Вы должно быть шутите. Я — Рыцарь Солнца. Рыцарь Солнца даже падать должен грациозно, как же можно выставлять его дураком? Если мой учитель узнает, что меня выставили дураком перед целой страной... Ну, последствия будут достаточно трагичными, чтобы заставить меня дрожать в страхе!
Более того, никто понятия не имеет, где носит моего учителя (который слоняется вокруг и отнимает чужую работу) и где он может быть в настоящий момент. Вполне возможно, что он стоит сейчас среди зрителей в ожидании того, когда я выйду и спою этот гимн!
— Брат Буря, с благословением Бога Света Солнце верит, что ему удастся исполнить Гимн Бога Света и распространить благожелательность и безоговорочную любовь Бога Света.
— Солнце! Не дури!
Выражение лица Бури резко изменилось, и он поспешно добавил:
— Гимн Бога Света — не та песня, которую можно спеть без практики, да и во время исполнения гимнов мы должны параллельно выделять энергию света. Даже целители не могут выдержать тридцать минут безостановочного излучения энергии света... Нет! Тебе еще придеться петь хоровой гимн вместе со всеми Двенадцатью Священными Рыцарями, а он продлиться еще дополнительные десять минут.
Конечно же, я об этом знал. Эти так называемые гимны, по сути, не что иное, как вливание энергии света в песню, для достижения какой-либо цели. Вдохновляющие песни могут подогреть публику, боевые оды способны преумножить силу воинов, колыбельные же успокаивают, а веселые мелодии делают людей немного счастливее. Есть даже слухи, что истинный мастер по исполнению гимнов способен одним лишь пением заставить преступника раскаяться в совершенных грехах.
Правда, такие мастера песнопения уже давно являются героями старых легенд. Нет никакого способа проверить, что преступник действительно раскаялся. Так что, если ты хочешь, чтобы он действительно сожалел о содеянном, самым верным решением будет отослать его Каре. Гарантирую, что уже через три часа он будет сожалеть даже о том, что в детстве стащил гуаву у соседа.
Что? Говорите, что мой отряд Рыцаря Солнца справился бы не хуже?
Уважаемые, вы жестоко ошибаетесь. Если вы решите отослать его моему отряду Рыцаря Солнца, то это будет не для того, чтобы преступник раскаялся, а чтобы у него не было ни малейшей возможности раскаяться!
После моего красочного разъяснения о том, как работают гимны, вы уже должно быть поняли, что гимн — это не просто песня, а настоящее соревнование по тому, насколько хорошо ты можешь использовать энергию света.
Хоровое пение в течение десяти минут, а затем еще и тридцатиминутное соло превращает это событие в сорокаминутный марафон безостановочного использования энергии света. Но я все продумал. Даже при том, что обычный священный рыцарь ни за что бы не выдержал такого длительного пения, но для того, кто мог бы стать сильнейшим папой в истории, это не является такой уж большой проблемой!
Буря все пытался убедить меня сменить песню, когда по коридору разнесся звук быстро приближающихся шагов и следом за ним Рыцарь Листа ворвался к нам из Зала Восхваления. Увидев, что мы стоим прямо за дверями, он слегка притормозил, но вскоре торопливо произнес:
— Солнце, почему вы все еще здесь? Заходите скорее, все уже ждут.
— Брат Лист, благодарю тебя за напоминание. Солнце верит, что это, должно быть, сам Бог Света позаимствовал твои уста, дабы напомнить Солнцу, что опоздание никак нельзя назвать достойным поведением.
Произнеся это, я проследовал прямиком в зал.
Зал Восхваления — это самое большое здание Церкви Бога Света. По форме оно напоминает раскрытый веер, где сцена расположена в основании веера. Стена за сценой представляет из себя гигантский витраж изображающий символ Бога Света. Солнечный свет, что проникает внутрь через витраж, освещает сцену, делая ее самым ярким пятном всего зала.
Далее, конечно же, следуют множество рядов для сотен зрителей. Обычно, их вполне хватало, чтобы разместить всех прихожан, однако, из-за столь значимого события, большинство сидячих мест заняла королевская свита. За ними расположились дворяне и зажиточные горожане, ну а самые дальние ряды достались простым людям. Хотя, по большей части, горожанам приходилось стоять плотной стеной по всему периметру зала.
Быстрым взглядом я окинул весь зал и без труда заметил принца, который в скором времени будет коронован новым правителем. Он сидел в самом центре первого ряда. По обе стороны от него расположились множество влиятельных дворян, в том числе и канцлер. В первом ряду я так же приметил барона Джерланда. С обеих сторон ряд охраняли стоящие королевские рыцари.
Наш престарелый Папа устроился на своем обычном месте с боку от сцены, загадочно прикрыв лицо вуалью.
Рыцарь Кары уже занял свое место с левой стороны сцены, и все остальные члены "жестокой, хладнокровной" фракции так же выстроились там плечом к плечу с левой стороны от него.
Мое же место, естественно, было с правой стороны сцены. Мы с Карой должны стоять таким образом, чтобы не закрывать символ Бога Света за нашими спинами. Я прошел к своему месту. Буря так же занял свое место справа от меня, а Лист, соответственно, встал справа от Бури.
Наконец-то, все Двенадцать Священных Рыцарей заняли свои места, как и целители, которые расположились за нашими спинами и были ответственны за аккомпанемент. Перед нами же свое место занял Кардинал Света, который и вел церемонию. Правда под "Кардиналом Света" подразумевается не один, а два человека. Один из них — Целитель Сияния, а второй — Целитель Блеска. Так же эти двое являются правой и левой рукой Папы. В Святилище Света они занимают вторые по значимости позиции, уступая во власти лишь Папе.
[Странная формулировка вызвана оригинальным текстом. В китайском слово "свет" передается двумя символами (??), где первый (?) обозначает сияние, а второй (?) обозначает блеск]
По традиции Целитель Сияния — это девушка, специализирующаяся на лечебной магии и магии поддержки. В противовес ей Целителем Блеска является мужчина специализирующийся на техниках экзорцизма и прочих методах изгнания демонов и духов и переправления их к Богу Света.
Похоже, мы действительно довольно сильно припозднились, так как Кардинал Света даже не стал нам ничего говорить, а просто объявил о начале церемонии. Затем священный рыцарь подошел к нам и передал книги с текстом песен. Как только он сошел со сцены, один из целителей из тех, что стояли за нами, пропел одну длинную ноту, которую уже в следующее мгновение подхватили и все остальные целители. Нам оставалось лишь ждать, пока они не закончат петь свои "ла-ла-ла" перед началом основной части песни.
Для меня этот гимн не представляет из себя никакой сложности, так как каждый год в день празднования Бога Света мы всегда проводим грандиозную службу, в ходе которой Двенадцать Священных Рыцарей так же обязаны исполнить эту же самую песню. С того момента, как я перенял пост Рыцаря Солнца, мне уже приходилось ее петь трижды, так что я уже неплохо знаком с ней.
А так как это хоровая песня рассчитана на двенадцать человек, то если излучаемая тобой энергия света по какой-либо причине ослабнет, другие с легкостью поддержат тебя своей. Это делает первый хоровой гимн не такой уж и большой проблемой.
Правда, члены "жестокой, хладнокровной" фракции никогда особо не могли похвастаться хорошим владением энергией света, так что по большей части членам "хорошей, добросердечной" фракции всегда приходится их прикрывать.
Так как все Двенадцать Священных Рыцарей наизусть знали этот гимн, мы благополучно справились с ним без малейшей ошибки. Затем наступила очередь соло Кары. Он сделал шаг вперед и начал петь своим супер низким басом. Казалось, что от этого пения кровь в жилах стыла.
К счастью, Кара выбрал очень короткий и простой гимн. В ней говорилось о том, как преступники будут наказаны суровым Богом Света. Весь гимн занял не более пяти минут, даже с учетом пения целителей. Само соло Кары длилось не более двух минут.
Но это вовсе не потому, что он поленился выбрать что-то подлиней. Как я уже упоминал, члены "жестокой, хладнокровной" фракции не так уж хороши в использовании энергии света. Так как их способности не велики, им позволено выбирать самые короткие и простые гимны.
Я же, как предводитель "хорошей, добросердечной" фракции, напротив обязан исполнить один из самых трудных гимнов. А так как сегодня служба особенная, в преддверии коронации нового правителя, это правило становиться еще более суровым. Если бы я выбрал простой гимн, то это могло бы быть проинтерпретировано как неуважение по отношению к новому королю.
Это еще одна причин, почему я все же не стал менять песню. Я надеюсь, что исполнив для него Гимн Бога Света, кронпринц будет настолько доволен, что не станет создавать мне больше проблем из-за недавнишних событий во дворце. В конце концов, я не стал бы исполнять столь сложный гимн лишь из страха быть выставленным дураком перед учителем и, как следствие, быть отправленным на встречу с Богом Света. Вот уж нет... Ну, по крайней мере, не только из-за этого.
Кара закончил свой гимн и вновь вернулся на свое место. Настала моя очередь. Я успел сделать всего лишь один шаг вперед, как зал взорвался громкими аплодисментами, и они были даже громче, чем во время самых важных ежегодных церемониях. Похоже, все уже знали, что в этот раз я буду исполнять Гимн Бога Света. Мило, выходит то, что Рыцарь Солнца будет петь Гимн Бога Света, было известно абсолютно всем, кроме самого Рыцаря Солнца.
В начале Гимна Бога Света нет никакого аккомпанемента, так что мне самому пришлось начинать песню.
Я сделал глубокий вдох, параллельно убедившись, что моего запаса энергии света хватит на целых два Гимна Бога Света подряд. Раз уж на то пошло, я решил, что можно использовать чуть-чуть больше энергии, чем это было необходимо, а все ради того, чтобы, даже если я где-то и ошибусь, это не сильно повлияло на общее восприятие песни.
Я начал излучать такое количество энергии света, что даже мое тело начало немного светиться. Мои глаза были закрыты, поэтому я мог лишь слышать благоговейные вздохи толпы. В следующий миг я раскрыл свои глаза и пропел первые строки песни:
Зародился свет, пронзающий тьму, словно блистательный луч, несущий бесконечность, что мы зовем надеждой...
Мой голос достиг своего пика, и Зал Восхваления наполнился эхом, что отражалось от стен и усиливалось за счет излучаемой мной энергией света. Казалось, что Бог Света на самом деле присутствовал здесь. За мгновение все слушатели полностью затихли, лишь смотря на меня.
Мне конец...
Пропев одну лишь фразу, я знал, что мне конец. Это действительно невозможно сделать без практики. Своей первой фразой я взял слишком высокие ноты, не учтя, что вся песня пестрит местами требующими еще более высоких нот, особенно к концу гимна. А теперь, когда я уже начал так высоко, как же мне вскарабкаться еще выше?
В этот момент, я услышал восторженные вздохи со стороны Двенадцати Священных Рыцарей. Все они хотя бы раз пробовали спеть Гимн Бога Света и, конечно же, им было известно о крайне высоких нотах ближе к концу гимна. Не знаю точно кто, но кто-то шепотом произнес:
— Вступление просто великолепное. Ты невероятен, раз решил начать с такой высокой ноты.
Невероятен? Как будто бы я специально это сделал. Да мне плакать хочется!
Некоторые ноты в этом Гимне Бога Света приходилось тянуть так долго, что я чуть не задыхался, прежде чем мог сделать еще один вдох.
Для обычного священного рыцаря самой большой проблемой стала бы огромное потребление энергии света, но для меня куда большей проблемой было то, что эта песня попросту была невероятно сложной для исполнения!
Черт, у следующего куплета очень длинная финальная часть!
Я грациозно опустил руки на свою диафрагму и сильно нажал, пытая выдавить из нее весь воздух. Давлю, давлю, давлю...
Голод, болезни, катаклизмы и зло исчезнут без следа под величественным сия — (давлю) — (давлю сильнее) — (давлю со всей дури) — ньем!
Когда я, наконец, смог закрыть рот, в моих глазах уже стояли слезы. Слава Богу Света, что я сумел благополучно закончить... первую часть. Пусть даже у меня едва хватило воздуха, и мой голос немного дрогнул в конце, но сейчас это меньшее из моих проблем. Далее следует минута хорового аккомпанирования, так что мне следует расслабиться и отдышаться.
Едва успев слегка ослабить давление на собственную диафрагму, я тут же, неожиданно для себя, почувствовал, что... чертовски голоден!
Я и до начала мероприятия был голоден, а теперь, после того, как я с таким остервенением давил на диафрагму, мой голод пробудился с новой силой. Живот скрутило так, словно бы я не ел как минимум несколько дней.
Публика наконец-то начала реагировать и зал наполнился звуком громких аплодисменты. Овации даже перекрыли пение хора. Каждый стремился поделиться своими бурлящими эмоциями:
— Это просто чудо! Такой великолепный голос! Я и не осознавал, что Рыцарь Солнца является обладателем такого невероятного сопрано.
— Взгляните! В глазах Рыцаря Солнца слезы. Должно быть, он почувствовал присутствие Бога Света во время исполнения!
— Вибрация в последней ноте была просто превосходной. Он блестяще передал страсть этого момента в песне!
В этот момент Лист, который стоял ровно за мной, тихо прошептал:
— Солнце, ты, конечно, здорово справился с первой частью, но у тебя хватит сил продолжить петь? Может мне заменить тебя?
Услышав это, я с благодарностью подумал: Лист, ты такой замечательный человек, я тебя обожаю!
Я уже было хотел принять предложение Листа, как тут в разговор встрял Буря:
— Это не сработает. Вторая часть Гимна Бога Света — самая длинная, и тянется почти двадцать минут. Из всех присутствующих лишь ты обладаешь достаточным запасом энергии света, чтобы продержаться до конца, Солнце. Просто закончи вторую часть, а я и Лист позаботимся о последней части. — Разъяснил нам Буря.
Услышав слова Бури, даже добросердечному Листу пришлось отступить.
Как раз тогда мой взгляд скользнул по Рыцарю Земли. Он обладал вторым по объему запасом энергии света, уступая лишь мне. Его козырный прием — щит земли представляет собой слияние боевой ауры и энергии света, что и предает ему такую прочность. Для него двадцать минут пения не составили бы большой проблемы.
— Хе-хе-хе, м-мне так жаль, Солнце. У меня слишком низкий голос, так что я никак не смогу спеть Гимн Бога Света. — Лицо Земли было наполнено искренним сожалением, однако в глазах читался злобный азарт, глядя на мои несчастья, без малейшего сострадания.
Это, конечно, было правдой. Голос Земли был лишь слегка выше голоса Кары, так что он действительно не мог помочь мне с Гимном Бога Света. Так же это целиком моя собственная вина, что я начал с такой высокой ноты... Но, заметив самодовольство в его глазах меня тут же переполнило презрение.
Более того, я краем глаза выхватил из толпы кронпринца и барона Джерланда. Первый, как и всегда, приветливо улыбался, в то время как последний злорадно ухмылялся. Он так на меня таращился, словно не верил, что я действительно способен завершить этот гимн.
