Древнейшая история Славян и Славяно-Руссов

1. На коренном языке:

а) (русскими буквами)

Рески вес Бог, выш Biмa и Дiма, Езменю Раcieй,

Имже опеце (мой) дом и децес, лепейен Езмень!

Екатезин далечим; до долу зем поежею;

Тоци веро-веро ес! какоем, Еней цар-роде.

Сидеiз с Ладоiм в Елишом, Лейты поймез, забывлаез;

Ой! дорогi, хорошiй!

b) (латинскими буквами)

2. На русском:

Райский всех Боже, выше Вима и Дима, Езмень ты России,

Возьми в опеку мой дом и детей, наилучший Езмень!

Гекаты царство далече; до долу земли выезжаю;

Точно, ей, ей, так есть! как я Эней царь-родом!

Сидя с Ладом в Елисее, Леты черпнешь и забудешь;

О! дорогой, хороший!

3. На польском:

4. На чешском:

5. На иллирийском:

6. На вендском:

7. На латинском:

8. На французском:

9. На немецком:

Что эта надпись относится к троянским временам, в том нет никакого сомнения: стоит только сравнить ее с древнейшею финикийско-греческой надписью на камне Киренском, причисленную к той же эпохе, объясненную и публикованную Гамакером и Гезениусом. Мы здесь встречаем ту же интропункцию тремя точками, которая уже не находится на позднейших памятниках. Часто встречаемая в предлежащей нам надписи отдельная точка не составляет здесь деления фраз, а заступает только место выпущенной гласной, подобно тому, как исполняет это финикийско-самаританско-еврейский Аин. Также употребляется здесь, как в умбрийском, буква v за о, у и ы; кроме того, встречаются некоторые монограммы. Последние были у Славян в весьма большом употреблении, они сохранились на русских монетах и в рукописях до времен Петра Великого. Для убеждения стоит только взглянуть на изображение древнего русского креста, при котором каждое слово сливается в отдельный монограмм.

Оригинальна на этом памятнике змееобразно вьющаяся строка всей надписи, требующая, чтобы чтец ее ходил в том же направлении вокруг камня, положенного горизонтально; при греческом бустрофедоне нужно было движение только глаза взад и вперед. Вкус к таким змеистым извивам сохранился до средних веков на северных рунах.

Форма букв славянская, без примеси финикийских форм. Алфавит к объяснению этих письмен должен быть приложен глаголито-кирилловский, а отнюдь не еврейский, греческий, или латинский; и он помещен много на таблице. Что последняя строка надписи составляет особенное воззвание, не находящееся в связи с предыдущим, — это весьма очевидно. Немногие на краю камня от его излома утратившиеся буквы, вероятно, означали только слово мой.

Так как надпись довольно ясна уже сама собой для знатоков славянских наречий, то мне остается немного сказать к ее объяснению; но, впрочем, может статься, что я неверно определил монограммы.

Первое слово «Ресю» может быть трояко истолковано. Во-первых, «Rez» (резь) — значит битва, резня, и потому можно предполагать, что Рески Бог — значит бог битв.

Во-вторых, «reski» (резкий) — значит на разных славянских наречиях живой, веселый, острый строгий и отделяющийся, здесь можно подразумевать, что надпись говорит: полный жизни, строгий Боже.

В-третьих, «Raj» (рай) сохранилось во всех славянских наречиях и потому реет может быть прилагательное, произведенное от слова рай, и означать райского бога, или бога небес.

Я решился принять последнее значение, потому что Эсмун или Шмун, глава Кабиров, был бог неба, а не войны, второе же значение не заключает в себе ничего пиитического. Следующее за этим словцо «вес» (orani, summo, all-, tout) имеет двоякое отношение, ибо может быть отнесено как к предыдущему перед ним, так и к последующему за ним слову, почему в первом случае можно читать: бог всех небес, а во втором: всебог (вседержитель). Впрочем, это обстоятельство не производит на надпись никакого влияния.

Чтобы предстоящей мне критике дружески подать руку, я попытаюсь сам себе возражать.

1. Отчего могла появиться на могиле Энея чисто славянская надпись?

Я отвечаю на этот вопрос другим вопросом; кто были Трояне? Греками они едва ли могли быть, потому что Греки разорили Трою[89]. За Евреев их никто не сочтет, потому что они поклонялись разным идолам, а Евреи следовали в то время уже истинному монотеизму; да и летописи еврейские того времени, которые сохранились до нас, молчат об этой продолжительной и знаменитой войне; чего бы, разумеется, Евреи не сделали, если бы это событие относилось к их истории. Кто же были они? Ассирияне, Вавилоняне, Финикийцы, Пеласги или Этруски? Кого хотите выбирайте! Я вам представлю славянские надписи на камнях, принадлежащие всем этим древним народам, которые, как единовременные с ними публичные доказательства заслуживают во всяком случае более вероятия, нежели сведения, почерпнутые из путевых записок, чуждых и отдаленно живущих историков.

2. И так Эней был Славянин

Я утверждаю: не только что Эней был Славянин, но что и Греки называли его Славянином. Carlus Stephanus говорит об этом имени: «Aeneas, ab

, quod est: laudo, aut

laudans». Laus в переводе на славянском значит слава; от этого Венцеслав = Venceslaus, Станислав = Stanialaus, Болеслав = Boleslaus и проч. Славянину синоним Скиф (Scyth), от польского szczycic, чешского ctiti, русского чтить, что также значит почитать, славить, восхвалять.

3. Но, может быть, этот камень поставлен был над прахом какого-либо другого, позднейшего Энея?

Я уже заметил, что по наружным признакам этот камень относится к Троянскому времени. Конечно, внук знаменитого героя, сын Сильвия, также назывался Энеем; но это может оспаривать у камня его древности не более как на 100 лет. Напротив того я приведу здесь два обстоятельства, неуклонно повелевающие приписать принадлежность этого памятника старшему Энею, а не внуку его.

Во-первых. Призывать Эсменя, не имевшего у Римлян никакого значения, мог только Эней старший, почитавший в нем своего прежнего отечественного бога кабиров.

Эней, внук, вероятно, уже принял всю народность Лациума, ибо там родились и жили его отец Сильвий, мать и бабка, а потому он не оказал бы такого неуважения к местным богам, призывая вместо их божество русское. Это мог сделать только Эней-троянец, перенесший с собою из Трои родной культ — поклонение отечественным богам своим, которых он привык почитать домашними пенатами. Кроме того, он один мог только знать, что индийский Шива имел придаточное имя Вимы. Лациум и Рим никогда не заботились о мифологии индусов.

Во-вторых. Другою причиною мы почитаем то, что в надписи сохранился чистый славянский язык. Эней, внук, и даже отец его Сильвий, рожденные в Лациуме, должны были говорить или чистым латинским, или латинским, смешанным более или менее с славянским, смотря по числу Славян, смешавшихся с Латинами; славянский же язык никак не мог так долго сохраниться в совершенной чистоте своей в Лациуме.

Я не могу ничего более сказать об этом превосходном и древнейшем памятнике Славян, как только заметить, что пиитическое восклицание на третьей строке: «до долу земли выезжаю», сохраняясь в устах народа, дало по прошествии многих столетий повод поэтам изукрасить предание о его геройских подвигах и нисхождением в ад.

II. ОГНИВО (табл. II, № 2)

еодор Моммзен, из сочинения которого (unteritalisch Dialecte. Tab. VIII, № 1) я взял рисунок этой мнимой бронзовой пластинки, находящейся теперь в музее Сантангело, в Неаполе, делает на странице 169 опыт, краткой надписью этой поверить древнюю географию. Лепсиус, как и некоторые другие, принял ее за поддельную. Но о подделке ее вовсе не может быть и речи! Славянского гекзаметра в устаревших выражениях никто не придумает в Италии, и тем менее, что в последнюю тысячу лет никому, кроме меня, не приходило в голову толковать этрусские надписи приложением к ним русского языка как ближайшего к коренному славянскому.

Таблица II

Что вещь эта не простая пластинка, а огниво, снабженное на одном конце дырочкой, дабы можно было вешать его на стенку, в том нет нужды представлять какие-либо убеждения; это очевидно, а самая надпись высказывает весьма наивно употребление его. Она читается:

1. В оригинале:

Вечереяс, губка натейс, а пораж каймас палану.

2. По-русски:

Вечереет, губку натисни, а поражай коймы кремня

3. По-польски:

4. По-чешски:

5. По-иллирийски:

6. На вендском:

7. По-латыни:

8. По-французски:

9. По-немецки:

Дальнейшие пояснения будут излишними. Стоит только обратить внимание на название кремня, соответствующее его свойству: палан, зажигальщик; одного корня с ним слова: palanie, засвечать, zapalanie, зажигать, название которое из всех нынешних наречий совершенно исчезло. Название краев кремня коймами также исчезло из всех наречий кроме русского, но и в том употребляется это слово для другого назначения, о кремне же говорят: края, brzegi, kraje, ugli, grane и пр[90].

В этой надписи находятся также два монограмма:

а) Вторая буква сначала, формой похожая на латинский F, заменяющая славянский Ч, имеет снизу маленький крючочек или прицепочку, отчего она отвечает также и за Е, и в слове «Вечереяс» отвечает за ч и е.

б) Третья буква во второй строке — этрусское Р, похожее на латинское D, получила от прицепочки еще и значение А в словах пораж.

Что последний круглый знак на самом конце огнива не есть буква, это уже заметил и внимательный Моммзен, ибо осский алфавит не имеет буквы О. Я еще замечу, что и противоположный тому знак, на другом конце, подле диры, не есть буква. Но кто непременно хочет счесть его за букву, то это может быть только Д, принадлежащее к следующему за ним А, отчего смысл нисколько не изменяется, потому что в славянском да и а однозначущи. Судя по форме букв, должно отнести эту надпись за 500 лет до Рождества Христова[91].

К широко раскинувшемуся славянскому племени народов принадлежали и Геты, которых считалось много племен, как Массагеты, Мирогеты, Тиссагеты, Тирагеты, Самогеты, Фракогеты и пр. Может быть, русские Геты (Геты русские), занимавшие часть Италии в доисторическом времени, были причиною обозначения племени своего Этрусками — (Гет'русски). По древнейшим преданиям они сами называли себя Расы (Разы), т.е. Руссы; ибо хотя Россия пишется через о, но выговаривается Рассия, потому что по славянским правилам буква о без ударения на ней произносится как а, например, Москва, Россия выговаривается Масква, Рассия. Разань или Рязань (прежде бывшее княжество), вероятно, была первобытным местом жительства переселившихся в Италию Разов. Может быть, что это переселение произошло за 2000 лет до Рождества Христова, под тем русским предводителем, которого итальянские аналисты называют Разеном? Но яснее всех этимологий говорят памятники Этрусков на славянском языке и возвысили мою догадку до несомненности.

Этруский (умбрийско-осский) алфавит, всем довольно известный, вытерпел много перемен в течение 2000 лет, т.е. с начала возникновения этих народов в истории до их совершенного смешения с Латинами, их соседями. Вначале он заключал в себе меньшее число букв, так что иная буква должна была заменять несколько звуков. Так, например, Б отвечало также за п, в, ф, Т — за д, Ц — за к и г, как это было и в древнем северном рунном алфавите. Древний алфавит, в котором буква с изображается в виде латинского М, предоставил впоследствии это значение букв м, и вместо того изобразил обыкновенный с как шипящий звук, в виде изогнувшейся змеи, выражая тем ее шипение. Самые позднейшие памятники, предшествовавшие незадолго перед совершенным олатинением этих Славян, имеют уже алфавит, более по тогдашнему требованию усовершенствованный; но и оба языка мы находим уже столь смешанными между собой, что чисто славянские слова склоняются на латинский лад и, наоборот, латинские выражения являются в славянских изгибах. От слития этих двух языков произошел итальянский[92].

III. СЕВЕРНО-СЛАВЯНСКАЯ КАМЕЯ (табл. II, № 3)

та замечательная камея, вырезанная на магнитном камне, находится ныне в берлинском королевском музее; прежде она была в кабинете Штоша. Изображение ее заимствовано мной из историческо-филологических рассуждений берлинской королевской Академии Наук, за 1830 год, табл. 5, ф. 6. Истолкованием находящейся на ней чисто славянской надписи никто до меня не занимался.

В моем истолковании, которое я представил упомянутой Академии 28 июня 1847 года, я ошибочно отнес древность этой камеи к 5-му или 6-му столетию. Позднейшие сличения с подобными надписями убедили меня, что эта камея гораздо старее, и если она сделана была не до Рождества Христова, то по крайней мере около того времени. Более древняя форма букв А, О и Г дает мне полное право на такое утверждение. По встречающимся в надписи божествам Гелы и Ифуны я должен почислить ее принадлежавшею северным Славянам. Так как надпись заключает в себе несколько выражений, не находящихся в непосредственной связи между собой, то я поместил их на моей таблице в шести отдельных выражениях, означенных буквами а, b, с, d, е и f, и теперь перехожу к истолкованию эмблемы и надписей.

Дева моровой язвы, по-русски чума, по-польски Marzanna (маржанна), по-чешски Моrеnа (морена), изображенная нагим скелетом с горящим черепом и бичом в правой костлявой руке, стоит на колеснице, в которую впряжена пара львов, управляя ими левой рукой. Скелет, лежащий вдоль, на пути колесницы, означает ее смертоносный поезд. Скаковой ход чумы останавливает северная богиня жизни и хранительница яблок возрождения «Ифуна», называемая также «Идуною». Что эта третья фигура не скелет, это доказывается не только невидимостью ребер, как общего характеристического признака скелетов, но и находящаяся подле нее надпись «Ифуна» отстраняет всякое в том сомнение.

Чума изображена здесь на двухколесной вознице так точно, как Гануш изображает ее в «славянском мифе» стран. 322, и как в литовских преданиях изображают ее с главою, окруженною пламенем (см. Grimm. Р. 1135). Здесь нужно еще заметить для пояснения надписи, что во время чумы все люди держали свои двери назаперти, дабы избегнуть заражения, а когда лютость чумы прекращалась, то жители, возвращаясь в свои оставленные дома, входили в них в окно, а не в двери (см. Grimm's «Deutsche Mythologie» II Aufl. Pag. 1138).

Призываемая на этой камее северо-славянская Гела есть строговозвышенная богиня смерти Венедов и Сорбов, к которой как повелительнице подземного мира обращались с мольбой о даровании блаженной кончины и которая, подобно Немезиде и польской Ние, давала умершим примирительное оправдание; а потому ее не должно смешивать с скандинавским ужасным адским чудовищем — Гелом (Hel).

Первые две строки сверху составляют начало первой надписи; за ними следует третья, доколе она идет в прямом направлении, включительно до буквы л, а потом на четвертой ее продолжение и заключение; эта надпись изображена отдельно на таблице под литерой а; она составляет рифмованный триолет с однозвучием в первой строке. Первые две строки суть трохеи, а последняя — ямбы.