— Спасибо, что привез его, — сказал Дэвид, понимая, что за претензиями к Монике забыл поблагодарить его. — Думаю, позже мы с тобой еще поговорим.
— Конечно, — обернувшись, улыбаясь в ответ, Рафаэль вышел.
— С тобой я потом разберусь, а пока отвезу его домой, — властно сказал Дэвид, взглянув на Монику, а после переведя взгляд на Алекса.
— Конечно, дорогой, — кивнула Моника, с наигранным раскаянием опуская свой ангельский взгляд к полу.
— Спускайся вниз, я сейчас приду, — не менее властно Дэвид обратился к Алексу, заходя в свой кабинет.
Перечить или что-либо отвечать Алекс не стал, лишь вздрогнул, когда за Дэвидом громко захлопнулась дверь.
— Не беспокойся, ты же не виновата, что дождь пошел, — улыбнувшись Монике, он вновь поежился.
— Конечно, но ты это ему скажи! — недовольно бросила Моника, садясь за свой стол. День начался неважно, а подобное дополнение злило еще больше.
Кивнув, Алекс вышел из кабинета, предчувствуя, что его оправдания Монике меньше всего интересны.
Ожидая Дэвида, он уже немного обсох, но иногда все равно потирал руки, буквально чувствуя, как холод проходит по коже.
Спустившись к нему, Дэвид практически закинул его в свою машину, а после дотащил до квартиры.
— Раздевайся, а я пойду наберу горячую ванну, — спокойно, но с приказными нотами произнес Дэвид.
Проходя в свою комнату, попутно уже сняв обувь и верхнюю одежду, Алекс полностью разделся и, надев халат, направился в ванную.
— Залезай, — буквально скомандовал Дэвид, закручивая вентиль с горячей водой.
Кивнув, соглашаясь и зная, что перечить бесполезно, да и стесняться раздеться перед ним после прошедшей ночи — глупо, Алекс сделал глубокий вдох и снял халат. Повесив его на стойку, он медленно опустился в ванну, сев и прижав колени к груди.
— Не очень горячо? — закатав рукава рубашки, Дэвид присел перед ванной.
— Нет, нормально... — Алекс подался вперед, касаясь коленей подбородком.
Взяв губку, Дэвид опустил ее в ванну, а после занес над головой Алекса, сдавливая, обливая водой. От ее горячего прикосновения к влажным и холодным от дождя волосам Алекс невольно вздрогнул.
Дэвид забирал воду в ладони и обливал его плечи, мягко касаясь их.
— Кажется, уже лучше... — стряхнув с руки пену, он прикоснулся к лицу Алекса, отводя мокрые прядки, оглаживая заметно порозовевшую щеку.
Вода приятно перекала по коже, и тело постепенно согревалось, поддаваясь обволакивающему теплу.
Опустив руки в воду, Дэвид плавно прикасался к ногам Алекса, ненавязчиво заставляя расслабить их и удобнее лечь. Его теплые ладони, почти сливаясь с горячей водой, мягко поглаживали, поднимаясь от коленей к бедрам. Прикрыв глаза, Алекс медленно выдохнул, чувствуя, как по телу прошла легкая дрожь.
Касаясь ноги, ладонь ловко перешла к внутренней стороне бедер, гладя нежную кожу, иногда опускаясь чуть ниже.
— Что вы... — Алекс вздрогнул и тут же свел ноги, ощущая, как тонкие пальцы легко скользнули между ягодиц. Распахнув глаза, он встретился с весьма спокойным и холодным взглядом.
— Понравилось? — тихо спросил Дэвид, лукаво прикрывая глаза.
— О чем вы?.. — поймав его руку за запястье, Алекс шумно выдохнул, пытаясь ее отвести.
— Об этом, — не меняя тона, уточнил Дэвид, надавливая пальцами между ягодиц, не обращая внимания на руки, сжимавшие его запястье.
— Не спрашивайте так об этом... — слегка отвернувшись, Алекс вновь ощутил, как по телу прошла дрожь от столь откровенного прикосновения.
— Разве тебе это не нравится? — коснувшись другой рукой его лица, заставляя приподнять голову, Дэвид провел пальцем по его губам. — Мне показалось, что ты только за, когда тебе что-то говорят в процессе.
— Нет... меня это... смущает... — пытаясь подобрать слова, Алекс отвел взгляд, чувствуя себя как-то не по себе от подобных слов и тем более действий. Безусловно, он бы не стал оспаривать тот факт, что ему пришлось многое вынести, и стоило бы уже привыкнуть ко всему, но перед Дэвидом он словно немел, как в словах, так и в теле. — Особенно если это исходит от вас... я просто не могу...
— Вот как, — усмехнувшись этой едва ли не детской наивности, Дэвид отвел руку, отдаленно догадываясь, что прошедшим вечером Алекс не рассчитывал на что-то большее, нежели тот робкий поцелуй. — Значит, я ошибся и позволил себе лишнее.
— Нет!.. — отрицательно помотав головой, Алекс все-таки нерешительно взглянул на него.
Да, он пережил немало и должен бы был уже спокойно относиться к подобному, но почему-то не мог. Как не мог и правильно выражать свои мысли, так, чтобы его поняли. Он вздрагивал и от смущения не мог произнести и слова, когда его касался Дэвид, но бы покривил душой, если бы сказал, что ему это неприятно. Скорее, Алекс все еще не мог свыкнуться с этими мыслями, ведь Дэвид всегда был для него опорой и защитой, холодной глыбой, за которой он мог найти спасение, поэтому даже помыслить не мог о таком. Дэвид был для него гораздо больше, чем опекун или человек, который встретился по воле случая — он был всем. Ведь только благодаря ему Алекс мог улыбаться и чувствовать себя живым.
— Все не так... как вы думаете, — Алекс попытался собраться с собой, чтобы попробовать объяснить, но слов вновь не находилось. Возможно, он и не ожидал подобного и согласился лишь потому, что было уже поздно отказываться, но чувствовал, что действительно не против и был готов принять его гораздо больше, чем тогда, когда в отчаянии предложил себя, встав у стены. Согласись Дэвид тогда — и Алекс бы просто не вынес этого морально.
— Понятно, — выдержав небольшую паузу, произнес Дэвид. Для его понимания все это было слишком уж плоско и не хватало как минимум мотивов, но он предпочел не задумываться об этом, так как помимо этого было слишком много проблем, которым следовало уделить внимание, да и решением постельных вопросов он никогда не задавался. — Отогревайся, а я пока сделаю кофе.
Встав, он смахнул с ладони воду, брызги которой словно нарочно задели Алекса.
— Хорошо, — прикрывшись рукой от этих брызг, Алекс улыбнулся, надеясь, что хотя бы это намекнет на то, что все действительно нормально. Кроме того, судя по взгляду Дэвида, он решил, что лишние объяснения ни к чему, потому что все равно каждый останется при своем мнении.
Еще немного посидев в ванне, расслабившись в теплой воде, Алекс вытерся и, надев халат, отправился на кухню, откуда доносился терпкий аромат кофе.
— Вот... тебе чай с ложкой коньяка для более убедительного отогревания, а мне — кофе, — поставив на стойку небольшую чашку, Дэвид отпил из своей, про себя подумав, что давно не пил кофе и чаще сразу переходил к спиртному.
— Спасибо, — поблагодарил Алекс, садясь на высокий стул у стойки, опустив на плечи полотенце, которым сушил волосы.
Горячий чай жег язык, и яркий привкус коньяка обострял это ощущение.
— Простите, что заставил вас злиться... — держа чашку двумя руками и глядя в нее, произнес Алекс, не только для того чтобы нарушить воцарившуюся тишину, но и действительно извиниться за эту глупость с колледжем.
— Хм... с чего ты взял, что я злюсь? — подлив себе кофе, Дэвид поставил кофейник перед собой на стойку.
— В офисе вы выглядели раздраженным...
— Потому что Моника уже достала своей забывчивостью, — Дэвид усмехнулся, умолчав о том, что у его сестры скорее не склероз, а хроническая лень.
— Возможно, она была чем-то занята и поэтому забыла... вы же сами иногда слишком увлекаетесь работой и подолгу не возвращаетесь, — Алекс пытался оправдать Монику, хотя бы потому что в этом не было ничего особенного, и если бы не природная упертость Дэвида, то подобный вопрос вообще бы не встал.
— Забудь, у нас с ней и так много поводов потрепать друг другу нервы, так что уже неважно, одним больше или меньше, — упираясь руками в стойку, выдохнул Дэвид: не каждый день доводилось слышать, как кто-то пытается вступиться за Монику, которая сама кого угодно отстоит или разобьет вдребезги об стену. — Кстати, раз уже ты заговорил об этом... ты долго ждал?
— Не очень... — пожал плечами Алекс, — ...хотя сегодня занятия закончились почти на час раньше... так что этот час и плюс еще один, который я прождал после положенного времени окончания занятий. Я не хотел перечить вам и надеялся, что, возможно, за мной опаздывают из-за пробок и...
Алекс замолчал, наблюдая на лице Дэвида выражение, в котором одновременно читалась смесь поражения, невысказанного сарказма и удивления, о чем говорила чуть изогнувшаяся бровь.
— Обратно в ванну, быстро! — рыкнул он, опуская взгляд. Для одного дня это был явный перебор с глупостью и наивностью, и с непривычки хотелось махнуть рукой и уйти.
— Нет, что вы, я уже согре... — Алекс не успел возразить до конца. Даже не слушая, Дэвид подошел к нему и, закинув себе на плечо, унес обратно в ванную и буквально забросил в воду прямо в халате.
Брызги теплой, все еще неостывшей воды, разлетелись в стороны, когда Алекс попытался сопротивляться и махнул ногами.
От происходящего откуда-то изнутри пробирался смех, заставляя Алекса сначала неподдельно улыбаться, а после и рассмеяться. Вероятно, Дэвид заразился его ярким и искренним смехом, либо нашел свою причину повеселиться, но так или иначе не скрывал своей улыбки и легко ухмыльнулся.
Стерев с лица капли воды, он повернул вентиль с горячей водой.
— Отогревайся, а я пойду переоденусь в сухое, — улыбнувшись, Дэвид окинул взглядом свою мокрую рубашку.
— Подождите... — интригующе протянул Алекс, чуть приподнявшись.
— Что? — Дэвид обернулся и подступил на шаг к ванне.
— Вы еще не сильно вымокли, но сейчас... — как только он оказался максимально близко, Алекс поймал его за галстук и притянул к себе, от души окатив водой за то, что бросил в ванну прямо в халате, не слушая отказов.
— Черт... хах... маленький паразит! — отстранившись, откидывая от лица мокрые пряди, Дэвид, тем не менее, улыбнулся. С него стекала вода, теплыми каплями скользя по лицу и шее, скрываясь под расстегнутым воротом насквозь сырой рубашки. Вероятно, он даже не помнил, когда последний раз так беззлобно улыбался.
Алекс вновь легко рассмеялся, радуясь, что его поступок не был негативно воспринят и Дэвид не разозлился, а рассмеялся в ответ. И Алекс расценил это как свой первый шаг к нему, потому что еще никогда не позволял себе такого и тем более так не радовался этому. Обычная забава и шутка для поднятия настроения, которая, тем не менее, позволила впервые увидеть, что Дэвид может легко улыбаться и смеяться. Улыбка на его тонких губах обычно казалась лукавой или жестокой, но сейчас она была иной, от одного только взгляда на нее внутри стало чуть светлее, теплее и легче.
— Извините... — тихо произнес Алекс, поправляя скатывающий с плеча мокрый халат.
— Ничего, бывает, — убирая волосы, собирая их в хвост, Дэвид попутно выжал их, отчего и на без того мокрый пол упало немало теплых капель. — Полотенце и другой халат найдешь сам, благо после Моники их полный дом.
Выходя из ванной, он прихватил с собой со стойки у зеркала полотенце и, накинув его на голову, скрылся в коридоре, попутно расстегивая рубашку.
Сняв мокрый халат и еще немного посидев в ванне, Алекс окинул взглядом пол, который по его вине был залит водой. Осторожно выйдя из ванны и взяв полотенце, он успешно нашел на стойке один из новых халатов Моники, который она, кажется, так и не успела опробовать из-за большого разнообразия других. Халат оказался, впрочем, как и всегда, велик, но выбирать не приходилось, и Алекс, закатав рукава, решил немного прибрать за собой.
Закончив, он зашел в свою комнату и упал на кровать, легко выдыхая. От тепла, которым было налито все тело, щеки все еще были розовыми, а кожа слегка влажной. Воздух в комнате казался прохладным и приятно заполнял собой легкие.
Было так спокойно, а от чувства умиротворения и еще чего-то теплого в груди хотелось вновь улыбнуться. И Алекс знал, что причиной этому был смех Дэвида, который он мысленно прокручивал снова и снова, словно пытаясь запомнить этот момент как можно лучше и никогда не забывать.
Услышав шаги, он открыл глаза и увидел перед собой Дэвида в весьма странной для него интерпретации: волосы были собраны в высокий хвост, концы которого спадали на плечи; светлая рубашка, с закатанными по локоть рукавами и расстегнутыми верхними пуговицами; темные брюки. И что-то было в этой простоте. Возможно, человечность.
— Что-то не так? — присев на край постели, спросил Дэвид, замечая на себе пристальный взгляд.
— Нет, все нормально... — помотав головой, Алекс приподнялся, но, увидев у двери свою сумку, вспомнил, что к завтрашнему дню нужно выполнить немало заданий. — Колледж!..
— Что? — Дэвид сдвинул брови.
— Я совсем забыл о домашнем задании... — быстро встав, Алекс направился к своей сумке.
— Ну уж нет, — поймав за руку, Дэвид притянул его обратно на кровать. — Завтра ты туда не пойдешь, поэтому нет нужды что-то учить сейчас.
— Но почему?
— Потому что завтра мне некого будет послать за тобой, — аргументировал он свои действия, когда Алекс вновь попытался встать. — Кроме того, завтра снова будет дождь.
— Я возьму зонт! — с энтузиазмом ответил тот, улыбаясь.
— Нет.
— Я возьму зонт и поеду на автобусе!..
— Нет, — категорично, спокойно и в меру властно повторил Дэвид, не желая даже слушать уговоры.
— Но почему? Что в этом такого?
— Я уже ответил, — усмехнувшись, он слегка толкнул Алекса в плечо, заставляя лечь на спину.
— Но ведь не обязательно отвозить меня в колледж и забирать оттуда, я и сам могу, ведь уже не ребенок... — навалившись на лежащую сзади подушку, Алекс удивленно смотрел снизу вверх, не понимая такого беспричинного отказа.
— Я сказал — нет, — склонившись к нему, нависая сверху, Дэвид не убавил категоричности.
— А я все равно пойду, — Алекс вновь улыбнулся, хотя перечить и не любил, но сейчас это уже больше походило на игру, нежели на спор.
— Хорошо... — лукаво прикрыв глаза, Дэвид ловко стянул с него пояс. — Ты никуда не пойдешь, потому что не сможешь, — он взял руки Алекса за запястья и приподнял их над его головой, опутывая поясом и привязывая к спинке кровати для большей убедительности.
Словно из ниоткуда, из мрака и дальних уголков памяти Алекса всплыли воспоминания о том, как сводный брат так же привязывал его к кровати и часами насиловал.
— Нет!.. — судорожно вскрикнул Алекс, пытаясь освободить руки и вырваться. — Пожалуйста...
— Что с тобой? — заглянув в его глаза, Дэвид увидел в них страх и панику.
Дыхание перехватывало, а сердце было готово разорвать грудь и покинуть его. Алекс не мог ничем аргументировать это и тем более объяснить. Он и сам не знал, почему так отреагировал на обычную шутку. Но некогда пережитые страх и боль вызывали панику, словно такое вновь могло произойти, даже несмотря на то что ситуация была совершенно иной. Он вспомнил то, о чем почти забыл, но как только ощутил оковы на руках, то внутри вновь вспыхнули те боль и страх, которые он ощущал тогда.
