Кэт ошиблась. Когда дверь открылась, на пороге появились сразу двое. Юноша и девушка, примерно ровесники Кеалора, одетые так, как одевались в Тинмоуде зажиточные ремесленники, или семья чиновника средней руки неблагородного происхождения.
— Ашги Пуш, — представился парень. — А это — моя старшая сестра Джит.
— И кто из вас ясновидец? — поинтересовался Тал Эмбрас.
— Ну мы же родичи, — хором, несколько обиженно сказали посетители.
— Ладно, — сказал генерал официальным тоном. — тал Альдо, разбирайтесь тут без меня. Ваш департамент, в конце концов. И решительным шагом вышел из комнаты.
— Я тоже, пожалуй, пойду, — засобиралась Кэт.
— Кэти, погоди минутку, — остановил её хозяин кабинета. — Мне бы пригодилась твоя помощь.
— По-моему, ты не прав. Если бы ты набирал людей в свою личную дружину, ты бы мог принимать помощь от любого, кому ты доверяешь. А здесь речь идёт об интересах Империи. А значит человек, не являющийся её подданным тут лишний.
— Так, господа ясновидцы, — обратился Кеолор к вновь вошедшим. — Вы уже определили, кто такая моя гостья?
Брат с сестрой замялись. Потом Джит решилась:
— Судя по всему она из Звёздных Купцов.
— Почему ты так решила? — поинтересовалась Кэт.
— Ну, подданную архипелага тал Альдо не стал бы к себе приглашать. На аллонку вы не похожи. Северянкой вы бы могли быть, но мы хорошо представляем себе как те одеваются. Ваша одежда необычна и для Севера, и для Империи.
Через полчаса разговора Кеалор понял что кандидатов брать на работу обоих. Из Ашги скорее всего получится более-менее рядовой оперативник, но толковый штабист, а его сестра была незаменимой в качестве тайного агента. В Империи вообще не часто можно встретить девушек которые хотели бы добиться какого-то самостоятельного успеха, а не выгодного замужества. Это не север, где магическая карьера не разбирает пола. А сочетание живого ума, наблюдательности и артистизма позволяло Джит достаточно легко притвориться своей в любой среде — от аристократического бала до торговок рыбного рынка.
* * *
Присутствие на императорских приёмах для верховных жрецов Четырёх Богов было не самой приятной обязанностью. Хотя для его преосвященства Вэлтара, главы ордена Свэна, близость к трону казалось бы вполне соответствовала роли его бога в пантеоне, эти приёмы он переносил с трудом. Эта бессмысленная и бессодержательная толкотня в огромных залах, где даже о делах словом не перекинешься, поскольку слишком много ушей вокруг. Нет уж, настоящая Власть делается не в толпах придворных, а в уединённых кабинетах.
Вот интересно, чего хочет от служителя бога Порядка этот старый хрыч тал Линт, так бездарно сдавший пару месяцев назад своего протеже тал Милиля. Впрочем, надо признать что беспорядок в заговор привнёс сам, излишне нетерпеливый претендент. Тал Линт как раз пытался наставить его на путь истинный. В смысле истинной Власти и истинной Интриги.
Владелель Альдо подошёл к жрецу и, после церемонного обмена кивками головы — статус обоих был слишком высок, чтобы кланяться даже друг другу, спросил:
— Ваше преосвященство, вам не кажется что новый протеже Старика совсем обнаглел. Открыто приглашать на работу магов, это же потрясение устоев.
— Это вы про что, тал Мидель?
— Ну видели вчера в газете объявление "Требуются ясновидцы. Обращайтесь сами знаете куда." Моим людям удалось выяснить что за этим объявлением стоит тал Альдо.
— Ну что вы! Какое потрясение устоев? Наверное, это кодированное сообщение. Он что-то хочет сообщить своим агентам на городском дне, чтобы никто посторонний не понял.
Ясновидения не бывает. Ни те способности, которыми награждают нас, жрецов, Четыре Бога, ни магия Севера не позволяют прозревать будущее. И тал Альдо, получивший неплохое образование в Пааре, где магия не запрещена, не может этого не знать. Поэтому, помещая это объявление он явно имел в виду что-то другое.
Тал Линт, не слишком удовлетворённый такой реакцией, отошёл от жреца. А тот довольно ухмыльнулся. Молодец этот мальчишка. Какую бы цель он ни преследовал этим своим дурацким объявлением, но своего давнего врага он заставил поволноваться, а ему, Вэльтару, скрасил скучный приём.
Букварь для принца
— Вэллес, к вам можно?
— Входите, супруг мой, — прозвучало из-за двери.
Дверь, разделявшая покои принцессы и её консорта, была больше условностью, чем реальной преградой. Кеалор, честно говоря, радовался её существованию. У каждого была своя территория, и это устраивало обоих. Но с Вэллес было интересно поговорить, и к тому же у него было конкретное задание от Императора — дать Айэнти мужское воспитание. Как это делается, он понятия не имел, но старшим братом ему в своё время побыть пришлось. Ну хоть так.
Вэллес и Айэнти сидели на ковре в личной гостиной принцессы. Конечно, у наследника были свои комнаты, но ему больше нравилось проводить время в маминых комнатах. Открытая крышка клавикорда, на полу ноты вперемешку с игрушками и среди всего этого милого кавардака — молодая женщина в домашнем сером платье и ребёнок в свободной рубашке.
— Дядя Кеалор! — малыш потопал ему навстречу. — Смотри, какие у меня ноты!
Кеалор посмотрел. На листе бумаги был очень крупно изображён нотный стан с простенькой мелодией. Забавно было то, что ноту "ми" изображали кошачьи мордочки, "ре" — собачьи, "до" — птичьи и так далее. У каждой физиономии было своё выражение, направление взгляда показывало ход мелодии. Все мордочки были весёлыми и задорными: мелодия определённо была в мажоре.
— Отличные ноты, — кивнул Кеалор. — Вэллес, это вы рисовали? Узнаю вашу руку.
— Да, — кивнула принцесса. — Готовых нот для обучения маленьких детей совсем нет. Приходится придумывать что-то на ходу.
— Хм. — Кеалор повертел в руках лист с нотами. — Но ведь Айэнти уже неплохо играет? Я думал, он знает ноты.
Вэллес рассмеялась.
— Что вы! Когда я начала его учить, ему два года было. А ноты — это те же буквы, как их учить в таком возрасте? Только на слух, на память пальчиков. А сейчас он заинтересовался моими нотами. Но там... — Она показала раскрытый нотный альбом, несомненно заполненный рукой профессионала. — Нужно начинать с чего-то простенького, наглядного, что маленький ребёнок сможет понять. Вот и рисую... такое.
— Вас в детстве учили по таким нотам?
— Нет. Есть нотные альбомы для начинающих, но они всё-таки рассчитаны на детей постарше.
— Знаю, я сам по таким учился. На Севере буквенной и нотной грамоте детей учат одновременно.
— Здесь это тоже практикуется, но тоже в более старшем возрасте. Не знаю... — она развела руками. — Наверно, Айэнти научится читать ноты раньше, чем буквы.
Кеалор немедленно подумал о Звёздных Купцах. Он, конечно, о них всё время думал... точнее, об одной конкретной. Но сейчас ему в голову пришла идея.
— Знаете, Вэллес, если хотите, я могу спросить у Звёздных Купцов, как это делается в их мире.
— Спросите, — кивнула молодая женщина. — Это и мне интересно.
* * *
— Келли, а тебе не кажется, что твоё положение несколько изменилось? — спросила Кэт, которую Кеалор в дежурный раз поймал у входа в Дом Звёздных Купцов и предложил посидеть в "Зелёном фонаре". — Гвардейский офицер, сидящий в трактире с девушкой, никого не удивляет. А вот для принца-консорта это, хм, несколько... дурной тон.
— Так. — Кеалор потёр лоб. Намекал же Эльпар на что-то такое, но Кеалор спешил и прислушиваться не стал. — А что ты предлагаешь?
— Мне сейчас надо кое-куда съездить. Вернусь часа через четыре. Если сможешь, приходи сюда в это время. Думаю, что посетить Дом Звёздных Купцов тебе вполне позволительно.
— Хорошо, может, чуть попозже приду.
* * *
— Так а про что ты поговорить-то хотел? — спросила Кэт, когда они с Кеалором устроились на диване в гостиной Дома Звёздных Купцов.
— Про Айенти. Точнее, не про него, а... в каком возрасте у вас учат детей читать?
Кэт пожала плечами.
— Ну ты спросил. В разное время, в разных странах и в разных планетах по-разному. Но чаще бывает так, что вообще не учат.
— Это как?
— Это так. Если ребёнок лет трёх или четырёх желает научиться читать, его не остановит примерно ничего. Сам научится. И таких детей на удивление много. В своё время, лет триста тому назад, когда пытались устроить массовое обучение, считалось, что надо начинать учить в семь лет. И выяснялось, что в классе половина детей уже прекрасно читает, а второй половине это вообще неинтересно. В результате скучно было и тем и другим. В конце концов на многих планетах пришли к индивидуальному начальному обучению. Дети учатся читать тогда, когда могут и хотят. Благо вариантов масса — онлайн-преподавание, интерактивные программы с мультипликацией... Ладно, не буду тебя всем этим мучить. Так что там с Айэнти?
— Вэллес обучает его нотам. Пририсовывает им кошачьи ушки и птичьи клювы. Он-то в восторге, но по-моему как-то странно выучить ноты раньше букв. Может, у вас знают, как учить таких маленьких детей читать?
— Я начинаю хотеть познакомиться с твоей Вэллес. По-моему, это гениальный педагог. Но, понимаешь, Келли, ноты — они круглые. К ним много чего можно пририсовать. А буквы... а что, детских книжек у вас не выпускают? Таких, с крупными буквами и чтобы картинок больше, чем текста. Я вот сама на паарском базаре покупала что-то такое, многосерийное, и к тому же в стихах.
— Ну да, на Севере существует лубок, детский в том числе. Но, понимаешь, это не для принца. Там в основном тематика такая... про земледелие, про природу, вот это всё. Айэнти просто таких слов не знает. Любой крестьянский ребёнок знает, что такое плуг, соха и борона, а откуда это знать наследнику престола? А в Империи я ничего подобного не видел.
— Понятно. Ладно, сейчас поищем что-нибудь подходящее.
— Так у вас же в Доме детей нет. Откуда тут взяться детским книгам?
— Из компьютера, разумеется. Там какого только добра не валяется. Сейчас посмотрю... — Кэт вытащила из кармана ЛЭТ, что-то набрала на клавиатуре и принялась листать. — "Алиса в зазеркалье" — нет, не то. Хотя картинки хороши. "Мэри Поппинс" — тоже нет. Эдвард Лир бы подошёл, но у нас взрослое издание, без иллюстраций. А, вот! Посмотри на это!
Кеалор посмотрел. На экране была красочная картинка, изображавшая... большое яйцо с руками и ногами, сидящее на крепостной стене и, по-видимому, сладко спящее. Под стеной ходила стража. Кеалор уже достаточно хорошо знал английский язык, чтобы разобрать набранное крупными буквами стихотворение:
Шалтай-Болтай сидел на стене,
Шалтай-Болтай свалился во сне.
Вся королевская конница,
Вся королевская рать
Не может Шалтая, не может Болтая,
Шалтая-Болтая собрать!
— Ого! Ну, это Айэнти близко. Крепостные стены и королевская конница — он в этом живёт. А ещё есть?
— Куча! Сборник называется "Песни Матушки Гусыни" и ему больше веков, чем Айэнти лет. Если найдётся кто-то, кто сможет это перевести на имперский...
— Тал Фипс. Больше некому. Он, конечно, не знает английского, но ваша машинка ведь может выдавать подстрочники?
— Легко. Сейчас выведу. И несколько страничек распечатаю, в качестве образцов для тал Фипса.
* * *
— Переводить? А смысл? — вопросил поэт своим высоким голосом, разглядывая принесённые Кеалором материалы. Он уже успел посмеяться над коровой, прыгающей через луну, и посочувствовать брату и сестре, свалившимся со стола при попытке познакомиться с котом. — Идеи — да, образы — да, но перевод... это же другой мир!
— Ну крепостные стены и королевская стража у них там есть. Или были.
— Неважно, — отмахнулся тал Фипс. — Переводить неинтересно. Сам напишу! И художника поищу. Есть у меня тут пара знакомых... непризнанных талантов. Пусть попробуют.
* * *
Крупноформатная книжка с цветной обложкой и ярким заглавием "Азбука для принца" появилась в книжных лавках Тинмоуда через пару месяцев. К этому времени Айэнти уже успел выучить половину алфавита и активно требовал новых букв, а Вэллес с тал Фипсом и художниками готовила к изданию нотную азбуку аналогичного формата.
* * *
— Как-то обидно, — объяснял тал Фипс Кеалору. — Я никогда жаловался на недостаток тиражей. Мои стихи распевают все уличные мальчишки. Но чтобы прокормиться, сам знаешь, чем мне пришлось заняться. А доход от этих детских книжек уже приближается к доходу от рудника!
— Потому что твои книги покупают только состоятельные образованные люди. Уличные мальчишки берут твои стихи из газет, которые они же и продают. А детские книжки стоят немного и нужны всем, — пожал плечами Кеалор.
* * *
Через несколько дней, выбрав подходящий момент, Кеалор сообщил Вэллес, что её нотной азбукой заинтересовались Звёздные Купцы, и некоторые из них хотят с ней пообщаться. Он не был уверен, что для Вэллес слова "Звёздные Купцы" хоть что-то значат. Но она внезапно подняла голову от вышивания, в глазах блеснул интерес:
— У них тоже есть маленькие дети, которых нужно учить музыке?
— Ну, в Доме у них детей нет, но вообще, наверно, да. Они же Купцы, хоть и звёздные. Торгуют информацией. Ваш подход к обучению Айэнти заинтересовал... одну из них.
Принцесса внезапно хихикнула:
— Неужели в огромной Вселенной ещё никто не додумался пририсовывать нотам мордочки? Впрочем, я не против. Я никогда не видела звёздных людей.
Так и получилось, что Звёздные Купцы получили официальное приглашение посетить дворец. В гости заявилась всё та же неугомонная троица — Кэт, Алан и Синтия. После положенного угощения девушки полезли в принцессины ноты. Кэт в музыке разбиралась мало, ей интереснее был педагогический талант Вэллес. А вот Синтию просто распирало: когда она узнала, что именно Вэллес играет на органе в храме Арсиэс, ей захотелось вытащить из бедной принцессы всё, что та знала на эту тему, и ещё немножко. В результате они сыграли в четыре руки три гимна, исчеркали несколько нотных листов и обсудили традиции исполнения священных хоралов на службах Арсиэс в Тинмоуде и в южных районах Империи.
Внезапно раздалась короткая, протяжная музыкальная фраза. Синтия вытащила из кармана ЛЭТ и нажала на нем кнопку:
— Да, Пауль. Да, мы с Кэт и Аланом сейчас у тал Альдо. Да, уже договорились. Нет, туда ещё не успели. Да. Конечно. Да. — Синтия снова нажала кнопку и собралась убрать ЛЭТ в карман.
Вэллес внезапно подняла голову:
— Что это?
— Устройство для связи, — коротко ответила Синтия, видимо не желая вдаваться в подробности.
— Нет, что это была за музыка?
Кэт с Синтией переглянулись и пожали плечами. Кэт принялась играть кнопками на своём ЛЭТ:
— Где-то у меня была подборка "Популярная земная классика для контактов". Ага, вот тут.
— Кэт, а ты уверена? — вмешался Алан. — Напустить на неподготовленных аборигенов всю симфоническую мощь Чайковского...
— Вообще-то да, на Земле от этой музыки люди уже четыре с лишним века плачут, — заметила Синтия.
Может, подобное замечание и остановило бы кого-нибудь, но только не Вэллес.
