Водяной что-то пробормотал и успокаивающе обнял ее за плечо. Затем отправил спать на свое место. Похоже, они все знали, что Мелкий — девочка. Пфф. Ну и ладно.

За всем этим концертом я наблюдала со своего ложа. Камни скатились вниз и образовали удобное укрытие, а ровная плита давала возможность нормально отдохнуть. Тут было немного сыро из-за воды, но пара шкур решила проблему. И я не виновата, что меня никто не заметил. То, что в этой части окон нет, и потолок не светится, в отличие от коридоров — их проблемы. Мне все прекрасно видно.

Улеглась на спину и незаметно заснула.

Условным утром во внезапном приступе подозрительности смерила фигуру Эльфа взглядом. В начале дороги у него тоже был достаточно внушительный живот. Обнаружила его на прежнем месте, только теперь широкий ремень с бляхой щеголял пятком новых дырок... Посмотрела на его морду — нет, это просто запасы. ЭТО женщиной быть не может. Как ни посмотри. Мелкая еще ладно, а от эльфовидных женщин у любого нормального мужчины кошмары будут.

Махнула рукой Первому, кивнула Водяному и пошла к костру в поисках еды. Вчера забыла поесть. Увидела пару остывших, покрытых пеплом подгоревших кусков и забрала себе. Привалилась к камню и принялась за поглощение. Слава соли и привычке! От гримасы удержаться не удалось.

Постепенно подтянулись остальные — Водяной со своей рыбалки, Первый и Второй явились вместе, причем Второй выглядел еще пришибленнее, даже Крылан приковылял. Эльф притащил охапку дров, и я торопливо проглотила последние куски. Сейчас опять будет дымовуха.

Сзади что-то зашуршало и к костру вышла сонная Мелкая. Увидела меня и окаменела. Глаза большие и испуганные.

Ну и что мне с ней делать? За нами с любопытством и каким-то напряжением наблюдали все. Оглянулась. Поворошила волосы — дурацкая новая привычка — и вроде придумала!

В гробовом молчании прошлась до садка с рыбой, увидела большую вялую рыбину и вытащила из воды. Держа подальше от себя, чтобы не намокнуть, в том же молчании вернулась обратно. С местной акустикой звук моих шагов угасал буквально в паре метров, а вот стук капель был прекрасно слышен.

К любопытству добавилось недоумение. Покосилась на раззевающую рот рыбу и вздохнула. Вытянула руку с рыбой по направлению к Мелкой и максимально выразительно смерила взглядом обоих.

Не понимают.

Э... Показала рукой на рыбу, затем на Мелкую. Молчание. Черт, да что вам еще надо. Нехотя приблизила воняющую чем-то рыбу к себе и, стараясь не коснуться, изобразила страстное объятие. Потом скривилась, бросила ее на пол и даже отвернулась, скрестив руки на груди. Послышались шепотки. А я увидела Первого. Этот гад давился от смеха! Я не выдержала и тоже улыбнулась. Представляю, как это со стороны выглядело. Он весело засвистел, да и остальные заговорили. Для контроля повернулась обратно, подобрала рыбу и торжественно вручила ее Мелкой. Она взяла ее обеими руками за жабры и так и осталась стоять. Хвост рыбины болтался где-то на уровне колен. Я отошла немного и снова скривилась.

А вот теперь и до нее дошло. Я бы обиделась, если бы меня сравнили с полудохлой рыбой, но у Мелкой на лице появилось облегчение и она опустилась на колени, выронив несчастную рыбу. Ноги не держат?

В общем, ситуацию разрядить удалось. И с тех пор то непонятное напряжение и опаска у них во взгляде стали появляться гораздо реже. Напоследок Мелкая поинтересовалась, как я отношусь к другим рептилоидам в этом плане. Указала при этом на Эльфа. Искренний ужас и отрицательное размахивание руками их всех успокоили. Интересно, что об этих кахсах рассказывают? Что они готовы изнасиловать любого, а потом съесть? Жуткие сказки. Хотя, что я знаю о настоящих кахсах? Меня ведь причислили к ним заочно.

И такие нудные дни потянулись дальше...

По очереди с Первым ходили на разведку, вода потихоньку поднималась, дождь не прекращался. Пару раз видели подводную живность — то ли динозавры, то ли гигантские змеи, а может и рыбы. Наземной живности было очень мало — пара видов летающих ящерок, да эти желтые и оранжевые змеи. Ну и те мелкие ящерки болотного цвета.

Крылан потихоньку оклемался и стал ходить. Мелкая повадилась спать рядом со мной, используя вместо обогревателя. Теперь приходилось по утрам вместе с мелюзгой отцеплять и крупную ящерицу. И самое смешное — на мне они мирно уживались, а стоило снять — Мелкая бывала злостно искусана.

Эльф упражнялся с восстановленным топором и вскоре снова надел доспехи. Я свои так и таскала.

В один из вечеров познакомилась с образцом местного певчего творчества. Раздалось глухое бреньканье и постукивание, а затем невыносимо высокие звуки, напоминающие самые отвратительные образцы кошачьего творчества с таким себе душераздирающим подвыванием. Я тогда валялась у себя в уголке, когда выглянула и увидела источник этих звуков, глаза стали очень круглыми.

Мелкий и Второй на два голоса тянули это... эту... гм, песню. А остальные слушали и покачивались в такт. Это меня поразило больше всего. Другой народ, другие вкусы. Но настолько другие?! Подошла, послушала — меня заметили и остановились. Предложили тоже спеть.

До конца выполнить интернациональный долг любого попаданца не удалось, так как не вспомнила до конца ни одной песни. Да и очень давно не пела, голос сел, и я сама слышала, что жутко фальшивлю. Вспомнились пара куплетов из Катюши, пол-Фантома, "Я свободен" Арии — тоже не до конца. Потом рассказала начало Бородина и напоследок напела "А Элберет Гилтониэль", имитируя исполнение Айре и Сарумана. Голос в конце разошелся, и получилось очень неплохо, но... Я пела и сама чувствовала сильный контраст. Не думаю, что они смогли воспринять хоть что-то, как и я их музыку. Слишком разный подход. Отдала деревяшку с натянутыми полосками связок, изображающую музыкальный инструмент и отправилась прогуляться. Слушать их музыку для меня слишком сильное испытание.

Забавно, но первое что вспомнилось — это татушки и их незабвенное "Я сошла с ума". В моей голове свалка всякого хлама, причем большей частью бесполезного. Не выдержала и напевала эту липучую песенку все время прогулки. Даже в полный голос. А потом спела "мальчик-гей", напоследок — "покажи мне любовь" в обработке Раммштайна... Ура тому, что никто не слышит, а если и слышит — не понимает!

Через пару дней Первый ушел очень надолго, а когда вернулся, то принес радостное известие — он нашел выход. Это здание было большущим, пустые залы соединялись множеством ходов, выполненных в виде геометрического 3D лабиринта. Предыдущие наводнения нанесли кучи мусора и даже целые россыпи камней, поэтому многие коридоры были забиты. Мы поделили здание на части и пытались найти что-нибудь, позволяющее выйти отсюда. Первый нашел путь в никогда не затапливаемую ранее часть здания!

Пока добрались, прокляла все, особенно строителей. Большие открытые проемы в каждом зале намекали на что-то летающее, а нам тут ногами перебирать надо. Последний отрезок пути пришлось пробиваться через пробку из мусора. Окончательно расшугали ящерок, переползание через порог — и мы очутились в другом мире. Чистый светлый зал, ровный пол с красивым узором по всей площади, высокий полупрозрачный потолок, открывающий вид на небо. Из-за обилия белого и песочно-желтого, казалось, что светит солнце — уже почти забытое Солнце моей Земли. Пол был чуть темнее, коричневатого оттенка, а линии узора напоминали извивы дыма от сигарет.

Красиво и непривычно чисто. Мы оказались на последнем — седьмом или восьмом этаже. И в конце этого зала был очередной проем и от него прямо в небо вела невесомая дорожка!

Как они этого добились, не знаю, но снизу она была совершенно прозрачная, а при взгляде сверху становилась молочного оттенка. И пока мы шли по ней, я пыталась представить, как все это выглядело с высоты птичьего полета. Укрытая чем-то невидимым от дождя, что пропускало свежий воздух, она не доставляла никаких проблем — кроме уже привычного наклона. Изредка прекращающийся дождь позволял рассмотреть больше подробностей.

Строгие геометрические формы крупных зданий, остроконечные крыши, заполняющие пространство между ними, белое кружево дорожек и мостиков, прекрасно видимое сверху... Светлый, красивый город, в котором не было ни одного круглого сооружения. Через два условных дня плутаний он сидел уже в печенках, так что по сторонам я особо не смотрела.

В один прекрасный момент дошли до абсолютно белого здания, край которого напоминал волнистую ракушку, дорожка приклеилась к одной из волн и сменила цвет на темно-серый. Дождь ненадолго перестал, и мы оказались на бесконечной белой площади. Шли, шли, шли. Волны постепенно мельчали и на их гребнях можно было рассмотреть другие дорожки. Они сошлись вместе у винтовой лестницы, а дальше была невысокая стена. Мы медленно поднялись по широкой белой лестнице, оказались на треугольной площадке, нависающей над пропастью и...

Все. Дорога закончилась.

22.

Да, все сроки давно вышли. Три месяца болтаться как льдинка в проруби по воле обстоятельств и вообще ничего не добиться — это для любой порядочной попаданки слишком. Ничему не научилась, два плюса — выжила и в плен не попала. Остальное находится в категории "нейтральное" или "минусы". Сижу на краю площадки и кидаю вниз мелкий мусор, попадающийся под руку — пара листиков, палочка, камешек, дохлая ящерица... Тщательно вытерла руку и прекратила заниматься фигней. У площадки ни намека на ограждение, рептилоиды собрались внизу и что-то бурно обсуждают. Честно говоря, я даже немного растерялась, когда дорога внезапно закончилась, а вот они огорченными совсем не выглядели.

Насколько я поняла смысл обсуждения над картой Первого, мы достигли подходящего места и все равно вскоре должны были сворачивать на запад, к побережью. Еще из тех давних обсуждений помню, что на севере острова в виде полумесяца стоит башня — то ли маяк, то ли исследовательская станция. А может торговая база. Главное, что та часть побережья посещается и там плавают корабли. И если туда добраться, то будет легче.

Но я так понимаю, что сейчас начнется самый сложный участок пути — в горах. Сомневаюсь, что там будет любезно проложена еще одна дорога. Так повезти во второй раз просто не может.

Посмотрела вперед. Даже если бы дорога не закончилась, дальше бы пройти не получилось. Здесь постоянно дует сильный ветер и в облаках образовались разрывы. И, несмотря на всю смазанность картинки, видно, что горные хребты сходятся ближе друг к другу и внезапно горы заканчиваются. То, что есть там, горами назвать тяжело — просто кучи мусора и обломков. Высокие, но бесформенные и плохо проходимые. Да и если идти дальше, то сила тяжести тоже увеличится и самое слабое звено нашего отряда придется либо тащить, либо бросать.

Тут волей-неволей порадуешься провидению, угробившему Вонючку и Кенгура. Учитывая, что живут они неподалеку от Крыланов, то здесь они были бы обузой. Ветер дунул в лицо с такой силой, что дыхание перехватило, а влажные волосы встали дыбом. Этот же порыв донес до боли знакомый запах. Отлично, впереди еще и вулканы!

Нет, точно пора сворачивать. Спустилась по лестнице и стала у стенки — хм, а здесь гораздо теплее. Через некоторое время определились с направлением, и мы снова пошли. Нет бы для разнообразия полетели или хотя бы попрыгали, нет — мы снова идем. Гуськом. Опять вошли в зону дождя.

Со стороны, наверное, напоминаем отряд Гэндальфов — все с посохами, без шляпы, правда, в давно завонявшихся плащах из шкур, раньше защищавших продукты.

Я давно сбилась со счета дней. То, что я здесь больше трех месяцев — точно, а вот насколько больше я не знаю. Город покинули легко — пошли по крайней дорожке, добрались до одного из зданий на окраине. Оно было почти целиком затоплено, а с другой стороны — засыпано. Зашли в дверь, вылезли в окно и потопали под проливным дождем уже по горному склону. Кстати, в этой комнате было полно всякой металлической и деревянной резной и крученной фигни — тоже под стазисом, предназначение которой осталось неизвестной.

Гора была невысокой и достаточно пологой, но мы все равно потратили целых шесть дней, пока не добрались до вершины. Блуждания в дожде вперемешку с туманом не дали возможности выбрать нормальную дорогу. Буквально в полукилометре от нас сквозь облака виднелся удобный низкий перевал. А мы невольно заперлись чуть ли не на вершину.

Зато она торчала островком из облаков, и мы смогли посмотреть вперед. И мне стало хреново... Я, конечно, замечала что-то темное за горами еще когда мы шли по долине, но упорно считала это тучами, да и облака возможность рассмотреть что-нибудь давали нечасто.

Это были не тучи. Это была или монументальнейшая гора или целый горный хребет. По сравнению с этой громадой наша горная гряда выглядела как цепочка невысоких холмиков. Даже камешков. Или как бородавка по сравнению с носом.

Вершина нашей лысой горы, впереди облачное море и в десятке километров от нас из него плавно возносится складчатый склон. Он окутан дымкой, но видны широкие промоины, вмятины и складки поверхности. Уже на половине видимой высоты начинают встречаться отдельные белые пятна, чуть выше и гораздо левее нас — по склону сползает язык ледника. Второй ярус облаков скрывает подробности. Через разрывы в нем видны белые пятна, но вершин все еще не видать. Солнце светит с очень непривычного ракурса — сбоку, зловеще подсвечивая красным каемки облаков и окрашивая в алый горный склон. А яркий свет после долгого отсутствия режет глаза. Мы смотрим на запад, так вот — справа хребет скрывается за туманной дымкой и кажется, становится еще выше и монументальнее. А влево он уходит за горизонт... Зато теперь понятно, что за белые пики я видела в хорошую погоду с Озера.

Да это же полный песец. Невольно оглянулась на аборигенов — на их лицах обреченное и решительное выражение. И любопытные взгляды на снег. Только Первый хмурится и задумчиво смотрит на остальных.

Экватор = тепло. Экватор — это очень тепло. Они же просто никогда не видели снега! И блин... Там же холодно. Они просто замерзнут.

Переглянулись с Первым и невольно очень похоже вздохнули. И пошли вперед.

А что делать-то остается?

Описывая следующие десять дней, мне хочется сделать сразу две вещи — скорбно промолчать или высказаться не совсем литературно. Черт.

Короче — сначала мы спускались вниз под непрекращающимся ливнем. Затем по скользким обломкам перебрались через бурную грязную реку — под ливнем. И под непрерывным ливнем начали подниматься.

Я два раза чуть не утонула, трижды вытаскивала аборигенов из-под воды/осыпей/из грязевых озер. В качестве экзотики — на Мелкую упало единственное замеченное большое дерево, а Водяного укусил камень, на который он присел отдохнуть. Зато мы обнаружили источник пищи. Жрать псевдокамни приходилось без огня, который развести было просто нечем.

И несмотря ни на что, когда начался подъем, даже Крылан оживился. Из последних сил, без остановок, мы взбирались вверх. Сначала перестал дождь. Затем вокруг посветлело. И вскоре мы увидели небо! А потом — солнце!