одеревенелым шашлыком, бросился вон из пограничной избы со скоростью хорошего локомотива, пускай и слабо представлял себе даже плохой локомотив...

Что же до дури... С этим проще! Откуда у араба дурь?! Наоборот, ума — палата!..

Вполне разумный Унтер, следуя рабочей электричкой в стольный царёв град, дабы сориентироваться в ситуации, купил у транспортной торговки свежий — во всяком случае, мягкий, совсем не такой, как свитки Мёртвого моря — здешний официоз. Газета 'Княжьи бредни', за полушку экземпляр. 'Дорогие странники великой страны! Очистим наш общий странный пруд! Выгребем частыми княжьими бреднями всё наносное, позорное, чуждое!' Ну-ну, что же сообщает пресса?.. Интересно! Познавательно! По-граждански смело! Главное — достаточно информативно:

Владимир Красно Солнышко — наш президент! Голосуй, собака, а то проиграешь!

Смерть половецким оккупантам!

Бей жидов, спасай Хазарию!

Заплати налоги и живи!

Спартак — экстремист!

Зенит — чемпион!

Во власти Власти: Эй, вы, там — Наверху! Вчера, 32 мартобря вялотекущего года, на семьдесят втором году жизни, после тяжелой, продолжительном болезни, не приходя в сознание, великий государь Леонид IV Хворый принял воеводу Грустинова за дьяка Посольского приказа Хромыко, после чего работал с документами — внимательно изучил свой паспорт, военный билет, свидетельство о рождении, водительское удостоверение.

Светские новости: За свет ответишь, рыжий Чуб! Открытое письмо в редакцию группы пенсионеров Колобродского посада, возмущенных переводом освещения улиц с факельного на фекальное.

За руб.ежом: Дождались! Монгольское агентство 'Суньхуа' с прискорбием сообщает, что за последние 24 часа в одном захудалом роду появился на свет негодяй, тиран, мерзавец, сволочь, сукин сын Темучин, будущий Чингисхан, Потрясатель Вселенной. Подонок и его несчастная мамаша чувствуют себя не в своей тарелке. В стране объявлены траур, план 'Перехват' и штормовое предупреждение.

Криминальная хронь: Так держать! Дьяк Разбойного приказа Держимордов, пользуясь круговой порукой подчинённых, на славу удержался перед микрофоном и доложил народу о стопроцентной раскрываемости бутылок с хмельным мёдом.

Есть мнение или не есть? Америка: миф или брехня? Тезисы диспута между ученым любомудром Ретроградовым и заезжим проходимцем Х.Колумбом.

Спорт: Молодцы! И молодицы... Между субботой и воскресеньем в рамках Стенли Кубрика состоялась игра в лапту между Центральным стрелецким клубом и командой 'Бабья доля' из Иваново. С первых же минут матча опытные стрелецкие лапотники заперли оппоненток в их штрафной площадке, прижали к воротам и лапали безропотно сдавшихся баб вплоть до финального свистка. Главный тренер стрельцов Э.Стрельцов на послематчевой пресс-конференции откровенно признался, что давно не испытывал столь глубокого и полного удовлетворения.

Культура: Да какая, на хер, культура?! Хамство, матерщина и ничего больше, бля!

Прогноз погоды: В ближайшие дни погоды не будет точно!

Любителям рекламы:

 Масленица — продажная девка язычества! Лекция. Начало. И конец.

 При пожаре звонить в колокол!

 При грусть-тоске звонить: Марья-Искусница — 1 раз; Мавра-Язычница — 2 раза; Манька-Киль-Манда — 3 раза; Марик-От-Манды-Киль (для гурманов) — 4 раза; доктор Вассерман (интим не предлагать!) — до посинения.

 Интим. Досуг не предлагать!

 Сниму всё! Василиса Прекрасная.

 Сниму всё! Соловей-разбойник.

 Выведу клопов. Приведу клопов. Я.Клопов.

 Выведу на чистую воду. Тренер по гребле на байдарках и каноэ Топоровский.

 Выведу! И.Сусанин, опытный полупроводник.

 Бензина нет. Вообще! На календарь гляди, придурок!

 Бога нет!

 Нет, есть!

 Пива нет!

 А в Баварии есть...

 Ну и пашол отсюдова, казёл ванючий!

 Ну-ка, товарищи, пройдёмте в отделение!..

 Стадион закрыт! До XIX века. Приобретенные ранее абонементы действительны для помойки в бане.

 Служба спасения на водах поставит свечу во спасение Вашей утопшей души.

 Лапти! Лапти! Лапти! Лапти! Лапти! Лапти!..

 В какую цену ваши лапти, мущина?

 Да в какую, на хрен, цену?! Спёрли, суки, мои лапти, пока ноги парил...

 Горящие шоп-туры в Царьград. Не сомневайтесь, шопнете прилично! Со своим оружием.

 Культурно-досуговый центр 'Притон Восходящего Солнца'!

 Вечера встреч 'Кому за сто' (борцы сумо)

 Минутка острых ощущений (харакири)

 Кружок 'Умелые руки' (Кама-Стурба-Сутра; с вечера — значительные скидки)

 Уголок натуралиста (опытная гейша)

 Сауна (опытная мойша)

 Элитная шашлычная 'Приют нищего духом' ожидает тебя, 'дух'!..

'Вот туда-то мне как раз и нужно!' — обрадовался полный новых впечатлений Унтер-бек и, едва пройдя проверку на лояльность в линейном отделении пятнистых, во весь арабский голос закричал:

— Такси! Такси!!!

— Ну, ты и дурак, гастарбайтер! — осадил его станционный извозчик. — Молдаван или таджик?

— Да вообще-то араб я...

— Да?! Повезло! Говорят, у вас с бензином всё в порядке.

— Всё в порядке. Только нет его. Пока. Но я обязательно добуду!

— Много было таких добывальцев, — вздохнул кучер, пыхкая 'Беломором', набитым чистой коноплей (табак-то из Америки ещё не привезли!). — Все, почитай, сгинули, одни могильные курганы по степям остались. Пропали, что и говорить, не за понюшку кокаина... Рынок нефтепродуктов, знаешь ли, не парк культуры имени Отдыха, не разгуляешься! А такси... Что такси?! Потому и такси нету, что бензина нету...

Но Унтер-бек извозчика не слышал.

Потому что не слушал.

Потому что читал.

Потому что чтиво того стоило!

Надо всей станционной площадью, от маковки собора до пожарной каланчи, трепетала на ветру брезентовая перетяжка (с помощью таких в Аравии обычно рекламируют шоу Бориса Моисеева, варёную ослятину, американский образ жизни, рыбий жир и прочую аналогичную херню) с грозным текстом: 'Запомни, блин, урюк, хоть молотом на лбу себе накуй! Ты приехал в правовое царство-государство, за нарушение прав человека и кислотно-щелочного баланса — расстрел на месте без суда и следствия! Welcome!!!'

Вот всё и встало на свои места!

Вот Унтер-бек и разобрался, что значит 'на куй'...

А теперь — в путь! В элитную шашлычную, где 'духа', здорово поиздержавшегося при проверке регистрации с лояльностью, добрые хозяева и приют, и накормят недорого...

Кабак порадовал араба вымученным вздохом целовальника: 'Ещё одного куй принёс!', уютной грязью пола, стен и обстановки в целом, приятным с голодухи смрадом кухни. И, разумеется, рекламой:

Не тормози — пареной репой закуси!

Ешь капусту, лук и хрен,

Будешь — как Софи Лорен!

Не морщи плешь — лазанью съешь!

И Кондратий не проймёт

Тех, кто пьёт стоялый мёд!

Нет покоя от клещей, свищей, прыщей?

Не печалься — закажи ядрёных щей!

Ни татарин, ни монгол не страшен,

Если любишь гречневую кашу!

У нас не курят! Лет семьсот ещё...

Не сморкайтесь в скатерти — для этого придуманы портянки!

Не давайте половому 'на чай'! Давайте 'на кисель' и 'сбитень'!

Уважаемые дамы и господа, не плюйте и не ссыте в самовар!

Великодушно извините за неудобства, но у нас под стол не гадят!