Открывающая

-Не говори ерунды, — нахмурившись, отрезал Виктор, — я даже не предполагал, что ты подслушиваешь.

— Тогда откуда узнал? — не отводя взгляда от его лица.

— Я адвокат,— сказал он, как будто это все объясняло.

— И?

— Умение логически мыслить и подмечать тонкости для меня обычное дело. Я видел, как ты на кухне нервно сжимала кулаки, хотя при этом пыталась вести себя как обычно, затем твое бегство в комнату. Прикинув, что могло тебя расстроить в последние полчаса, сложил два и еще два и вуаля, получил ответ.

— Тогда не понимаю, какие ко мне претензии?— холодно оборвала я. В его словах мне почудился намек, но разгадывать ребусы я не желала.— Между прочим, это твой друг применил заклятие, а не я. Так что еще надо посмотреть, кто из нас пострадавшая сторона. Ты должен понимать, что в его истощении моей вины нет. Лучше скажи, что еще можно сделать?

— Что могу сказать... Опасные участки я подлечил, но, к сожалению, я не столь искусный маг как хотелось бы. Ему сейчас нужен усиленный отдых, и скорей всего, через сутки, может двое, он сам себя вылечит.

— А может я попробую, — неуверенно предложила я, сомневаясь в своих силах.

— Действительно, как я об этом забыл? Думаю вам обоим это пойдет напользу. Жми Аська, — подмигнул он задорно и отодвинулся от Кирилла, освобождая место.

Мне было боязно. Откинув все сомнения, пару раз выдохнула и потянулась к огоньку. Маленький дружок заколебался, пугливо пригнулся, а затем словно узнав старую знакомую, потянулся ко мне, здороваясь и раскрывая свои лепестки.

Я ласково зашептала, поглаживая его невидимой рукой. Он вытянулся и еще немного окреп.

— Все,— устало произнесла я, откидываясь на спинку стула.

— Отлично, а сейчас главное покой. Пускай и дальше спит, ему полезно.

— Я не сплю, — раздалось с дивана.

Выглядел он не очень. Под глазами залегли синяки, лицо осунулось, а выступившая щетина делала его больным и беззащитным. Таким он мне нравился еще больше. Нет, конечно, не больным, но без налета уверенности, в моих глазах был человечней и роднее. Неосознанно дернулась вперед, но тут же резко сама себя осадила. Меня нестерпимо тянуло к нему, и бороться с желанием с каждым часом было сложней. На долю секунды мне показалось, что и он испытывает те же трудности. В его глазах стояла такая тоска, что у меня защемило сердце.

— Поспишь с вами. Не могли найти другое место для разговоров? — ворчливо сказал Ворон, и, подозрительно посмотрев, продолжил, — вы, о чем шептались?

Я молчала. Так как не знала, что сказать, да и думала, что его первые слова будут другими, а какими — я не хотела думать, боялась развивать эту тему даже сама с собой.

— О тебе, герой, и твоей спасительнице,— быстро нашелся Виктор.

-Ага, как же спасительнице. Ты просто с ней никогда не ездил в машине, и не представляешь, как она ездит. Я уже думал, что пришел мой конец и моя благодетельница решила закончить то, что так и не успели подельники Посредника.

— Ну, знаешь!— возмущенно прошипела я, чувствуя как все во мне закипает. И этого я еще и лечила! Чтобы не наговорить лишнего, резко развернувшись, ушла в комнату.

Вот, гад! Я лужицей перед ним растекаюсь, слюнки пускаю, а он вместо спасибо еще и издевается. Надо было его не спасать, а наоборот, помочь им его пристукнуть. Точно, в следующий раз так и сделаю! Или не буду ждать, а сама прикопаю его под ближним кустом.

В дверь постучали.

— Можно? — приоткрыв дверь, спросил Виктор.

Я пожала плечами.

— Ты на него не обижайся, он это сделал из лучших побуждений.

— Угу... Благими намерениями вымощена дорога в ад, — процитировала я.— Знаем, слышали.

Виктор тяжело вздохнул и пояснил:

— Когда вы злитесь, то запечатление ослабляется.

Я прислушалась к себе и правда, полегчало.

— А нельзя было об этом сказать?

Виктор иронично хмыкнул.

Ну да, я уже поняла, что сморозила глупость.

— И что дальше? Так и будет злить, а если не поможет, пустит вход тяжелую артиллерию в виде чугунной сковороды?

— Ну, зачем же так радикально? Можно применить и другие меры, более приятные...— и многозначительно посмотрел на меня. -Думаю, дальше продолжать не надо, ты и так все поняла. Я пойду на кухню, сварганю покушать, а ты думай, как поступить.

Хм... теперь понятно для чего он утром заговорил о подслушанном разговоре. Хотел, чтобы я вспомнила его в подробностях, включая способ разрыва запечатления. Почему именно я? Боится, что его друг не осмелится? Джентльмен? А я, значит могу... Ну да, мне моральные аспекты неведомы... Выходит, что я должна проявить инициативу и затащить Кирилла в постель?

Удивительно. Еще пару дней назад, услышав такое предложение, я бы искренне возмущалась, а сегодня... сегодня от одной только мысли воображение рисовало ТАКИЕ картины, что даже мне, женщине прожившей в браке одиннадцать лет, стало стыдно.

Радостное чувство ожидания, охватило меня. Я словно вернулась в детство, в тот момент, когда наступало утро нового года. В тот день я рано просыпалась, боясь проспать важное событие в моей жизни. Вылезала из теплой кровати и, как была босиком и в ночной рубашке, так и бежала в гостиную, к елке, в предвкушении чуда.

"Чудесные воспоминания", — с грустью подумала я. Если бы все было так просто, как в детстве: захотел, протянул руку и взял, без всякого сожаления и страха перед тем, что будет дальше. Но нет, я уже давно не ребенок и умею сдерживать свои желания и импульсы.

Открывая дверь кухни, я немного мандражировала, боясь, как бы Виктор не стал задавать вопросы, на которые у меня и так не было ответов. Он же повел себя выше всех похвал. Встретил дружелюбной улыбкой, сделал собственноручно завтрак и, как бы между прочим, завел легкий и ни к чему не обязывающий разговор. Сперва я была зажатой и скованной, ожидая подвоха, но Виктор к беседе не возвращался, и вскоре я расслабилась. Это было кстати. В последнее время голова и так пухла от всех мыслей, да и усталость давала о себе знать. Так что это было вовремя: посидеть, отвлечься, поболтать с интересным и оказавшимся совсем неглупым человеком.

— Виктор, мне нужно поговорить с Кириллом, — твердо произнесла я, понимая, что исчерпала свой лимит терпения.

— Ася! — воскликнул он, недовольный тем, что я опять заговорила на эту тему. За пару часов, проведенных на кухне, об этом мы дискуссировали дважды. Я все порывалась поговорить с Вороном, а его друг, как курица наседка, не пускал меня к нему, мотивируя тем, что тот должен прийти в себя. Все это я и сама прекрасно знала, но выхода другого не видела и была настроена крайне решительно.

— Не перебивай! Выслушай сперва. Я знаю, что ему нужен покой и поверь мне, беспокоюсь о нем не меньше твоего. Но в первую очередь я мать и мне надо знать, что он узнал. Обещаю, пару вопросов и все. Если увижу, что это утомляет его, тотчас прекращу, — заверила я.

— Хорошо.

— Хорошо? — я удивленно приподняла брови. Последний час я потратила на обдумывание резонных доводов, приготовившись к долгому сопротивлению, а он раз и согласился...

-Ты удивлена?

— Скорее ошарашена. С чего вдруг такая покладистость?

Виктор смутился и мило покраснел.

— Думаешь, что я не вижу, как ты маешься? — он поднялся с места и решительно произнес: — Идем!

Хм... не ожидала. Благодарно улыбнувшись ему, вышла вслед за ним из кухни.

Кирилл не спал. Его глаза внимательно пробежались по нашим довольным физиономиям, и тотчас брови нахмурились, лицо помрачнело и скривилось, точно он лимон съел. Глядя на него, я немного стушевалась.

Странно, мне казалось, он будет рад компании...

— А мы к тебе, — весело сказал Виктор, не обращая внимания на его угрюмый вид. Выдвинув стул и сделав приглашающий жест рукой, как ни в чем не бывало, разместился в кресле. — Ты чего такой хмурый, устал лежать? — спросил и, не дожидаясь ответа, сам же добавил: — Значит, приходишь в себя.

— Прекрати сюсюкать, мне не пять лет,— осадил его Ворон и раздраженно дернул плечом, скинув ладонь друга. — Вы чего хотели?

Виктор ободряюще кивнул мне, полностью игнорируя поведение друга.

— Кирилл, мне так неудобно тебя беспокоить... — неловко начала я, но, заметив его колючий взгляд, растерялась и оробела. Почему он так смотрит? Мне почудилось, что в его глазах проскользнуло разочарование. Словно я его чем-то обидела или не оправдала надежд. Передернула плечами, пытаясь сбросить неприятный осадок и, вспомнив, зачем пришла, уверенней добавила, — я должна знать, что ты узнал от Посредника.

— Понимаю... — поджав губы, сухо заметил Ворон.

Виктор недовольно посмотрел на него и шевельнул губами так, как будто хочет что-то сказать, но промолчал. Хотя я видела, ему это далось непросто.

-Кирилл, что ты узнал? — нетерпеливо повторила я.

-Немного. Скажем так, есть хорошие новости и плохие. С чего начнем?

— Ну, давай с плохих,— неуверенно попросила я.

— Как скажешь. С Посредником поработал маг, и на его памяти стоит ментальная защита, так что даже я не смог сокрушить её полностью.

Я тихо ахнула.

— Однако, — успокаивающе произнес Ворон,— отдельные фрагменты мне удалось увидеть. Но я до сих пор не знаю ни заказчика, ни где дети. Пока не знаю, — уточнил он, увидев мое потерянное лицо, — но когда приду в себя, смогу лучше проанализировать данные и, скорее всего, вычислить месторасположение. Одно я могу сказать точно — это не Михаил.

— Почему ты так решил? — полюбопытствовал Виктор.

— Ментальная защита. Это не его уровень. И не мой, а ты знаешь, в нашем клане я считаюсь лучшим в этой области. Блокировка идеальная, а прорывы... Не знаю, может, у меня паранойя развивается, или я потерял уверенность в собственных силах, но у меня такое чувство, что в том, что я смог увидеть — это не моя заслуга.

-Ты думаешь, это подсадная утка?

— Не знаю, — он неуверенно покачал головой и устало откинулся на подушку, — но посуди сам. Все, что касается заказчика, закрыто как в банковском сейфе. Как я не пытался, какие лазейки не пробовал, все в пустоту... Одна сплошная стена. Я когда это увидел, даже растерялся. Впервые в жизни столкнулся с таким случаем. Надеялся, что приведу Посредника домой и на месте со всем разберусь, — в его глазах загорелся мечтательный огонек исследователя, — но... жизнь внесла свои коррективы.

— — А какие тогда хорошие новости? — подавленно поинтересовалась я.

— — Договор. Его посредник должен был передать на четвертые сутки. Значит, у нас в запасе есть день.

— Странно, — задумчиво произнес Виктор, поглаживая подбородок, — к чему такая волокита? Нелогично.

— — Мне тоже так показалось, — подержал его Кирилл. — Тактика не оправдывает себя. Будь я на его месте, то прессовал бы по полной программе так, чтобы у неё не было и минуты на раздумья, на все про все мне бы хватило два, в худшем случае три дня... Не-е-е-е-т, тут что-то другое. С нами играют как кошка с мышкой. Противник умный, нестесненный в финансах и ко всему прочему сильный маг.

— Почему ты так в этом уверен? — спросил его друг, и я так же, как и он уставилась на Ворона, ожидая ответа.

— Посуди сам. Продумана целая цепь событий. Специально был отобран человек с естественной блокировкой, затем был задействован сам Посредник, а он отнюдь не дешёвый и это еще не конец. Все сделано для того, чтобы заказчика не раскрыли.

— А может, ты все утрируешь? — задумчиво произнес Виктор. — Я не отрицаю, что некоторые моменты выглядят странно, но ты все раздул до целого заговора. Против кого и ради чего? Давай все рассмотрим под другим углом. Ни для кого не секрет, что Ася — девушка свободная и кроме детей рядом с ней никого нет. Защитить себя она не способна, покровителя у неё нет, а самый сильный рычаг — дети находится у него в руках.

Я неловко поерзала на стуле. Его осведомленность неприятно поразила меня, а то, что о ней, судя по всему, знали многие, делало еще хуже. Тем временем он продолжал.

— Никто не мог знать, что ты поможешь. Так что спешить ему нет нужды. Все остальное, скорей всего, простое совпадение. Человечек с блоком это, конечно, нечастое явление, но не такая уж и редкость. Вполне вероятно, что он замыкал цепочку не в силу своей удивительной способности, а просто как обычная шестерка. Насчет Посредника скажу так. Он был хороший профессионал своего дела: исполнительный, нелюбопытный и в нашем кругу за это его сильно ценили, и часто прибегали к его услугам.

— А что ты скажешь насчет его блокировки? Или этому у тебя тоже есть объяснение?

— Есть, — подтвердил Виктор, — но, боюсь, оно тебе не понравится. С тех пор как вы связаны, ты перестал мыслить здраво, — Ворон насупился, а я виновато опустила глаза в пол, как будто в этом есть моя вина. — Когда ты вошел в дом Посредника, то подсознательно не переставал беспокоиться о ней. Так?

-Допустим, — не стал отпираться Кирилл.

— Именно поэтому не смог нормально сконцентрироваться и снять всю блокировку полностью. Если бы маг был уровнем выше как ты утверждаешь, то ты бы получил пустую картинку, а не отрывочные воспоминания. Уверен, дома у тебя бы все получилось.

— Не знаю... Из твоих уст все звучит логично, но лично я в случайности не верю. До сегодняшнего дня у меня не было причин сомневаться в своей интуиции, и сейчас не буду. Так что сделай для меня вот что...

Задумавшись, я не слышала дальнейших наставлений Ворона. Мне нужно было решить, что дальше. Оба говорили столь убеждённо, что я просто не знала кто из них прав. А между этим необходимо было принять решение и как можно скорей. Если маг сильный и жесткий противник, как думает Кирилл, то такого человека не стоит лишний раз злить и целесообразно вернуться домой. С другой стороны, я не желала сдаваться и оставшуюся жизнь плясать под чужую дудку. Кирилл, мой единственный шанс...

— Настя!— его голос вернул меня в реальность.

— А где Виктор?— я растерянно повертела головой, обнаружив, что мы остались одни.

— Ушел. Я попросил его кое-что проверить. А что, он тебе так нужен?— он подозрительно прищурился, и меня вновь царапнуло его раздражение.

— Да нет,— безразлично ответила я и для наглядности пожала плечами. Что это с ним?

Задумываться об этом не стала, сейчас меня беспокоило другое, и я решив не ходить вокруг да около, выпалила:

-Кирилл, я возвращаюсь домой.

-Что?!

— Ну вот, все как я и предполагала. Не кричи, пожалуйста, и ляг обратно, я всё сейчас объясню,— как можно спокойней попросила я и уже тише добавила,— пожалуйста. — Ты не думай, что я так с бухты-барахты решила уйти. Я все обдумала. Если верить тому, что ты сказал, а говорил ты очень убедительно, выходит, что лучше с таким противником не связываться. Кто знает, как он среагирует, узнав, что я ослушалась его...— здесь я, конечно, немного слукавила. В душе я верила, что мне ничего серьезного угрожать не может. Магу я нужна живая, но про Кирилла я не могла сказать того же. Я боялась, как бы тот, узнав о вкладе Ворона в это дело, не решил бы на нем или детях отыграться.