Брак по завещанию (Конец)

Николас набрал этого Кевина, и, слава богу, ему сразу ответили. Мужчина оказался очень вежливым и попросил обождать его немного. Буквально в течение часа тот подъехал к дому и передал ему запись с видеорегистратора.

Николас вошел в свой кабинет, подключил к ноутбуку флешку. Несколько секунд ему казались часом. Наконец все загрузилось, и, включив видео, Ник начал смотреть. Дверь отворилась, вошел Пит и уселся рядом с ним, но Ник даже не обратил внимания на него.

— Есть что-то? — лишь, не поворачивая головы, спросил он друга.

— Я поговорил с Мэри, она пыталась мне рассказать все, что знает, через частые прерывания на рыдания. Она только уточнила все то, что знаем мы, ничего нового.

— А с ее коллегами?

— То же самое, с ума сойти можно просто!

Ник включил дату, когда Джессика должны была быть у Вивиан. Так как машина стояла ниже по неровной улице, то на камеру не попал момент, когда она пришла.

— Смотри, это разве не Джессика? — удивленно воскликнул Питер, видя, как девушка чуть ли не бегом шла вниз по наклонной части улицы.

Николас замер в ожидании, все его тело скрутило. Джессика была бледна как полотно, на видео было видно, что девушка пытается не сильно паниковать, но ее руки дрожали. Как только девушка скрылась, в кадре появился еще один человек. Николас остановил запись и начал приглядываться. Лица не была видно из-за черной бейсболки, которая скрывала почти все лицо. Мужчина был высокий, с массивным телом, и был укутан также во все черное.

— Узнаешь?

— Нет, — прохрипел Ник, не отрывая взгляда от экрана.

— Это не Арнольд?

— Нет, та сволочь ростом не вышел, да и у него шрам на щеке, а у этого не видно.

— Может, он нанял кого-нибудь?

Зазвонил мобильный, Николас взял трубку и машинально ответил.

— Я отправил тебе копию осмотра с места происшествия твоего дома, ты ведь понимаешь, что это конфиденциальная информация? Если об этом кто-то узнает, меня уволят! Поэтому прошу, сразу, как прочтешь, удали! Все, я отключаюсь!

Собеседник даже не дал ответить Николасу, произнеся все на одном дыхании.

— Кто это был? — удивился Брэндли.

— Я попросил своего знакомого сделать кое-что! Не обращай внимания, давай дальше изучать.

— Ты что, от меня даже это скрываешь? — опешил друг.

— Подожди, не время обижаться! Присмотрись внимательно, ничего не видишь?

— Где?

Николас увеличил размер видео, показав курсором на татуировку на шее незнакомца.

— Видишь, что изображено на шее?

— Тигр? Может, название их группировки? — задумчиво произнес Пит, всматриваясь в монитор.

— Или его прозвище, смотри, внизу написано "белый", что значит "Белый Тигр"!

— Хм, это уже что-то!

— Есть идеи?

— Распечатай мне этот снимок, я знаю, куда нужно обратиться!

Николас выполнил его просьбу и передал ему изображение. А сам начал изучать письмо, которое ему пришло. Когда Пит собирался уходить, в кабинет вошла Тереза с подносом в руке.

— Давайте я Вам помогу, вот, подержите это, — забрав напитки и закуски из ее рук, он передал ей снимок.

— Спасибо, сынок, а это кто? — удивилась женщина, приглядываясь к фотографии.

— Это наша новая зацепка, надеюсь, Питер сможет что-то разузнать, и мы найдем скоро Джессику, — вздохнул Ник.

— О-о-о, было бы замечательно, я от волнения себе места не нахожу!

— Все будет хорошо! — Брэндли поцеловал женщину и, забрав бумаги, ушел.

Николас тяжело вздохнул, прочитал протокол и, закрыв глаза, начал вспоминать тот день, когда он приехал из Сан-Франциско. В тот день в доме явно кто-то был! Он по глупости не проверил, и снова это была его вина! Ошибка за ошибкой, и вот к чему в итоге это привело!

— Николас, ты в порядке?

— Нет, не в порядке!

Он прочел отчет, но все равно это не помогло, чего-то словно не хватало.

— Тереза?

— Да?

— Когда...когда на Джессику напали, что точно произошло? Можешь мне снова все рассказать?

Тереза остановилась возле двери и посмотрела на усталого Ника. Тот даже и не разомкнул глаза. Его тело было настолько уставшим, что даже сил не было шевелиться. Но Николас заставлял себя и дальше работать, а не отдыхать.

— Конечно! Ночью я захотела попить, и увидела, что дверь на кухне была открыта, подумала, что это наша Джессика забыла запереть, — при этом она всплакнула.

— Понимаю, тяжело, но продолжай, я должен понять, что я упустил.

— Я налила стакан воды и пошла к ней в комнату, когда поднималась по лестнице, из комнаты выбежал мужчина, а я бегом ринулась к ней. Когда я увидела Джессику в таком состоянии, у меня из рук выпал стакан, а на шум появился ты.

Николас зажал виски, так как они чертовски болели. Протянув руку, он хотел взять воды, но рука пошла мимо, и стакан упал на пол. По комнате прозвучал звук разбитого стекла.

— Господи, ты не поранился? — взволнованно прошептала Тереза.

— Нет, все в порядке!

— Не трогай, я сейчас все уберу!

Женщина шагнула к двери, когда неожиданно он остановил ее.

— Тереза, подожди!

— Что такое, мальчик мой?

— Когда я приехал из Сан-Франциско, где ты была?

Женщина удивленно посмотрела на него.

— А ты не помнишь?

— Нет, забыл, — виновато улыбнулся он.

— Я была у подруги, она сломала ногу, поэтому я ушла, оставив записку Джессике.

— У миссис Уайт?

— Конечно, у кого же еще! Я сейчас вернусь, только принесу совок, чтоб убрать стекла.

— Хорошо!

Николас молча смотрел на разбитые осколки, и что-то словно щелкнуло у него в голове. Он снова открыл документ и начал читать вслух фрагменты.

Открытая смежная дверь... Разбитый светильник... Подушка... Следы от обуви...

Перед его взглядом вдруг возник образ его комнаты и тот злосчастный день. В его голове словно рухнула неведомая стена, и пазл кусочек за кусочком начал складываться воедино. И с каждым разом изображение становилось все четче, приводя его в ужас.

Сделав глубокий вдох, он набрал номер телефона, дабы удостовериться в своей правоте.

— Миссис Уайт? Могу я у Вас кое-что спросить?

На улице прогремел сильный гром, и ливень хлынул как из ведра. Шум дождя, громкий звук молнии, тиканье часов и тишина в кабинете заставляли содрогаться всем телом.

Дверь отворилась, и зашла Тереза.

— Встань, я уберу тут все, — попросила она.

За окном бушевала буря, звуки грохотания разносились по всей комнате. Николас, не отрывая от нее взгляда, встал со своего места.

— Тереза?

— Да? — не прерывая действия, ответила женщина.

— Разве не руку сломала твоя подруга? Джессика вроде так сказала.

— Да? Возможно, прости, я начала все забывать, видать, старость!

— Стакан из твоих рук выпал на пороге входной двери? — продолжил он хриплым голосом.

Женщина на секунду замерла, но не остановила свои действия.

— Да, на пороге твоей двери.

Возникла тишина.

— Дверь в мою комнату не была открыта, и там не было осколков, — сказал Николас, подходя к женщине.

Тереза разогнулась и, отложив в сторонку мусор, повернулась к нему с заплаканным лицом.

— Ты думаешь, это я...я с-сделала с Джессикой?

Николас замер, вид убитой женщины на миг заставил его усомниться в своей догадке.

— Я... — он запнулся на полуслове.

Тереза подошла к нему и трясущимися руками взяла его руки в свои.

— Ты правда думаешь, это я? Я ведь вырастила тебя вот этими руками!

— Тереза, кажется, я...

Не успел он договорить, как его зрачки расширились от удивления. Все его тело пробил электрический шок. Женщина ухмылялась, видя, как Николас падает на пол и теряет сознание.

— Ты был прав, мальчик мой, это была я! Говорила же, никогда никому не доверяй!

На небе прогремел гром, освещая молнией злобную гримасу на лице Терезы и заглушая ее ужасный хриплый смех, который наполнял комнату.

(Вернуться к оглавлению)

Глава 22

— Он еще не открывал глаза?

— Нет, — ответил мужчина грубым сиплым голосом.

Тереза наклонилась и начала изучать поникшее лицо Николаса, он был жив, но до сих пор не пришел в себя.

— Хм... Как думаешь, Джессика, что мне сделать? — неожиданно спросила женщина, смотря на побледневшее лицо девушки.

— М-м-м! — промычала та сквозь плотный слой скотча, сил сопротивляться не было.

— Что ты сказала? А-а-а, может, мне его еще раз ударить электрошокером? — как ни в чем не бывало спросила Тереза, подойдя к ней.

Зрачки девушки испуганно расширились, Джесс смотрела на нее с мольбой, что несказанно радовало миссис Хэйл.

— Бедная моя девочка, ты боишься, да? Ну-ну, не переживай, все утрясется!

Джессика пыталась удержать рыдания, которые поступили к горлу, но удавалось это с трудом. Она все еще была в глубоком шоке оттого, что это происходит наяву. Даже в страшном сне ей такое не приснилось бы, чтоб это была Тереза!

Кто угодно, но не она!

— Марк, думаю, ему достаточно спать, принеси мне воды!

— Слушаюсь!

Мужчина средних лет, повиновавшись, зашел во что-то наподобие ванной, и через несколько секунд послышался вой кряхтящего крана. Не прошло и минуты, как он вышел, таща грязное ведро, наполненное водой.

— Молодец, теперь я буду смотреть, а ты облей-ка его водичкой!

Тереза поднесла стул поближе к Николасу и села, скрестив руки и смотря на все это с неким восхищением и удовлетворением.

Марк злобно усмехнулся и со всей силой обрушил всю воду на сидевшего мужчину.

Николас вздрогнул, кашель вырвался наружу, мешая ему дышать и прийти с мыслями в себя. Он пытался отдышаться, одновременно отряхивая с себя воду, которая каплями стекала с волос на лицо. Его руки были крепко привязаны к стулу, даже шевелиться было сложно.

— Сынок, ты пришел в себя?

— Тереза, — прохрипел он, ища взглядом жену.

Джессика замерла на стуле, услышав его голос. Она была бледна как полотно, глаза, напротив, красные от частых слез, на щеке высохший след крови, руки и ноги крепко привязаны к стулу. И тревога плескалась в ее взгляде, которую она хотела скрыть, но безуспешно.

— Джессика!

Николас дернулся всем телом, отчего получил жесткий удар по животу, перебивший ему дыхание. Согнувшись от боли, мужчина замер в ожидании поступления кислорода. В помещении было прохладно, и от дуновения ветерка его передергивало, мокрая кофта прилипла к телу, от чувства холода, казалось, все его кости начали скручиваться.

Девушка в ужасе зарыдала и с мольбой посмотрела на улыбающуюся Терезу.

— Так-так, мы непослушные, значит? Сиди лучше смирно, а то я не смогу остановить Марка, он у нас любитель побоев!

"Любитель" похлопал по плечу Ника и выпрямил того, чтоб смотрел именно на Терезу.

— Почему? — прохрипел тот, облизывая губы.

Взгляд, брошенный на Терезу, был полон вопросов и боли. Он просто все еще не мог в это поверить, что его мать так с ними поступила. Женщина была сегодня другая, это была не та Тереза, которую он привык видеть. Та Тереза всегда улыбалась, одежду носила только в светлых тонах, которые очень шли к ее лицу, и во взгляде ее была только доброта и любовь. Сейчас перед ним стояла грубая, обиженная, злобная женщина, пропитанная ненавистью.

— Почему? Хм... Ты правда хочешь знать, почему? — Тереза засмеялась хриплым голосом.

— Думаю, я заслуживаю знать причину столько ужасного поступка!

— Ужасного? Где? Я что-то ничего ужасного не вижу!

— Да? Как тогда объяснить твой поступок? — прорычал Николас, не сдержавшись, и сразу почувствовал, как его плечо сжали в знак предупреждения.

— У каждого поступка есть объяснение. Ты готов слушать рассказ, насколько ужасной была твоя семья?

— Ты о чем?

Тереза встала со своего места и со слезами на глазах плюнула ему в лицо.

— Твоя семейка убила моего мужа и сына!

Лондон, 1988 год

— Тайлер, сынок, мама пришла! — Тереза поцеловала маленького ребенка, лежащего на больничной койке.

Она улыбалась, но в душе при виде ее ребенка в таком состоянии она плакала кровавыми слезами. Ее маленькое чудо радостно улыбнулось во все свои зубки. Женщина, наклонившись, поцеловала маленькие ручки, которые были в синяках от частых процедур. Слезы наворачивались на глаза, но она сдерживалась.

— А папа пришел?

— Скоро подойдет, милый, ты скучал по маме?

— Да!

— Мамочка тоже, — она с любовью погладила его белокурую шевелюру.

В дверь постучали, и вошла медсестра, держа в руках медицинские принадлежности.

— Простите, нам нужно сделать укол, вы можете выйти?

— Да, конечно. Малыш, мамочка вернется, будет не так больно.

— Я знаю, мам.

Тяжело вздохнув, Тереза вышла. На пороге она встретила своего мужа, и его удрученный вид напугал ее.

— Что случилось, Кевин?

— Тери, что нам делать? Меня уволили с работы!

— Что? — в панике крикнула она.

— Мистер Джонсон сказал, что ему жаль, но он не нуждается больше в моих услугах. Как теперь нам оплачивать больничные счета? — взявшись за голову, мужчина присел.

— О нет, только не сейчас, когда наконец-то нашли донора на пересадку почки!

— Что? К-когда операция? — взволнованно вскочил Кевин, схватившись за руки жены.

— Я сегодня только узнала, как только проведут всю процедуру! Сказали готовиться в течение недели, но нужны деньги! Кевин, мы не можем сдаться сейчас!

Мужчину трясло: они пять лет ждали этого, и вот наконец-то все должно было совершиться! Он должен был что-то сделать для своего единственного сына. Если даже придется для этого переступить через свою гордость.

— Тери, побудь с сыном, скажи, что папочка скоро вернется. Я скоро буду!

— Ты куда? Кев, что случилась?

— Не переживай, я добуду деньги и приду, вы только ждите! — крикнул он уже на пороге.

Мистер Хэйл подошел к дому Габриела Джонсона. Будучи его личным секретарем последние семь лет, он прекрасно знал, когда и в какое время тот будет дома. И вот сейчас он должен был прибыть с минуту на минуту. И Кевин не ошибся: буквально через пару секунд машина показалась возле угла. С каждой секундой он нервничал все сильнее. И вот они остановилась у входа. Габриел вышел, а за ним и его сын Лукас.

— Что тебя привело, Хэйл? — грубо пробурчал старик, смотря на него с высоты своего роста.

— Мистер Джонсон, я могу поговорить с Вами? Это займет всего пять минут, прошу!

Джонсон молча взирал на поникшие плечи своего бывшего секретаря. Взяв свою трость, он ударил по его ноге и прохрипел:

— Отойди с дороги, я больше не намерен слушать тебя!

Кевин в панике схватился за его руку, боясь отпустить и упустить свой последний шанс.

— Умоляю, в последний раз, прошу Вас, речь идет о моем больном сыне!

— Нет, и я не поменяю своего решения!

— Умоляю Вас!

Кевин упал на колени перед стариком.

— Сколько лет вашему ребенку? — подал голос сын директора.

— Ему всего шесть, — тихо произнес Кевин, все еще не поднимаясь.

— Моему Нику столько же, — тот повернулся к отцу. — Отец, может, выслушаешь его?

— Ты не вмешивайся!

— Не будь таким строгим, он же сказал, его ребенок болен! — пришел Кевину на помощь Лукас.