Талисман на счастье

Бросив на меня уничижительный взгляд, женщина положила на стол погнутую вилку и, капая ядом, едко продолжила:

— Когда вы планируете осчастливить нас внуками?

— В самое ближайшее время. Правда, милый? — От моих слов Яннис закашлялся и с подозрением посмотрел на мой плоский живот. — А скольких бы вы хотели?

— Что-то мне дурно, — театрально схватившись за голову, протянула моя свекровь и вскочила со своего места.

Вместе с этим из-под стола раздался оглушительный вой, а на ноге женщине сомкнулась зубастая пасть моего Чудовища, на чей хвост с такой любовью наступила эта мадам.

— Тори, фу! Выплюнь каку! Отравишься. — Я бросилась спасать свою подругу.

— Яннис, мальчик мой, я умираю! — громко запричитала эта змея, так и не выпустив из-под каблука собачий хвост.

— Мама, не волнуйся, у нас в семье теперь есть первоклассный некромант! Хотя я искренне надеюсь, что мы сможем обойтись без его услуг. — Ян подхватил свою мать на руки и понес в гостевые покои.

Мегера, картинно откинула голову на плечо сына и глухим шепотом, глядя мне в глаза, произнесла:

— Обещаю, не пройдет и недели, как ты сама сбежишь из этого дома...

Глава 12

Пять месяцев спустя...

"Путь у каждого свой и куда он ведет, мы не знаем;

Глупо спорить с судьбой ведь мы сами ее выбираем".

Louna — "Свобода"

Этим утром мы проснулись от жуткого грохота, сотрясшего весь первый этаж нашего дома.

— Я-я-н, твоя мать опять разнесла нам гостиную.

— М-м-м? — Муж подгреб меня под себя и, не открывая глаз, тихо произнес. — Я потом все исправлю, спи. Еще рано.

— Не могу, нужно выдать ученикам сегодняшний план занятий.

На меня набросили теплое одеяло и придавили своим телом.

— Спи, мама сама с ними разберется. Сегодня ее очередь. А все-таки здорово, что ты предложила ей эту работу. Твои подопечные так сильно выматывают ее за день, что на домашние скандалы у нее сил вообще не остается.

— Зато в свой выходной она отыгрывается по полной программе. — Я обняла любимого и попыталась последовать его совету, но воцарившаяся тишина, была вновь нарушена. На этот раз кричала моя няня.

— Эсси, ответь мне на один вопрос, — распахнув глаза, попросил супруг. — Когда ты собиралась мне все рассказать?

О чем он? Резко сев на кровати, я попыталась вспомнить свои последние косяки. Кроме разнесенного зала для совещаний ничего в голову не приходило, но не думаю, что мужу не доложили кто был виновником того инцидента. А так ничего серьезного: поругалась с отделом прогнозирования, потратила выданные на новый гардероб деньги на ремонт кабака и разрешила стажерам профильно подтягивать учеников.

Может я что-то забыла? Да нет, все верно, больше за мной ничего не значится.

Я подняла свои честные глаза на мужа и стала ждать от него пояснений, но вместо того, чтобы все мне объяснить, супруг положил свою ладонь на мой едва округлившийся живот и повторил свой вопрос:

— Когда ты собиралась мне все рассказать?

Ах вот он о чем. Я накрыла его ладонь своей и ненадолго задумалась. Была б моя воля, не призналась бы до самых родов, ни ему, ни свекрови. Первому, потому что запер бы дома, а второй, просто из вредности.

— И как давно ты знаешь?

— Почти с самого начала. — Муж завалили меня на кровать и навис сверху. — Не забывай, что мы с тобой связаны.

Ян с нежностью коснулся моих губ и продемонстрировал свое запястье, на котором вытянувшись во весь рост спала моя пузатая кошка, а вокруг нее гордо вышагивал грозный, но жутко довольный защитник.

Вот же предательница!

— И ты до сих пор не запретил мне работать?

— А разве я должен был это сделать? Ты прекрасно справляешься и пока сама не захочешь, тебя никто отстранять не будет. — Шаловливая рука супруга поднялась выше и стала осторожно поглаживать грудь. — Люблю тебя, Эсси.

Мр-р, какое чудесное утро. Я потянулась навстречу супругу и провела коготками по его груди.

— Эс-с-а, — выдохнул мне в шею, любимый и прикусил ушко. Его руки были везде, ласкали спину, живот, бедра, а мне хотелось рычать, почувствовать нашу близость и делиться с ним этой сжигающей изнутри страстью.

— Любимая, родная, нежная, — тихо шептали горячие губы. — Моя.

Я закрыла глаза и, больше не сдерживая свои желания, отдалась во власть чувственного наслаждения, которое с такой трепетностью дарил мне мой лигр.

Древний танец влюбленных, под звуки бешено стучащих сердец и приходящая за ним разрядка, как удар молнии, проходящая через все тело.

Заглушенный поцелуем крик, и искрящие счастьем глаза любимого, дороже которых у меня ничего нет.

Что такое любовь?

Страсть и желание, трепетная нежность и первые неуверенные поцелуи, а может восхищение своей парой и полное взаимопонимание?

На этот вопрос я не отвечу — просто невозможно описать то, чувство что поселилось в моей душе к этому несносному, но очень родному мужчине.

Внизу опять послышался шум.

— Кажется, твоя мать и Гайена перешли в открытую стадию конфронтации — пора идти разнимать, — я с неохотой выползла из рук Яна и накинула на себя шерстяное домашнее платье.

— Оставь их в покое, по-моему, они отлично ладят. — Муж соблазнительно потянулся и замурчал, как самый настоящий котяра.

Очень хотелось присоединиться, но оставлять няню один на один со злобной мегерой было бы чревато последствиями.

За окном залаяла Оторва, а в доме зазвучал сильный звон от нарушения защитного полога посторонними.

— Боги, кого еще принесло с утра пораньше! — Вскочив на ноги, супруг кинулся одеваться.

Секундой позже, звон повторился, но это уже был предсмертный крик новой вазы. Почему именно ее? Просто после того, как в нашем доме поселили две любительницы поскандалить, целых стеклянных вещей в доме просто не осталось.

— Эр Яннис! — донесся к нам крик одного из подчиненных мужа, и вместе с ним топот двух пар ног бегущих по лестнице.

Муж едва успел натянуть штаны, когда в нашу спальню ворвались двое неадекватных молодых людей. Зрачки расширены, все тело бьет крупная дрожь, а на лицах написана такая паника, что у меня возникает невольный вопрос: как с такой неустойчивой нервной системой их вообще взяли на службу.

— Там, там! — попытался объяснить один из незнакомых мне стажеров, но потерял дар речи и во все глаза уставился на мои голые ноги, постепенно переводя взгляд все выше.

— Убили! — выдохнул второй и стукнул под ребра своего товарища.

— А я при чем? — едва сдерживаясь, чтобы не открутить им головы, прорычал Яннис. — За следственный отдел отвечает эр Шерман.

— Короля убили.

— Какого короля?

— Хозяина Черной жемчужины.

А вот это уже серьезно: убийство такой личности означает скорый передел власти, смены порядков преступного мира и бесконтрольные набеги мелких бандитов, потерявших страх и авторитетного лидера. Даже не лидера — полноправного хозяина темной стороны Эстера.

— Когда это произошло?

— Около часа назад в доме терпимости, одна из работающих там девок вызвала патруль. — Наконец, сообразив, где находится, стажер выровнялся и отдал честь. — Эр Шерман, приказал вам доложить.

— Свободны!

Одно слово и мужчин как ветром сдуло, я тоже хочу так уметь!

— Вызывай своих подопечных. Как только пройдет слух о смерти Короля, на улицы выйдут десятки любителей легкой наживы — работы на всех хватит, — приказало начальство, в лице моего супруга.

Достав из комода мешочек с магическими вестниками, я не глядя набрала из него горсть артефактов и, запечатав в них текст послания, отправила адресатам. На все про все, ушло не больше минуты, но этого времени вполне хватило Яну, чтобы собраться и попытаться слинять из спальни, пока я не вижу.

— Стоять! Я с тобой!

— Может, дождешься учеников? — на ходу попытался переубедить меня супруг.

— Ну уж нет! Сами доберутся, — натягивая сапоги, возразила я. Вот еще!

Отпускать мужа одного в простой бордель, который мужчины так ласково прозвали "домом терпимости", я не собиралась даже "по работе".

Так, продолжая спорить и ругаться на пустом месте, мы спустились на первый этаж, где на нас сразу же накинулись встревоженные женщины.

— Ванька, куда это ты бежишь раздетая? — с негодованием запричитала няня.

— За ним! — Я ткнула пальцем в супруга и бросилась снимать с вешалки теплое пальто.

— А он куда собрался? — сразу забеспокоилась свекровь. — Вы расстаетесь? Если это из-за меня, то не нужно! Я уеду...

Ох, как бы я хотела услышать эти слова пару месяцев назад, когда она доводила меня до ручки своими бесконечными придирками и нравоучениями, а сейчас и не знаю. Привыкла, наверное, к этой мегере, уже и жаль расставаться будет.

— Он в бордель! — крикнула я из прихожей, следя за тем, чтобы Яннис не ушел из дома один.

— Как же так? А я тебе говорила, следи за фигурой. Но нет! Кто будет слушать мудрую женщину? Ты же у нас сама лучше все знаешь, зачем тебе чужие советы. Располнела, вот мужа теперь и несет по бабам, — набросилась на меня с обвинениями эта "мудрая женщина", а услышавший наш разговор супруг остановился и забыл куда шел.

— Пожалуй, тебе и, правда, лучше поехать со мной. — Ян взял меня за руку и быстрым шагом повел на улицу. — Слушай, а что она говорит, когда я задерживаюсь на службе?

— Что ты непоправимый бабник.

— Эй, ты что обиделась? Эра Ванэсса, вам сейчас вредно так нервничать. Выше нос.

Отвечать я не спешила и весь оставшийся путь до борделя мы провели в молчании.

Трехэтажный, аккуратненький особняк, глядя на который никогда не скажешь, что в нем обитают любительницы разврата, находился всего через два дома от здания военного гарнизона. Видимо хозяин сего чудного заведения планировал выиграть на этом соседстве кругленькую сумму и, судя по ухоженности дома — не прогадал.

— Ян, а кто владелец? — наблюдая за суетящимися вокруг оперативниками, спросила я. — Чувствуется талантливая рука стратега.

— Еще бы. Лучшее заведение города с самыми красивыми женщинами. Король, такие вещи, как подбор девочек для своих заведений не доверял никому, — не задумываясь, ответил супруг.

— А ты откуда об этом знаешь?

— По службе положено.

— Яннис, Ванэсса — давайте за мной! С парадного входа здесь не прорваться, — позвала нас поджидающая у дома Вайесс. — Шер уже на потолок лезет. Мы осмотрели весь дом — никаких следов! Словно и не было никого. Опросили всех девушек — никто ничего не видел: одни были заняты с клиентами, другие отсыпались. Не знаю, что делать.

— Может это кто-то из девочек? Договорились, решили избавиться от хозяина и уйти? — флегматично предположила я, а в душе все сжалось от ужаса. Не сумей мы тогда сбежать, сидели бы сейчас здесь бесправными куклами, боялись бы лишний раз слово сказать.

— Исключено, на всех девушка подавляющие волю ошейники. Они просто физически не смогли бы навредить своему хозяину, — Вайесс скривилась и приоткрыла дверь черного хода. — Заходите, не бойтесь. На время следствия мы собрали всех девушек в одной комнате, так что обнаженных дам, встречаться больше не должно.

Утешила, называется. Проходя по узким коридорам, я старалась не смотреть по сторонам. Нас окружали сплошные спальни, от одного вида которых мне становилось тошно, а в голову сразу же лезли сцены насилия и разврата. Как же все это мерзко!

— Где тело?

— В рабочем кабинете. Мы, кстати, уже пришли. — Вай остановилась напротив единственной открытой двери.

Комната была маленькая, но очень уютная. В центре стояли два массивных кресла и невысокий стол для карточных игр. В камине озорно потрескивали поленья, а на стене была вывешена потрясающая коллекция редкого оружия. Рабочего стола не было, как в прочем и шкафов с документами. Вместо них все свободное пространство занимали шкуры диких животных, брошенные на пол. Все было бы безупречно, если бы не сидящий под окном труп с тонким кинжалом в сердце. Глаза мужчины были широко распахнуты и смотрели на мир, с таким непониманием и детской обидой, что мне его на мгновение даже стало жаль.

— Ну и что с ним делать теперь?

— Поднимать и допрашивать. — К нам незаметно подошел Шерман и по-отечески похлопал меня по плечу. — Справишься?

А куда я денусь? У меня разве есть выбор?

Сосредоточившись, я выпустила один яркий поисковик и направила его в мертвое тело. Ответная реакция не заставила себя долго ждать: судорожно дернувшись, мужчина поднялся на ноги и застыл, требуя первого приказа.

Я не могла понять, что мне не нравится. Мужчина, как мужчина: невысокого роста, щупленький, особой красоты в нем не наблюдалось, но определенный черты лица все же вызывали симпатию. Странный какой-то Король у нас. Был.

— А это точно Хозяин? — скептически оценивая параметры тела, уточнила я.

— Точнее не бывает. — Шерман подошел ближе и задал свой главный вопрос. — Кто тебя убил?

Закашлявшись кровью, мертвец крепко выругался, а затем, подняв на меня глаза, четко произнес одну из главных заповедей преступного мира:

— Своих не сдаем и в шлюх не влюбляемся.

— Это же он! Это он хотел меня купить для коллекции! — закричала рядом, взбешенная Вайесс и, не сдержавшись, запустила в сверженного Короля струей направленного огня.

Завоняло горелой плотью и спустя всего пару мгновений, от незащищенного тела, осталась лишь горстка пепла да пара костных останков, которые теперь даже самый талантливый некромант никогда не сможет разговорить.

— Ты только что уничтожила нашего главного свидетеля. — Шер сплюнул на пол и отвернулся.

— Эй, не порть шкуры! Интересно, зачем они здесь вообще нужны в таком количестве? — Я еще раз осмотрела комнату, но применения им так и не нашла.

— Говорят на них очень удобно придаваться плотским утехам. — С загадочной улыбкой протянул мой начальник и тут же сменил тему. — Ну все, хватит. Нужно выяснить, кто из их шайки был здесь последним.

— У кого? — в один голос спросили мы с сестрой. — Вы же уже всех здесь допросили.

Кажется, у мужчины от нашего вопроса сдали нервы. Во всяком случае, орал он знатно, я даже заслушалась. Какие обороты, какая эстетика и глубина мысли! Прелесть!

— Ты знаешь, кажется, нам пора удалиться. — Я схватила супруга за рукав и потащила прочь от этой неадекватной парочки, совершенно забыв, в каком месте сейчас нахожусь.

Осознание совершенной ошибки пришло почти сразу. Достаточно было свернуть за угол, как мы тут же наткнулись на десяток любопытных девиц, подслушивающих наши разговоры с коллегами.

На женщин было больно смотреть, но не потому, что они выглядели ничтожно — нет! Напротив, облаченные в летящие прозрачные одежды, не прикрывающие, а только подчеркивающие все их достоинства, дамы были похожи на Древних Богинь. Рядом с такой соперницей не мудрено почувствовать себя серой мышью.

Я подняла глаза на их лица и отшатнулась, как от прокаженных. Это были они! Молоденькие девушки, собранные по всем уголкам этой империи в качестве живого товара. Но этого не может быть! Их же всех освободили и вернули обратно в семью!