Быть ведьмой

— Я не спрашивала вашего мнения. Сказала — будешь заниматься, значит будешь. Это и тебя касается, милочка, — добавила ведьма, обращаясь ко мне.

Рэн тоже обернулся и посмотрел на меня, а я покраснела, впервые в жизни. И чего, спрашивается?

— Так, на сегодня закончили, — скомандовала Валентина, — сейчас всем спать.

А бабуля-то, не промах. Ей бы армиями командовать. С таким характером и подходом к делу — точно генералом бы стала.

Мы с Рэном, как по команде поднялись и одновременно направились на выход из кухни. А в спину нам понеслось ехидное:

— И, да, Рен, ты сегодня спишь на диване. Вашу комнату заняла Яна. И не надо жаловаться, что у тебя там ноги не помещаются.

После этих слов, я едва не расхохоталась. Бабуля мне определенно нравилась все больше и больше.

А на завтра начались мучения. После завтрака Валентина в буквальном смысле 'сплавила' меня внуку, а сама отправилась по каким-то своим делам.

— Ну, что же, приступим, — Рэн выглядел слегка растерянным, но быстро взял себя в руки. — Сегодня будем заниматься в доме, и если все пройдет успешно, то завтра уже можно будет усилить нагрузки.

— Не поняла? Ты же вроде должен меня научить сосредотачиваться? Причем здесь нагрузки? — возмутилась я. Мне вообще не нравилась вся эта ситуация. Да и заниматься с ним не хотелось совершенно. Ничем не хотелось.

Рэн не ответил. Он усадил меня возле окна, спиной к комнате, включил музыку и только потом заявил:

— Смотришь в окно, слушаешь музыку и, одновременно пытаешься считать, сколько раз я переверну странички книги.

— Что? Ты издеваешься?

— Тихо! Мне лучше знать, как надо.

И с этими словами он отошел от меня и улегся на диван.

Нет, ну он вообще нормальный? Что это за способ тренировки концентрации? Это же издевательство чистой воды. Я еще немного посопела, но быстро поняла, что сочувствия не дождусь, а потому отвернулась к окну и задумалась. Ну, вообще, сразу я пыталась расслышать шелест книжных страничек, даже раз пять насчитала, но потом отвлеклась. Да и сложно это, напрягать слух, ожидая пока этот демон листик перевернет, когда музыка громко включена. Вот и я отвлеклась и задумалась. Мне вспомнились слова духа про Кортен. Этот ножичек хранился в моей семье уже давно. Помню, как бабуля рассказывала, что она его от своей мамы получила. А та, вполне возможно, от своей. И что? За такое количество лет, никто из моих предков не рискнул выяснить, что это за реликвия? Или знали, но это только мне об этом ничего не говорили? Второе предположение было более реалистично. Если вспомнить, что моя бабуля и учила-то меня не очень. Никаких знаний мне не дала, навыков не привила. Я вспомнила, как после ее смерти с Ковеном сотрудничать начала. Нечисть всякую по ночам гонять и уничтожать рвалась. Холодок пополз по спине, это что же, я, по незнанию, могла тогда так вляпаться, что и костей моих никто бы не собрал? Вот гадство! Я же, как слепой котенок была. Это еще хорошо, что мне в то время ни одного демона не подвернулось. Иначе, точно бы, до сегодняшнего дня не дожила.

Я передернула плечами, и мои мысли перескочили на Катьку. А ведь те демоны, которые на нас на озере напали и ее ауру срисовали. Один из них точно выжил. А если он своим заказчикам рассказал про нее? Она же теперь тоже в опасности. Надо немедленно позвонить и предупредить. Пусть спрячется. Я от таких мыслей даже вскочила. Забыла совсем и про Рэна, и про то, что вроде как тренироваться должна. Вспомнила только тогда, когда стул, на котором я сидела с грохотом на пол упал.

— Ой!

— Что случилось?— Рэн за секунду оказался рядом.— Яна? Что такое?

Он таким обеспокоенным выглядел, как будто и в самом деле за меня переживает.

— Ничего,— получилось резче, чем мне хотелось, но не извиняться, же теперь. — А ты чего подскочил?

— Ты бы себя видела. На тебе же лица нет. Подумал, что увидела что-то.

— Нет, ничего не увидела. Можешь не беспокоиться. Не думаю, что здесь тебя найдут.

— Я не за себя беспокоился.

— А за меня тем более не стоит. Сомневаюсь, что твоему Нарану не все равно, в каком виде я к нему попаду, — сама не знаю, почему я все это говорила. Слова вырывались прежде, чем я успевала их обдумать.

— Ты о чем?— Рэн явно был озадачен.

— Как о чем? Ты же должен меня отдать этому вашему повелителю. Ну, или как-то так. Я плохо тогда поняла суть. — Я старалась говорить спокойно и отстраненно. Очень не хотелось, что бы он понял, что же я на самом деле сейчас чувствую.

— Вот именно, что плохо поняла. Я не собираюсь отдавать тебя Нарану.

И вот почему эти слова задели меня? Ведь мне радоваться надо, что все вроде как в порядке теперь. И мне не грозит попасть к повелителю демонов. Но повела я себя как форменная идиотка.

— Так я еще и не нужна теперь? Просто замечательно! — я всплеснула руками. От злости в ушах звенеть начало и я даже немного испугалась, что не удержу стихию. Призову ураган или пожар устрою. То-то весело будет, но остановиться и успокоиться уже не могла.

— А что так? Другую дуру нашел? Посговорчивее? Самому не противно? — я наступала на Рэна до тех пор, пока не оказалась совсем близко.

А он молчал. И просто смотрел на меня, я видела, как он от злости сжимает кулаки, как бьется на виске жилка и почему-то это меня еще больше завело.

Только я снова рот открыла, даже речь обвинительную придумала, как Рэн схватил меня и.....и все. Я пропала. Поцелуй не был нежным даже близко. Он был жестким и отчаянным каким-то. Про то, что бы вырваться из объятий демона у меня даже мысли не появилось. Наоборот, я вцепилась в него с силой утопающего. А все вокруг шумело и вертелось. И я не поняла, то ли это я ветер вызвала, то ли просто мне все это показалось. Да и понимать мне не очень-то и хотелось. Мне было мало: мало поцелуев, мало прикосновений. И это я первая стала срывать с него рубашку. А потом все перестало существовать. Остались только мы, его руки на моей коже, его губы на моих губах и мои руки, скользящие по телу моего демона. Все остальное отошло на второй план, потерялось в вихре чувств и желаний. Не знаю, как мы оказались в спальне, когда успели полностью избавиться от одежды. Я горела, горела в пламени чувств.

Уже потом, когда все закончилось, и мы просто лежали в постели. Я неосознанно рисовала замысловатые узоры на обнаженной груди моего демона, мне в голову пришла мысль, от которой захотелось рассмеяться в голос. Рэн странным образом уловил мое настроение и сильнее прижал меня к себе.

— Что?

— Я просто подумала. А как тебя зовут на самом деле? Что-то я сомневаюсь, что в паспорте у тебя Рэн записано?

Он засмеялся, а потом одним резким движением перекатился и навис надо мной. Я зажмурилась в ожидании поцелуя, но его не было. Немного разочарованная, открыла глаза и натолкнулась на внимательный взгляд Рэна. Он рассматривал меня довольно долго, и мне даже стало не по себе от этого взгляда.

— Ренат,— тихий шепот и я вскинула глаза, что бы посмотреть на него. — В паспорте у меня написано Ренат.

А потом был поцелуй. Медленный, тягучий, в нем не было страсти. Но меня унесло куда-то далеко. Я снова потерялась в ощущениях, в прикосновениях моего демона. И, наверное, в тот момент я впервые поняла, что такое счастье.

Следующие дни слились в поток нескончаемого удовольствия. Все было так хорошо, что иногда я ловила себя на мысли, что все это просто сон. И скоро я проснусь.

Рен был само совершенство. Нежный, добрый, внимательный, и вместе с тем, очень суровый наставник. Он не давал мне спуску во время тренировок и, стоит отметить, у него неплохо получалось. По крайней мере, я и сама стала замечать, что с каждым разом концентрация удается мне все лучше и лучше.

Валентина по-прежнему пыталась научить меня управлять стихией воздуха. И, то ли благодаря занятиям с Рэном, то ли просто как результат практики, мне удавалось подчинить стихию. Еще не слишком хорошо, и не всегда, но уже можно было не бояться, что однажды я потеряю контроль и уничтожу все вокруг.

Через два дня Рэн стал заниматься со мной не только концентрацией. Валентина настояла, что бы он помог мне освоить хотя бы минимальные навыки в работе с огнем. По сравнению с воздушной стихией, огонь был намного опаснее и более непредсказуем. Поэтому, нам приходилось уходить подальше от жилья: в лес, на берег небольшой речушки, туда, где было, не слишком опасно, что, не справившись со стихией, я могу вызвать пожар.

Когда Рэн, первым делом попросил меня показать, что я могу сотворить с огнем, я, не задумываясь, вызвала маленькую искорку. Такую же, как и тогда, когда пыталась зажечь свечи во время спиритического сеанса. И эта мелкая пакость снова стала надо мной издеваться. Она трещала и пыталась убежать. Рэн долго смеялся надо мной. Наблюдая, как я ношусь по небольшой полянке, пытаясь призвать неуравновешенный огонек к порядку.

А вообще эти дни стали, наверное, самыми счастливыми в моей жизни. Мне никогда и ни с кем не было так хорошо, так спокойно. Я не думала о том, как выгляжу в глазах моего демона. В них я всегда отражалась как самая прекрасная и самая замечательная. Может мне это только казалось, но очень хотелось верить.

В эти дни я окончательно поверила в то, что сказка бывает. Поверила в то, что Рэн — самый лучший. И, что скрывать, еще больше влюбилась. Да, да, как последняя дура. И мне очень не хотелось, что бы все это заканчивалось. Но ведь так не бывает. Ничто не длится вечно. Так и у меня, все хорошее когда-то заканчивается. Мои счастливые дни закончились с появлением Артема.И новости, которые он принес, не обрадовали никого.

Хранитель появился на пятый день моего пребывания в доме Валентины. Мы с Рэном, после завтрака отправились в облюбованное нами место на берегу местной речушки.

Оно приглянулось нам сразу. Такой тихий, уютный уголок, со всех сторон огорожен деревьями, с небольшим песчаным пляжем, плавно спускающимся в реку. Это местечко, как нельзя лучше, подходило для наших тренировок, да и не только для них. Там было очень тихо и спокойно. И мы могли быть уверены, что нас никто не увидит, что туда не забредут вездесущие деревенские мальчишки, что отдыхающие тоже не нагрянут в самый неподходящий момент. Да и вода близко, легко можно потушить пожар, если я увлекусь. А такое случалось. С огнем у меня получалось еще хуже, чем с воздухом. Не слушалась меня огненная стихия. Совсем не слушалась. Иногда, даже казалось, что она надо мной издевается.

А вот вода — совсем другое дело. Я продемонстрировала Рэну, как умею управляться с водной стихией. И, надо признаться, он был озадачен.

— Ты просто уникальна, знаешь об этом? Три стихии сразу, такого уже очень давно не случалось. И вода слушается тебя лучше, чем огонь или воздух.

— Ага, — я была так рада похвале, что просто светилась от удовольствия, — это она тогда помогла мне. Ну, на озере, когда те демоны напали. Один из них меня тогда в озеро толкнул, и я тонуть начала. А вода просто подняла меня на поверхность, а затем расступилась. Я такое только в кино раньше видела. И ластилась ко мне, как котенок.

Для демонстрации, я по колено вошла в реку и опустила в воду руку. Серебристая струйка тут же обвила мою конечность и заскользила вверх. И самое интересное было в том, что речушка, не сказать, что бы сильно уж чистая была, а вот водное щупальце, обвивавшее меня — было прозрачным. Чудеса!!

— Это очень необычно,— Рэн стоял на берегу и, сложив руки на груди, наблюдал за мной.

Он был таким серьезным, и в этот момент так на Артема стал похож, что мне захотелось пошалить. Ну не идет ему вот такое серьезное и задумчивое выражение лица.

Я слегка согнула руку и направила струю воды на него. Мне даже концентрироваться не пришлось, вода как будто понимала меня, слышала мои мысли. У меня так ни с одной стихией не получалось.

Рэн успел увернуться от первой волны брызг, но я сдаваться не собиралась и, уже спустя несколько минут дурачеств, он был мокрым с ног до головы. Ну, и я, соответственно, тоже. Однако это обстоятельство никоим образом не испортило нам настроения. Мы смеялись, брызгались водой, играли в догонялки. В общем, вели себя как дети.

Я снова забежала в речку и обернулась на Рэна.

— Сейчас я тебя достану,— пригрозил мой демон и принялся стаскивать футболку. Не поняла зачем, он же все равно весь мокрый был, но не залюбоваться не могла. Хорош! Даже слишком. Сама себе завидовать начала.

А Рэн тем временем отбросил мокрую футболку в сторону и сделал шаг вперед. Он еще не успел ступить в речку, я приготовилась спасаться бегством, ну или устроить небольшое местное торнадо. Но мой демон вдруг застыл на полпути. Веселье мигом слетело с его лица, теперь он был насторожен и задумчив. Мне сразу показалось, будто он увидел что-то за моей спиной. Я обернулась, ожидая увидеть что-нибудь, по меньшей мере, страшное или неприятное, но там ничего не было.

— Яна, выходи из воды. Надо возвращаться,— голос демона был холоден и спокоен. И если бы, только что он не был весел и расслаблен, я бы не забеспокоилась.

— Что случилось? Рэн? Что-то произошло?

— Еще не знаю. Идем, Артем уже здесь. У него есть новости.

И Рэн подобрал футболку, ухватил меня за руку и потащил в сторону дома Валентины. Артем? Что он здесь забыл? Он же должен быть в городе?

— Новости?— у меня по спине пополз мерзкий холодок, и колени задрожали от нехорошего предчувствия.— Какие новости?

— Я не знаю. Он просил поскорее вернуться,— Рэн все еще был спокоен, но мне казалось, что он зол. Очень зол. А это не к добру.

Артем за все время, что я провела здесь, ни разу не связался со мной. Может быть, он и звонил Валентине, ну, или как-нибудь иначе с ней связывался, не знаю. Но и она тоже, ни разу не обмолвилась о старшем внуке. А тут вдруг он сам появился. Да еще и новости какие-то принес. И, если судить по тому, как изменилось настроение Рэна, новости не из приятных.

— А он больше ничего не сказал?— я почти бежала следом, не успевая за широким размашистым шагом Рэна. Он заметил и немного снизил темп.

— Больше ничего,— но я ему не поверила. Вот ни капельки.

— Рэн?— я уперлась каблуками в землю.— Никуда не пойду, пока все не расскажешь.

Мой демон остановился и со вздохом обернулся ко мне.

— Давай вернемся к бабуле, и все расскажет Артем. Мне он тоже ничего конкретного не сказал. Яна, пожалуйста, идем.

Страшно стало вдвойне. Что же там такое произошло, что он мне говорить не хочет? Ладно, в одном он прав, чем быстрее мы доберемся до дома, тем быстрее я все узнаю. И с такими мыслями я поспешила вперед, даже Рэна почти перегнала.

Артема и Валентину мы застали в кухне. Хранитель ел. И судя по количеству тарелок, стоявших в мойке, ел много. Но на первый взгляд было не похоже. Артем выглядел ужасно. Куда подевался тот красавчик, которого я встретила в парке всего три недели назад? Сейчас он выглядел лет на десять старше, осунувшийся, с мешками под глазами, какой-то весь сгорбленный. Судя по всему, едой здесь не поможешь. Что же могло произойти, что он так сдал? Неужели что-то очень страшное? Ведь еще неделю назад, когда он привозил меня сюда, все было достаточно неплохо.