План "Б"

— Какая хорошая девочка. Возьми с полочки конфетку. Нет, не бери. Ты, наверное, забыла, что отворот такая же порча? К тому ж, проведенный радикальным методом, априори не может быть эффективным. Избавление от приворота похоже на лечение рака. Мало вырезать опухоль. Надо при помощи химиотерапии локализировать пораженные участки. Уничтожение саморазвивающейся программы приворота также предусматривает поэтапную терапию. Сначала ликвидируется основная матрица. Затем запускаются вирусы неприятия. Ты знала, не могла не знать, что без последней процедуры Линев не освободится от внушения. Поэтому, красуясь перед собой, и вырвала с корнем наваждение. Еще бы, почему не совершить эффектный жест, если цена ему копейка. Через пару часов оставшиеся микропрограммы, как клетки, зараженные раком, все равно вернут Никиту в прежнее состояние, и твое честолюбие будет удовлетворено. Главной женщиной в жизни Линева будешь ты и только ты.

— Плевать мне на это.

— Не ври! Ты хочешь, чтобы Никита написал про тебя книгу!

Тата смутилась, но вошла в наступление.

— Да, мне нравится идея быть главной женщиной в жизни писателя Никиты Линева и я немного слукавила. Но любые ошибки можно исправить. Сейчас я что-нибудь наколдую, и все будет хорошо.

— Не будет, — тяжело уронило здравомыслящее начало. — Некоторые поступки имеют необратимые последствия. Ты взорвала за собой мосты, и энергия взрыва активизировала, оставленные в мозгах Линева, микрозаряды приворота. Теперь в подсознании Никиты творится такое, что черт ногу сломит. Твое колдовство бессильно перед этим хаосом.

— Но Никита сам виноват. Он первым начал. Он представлял, как трахает меня, а это тоже насилие. У меня просто сработала автоматическая защита.

Попытка выйти из зоны ответственности не увенчалась победой.

— Не надо обвинять Линева. Ну, пофантазировал человек в свое удовольствие, велик ли грех? Ничего страшного не происходило, до тех пор, пока ты не влезла в чужие иллюзии и сны, не стала диктовать свои условия и насильничать. Поэтому случившееся — только твое достижение. Тебе и исправлять ситуацию.

Тата тяжело вздохнула

— Что ты предлагаешь?

— Переспать с Никитой!

— Вот еще! Зачем?

— Чтобы вывести ситуацию в реальное поле. В ирреальном она абсолютно не управляема и даже трудно постижима. Суди сама: Никита увлечен не тобой настоящей, а своей выдумкой о тебе, подкорректированной тобой в угоду каким-то диким настроениям. Ты же "зацепилась" вообще за фантазии мужика о себе самом.

— Чем же поможет секс?

— Реалии — лучший доктор. Живое общение избавит вас от иллюзий. Дальше — как карта ляжет. Разберетесь по ситуации.

— Логично.

— Поэтому, не откладывая дела в долгий ящик, звони Линеву и приглашай вечером ресторан.

— Можно я подумаю?

— Нет. Не создавай мне и себе проблем.

— Прямо-таки, — фыркнула Тата. — Кто-то у нас больно умный?

— Да! — припечатала Татьяна.

— Блин, мало мне подсказок Внутреннего Голоса, так еще ты с ценными указаниями лезешь...

Умница не дослушала:

— Неужели ты веришь Внутреннему Голосу

— Да, — признала Тата. — Иногда.

— Господи, какая же ты дремучая баба.

— Сама дура!

— Слушай и запоминай. В каждом человеке, — поучительно изрекла Татьяна, — как бы живут три суб-личности: Родитель, Ребенок и Взрослый. Родитель рассуждает категориями "должен, не должен, правильно, не правильно, хорошо, плохо" и представляет родовую память. Ребенок — это бесчисленные желания, то есть "хочу!" во всей полноте и разнообразии. Взрослый оперирует терминами "целесообразно, выгодно" и решает внутренние противоречия и внешние проблемы. Все три составляющие постоянно присутствуют в жизни человека, однако командует в каждый момент только одна. Остальные, само собой, комментируют и корректируют приказы. К примеру, после второй съеденной шоколадки Родитель, в своей строгой ипостаси, устраивает разнос: "Хватит, жрать сладкое, и так толстая, как корова". Ребенок же начинает ныть: "Я знаю, что нельзя, но одну дольку можно". Или наоборот: Ребенок хочет развлечений, а Родитель в нежной заботе поддакивает: съешь, купи, тебе нужна новая игрушка. В итоге, совершаются новые траты и необдуманные поступки. Взрослый у большинства людей чаще всего отмалчивается, так как эта роль требует мужества, ответственности, аргументации и, следовательно, больших энергетических затрат. А вот диалоги Родителя и Ребенка звучат постоянно. Однако, когда треп касается мелочей, человек о них тут же забывает. В особенных же случаях полагает, что произошло знаковое явление, и он общается с чем-то необычным.

— Не знаю, насколько верна твоя теория, но мой Внутренний Голос, действительно, необычный. Я вообще считаю его проявлением интуиции, — призналась Тата.

— Интуиция и внутренний голос похожи друг на друга, как Нобелевский лауреат на спившегося бомжа. Интуиция — это голос неосознанного, подсознания. По мнению некоторых — голос души, пытающейся достучаться до личности. Слушаться интуиции полезно, даже если смысл сообщения противоречит логике. А вот к трепу суб-личностей следует относиться осторожно. Это — всего лишь мысленная речь, игра ума.

— Это ты уже хватила. Если б я сама была такой проницательной, то у меня не было бы столько проблем в жизни.

— У тебя было бы меньше проблем, если бы ты думала перед тем, как что-то делаешь. А не наоборот. Задним умом все крепки.

— Ну, началось...Ты вместо того, чтобы критиковать, лучше рассказала бы, как отличить внутренний голос от интуиции?

— Изволь, — согласилась Татьяна. — Ты, наверное, заметила, что быть человеком трудно. Приходится постоянно задавать себе странные вопросы, искать ответы, учиться на ошибках и тому подобное. А все потому, что homo sapiens с эзотерических позиций — сложная структура. Физическая составляющая которой — тело — происходит от материальных родителей. Духовные же "органы": душу и разум человек получает от Высшего Отца — Бога. Естественно, в обоих случаях на протяжении жизни человек общается со своими родителями. Про маму и папу упустим для краткости, но часто именно их голосами с человеком говорит внутренний Родитель. А вот о Разуме стоит потолковать. Разум — это способность мыслить, это возможность получать информацию о мире и самом себе. Именно разум выдает человеку неожиданные решения, которые редко приходят на ум. Который, в свою очередь, как инстанция более утилитарная, представляет собой знания, накопленные и логически обработанные в ходе жизни.

— А я думала что разум и ум — слова синонимы.

— Понятие "синоним" изобрели лингвисты, а в народной речи у каждого слова — свой смысл. Поэтому разум нельзя путать с умом. Первый от Бога и нужен для максимально полной реализации своего предназначения, то есть является двигателем развития. Ум же наживается с годами, причем, обобщая правила личной безопасности, стало быть, исполняет функции тормоза. Однако любое движение требует, как разгона, так и замедления. Поэтому человеку необходимо оба механизма. Что касается души, то в отличие от разума, где общение с Богом облекается в словесную форму, это "орган" чувствующий и более тонкий. Предчувствие и чувство всегда появляется раньше, чем осознание и воспринимаются однозначно: "да" или "нет". Тогда как голос разума часто многословен, из-за голоса ума, стремящегося "заболтать" все и вся.

— Получается, что интуиция работает через разум и душу?

— Да.

— А внутренний голос — это рупор ума?

— Совершенно верно.

— Но как же отличить голос ума от голоса разума?

— Довольно просто. Ум красноречив и топит все в словах. Разум лаконичен и выражается определенно: "да" или "нет". Поэтому, если ты хочешь "покоцать варианты" — ум, с удовольствием развлечет тебя демагогией. Разуму же надо задавать четкие вопросов, подразумевающие простые ответы. Но лучше вместо вопросов используй утверждение, тогда ум не сможет включить логику, а ответом будет ясное и понятное ощущение согласия или неприятия. Следующее правило: не спрашивай попусту. Высшие знания — не Интернет и открываются в той мере, насколько человеку действительно нужна информация. То, что знать не положено, открыто не будет. Но то, что открылось, даже без запроса — следует принять к сведению. Душа всегда при исполнении и посылает ощущения тогда, когда считает нужным. Если научиться слышать их, не придется задавать вопросы. Информация будет поступать сама.

— Хорошо, сейчас мы проверим твои рекомендации на практике, — загорелась Тата. Она устроилась удобнее, расслабилась, закрыла глаза и произнесла вслух: — Надо ли мне соблазнять Никиту Линева?

— Ну и что? — заинтересовалась Татьяна.

— Ничего, — разочарованно протянула экспериментаторша. — У меня внутри нет ни "да", ни "нет", одна сплошная тишина. Мирная такая спокойная тишина.

— Жаль, — огорчилась Разумница. — Это значит, что данный вопрос тебе придется решать самой. Указаний свыше нет.

— Раз так, значит, я не буду торопиться, поразмышляю на досуге, как мне поступить и тогда уж, приму решение.

— Пожалуйста, не надо. От твоих выдумок одни проблемы.

— И ты — лучшее тому подтверждение. Надо ж было придумать такую зануду. Кстати, почему ты — Разумница? Умница было бы справедливее.

— Умные — много знают. Разумные — понимают то, что знают. Создавая меня, ты объединила принципы и я знаю, что тебе выгодно и понимаю, как этого достичь.

— Мерси за объяснения и ориведерчи. Теперь Татусина очередь обвинять меня во всех смертных грехах.

— Заслужила.

— Потому-то и терплю.

— Можно я послушаю? Я не буду мешать...

— Нам свидетели не нужны.

Разумница с недовольной гримасой кивнула и исчезла. Душенька начала свой спич с обвинений.

— Ты меня убиваешь...— прозвучало первым делом.

Тата пожала плечами. Вот нахалка. Втравила в неприятности и еще выпендривается.

— Тебе не следовало: беспредельничать в чужом внутреннем мире, не надо было устраивать оргию во сне Никиты. Утверждать в его мозгах свой светлый образ — это вообще полное безобразие. Я не говорю, про риск, связанный со столь радикальным обрывом контакта...

— Сделанного не воротишь, — ответила Тата, еле сдерживаясь от встречных упреков. Впрочем, следовало быть справедливой, каждый сам кузнец своего счастья. Повелась на чужие уловки, значит, нечего с больной головы на здоровую перекладывать. Тем паче, пустую.

— Теперь все пропало...

— Что-то с Никитой? Он себя плохо чувствует?

Душенька разрыдалась:

— Ты лучше спроси, как я себя чувствую. Никита здоров, но у него такой кавардак в голове, что сам черт ногу сломит. А мне нужна определенность. Без нее я, бедная несчастная, погибаю.

— Значит, судьба у тебя такая.

— Брось болтать глупости, лучше спаси меня!

— Зачем?

— Ты должна мне помочь.

— Возможно, мне не следовало воевать с тобой. Но спасать — это уж слишком.

— Ах, вот ты какая? — спросила Татуся жалобно и, не дождавшись, ответной реакции, перешла в наступление. Позабыв о слезах, она рассмеялась грозно, раскатисто и стремительно изменилась, став похожей на ведьму. Обида наполнила ее глаза таинственным злым светом, страх изогнул губы скорбной дугой, ноздри вздрогнули от гнева. — Тогда получай!

В левой груди огненным потоком разлилась боль, и Тата увидела, как каменистый пятачок души, тот полудохлый оазис, на котором пламенела ало пластиковая роза, буквально на глазах превратился в бесплодную пустыню. Зато дурацкий цветок вырос, заматерел, пустил новые ответвления с уже укрытыми, готовыми вот-вот распуститься, почками,

— Я имею доступ к твоей душе и, если ты будешь меня обижать, то сильно пожалеешь, — объявила Душенька.

Тата пожала плечами. Душенька блефовала. Однако смотреть на мытарства души, из которой пластиковая хрень тянула последние силы, не доставляло ни малейшего удовольствия. Да и неприятные ощущения в области сердца тоже не приходилось сбрасывать со счетов.

— Ладно, — произнесла Тата снисходительно, — считай, что я испугалась. Что дальше?

— Спаси меня.

— Как?

— У меня есть план. Я хочу превратиться из мужской эротической фантазии в воспоминание.

— Вопрос номер один: зачем тебе становиться воспоминанием?

— В нашем мире воображение — не самое престижное место обитания. Если провести аналогию, то обстановка там как в банановой республике, где то и дело происходят перевороты и у власти не побывал только ленивый. Стоит человеку, к примеру, зайти в супермаркет и он тут же представляет, как кушает маслины или убивает кассиршу. На улице та же история. Увидел шикарную машину — тут же вообразил себя за рулем. Бросил взгляд на классную шмотку в витрине и сознание тот час подчинилось идее-фикс. Наткнулся на госучреждение и сразу же захотел взорвать его к чертям собачьим. И так изо дня в день, из года в год, в каждой голове, как нанятый, работает калейдоскоп, прогоняя бесконечный сериал "если бы...".

— Действительно.

— Это, так сказать, картина маслом в общих чертах. Что касается конкретно моего положения, тут ситуация еще хуже. Конечно, сексуальные фантазии в мужской голове в чести. Но знала бы ты, сколько и какие разные видения посещают Никиту. Я — всего лишь одна из многих и даже на пике карьеры могла только пару минут в день поморочить Никите голову. Теперь и того нет. Поэтому мне не остается ничего другого, как отправиться в забвение и там сдохнуть. Но я не желаю умирать. Я, благодаря тебе, живая и могу побороться за себя. А ты должна мне помочь попасть в память Никиты.

— Чем же память лучше воображения? Там тоже хранится, хрен знает, сколько всякой всячины, в которой можно спокойно затеряться. Причем навсегда.

— Это уже второй вопрос. Я тут посоветовалась с нашими местными специалистами и мне все растолковали плоско и доступно, — Душенька достала листок бумаги, сверилась с записями и продолжила: — За день через человека проходит поток информации в сто раз больший возможностей его мозга. Поэтому первым делом мне надо преодолеть эту пресловутую однопроцентную квоту. Что невозможно без гормональной поддержки. Но об этом чуть позднее. Следующая задача еще сложнее. Для воспоминаний самую большую опасность представляет забывание. Следовательно, стоит побеспокоиться и о сохранности, причем в долгосрочном режиме.

— Ну, и план. Кутузов отдыхает.

— Расскажи об этом Татьяне. Пусть знает.

— Непременно.

— Слушай дальше. Возвращаясь к теме гормонов. Ценное и лишнее фильтры памяти отсеивают исходя из логических и эмоциональных реакций, в основе которых всегда лежат два базовых понятия: страх и любовь, воспринимаемые мозгом как сигналы "опасно" и "безопасно", а нервной системой как "приятно" и "неприятно". Таким образом, закрепиться в памяти можно в четырех ипостасях: опасно — неприятно, опасно — приятно, безопасно — неприятно, безопасно — приятно. Ты бы лично что выбрала?

Тата ответила без промедления:

— В зависимости от целей.

— То-то и оно. Я — ведь фантазия, цели — не моя парафия. Тем паче сейчас, когда я банально боюсь смерти. И все же становиться страшилкой не хочется. Хотя именно вариант "опасно — неприятно" гарантирует самую долгую жизнь, — вздохнула Татуся. — Ведь люди так пестуют свои самые ужасные воспоминания. Но что поделать: не мое это дело вызывать страх. Мне больше импонирует мирная версия: "безопасно — приятно". Но что б навсегда закрепиться в экстремальной редакции: "мечта радужная осуществленная".