Весь мир у ног

— А что, много кристаллов за раз смотреть нельзя? — спросила я. — Вы мне не говорили.

— Тебе, судя по всему — нельзя, — возмущенно отчеканил Сэлл, — тем более, таких тяжелых...

— Нервно очень и противно, — согласилась я, — но я не знала, что физически вредно.

— Прости, родная, кто бы мог подумать, что ты впихнешь в себя три десятка кристаллов за пару часов? — Гаррет обнял меня, прижимая к себе оберегающим жестом. — Глаз с тебя больше не спущу!

— Ладно, давайте, я все-таки расскажу, что выяснила, — я достала свой список. — Убийца у нас, определенно, один и тот же, то есть, эти преступления точно связаны. Он — точно с Земли или очень долго там пробыл, потому что из тридцати двух убийств пять — однозначно являются инсценировкой земных книг или фильмов.

— Что? — Сэлл, зажмурившись, помотал головой. — Не понимаю!

— Я, когда Гаррет ушел, вспомнила, где видела такую картину преступления — в фильме 'Настоящий детектив' на Земле. Там тоже девушку так связали, привязали к голове рога и нарисовали на спине спираль, — медленно начала объяснять я. — Я стала просматривать записи, подозреваю, что не все фильмы я смотрела, и не все книги читала. Но, — я взглянула на свои записи, — шестой эпизод, там, где две девушки, у одной перерезано горло, а вторая задушена и спрятана в каминную трубу, повторяет описание сцены из рассказа 'Убийство на улице Морг', он у меня даже есть здесь в сборнике детективов, который мне привез Гаррет с Земли, можете почитать. Двадцать третий — молодой дракон обезглавлен и привязан к единорогу, тело отдельно, голова отдельно — это, определенно, Майн Рид. Семнадцатый, тоже молодой дракон — двенадцать разнообразных ран, нанесенных холодным оружием — Агата Кристи. Подозреваю, что номер один — это Борис Акунин, но не помню подробного описания ... Остальные менее яркие, либо мне не встречались, но, уверена, если как следует поискать, найдем...

— Демиурги... — потрясенно пробормотал Гаррет, — но... какого гоблина?!

— Вряд ли преступник предполагал, что среди нас обнаружится знаток земных детективов. Так что мотив демонстрации себя, часто встречающийся среди земных преступников, можно исключить, — задумчиво начала рассуждать Сэлл.

— Ну, он мог издеваться, подсовывая вам очевидные для землянина намеки, и чувствовать себя при этом в полной безопасности, — заметила я, — в любом случае, с головой у него что-то сильно не в порядке. Слушайте, забыла спросить, — вдруг встрепенулась я, — а как нашли последнюю... жертву? Место, вроде, глухое совсем, а нашли почти сразу — листьями ее еще не засыпало.

Этот вопрос крутился у меня в голове еще с утра.

— Малышка, ты задаешь убийственно точные вопросы, — Сэлл тяжело вздохнул, — карта с указанием этого места пришла сегодня утром в Резиденцию. На имя Шорра. Я послал помощника проверить...

— А при чем тут Шорр? Еще и девочку подобрали, похожую на Маруську... Гаррет, Господи, их надо срочно вызывать сюда!

От ужаса у меня перехватило дыхание, и я закашлялась.

— Спокойно, родная, спокойно, — Гаррет усадил меня на колени и прижал к себе. — Я уже связался с Шорром, они со всеми предосторожностями двигаются сюда, скоро прибудут.

Разработанная операция вдруг показалась мне жалкой. Мы даже приблизительно не могли предположить, с кем столкнулись, в то время, как Хозяин четко знал, кто ему противостоит — до деталей. Почему Шорр? При чем тут Маруська? От этих вопросом голова шла кругом. Если он так осведомлен о нашей частной жизни, то ему ничего не мешает быть так же в курсе наших планов. Похоже, мы отставали от него на несколько ходов.

Мучительное чувство собственного бессилия обрушилось на меня. Я не представляла, в какую сторону копать, ничего не понимала в магии, мне казалось, что из-за своей неосведомленности о местной жизни я непременно упускаю что-то важное. А время уходило, каждый потерянный день мог означать смерть маленького беззащитного ребенка — вслед за Гарретом я начала воспринимать молодых драконов именно так, делая исключение только для себя.

— Операцию надо провести немедленно, — сказал Гаррет, — не ждать назначенного срока. Не откладывать. Стартовать прямо сейчас. У него, видимо, есть осведомитель в замке — по крайней мере, я бы исходил из того, что это не совпадение. Демиурги, и как, как он подобрался так близко? Что он может предпринять следующим шагом?

— Я тоже подумал об этом, — Сэлл говорил размеренно и неторопливо, но руки, стиснувшие подлокотники, выдавали его ярость. — Мы были слишком беспечны, раньше он никогда не пытался залезть на нашу территорию. Я усилю охрану. Завтра прибудут еще драконы, мы организуем регулярные патрули, а в комнаты запустим пардов...

— Пардов? — удивилась я, — это какие-то магические существа?

— Это такие крупные магически усиленные кошки, их много в Драконьих горах, — одними губами улыбнулся Гаррет, — тебе понравятся. Пока все спокойно, это просто милые домашние зверюшки. Но они чувствуют магию и ауры, настороженно относятся к новым лицам. Их очень сложно убить — они быстрые и очень сильные. Держать пардов — давняя традиция, и хотя последние несколько тысячелетий они, скорее, декоративный элемент драконьего дома, подготовка у них прежняя — боевая.

— Интересно, выходит, раньше у вас, все-таки, были проблемы с безопасностью — раз остались традиции, — пробормотала я. — Должна заметить, что вы изрядно потеряли хватку... Какая-то неведомая сволочь поганит ваш прекрасный мир, а вам даже нечего этому противопоставить!

— Мы найдем его, кем бы он ни был, — пообещал Гаррет твердо, — эту заразу нужно искоренять. Но постарайся понять, это очень важно: вся наша жизнь — это урок. И смерть — это всего лишь его часть. Часто — экзамен. То, что мы умираем, иногда куда менее важно того, как мы делаем это... Это ни в коем случае не повод для бездействия, просто неотъемлемая часть жизненного испытания, понимаешь?

Я рассеянно кивнула и вернулась к волнующему меня вопросу:

— Что же ему все-таки понадобилось? И почему именно сейчас?

— Здесь я вижу несколько вариантов, — Гаррет пожал плечами, — или он ненормальный, типа тех, о которых мы читали в земных учебниках по психиатрии, и его действия — демонстрация силы или гениальности. Или это часть его плана, то есть он пытается на что-то нас спровоцировать. Или же мы в чем-то ему помешали, либо можем помешать, и он пытается перенести военные действия на нашу территорию, пытаясь нас отвлечь.

— Первое слишком примитивно, — поморщилась я, — а вот в последних двух предположениях что-то есть... Скажи, Гаррет, а этот неизвестный не может иметь что-то лично против тебя, например? Или Шорра, раз уж он ему такие послания оставляет...

— Я бы очень удивился, — подумав, сказал Гаррет, — не припомню, чтобы я, как это у вас говорят — 'перебегал дорожку' кому бы то ни было... Шорра спросим.

— Если же это не личный выпад, то есть две вещи, от которых он может пытаться нас отвлечь — во-первых, наша операция, во-вторых — новые исчезновения драконов... Вы молодежь уже как-то мониторите?

Драконы переглянулись и дружно схватились за головы.

— Запустили вчера, но отвечают плохо и неохотно. Сетуют на вторжение в их личную жизнь, ворчат. Совет нас пока не поддержал, — пожаловался Сэлл, — расслабились...

— Будем исходить из того, что он пытается нас отвлечь от нашей операции. И у него есть информаторы на Тессе, причем, в самых высоких кругах. Ведь о предстоящей операции из людей знало всего несколько человек, большую часть работы вели драконы. Тогда я сегодня... — начала было я, но договорить мне не дали.

— Ты сегодня не выйдешь из своей комнаты, — Гаррет положил руки мне на плечи и заглянул в глаза, — я попрошу Эшшха побыть с тобой. Во-первых, тебе надо отдохнуть, ты еще слаба. Во-вторых, есть очень важная задача — обеспечить безопасность молодых драконов на Тессе, и я хочу, чтобы вы с ним занялись разработкой комплекса мер. Я заменю Эшшха на операции. Если наш противник в курсе наших планов, то не все может пройти гладко, понадобится быстро принимать решение, а он, в отличие от меня, не имеет военной подготовки... — Увидев, что я готова возразить, Гаррет стремительно наклонился и прижался губами к моему запястью. — Не спорь со мной, моя любимая несса, я тебя умоляю! Я очень хочу знать, что с тобой все в порядке, Сашша. Тогда мне ничего не страшно. Обещай мне!

— Хорошо, — нехотя согласилась я, — но ты время от времени будешь давать о себе знать, чтобы я не сошла с ума от тревоги!

— Да, родная! — Гаррет откровенно обрадовался. Видимо, ожидал от меня большего сопротивления. Выдал магический 'пейджер' по типу того, что был у нас с Маруськой, поцеловал, строго приказал: — Теперь иди к себе! — и умчался.

Я вернулась в наши покои, чувствуя себя под домашним арестом. Задумчиво покрутила в руках амулет Гаррета и остановилась: меня осенила отличная идея. В ней не было ничего принципиально нового, на Земле таких штук было полно. Главное, она была несложной и, вроде бы, казалась вполне реализуемой местными магическими средствами. Впрочем, здесь я была еще недостаточно сильна. Я набросала принципиальную схему и села ждать. Через несколько минут ко мне постучался недовольный Эшшх. Он считал, что его отстранили от командования и усадили нянчиться с ребенком, так что смотрел на меня довольно кисло. Однако, стоило мне показать ему свои наброски, оживился — реализация моей идеи обещала существенно упростить наблюдение за молодыми драконами. Мы увлеченно углубились в обсуждение подробностей.

Поздно ночью, когда вернулся Гаррет, меня уже пошатывало от усталости, а расширенная Эшшхом доска выползала из моего кабинета и занимала три стены нашей гостиной. Вся она была увешана разноцветными обрывками бумаги и исчеркана маловразумительными каракулями — резать квадратики нам в запале обсуждения показалось слишком долгим занятием, а почерк у обоих был не слишком разборчивый. Гаррет застал нас в разгар эксперимента, Эшшх как раз стоял, уткнувшись мне в декольте — он крепил на мой кулон временное поисковое заклинание.

— Нет, я все понимаю, Эшшх, — растягивая слова начал Гаррет, пряча ухмылку, — кроме того, почему вы позволяете себе такое поведение по отношению к моей алайе, да еще и у меня на глазах...

Мы подпрыгнули от неожиданности, я боднула Эшшха в подбородок, тот прикусил себе язык.

— О, Гаррет, — обрадовалась я, бросаясь к своему алайе, — смотри, что мы придумали!

— Простите, Ваша Светлость, — начал Эшшх и резко замолчал, виновато глядя на Гаррета. Гаррет судорожно вздохнул и укоризненно покачал головой, бросая на меня встревоженные взгляды.

— Да бросьте вы свои игры в конспирацию, — махнула я рукой, — как будто я не понимаю, что ты, Гаррет, какая-то большая шишка. Потом расскажешь.

Гаррет, который, судя по тому, что я опять не видела его ауру, вернул на место маскирующий амулет, усмехнулся с явным облегчением. Эшшх медленно выдохнул. Я подошла к своему алайе и обняла его:

— Все в порядке? Как оно прошло?

— Взяли несколько пленных, судя по всему, из ближнего круга. Изъяли, как ты ее называешь, кассу, оборот у Безымянного немаленький, надо сказать, ты была права. Хозяина или каких-то явно ведущих к нему следов не нашли, но пощипали изрядно. Судя по всему, не настолько он хорошо осведомлен о наших планах. Сейчас готовятся допросные, и я вызвал сюда полсотни боевых драконов.

— А у вас такие есть? Вы же сейчас не воюете? — изумилась я. — И ты говорил, что военный... Я снова чего-то не знаю!

Это было не к месту и не ко времени, но я обиженно надулась.

— Вы невнимательны, моя несса, — Гаррет отстранился, чтобы ехидно посмотреть на меня. — Мы не воюем на Тассине. Но драконы рассеяны по многим мирам, и там боевые навыки бывают весьма востребованы. У нас военную подготовку проходит больше половины. Мы не так мягкобрюхи и рафинированы, как думают о нас суровые земные нессы, — он подмигнул мне. — И, да, непременно расскажу про то, что я за 'шишка', как-нибудь, при случае.

Гаррет оглядел разгромленную гостиную и с заметной поспешностью перевел разговор на более безопасную тему:

— Я вижу, вы тоже не скучали. Расскажете?

— Ну, в общем, это система мониторинга. Мы даже покажем прототип! — гордо объявила я. — Ты как раз пришел, когда Эшшх закреплял на твой кулон поисковое заклинание. Смотри!

Я подбежала к доске, на которой был небрежно нарисован план наших покоев. Зеленое пятнышко света метнулось одновременно со мной от нарисованной двери в покоях, где все еще стоял Гаррет, к стене, я попятилась в сторону спальни, но поскользнулась и рухнула на пороге, приложившись затылком об косяк.

— Сашша! — Гаррет бросился ко мне, я со стоном вскинула глаза на доску и слабо прошептала:

— О, смотри, смотри! Индикатор пожелтел, потому что у меня проблемы со здоровьем. А если я умру, он станет красным... Слушай, Эшшх, а если мой амулет заблокировать, что будет? — В голове запульсировала просыпающаяся боль.

— Так, я все понял. — Гаррет метнул на Эшшха короткий взгляд, тот стремительно попрощался и вылетел из наших покоев. — Сейчас я подлечу твою многострадальную голову, и мы обсудим вашу гениальную идею без суеты и столь наглядных демонстраций. — Меня бережно подняли с пола и переместили поближе к окну. — Так, что тут у нас?

— Мне ужасно не нравится мой повышенный травматизм, — озабоченно сказала я, ощутив как под его прохладными пальцами боль отступает. — Я тут у вас постоянно обо что-то бьюсь. Или меня бьют. На Земле со мной такого не происходило.

— Ушиблась ты не так сильно, как я боялся... чтобы шишки не было, сделаем вот так, — Гаррет приложил к месту ушиба смешной голубоватый туманчик. Я с такими уже была хорошо знакома, так здесь выглядели магические компрессы. — Правда, голова опять начнет болеть чаще, — грустно предупредил меня дракон. — Что касается повышенного травматизма, то это, хоть и неприятно, но нормально. Так у тебя выглядит период адаптации к этому миру.

— А у Маруськи? — встревожилась я.

— Нет, она сразу встроилась в потоки — и магические, и, вообще, все. Это ты у нас аномалия ходячая, — Гаррет поцеловал меня в кончик носа. — Помимо магической блокады, у тебя еще... как это на Земле называют? Психологические проблемы?

— Это какие? — спросила я хмуро. — Что-то не замечала...

— Ты внутренне сопротивляешься происходящему. Заметь, ты до сих пор говоришь 'у вас на Тассине', а про меня, я готов спорить, думаешь 'дракон', противопоставляя себе, потому что ты сама для себя до сих пор 'человек'... Присмотрись — ты отделена от мира, в том числе и тем, как ты думаешь о себе и о нем... Вот, и спотыкаешься, и по макушке получаешь, потому что 'не от мира сего'.

— Ну, я не знаю даже, как мне с этим бороться, — я погрустнела. Гаррет был прав.

— Да не борись! Что с собой, что с миром бороться бесполезно. Мир — это ты, а ты — это мир. Вы — одно. Делить себя на куски, вот так вот, как ты делаешь — это земной человеческий предрассудок. Просто попробуй почувствовать искусственность этой границы в себе, и она растает сама. — Дракон нежно поцеловал меня в кончик носа. — А я сделаю все возможное, чтобы ты как можно быстрее начала чувствовать себя здесь как дома...