Слава. Наследник

— Мда. Скажи ей, что я гневаюсь, и как только прилечу, надеру ей зад. А ещё — выгоню на улицу. Пусть слушается тебя и никуда не лезет!

— Бесполезно. Она не верит, и кричит, что это демонские отродья взбунтовались против людей. А ты нас всех накажешь, как только прилетишь. А её сильно полюбишь. И насчёт зада...я не буду ей говорить. Она неверно поймёт.

— Так и сказала? Полюблю?

— Тебе запись включить?

— Не надо. Вот чёртова кукла! Мда...пусть сидит в своей каюте до меня. Запри её нафиг и всё. Визор включи — пусть фильмы смотрит. Еда-питьё у неё есть, симулятор...кстати, как она с ним? Не спятила?

— Хммм...да нет. Использует в меру. Так-то разумная девка, но вот какого рожна полезла в бокс?

— А ты спроси её. И правда — чего она в бокс полезла?

— Говорит — интересно стало. Пульт перед боксом ведь неспроста — хотела посмотреть, чем это закончится. Поэкспериментировать.

— Вот чертовка...она мне даже начала нравится.

— Хмм...а разве она тебе раньше не нравилась? Я же чувствовал твоё возбуждение...

— Лере смотри не скажи! Она меня запинает! Почему-то она к этой девке страшно ревнует!

— Знаешь почему? Девчонка очень похожа на неё. Особенно сейчас, когда она изменила причёску. Если поставить её спиной, можно даже ошибиться — Лера это или Надия. Скорее всего, она видит в ней реальную соперницу. Ведь к Наташе она не ревновала. Даже поощряла тебя.

— Странно. Что-то мистическое в этом. Найти двойника на чужой планете? Да ладно. Не до того. Ты слышал, что тут происходит?

— Слышал. Ты хочешь моих комментариев?

— А чего ещё-то? Зачем спрашиваешь ни о чём?

— Ты раздражён. Ты не знаешь, как быть, и ты злишься на меня. Может мне пока удалиться? Ты успокоишься, и мы поговорим...

— Извини, Шарги...я и правда что-то не по делу на тебя напал. Накопилась усталость, а тут ещё надо думать — как быть. Может быть, ты что-то посоветуешь? Нужны инструменты для отбора пробы мозгового вещества. Я не знаю, как вскрыть черепную коробку Гены без того, чтобы его убить. Мне страшно. Я боюсь уничтожить последнего представителя древнейшей расы во вселенной. Мы тут голову сломали, решая, что делать. Доставить Гену в корабль мы не можем. Переставить тебя сюда, к Гене — не можем. Что делать? Лететь за инструментами? За полторы тысячи километров? Или искать инструменты здесь, по чужим кораблям?

— Можем попробовать запустить беспилотник...маленький, разведывательный. Может и сумеет долететь. В него вложить инструменты — вам ведь нужно что-то вроде сверла — пройти кость, зацепить кусочек плоти, и ...всё. Для анализа достаточно нескольких клеток. Выпустить беспилотник низко над поверхностью планеты — может и пройдёт. Попробуем? Через час уже будет у тебя — если всё пройдёт как надо.

— А если его прихлопнет? Впрочем — прихлопнет, так прихлопнет. Давай! У него есть полость, может туда уместятся инструменты?

— Хорошо. Действуем. Ждите.

Слава облегчённо вздохнул, потом начал пересказывать разговор с Шарги Лере — расстояние до корабля было большим, и она не могла его слышать псионически. Девушка смеялась, слушая рассказ о Надии, потом подозрительно посмотрела на Славу и покачала пальцем:

— Смотри у меня! Похожа! Захочешь попробовать — насколько отличается? Загрызу! Думай об операции, а не о чужих тёлках! Надо Геночку спасать! Гена, хороший! — она погладила монстра по спинному гребню, и Слава даже поперхнулся:

— Давно ли хороший нас тянул к себе в пасть и хотел сожрать?! Когда это у тебя проснулась такая материнская любовь к крокодилу со щупальцами на голове?

— Он не крокодил! Он больное разумное существо. И он хороший — я чувствую это. Кстати — пойдём-ка к Гррракху, пусть чего-нибудь даст поесть. Я проголодалась. Что касается Гены — он же болен, что он может понимать? Как ребёнок — тянет в рот чего не попадя, вот и нас схватил и потащил.

— Тьфу! Пошли искать обед! Тебя послушаешь — аж есть расхочется — такую хрень несёшь! Уши вянут.

— Чего это хрень-то? — обиделась Лера, и стала ожесточённо доказывать свою правоту. Из её слов получалось, что Гена совсем не монстр, а ангелоподобное существо, заключённое в уродливое страшное тело. И природная ограниченность окружающих не даёт рассмотреть сквозь броневые плиты 'обшивки' его светлую, радужную душу. Слава смеялся, шутливо отбивался, говоря, что может этот самый Гена исчадье Ада, а не ангелоподобный тип, и что может его вообще не надо лечить, за что был укушен в ухо на глаза у изумлённых хартов, решивших, что их важные гости решили пожрать друг друга. Тут же был послан гонец с требованием приготовить обильный ужин — ВИП персоны не должны так голодать, чтобы заниматься каннибализмом.

Ужин состоял из крупных рачков, напоминающих земных креветок, только раз в тридцать больше размером. Вполне так вкусные существа, вот только ужасно не хватало соли. Она была, но в небольших количествах.

Как понял Слава — соль на острове была очень дорога и в дефиците. Её выменивали у прибрежных Родов за различные вещи и продукты — тех же 'креветок', например. Ловили их сетями, сплетёнными из пластиковых нитей, выезжая на промысел на плотах и лодках. Откуда харты научились делать эти плавучие штуки было неизвестно. Впрочем — они и сами плавали великолепно — одно слово — амфибии. Однако — Слава не заморачивался изучением этого островного народа. Всё, что ему надо — он узнал из мозга Гены. Увы — знания Гены были ограничены из-за поражения мозга. Доступ ко многим ячейкам памяти был закрыт, и Слава сомневался, что информация там сохранилась. Даже если бы он сумел вылечить существо, информация всё равно бы безвозвратно исчезла.

Плотненько перекусив, земляне отправились на берег, подальше от селения амфибий, подальше от любопытных глаз, которые, честно сказать, порядком поднадоели. Спрятаться некуда — стоит присесть, встать, пойти куда-нибудь — тут же за тобой тянется хвост любопытствующих, беззастенчиво разглядывающих всё, что делают пришельцы. Даже по нужде просто так не сходишь — целое приключение. Слава-то на этот счёт был абсолютно равнодушен, а Лера стеснялась и краснела, а потом долго возмущалась:

— Представляешь?! Он мне заглядывает! Ага! Скотина тупая!

Слава каждый раз долго объяснял, что их мировоззрение отличается от человеческого, и они не видят в своих действиях никакого криминала, и уж она-то, побывавшая в рабских лагерях, давно должна была отучиться от чувства стыда. На что Лера шипела и плевалась ещё больше.

Беспилотник появился примерно через час после того, как они закончили свой обед и ушли на берег озера. Вначале послышался тонкий свист, затем лёгкая тень, почти невидимая на фоне серой почвы, скользнула над землёй и прочертив на ней длинную борозду, приземлилась возле Башни. Земляне побежали к микрофлайеру, и не успели до него дойти, как тот захрустел и заметно съёжился под гравиударом.

Слава на всём ходу остановился, поймал Леру, вырвавшуюся вперёд и громко, грязно выругался в адрес Хозяина и его помощника. Беспилотник был безнадёжно уничтожен. Но так-то чёрт с ним — уцелела ли медицинская дрель?

Слава бросился в останкам самолёта, размах крыльев которого составлял около метра, нашёл на его корпусе дверцу, вмятую в корпус тяжёлой дланью Хозяина, и рванув её, вытащил металлическую коробку — покорёженную, но целую. Он повертел её в руках, примерился, и аккуратно выправил, убирая неровности нажатием пальцев, а потом — приспособившись, отогнул крышку, обнажая содержимое.

— Ну — у тебя и пальцы! — уважительно покачала головой Лера — как робот! Просто стальные! Да ты бы пальцем запросто проткнул бы череп Гены и достал оттуда серого вещества!

— Смейся, смейся — фыркнул Слава — пальцем — нет, а вот эта штучка нам как раз в кон. Дрель. И сверло двадцать пять сантиметров длиной. Вполне хватит чтобы просверлить любой череп. А вот это — вакуумный щуп. Суём в дырочку, и...фсссс! — он изобразил звук втягиваемого воздуха — проба готова. Работают от микробатарей, хватит на неделю интенсивной работы. Великолепно. Шарги — умница!

— Не ценишь его — осуждающе заметила Лера — я скажу ему, чтобы он бросил тебя и создал контакт со мной — я больше его ценить буду, холить, лелеять! Мы будем с ним очень близки!

— Шарги говорит, что это очень заманчивое предложение, но он и так очень с тобой близок, когда мы занимаемся сексом. Он всё чувствует, за что тебе большое спасибо.

— Фу! Дураки! Пойдёшь к своей Надие заниматься сексом! И пусть Шарги подглядывает!

— Я не тянул тебя за язык — равнодушно сказал Слава и скосил глаза на жену — сама предложила.

— Эй, эй. Ты чего?! — заволновалась Лера — ты перестань! Это я так, для красного словца!

— Слово не воробей, вылетит — не вернёшь — притворно сожалеющее вздохнул Слава и рассмеялся — пошли. Воительница фигова. Надо черепа сверлить, а мы тут ерундой занимаемся! Айда скорее!

— Аккуратнее...держи инструменты...ага, вот тут.

— Уверен?

— Уверен. Я исследовал его мозг. Вот эти, лобные доли больше всего заняты этой пакостью. Вот тут центр. Ну что, поехали? Помолясь...

Слава взял блестящую дрель с шероховатой рукоятью, вставил в неё длинное, желтоватое сверло из бериллиевого сплава, защёлкнул крепление. Проверил, как вращается — всё было нормально, дрель не пострадала от гравиудара. Она представляла собой сооружение толщиной не более отвертки, внутри мотор, вращающий сверло, и питающий элемент — аккумулятор большой мощности.

Сверло хищно поблёскивало в лучах светила и как будто жаждало напиться кровью разумного существа. Диаметр этого сверхпрочного сверла был около трёх миллиметров.

Прицелившись, Слава приставил сверло к выбранной точке, пару секунд постоял, собираясь с духом, затем нажал кнопку. Дрель заработала, сверло выбросило первые крошки белой кости, смешанные с тёмной кровью инопланетянина.

Глубже, глубже...сверло уходило в толстый череп Гены, меланхолично разлёгшегося на поверхности озера. Пришлось уйти подальше от берега, чтобы харты не видели, что творят с их божеством. На всякий случай. Мало ли как они отреагируют. Так что волны, поднятые свежим ветерком с гулом хлопали в бок монстра, и было похоже на то, как если бы океанская яхта лежала в свободном дрейфе где-то в океане.

— Всё. Прошёл! — облегчённо вздохнул Слава и аккуратно вынул сверло из отверстия — Гена, ты как себя чувствуешь?

— Никак не чувствую. Я же говорю — мне не больно, не чувствую голову. Вы уже закончили?

— Нет. Ещё немного, и всё. Я тебе скажу, когда закончу.

Слава взял из рук Леры вакуумный насос и аккуратно направил его гибкий, прочный 'хоботок' в просверленную дыру. Хоботок был толщиной около двух миллиметров, но он с трудом пролез в отверстие. Слава даже удивился — только что просверлили, неужели уже затягивается? Регенерация существа была просто невероятной!

Наконец, отверстие пройдено и 'хобот' упёрся во что-то упругое, мягкое. Слава с замиранием сердца, но поторапливаясь, нажал на кнопку забора пробы...и тут случилось невероятное — Гена забился в судорогах, едва не сбросив своих 'наездников' со спины, задёргался, забил хвостом, поднимая пену и громко заревел, как огромный бык.

Слава выдернул вакуумный пробник, мельком отметив для себя, что в небольшой прозрачной колбе находится кусочек вещества тёмного, почти чёрного цвета, и как только он выдернул, Гена сделал 'свечку' и запрокидываясь на спину едва не прибил землян своим двухсоттонным телом. Они прыгнули в разные стороны, как зайцы. Гена бился в пенистых волнах, ревел, а Слава никак не мог пробиться до его разума, охваченного безумием и в конце концов решил, что надо быстренько убираться отсюда, на всякий случай. Гена, в конце концов, отойдёт от странного приступа, но пока отойдёт — бока намнёт своих новым друзьям очень даже крепко.

— Лера, держись ко мне ближе! Поплыли к берегу! — прокричал он жене и мощными ударами видоизменённых ног послал тело в сторону видневшегося на горизонте острова. Плыть было довольно далеко, и Слава подосадовал, что они забрались на такое расстояние. По прикидкам — километров пять, не меньше.

— Слава, что это было? — озабоченно спросила Лера, рыбкой взлетая по волнам и вспенивая воды как торпедный катер.

— Не знаю. Может я задел какой-нибудь нервный центр в мозгу, или что-то такое. Я не могу сейчас ничего предполагать. Нам нужно добраться до Лаборатории, тогда всё будет ясно. Слушай, а давай попробуем преобразоваться в летающую версию прямо здесь? Зачем нам обязательно земля? Может сумеем подняться на крыло? Давай — я первый.

Слава лёг на волны, сосредоточился и из его спины начали вырастать небольшие кожистые крылья. Они вытягивались в стороны до тех пор, пока он не решил — хватит. Надо пробовать взлететь .

Первые попытки ничего не дали — он хлопал крыльями по воде, пускал пузыри и забрызгивал округу мириадами водяной взвеси, пока не догадался: уменьшил размер крыльев и добился, что его тело наполовину высунулось из воды во время движения. Выглядело это как катер, вышедший на редан, используя полную мощность двигателя. Волочащиеся по волнам и отбрасывающие пенные брызги ноги закрепляли это впечатление. По мере движения Слава увеличивал крылья, и наконец, неуклюже поднялся над волнами, срочно изменяясь для устойчивого полёта.

Через десять минут уже свободно летел над озером, держа в руках драгоценную капсулу с плотью Гены, ушедшего к тому времени глубоко под воду.

У Леры всё получилось гораздо ловчее — глядя на потуги мужа, она проделала всё быстрее и элегантнее, так что скоро они оба набирали высоту, уходя всё ближе и ближе к облакам. Сквозь толщу кристально чистой воды виднелось огромное тело монстра, погружающегося всё глубже и глубже, к самому дну гигантской впадины.

— Слав, он отойдёт? Он не утонет там, на дне?

— Не утонет. В общем-то он амфибия. Может дышать и атмосферным воздухом, и растворённым в воде кислородом. Что-то не понравилось мне его поведение — если он сказал, что не чувствует голову, то почему такая реакция после касания опухоли? В чём дело? Курс — на Шарги. Как можно быстрее, чтобы образец не испортился. Будем лететь без ночёвок — насколько сил хватит, хорошо?

— Да без проблем. Только есть-то что-то надо...

Они добирались двое суток. Почти без сна, без отдыха, и добрались до корабля, изнемогая от усталости, мечтая съесть целого быка и проклиная Хозяина, благодаря которому они не могут добраться до места даже на гравискутере. Ночью, как и раньше, на них пытались нападать стаи ночной гадости в виде каких-то зубастых и клыкастых тварей, но были частично истреблены вспышками игловиков, а частично рассеяны светом мощных фонарей, реквизированных у хартов — пришлось даже вернуться в их селение за снаряжением — сразу полететь до корабля не удалось. Да и стоило поесть перед отлётом.

Шлюз Шаргиона встретил как дом родной. Примчавшаяся гравиплатформа приняла их измученные тела и за считанные минуты доставила в Лабораторию.

Слава тяжело слез с платформы, подошёл к ближайшему боксу и с облегчением вложил туда драгоценную капсулу. Потом скомандовал: