Блуждающие в зеркалах

Ворон что-то прокаркал, и Джош звучно рассмеялся.

-Значит, следишь за нами, дружок? Что ж, я рад...Если увидишь с неба что-нибудь, чего на заметно на нашей бренной земле, то сообщи мне!

Ворон, немало испугав Луиса, кивнул в знак согласия, и снова взлетел, растворившись черной точкой в небе. Джош с улыбкой проследил его полет, а потом обратился к Луису:

-Пойдем, подберем и себе что-нибудь приличное. Если тебе, конечно, не нравиться твой наряд!

Луис активно замотал головой.

-Отлично! Пойдем туда! — и Джош с Луисом вошли в лавку.

К вечеру они успели купить себе новой одежды, одолжить инструменты, и даже придумать название своей группе — "Странники". Последнее потребовало у Джоша целых пятнадцать минут мозговых усилий! Название, по правде говоря, было так себе, но других вариантов в голову не приходило, и пришлось утверждать что есть.

По плану гениального руководителя группы -Джоша — они должны были играть музыку. (После этого потрясающего заявления Луис подумал, что Джош, похоже, не в себе). К тому же, какая композиция подойдет для пианино, флейты, саксофона (под напором Мари Джош-таки сдался) и скрипки — никто и понятия не имел. Лишь за 15 минут до начала конкурса, когда все уже толпились за кулисами городского амфитеатра под открытым небом, Джош вбежал за кулисы и радостно предложил интерпретировать под группу балладу о "Храбром Войне Лугов".

-По-моему, это слишком серьезная и тяжелая вещь, — робко сказала Мари, но Джош и слушать ничего не хотел.

-Зато она как раз для четырех инструментов! Конечно, вместо флейты там нужна труба... Но, учитывая музыкальный дар Луиса, думаю — он справится!

Все мигом вспомнили ужасный звук, издаваемый с утра флейтой Луиса, и согласились с Джошем играть "Война Лугов".

Наконец, начало темнеть. В амфитеатре стали зажигаться огни.

Мари выглянула из-за кулис: на красивых, каменных рядах театра становилось все больше и больше народу, но самый первый, приближенный к сцене и украшенный цветами водяных лилий, ряд был пуст.

-Граф еще не соизволил прибыть, — подсказал Мари грудной женский голос.

Девушка обернулась и увидела, что вместе с ней из-за кулис смотрит пышногрудая дама в шикарном бархатном платье.

-Я Эллис, — представилась та, — Уже четвертый раз на этом конкурсе! Люблю участие в мероприятиях такого рода! Так что, если хочешь узнать что-либо о здешних порядках: спрашивай у меня!

-Спасибо, — поблагодарила Мари, и тут же ей в голову пришел интересный вопрос:

-А какой вид искусства предпочитает граф?

-Точно спросила, дорогуша, — почесала в голове Эллис, — Его предпочтения каждый год меняются! За те четыре года, что я выступала здесь с различными программами — я ни разу не выиграла!

Мари сглотнула: у Эллис, кажется, был чудесный голос, да еще и такая видная внешность...Значит, им вообще ничего не светит!

Примерно через 10 минут где-то вдалеке послышался звук рога, свидетельствующий о том, что приближается какая-то знатная особа. И действительно: очень скоро глашатый возвестил: "Жители и гости Хрустальных Озер! Просим вас приветствовать нашего графа — Нэруса!".

Весь театр встал со своих мест и повернулся к озеру, откуда были видны четыре колесницы, запряженных огромными сомами.

-Замок графа стоит на берегу. Поэтому он предпочитает эффектно появляться со стороны воды, — пояснил Эллис, явно взявшая Мари под шефство.

Колесницы подплыли к берегу, слуги распрягли сомов, и из самой большой серебряной колесницы вышел высоченный и худющий человек с жиденькими, прилизанными гелем волосами, и в тоненьких очочках на длинноватом носу.

Театр поклонился : видимо, это и был граф Нэрус.

Следом за ним, из оставшихся трех колесниц, вышла его свита: весьма изящные юноши и несколько эффектных дам. Все они расселись по местам в первом, почетном ряду, и распорядитель концерта дал знак начинать.

В этот же момент сцена, до того освещаемая лишь блеклым отблеском луны, засияла.

Мари и Луис открыли глаза от изумления, но вот Карла с Джошем это, похоже, нисколько не зацепило.

-Эффект зеркального луча, — пояснил Джош, — Смотрите!

Луис и Мари устремили взгляд на сцену, и когда их глаза привыкли к свету, они увидели, что теперь она вся полна зеркал. (До начала они были спрятаны в специальных нишах, но, когда распорядитель дал знак начинать, рабочие развернули зеркала их блестящей стороной. Свет же происходил от того, что одно из зеркал было развернуто так, что ловило на себе слабый луч одного единственного фонаря, находящегося рядом , а остальные зеркала стояли в положении, позволяющем отражать этот свет, и, таким образом, каждое словно горело огнем, освещая всю сцену).

-Замечательно, — пробормотал Джош, — Такой старый трюк и так эффектно использован. Нам абсолютно точно надо познакомиться с графом!

Мари и Луис кивнули в ответ, Карл же, с восторгом смотрящий на зеркала, ничего не ответил.

По мере выступления конкурсантов, настроение "Странников" становилось все хуже и хуже. Среди их соперников были оперные дивы и теноры, невероятно изящные танцовщики, талантливейшие актеры, игра которых пробивала на слезы даже Джоша, у которого, правда, и без того было полно поводов плакать.

-Заранее поздравляю нас!— в сотый раз воскликнул он, — Мы провалимся!

-А почему бы нам просто так не попросить у графа обследовать его зеркала? — спросил Луис, озадаченно думая, в какую из сторон флейты лучше дуть.

-Чудесная мысль, — отозвался Джош, — Просто подойдем и скажем: "Любезный граф Нэрус, мы — Блуждающие в зеркалах! Не могли бы вы позволить нам обследовать вашу зеркальную коллекцию? Мы думаем, что среди нее точно может затесаться несколько проклятых, а возможно, даже и Великое Зеркало!" А он нам ответит, — Джош принял напыщенный вид и расставил пальцы, — "Ну конечно, дорогие мои! У меня полно демонических зеркал! А поскольку я являюсь их хозяином, то я вполне могу быть одержим зеркальными демонами, не изгоните ли вы и их заодно?"

Луис понял, что вопрос исчерпан, и продолжил вертеть свою флейту.

В этот момент к ним подошла Эллис.

-Вы через одного, ребятки, — сказала она, и подмигнула им на удачу.

Все замерли, а Мари показалось, что, перед тем как собственный брат чуть не принес ее в жертву, она нервничала меньше.

Через невыносимо долгий период ожидания, ведущий, наконец, объявил:

-Группа "Странники" с композицией "Воин степей"!

-"Лугов", — рыкнул на него Джош, но было поздно: распорядители уже выталкивали их на сцену.

В зале стояла полная тишина.

Мари села за небольшое пианино, оставленное там для поющих и играющих участников, а Джош, Луис и Карл расположились по бокам, каждый со своим инструментом и с несчастным видом. Когда распорядитель дал сигнал, "Странники" заиграли.

Даже без особых усилий можно было заметить, как перекашиваются лица сидящих в зале. И неизвестно, что было хуже: полное неумение играть у отдельных участников, или отсутствие какой-либо слаженности у всей группы.

Мари была вполне сносна, но плохо помнила мелодию, и оттого несколько раз сбивалась. Луис своими звуками, похоже, собирался поднимать целую армию зомби. Джош мог бы играть и получше, но рядом не было их с Мари бабки, которая грозила ремнем, если он не старался, так часть стимула была утеряна. Что же касается Карла, то он вообще лишь раза два приложил смычок к скрипке, и был более поглощен тем, что обследовал взглядом графа и его свиту.

На счастье, публика попалась культурная, и большая ее часть терпела "Странников" как могла, хотя с задних рядов и послышалась пара весьма неоднозначных выкриков.

Когда же "Странники" доиграли и уже готовы были получить свою порцию тухлых помидоров, Карл очнулся от своего созерцания зала, и вышел на середину сцены. Публика напряглась: ведь все думали, что их мучения закончились, но не тут то было...

Карл приложил смычок к скрипке и заиграл...

Зал ахнул от удивления и восторга — так прекрасно у него получалось. Ахнула и его группа: даже Мари не ожидала найти в Карле такой талант.

Он играл что-то нежное и глубоко знакомое, словно взятое из сердца. Музыка лилась плавно, обволакивая зал, погружая его в ореол странной грусти, и, вместе с тем, заставляя всех ждать чего-то прекрасного впереди. Мари силилась вспомнить песню и вдруг поняла: это была баллада "Как я хочу, чтобы ты был здесь". Ее часто играла их с Джошем мама, когда отец подолгу искал зеркала в далеких графствах... Потом мама умерла, а Мари все еще помнила ноты...Она села за пианино и начала подыгрывать Карлу. Это было невероятно: что-то словно придало ей таланта и силы, так плавно полилась из под ее пальцев музыка. Джош с Луисом последовали ее примеру, и вскоре зал качало на волнах неповторимой, прекрасной песни, что поется, пока еще жива в сердце человека любовь. Мари начало казаться, что кто-то даже отключил на сцене яркий свет, и залил ее серебряным лунным — в стиль мелодии. И тут она вспомнила, что светом здесь служит хитроумная система зеркал. Мари подняла глаза и увидела, что все зеркала вокруг них, подобно лунной поверхности, стали мистического серебряного цвета, и каждое испускает свое собственное, голубоватое свечение. Девушка испугалась: такое поведение зеркал было не к добру, и она одернула руки от пианино. Но было уже поздно: Карл тоже сделал последний аккорд. И, когда "Странники" прекратили играть, зал встал и взорвался аплодисментами.

-Браво! — послышался хриплый голос из первого ряда.

Мари взглянула туда и увидела Нэруса — он стоя аплодировал громче всех.

-Вы — бесспорные победители! — выкрикнул граф, и зал еще раз залился овациями.

Глава 16

Замок кривых зеркал.

Сразу после победы "Странников" на конкурсе, граф Нэрус буквально затащил их в одну из своих лодок, желая как можно скорее пообщаться с юными талантами. И вот все четверо — Мари, Карл, Джош и, все еще не верящий в их победу, Луис — плыли в одной из лодок, запряженной огромными сомами, а на горизонте озера уже вырисовывался графский замок.

Это было красивое и грандиозное строение: белоснежный замок взмывал к небу сотнями башенок с блестящими в лунном свете крышами, а в хрустальной глади озера виднелось его зеркальное отражение.

-Не удивительно, что этот граф так увлечен зеркалами, — заметил Джош, — Все его владение, по сути говоря, одно огромное зеркало, только из озер.

Когда они приплыли к причалу замка, произошло одно странное событие: к белоснежному помосту причалили лишь 2 лодки, одна из которых принадлежала графу, а другая везла Блуждающих. Но не успел кто-либо этому удивиться, как граф Нэрус, подбегая к лодке "гостей" и галантно подавая руку Мари, заметил:

-Прошу извинить моих друзей! Они все живут на берегу озера, и, видимо, каждый поехал в своем направлении, устав после конкурса!

-Да мы не в обиде, — спокойно сказал Джош, вскакивая на причал и осматриваясь по сторонам.

-Прошу вас, Леди, — Нэрус взял Мари за руку, — И молодые люди, — продолжил он, — Приглашаю вас в мой замок!

И они направились к изящным белым воротам, которые, повинуясь магии, мгновенно распахнулись, пропуская гостей в огромный холл. Тут рот от изумления раскрыл даже Джош...

Дело было даже не в огромных размерах залы, и не в прекрасной лестнице красного дерева, а в том, что все стены — от пола до потолка — были увешаны зеркалами. Не теми, которые иногда специально делают для украшения замков, а самыми разнообразными: маленькими, большими, старыми и протертыми, и даже новенькими блестящими. Одно зеркало отличалось от другого. Каждое было индивидуально. Мари, Джош и Карл разом вздохнули и постарались поддержать друг друга, чтобы не упасть, Луис же прижал к себе поближе клетку своего кролика и стоял, будто его заморозили в таком виде.

-Вам нравиться? — довольно спросил граф.

Все только и смогли, что кивнуть.

-Это лишь часть моей скромной коллекции! — как ребенок расхвастался Нэрус, — Завтра я непременно покажу вам остальное! А сейчас вы, должно быть, устали. Следуйте за мной, я провожу вас в ваши комнаты!

И он свернул в длинный боковой проход под арку.

Карл, уходивший из холла с таким видом, будто его уводят из магазина сладостей, не купив при этом ни конфетки, весь осел, попав в длинный коридор, а вот Джош, Мари и Луис нашли его весьма занимательным.

Коридор этот служил галереей, и по его стенам висело множество картин. Все они были портретами разных времен и эпох Королевства Серебряных Гор. Напротив же каждого портрета висело по огромному зеркалу, отражающему сам портрет так, что казалось будто их уже два.

Некоторых людей на портретах узнавал даже Луис. В основном это были короли или герои Серебряных Гор, возле некоторых же граф Нэрус приостанавливался и любезно объяснял, чем они интересны.

Граф оказался хорошим собеседником и занимательным рассказчиком. Было видно, что он много читал и очень многое знает. Джоша это насторожило: умный собеседник вполне может обернуться опасным человеком. Он начал пристально смотреть на графа, пытаясь понять: так ли тот мил на самом деле, как кажется с первого взгляда? Тогда граф, идущий впереди, слегка повернул к нему голову и спросил:

-Молодой человек, с вами все хорошо?

Джошу, впервые за долгое время, стало неловко, и он, чтобы как-то все замять, перевел внимание на очередную из картин.

-Да, я в порядке, это лишь усталость, — соврал он, — Расскажите, пожалуйста, кто это?

-Я рад, что вы спросили, — как-то странно улыбнулся граф, — Взгляните на нее повнимательней!

Все посмотрели на картину, где была изображена удивительной красоты девушка: длинные рыжие волосы огненными прядями спадали ей на плечи, черты лица — идеальны, пухлый ротик приоткрыт словно в ожидании страстного поцелуя. Надето на красавице было яркое алое платье, плотно облегавшее ее, не обделенную формами, фигуру. Во всей позе девушки чувствовалась свобода и даже некоторая порочность нрава.

Мари эта девушка отчего-то не понравилась, и она с горестью заметила, что даже Карл смотрит на портрет с восхищением.

Когда же все вдоволь налюбовались "шедевром", Нэрус сказал:

-Это портрет Эммы Кристы — любовницы Зеркального Графа.

Все вокруг замерли, а Нэрус, вдоволь насладившись эффектом, продолжил:

-Она прекрасна, не правда ли? Говорят, что она до безумия любила графа, он же любил...ну, вы видите, что в ней можно любить!

Тут даже Луис кивнул в подтверждение, что еще более разозлило Мари.

-Еще говорят, она так и не смирилась с его утратой! Сама продала душу мелким зеркальным демонам! А все, чтобы когда-нибудь вернуть своего любимого!

-И как она собирается это сделать? Будет драться за него инвалидной тростью?— спросил Луис, по расчетам которого коварной мстительницы или вовсе нет в живых, или она в самой что ни на есть дремучей старости.

— Вовсе нет, — покосился на него граф, — Вы ведь знаете, что зеркала могут поддерживать молодость и продлевать жизнь, если в них часто смотреться?

Луис не знал и оттого предпочел молча опустить глаза. И неожиданно на помощь пришел Джош: