Не время для депрессии

После этой мысли в голове у Гарри словно что-то щёлкнуло, и через несколько секунд он уже во всю прыть нёсся к кабинету директора, лишь перед каменной горгульей вспомнив, что он вообще-то не в курсе, какой сейчас пароль. Но ему всё ещё везло — пароль остался тем же, что и во время их последней встречи месяц назад.

Дамблдор, хоть и удивился столь позднему визиту, и вообще явно только что вернулся откуда-то в школу и при том настолько устал, что даже позабыл счистить с себя грязь и пыль банальным Тергео — узнав о цели столь позднего прихода, словно двадцать лет сбросил. С лёгким взмахом палочки из-за дверец пристенного шкафа вылетел Омут Памяти, и вскоре пожилой профессор и его ученик погрузились в воспоминания Слизнорта.

Обратно в гриффиндорскую башню закутавшийся в Мантию Гарри вернулся почти в три часа ночи по сути, на рефлексах — ноги хорошо помнили нужный маршрут и сами несли его вперёд, так как голова от количества полученных за день впечатлений ничего не соображала. Да и сам он вымотался настолько, что рухнул в постель и заснул сразу же, не раздеваясь.

— Ну же, рассказывай, как всё прошло и почему тебя не было так долго? — прицепилась к нему Гермиона следующим утром после завтрака, когда трио снова уединилось в Выручай-Комнате. — Мы до двух часов ночи тебя ждали.

— А, так я после Слизнорта… к Дамблдору пошёл, — в который уже раз за утро зевнул во всю ширь совершенно не выспавшийся Гарри. После чего, время от времени сбиваясь и перескакивая события, поведал девушкам об увиденном воспоминании и том, что на этот счёт думает Дамблдор.

— Значит, шесть крестражей? — переспросила Гермиона.

— Ну, уже четыре, — выпивший к этому моменту флакон бодрящего зелья Гарри соображал уже намного лучше, чем ещё полчаса назад. — Дневник и кольцо ведь уже уничтожены и не представляют опасности.

— А как вы думаете, — тихим голосом проговорила Парвати, — тот медальон, что мы пытались найти на Гримо — он тоже..?

— Если да — то у нас огромные проблемы, — сквозь зубы процедил Гарри. — Чёртов Флетчер. Пусть только найдётся — до конца своих дней жалеть будет, что даже подумал о том, чтобы нажиться на вещах Блэков.

— Я буду в этом участвовать, — добавила Гермиона. — Но что-то у нас мрачноватое утро выходит. Давайте, что ли, сходим в Хогсмид, развеемся. Всё равно от тренировок сегодня толку никакого.

Вот только добраться до деревни у них не вышло. На подходе к ней над их головами появился уже знакомый жучок, который, подождав, пока прочие школьники уйдут подальше, повёл всю компанию вбок от дороги, в сторону Запретного Леса.

— Что за срочность и секретность, мисс Скитер? — спросила Гермиона, едва они оказались под деревьями и жучок обратился в привычную всем журналистку. — Какие-то срочные новости?

— В общем-то да. Хотя… это с какой стороны посмотреть.

— В каком это смысле?

— Да в самом простом. Наземникус Флетчер мёртв.

— Как мёртв? — вскинулся Гарри.

— А вот так. Всех деталей не расскажу, а только заказ на его устранение попал в Лютный переулок ещё до Хэллоуина. Кому-то он серьёзно перешёл дорогу…

— Дело дрянь, — подвёл итог погрустневший Гарри получасом позже, сидя в “Трёх Мётлах” за кружкой сливочного пива. — Медальон теперь пропал в неизвестном направлении, а я прямо чувствую, что он очень важен.

— Да уж, какой-то дурной денёк, — кивнула Гермиона. — Плохие новости прям одна за одной, словно кто-то мешок с ними наклонил и вытряхивает. А где Парвати? На минуту же всего отошла.

— Да вон она, возвращается, — кивнул головой в сторону туалетных комнат Гарри.

— Что-то ты долго, Парвати. Всё нормально? Что это за свёрток, кстати?

— А, да так, в школу отнести надо, — уклончиво ответила индианка. — Схожу-ка я себе тоже пива возьму.

— Странно всё это, — едва слышно зашептала Гермиона, стоило Парвати отойти к стойке. — У неё от нас ни разу за этот год никаких секретов не было. Причём она как-то очень уж сосредоточена на этом свёртке, не похоже на просто просьбу кого-то знакомого передать пакет находящимся в замке.

— А может, она просто хочет сделать сюрприз нам? — возразил ей столь же тихим голосом Гарри.

— Тогда почему этот пакет появился у неё в руках только что? Это неспроста.

— Ладно, давай просто будем настороже.

Вернувшаяся Парвати вела себя как обычно… почти. Весело с ними общалась, с удовольствием пила сливочное пиво, прижималась к Гарри — вот только нет-нет, да и бросала взгляд на свой злополучный свёрток. Так что к моменту ухода из “Трёх Мётел” уже и Гарри начал подозревать, что дело нечисто.

Впрочем, в Хогвартс они вернулись не сразу, сполна насладившись как чуть ли не первым в этом году по настоящему тёплым весенним днём, так и прогулкой по имевшимся в деревне магазинчикам. Тот же Гарри очень сильно чувствовал разницу по сравнению с вылазками на прежних курсах — на третьем было нельзя, и он выбирался тайком, на четвёртом было не до того из-за Турнира, а на пятом в школе вовсю лютовала Амбридж. Расстраивало лишь одно — непонятная скрытность Парвати. Гермиона раза три пыталась свернуть разговор на свёрток, но их подруга лишь не очень убедительно отшучивалась, а когда Парвати, едва они подошли довольно близко к Хогвартсу, ещё и попросила у Гарри Мантию-Невидимку — его смутные подозрения переросли в уверенность.

— Держи, — протянул он свёрток в сторону девушки. Вот только та даже не успела его коснуться, тут же улёгшись на травку вследствие невербального сонного заклятия.

— С одной стороны, я, конечно, поддерживаю твоё решение, — высказалась по поводу случившегося Гермиона, когда они отлевитировали спящую подругу подальше от дороги, чтобы не попасть на глаза прочим возвращающимся из Хогсмида ученикам. — Но с другой — и что нам теперь делать?

— Доставим её в замок через один из тайных ходов. Свёрток отдадим Макгонагалл на экспертизу. Парвати пока не будим — я думаю, она под Империусом.

— Да, симптомы похожи, — кивнула Гермиона. — Но как ей поможет сон?

— Если заклинание накладывал несильный волшебник — то к утру должно спасть само. Если же нет… будем действовать по обстоятельствам.

— Скорее даже волшебница, — уточнила староста. — Я думаю, её подловили в том самом женском туалете, куда она отлучилась. А долгое нахождение там — из-за того, что нужно было проинструктировать, что Парвати должна сделать.

Подходящий для их цели проход в замок обнаружился на Карте достаточно легко. Правда, пришлось сделать довольно приличный крюк по окрестностям, но зато открывшийся по паролю проход был таким, что там, хоть и согнувшись в три погибели, мог пробраться даже Хагрид.

— Вроде всё тихо, — прошептала Гермиона, когда они выбрались в один из заброшенных коридоров замка, поправляя на Парвати Мантию-Невидимку. — Кстати, мы дураки. Про портключ совсем забыли. Дай-ка его сюда.

— И ведь верно. Вот, держи.

— Отлично. Всё, я с Парвати отправляюсь в спальню, а ты быстро к Макгонагалл, — в ту же секунду Гарри остался в коридоре совершенно один.

Декан Гриффиндора, узнав, с чем к ней пришёл Гарри, едва устояла на ногах.

— Вы уверены, мистер Поттер? Империус?

— Да, — кивнул Гарри. — Я хорошо запомнил, как выглядели под его действием ученики на четвёртом курсе, да и Крам…

— Что ж, допустим, — кивнула Макгонагалл. — Но ради чего нужно было так рисковать?

Повинуясь движению её палочки, принесённый Гарри свёрток взмыл в воздух, и тут же лишился пергамента, в который был завёрнут. Внутри, как оказалось, было весьма красивое ожерелье.

— Ого. Кажется, я его уже видел, раньше, — уставился на украшение Гарри. — Профессор, не трогайте его, пожалуйста.

— Где же Вы его видели?

— В лавке “Горбин и Бэркс”, перед вторым курсом. Под ним была надпись, что оно проклято, профессор.

Макгонагалл вполголоса выругалась, заметно побледнев.

— Не хватало нам тут ещё проклятых артефактов из самого проклятого магазина Британии, — после чего тут же склонилась к камину. — Северус! Срочно в мой кабинет!

Явившийся минут через пять Снейп, недобро посмотрев на Гарри, тем не менее обошёлся без ехидных замечаний и, заметив всё ещё висевшее в воздухе ожерелье, тут же поднял палочку.

— Одного прикосновения хватит, чтобы умереть на месте, — вскоре вынес он свой вердикт. — И как же эта штука попала в замок?

История о предполагаемом Империусе заставила декана Слизерина нахмуриться.

— Восхитительно. В Хогсмиде, под самым носом у аврорских патрулей, кто-то таскает с собой опаснейшие артефакты и разбрасывается Непростительными. Кстати, раз уж речь зашла об аврорах — почему их нет здесь?

— Потому что без железных доказательств или приказа начальства они и шагу не сделают, — скривилась Макгонагалл. — Впрочем, проверить не помешает.

Замдиректора оказалась полностью права — наличия одного лишь тёмного артефакта оказалось явно недостаточно, даже вкупе со свидетельством самого Мальчика-Который-Выжил. Так что следующим утром едва проснувшуюся Парвати повели к всё той же Макгонагалл.

— Ты была права тем летом, Гермиона, — злился за обедом Гарри. — Нечего мне в этом тухлом Аврорате делать. Пока они чесались — преступников наверняка и след простыл.

Однако уже к вечеру оказалось, что кое-какую рыбку в мутной воде патрульные всё же выловили. Устроив облаву по всему Хогсмиду, они обнаружили следы применения Империуса на палочке не у кого-нибудь, а у самой хозяйки “Трёх Мётел”, мадам Розмерты. По счастью, в отличие от неудачливого Шанпайка, столь известную персону допрашивали довольно тщательно, и спустя трое суток выяснили, что на ту саму было наложено аналогичное заклятие. После чего хозяйку паба с извинениями отпустили, но перепуганная женщина потребовала от Министерства охрану, которую ей, учитывая популярность заведения, тут же выдали.

Всё это Гарри, Гермиона и Парвати узнали от Макгонагалл, к которой обратились за подробностями в расследовании случившегося.

— И дуракам иногда везёт, — комментировала услышанное чуть позже Гермиона. — Впрочем, толку от их везения никакого — виновника-то не нашли. И кстати, Парвати, они ведь так и не спросили, а зачем ты потащила ожерелье в школу? Вряд ли оно предназначалось тебе? Его надо было кому-то передать, да?

Та лишь опустила голову и закрыла глаза, по-видимому, серьёзно задумавшись.

— Дамблдору, — наконец ответила побледневшая Парвати. Гарри аж присвистнул.

— Высоко кто-то ставит цели.

— Думаю, этот кто-то легко угадывается, — заметила Гермиона. — Лишь один волшебник во всей Британии может желать не просто ухода Дамблдора с поста директора школы, а его смерти.

— Волдеморт? Но он же должен валяться в поместье Малфоев не особо способной к активным действиям тушкой?

— Ну сил на то, чтобы отдавать приказы, я думаю, у него всё же хватает. И раздавать Тёмные Метки тоже.

— Малфой, — сжав губы, процедил Гарри. — Значит, это он получил приказ на устранение Дамблдора. Вот только убийца из него, как по мне, не получится.

— Убийц у Волдеморта хватает и без Драко. Вот только в Хогвартс Пожирателям Смерти так просто не попасть.

— Исчезательный Шкаф? — ещё сильнее побледнела Парвати. — А что, если они теперь попадут в дом на Гримо?

— Не должны, — покачала головой Гермиона. — Вряд ли Малфой успел починить шкаф, иначе бы он тут же притащил их сюда. Потому, похоже, и попытался действовать по-другому.

Гарри кивнул, явно записывая слизеринцу ещё один пункт в личный счёт.

— Надеюсь, эти две неудачи надолго отобьют у хорька охоту к подобным пакостям. Иначе я сам ему что-нибудь отобью, и сам Снейп его не спасёт.

Часть 24

Снейпу, как оказалось, тоже было что сказать Малфою по поводу случившегося.

— Иду я вчера вечером в факультетскую гостиную, а тут декан нашего блондинчика за шиворот тащит, так увлечённо, что меня и не видит, — рассказывала им следующим утром Панси. — Ну я и нырнула в нишу за ближайшую статую…

— Значит, Снейп знает, что именно поручено Малфою? — удивилась Гермиона.

— Вот знаешь, ничуть не удивлён, — пожал плечами Гарри. — Он ещё в ту войну был, как говорят у магглов, двойным агентом. Видимо, вернулся к старой профессии. Да и вспомни тот разговор, что я подслушал в ночь на первое сентября.

— Да, пожалуй, ты прав.

— Вот только кому, интересно, Снейп верен на самом деле? — протянула Парвати.

— Нам точно не скажут, — отрезал Гарри. — Будем действовать по ситуации.

Впрочем, ближайшие две недели прошли спокойно, и лишь в середине апреля в субботу во время ужина в руки Гарри упала неизвестно откуда взявшаяся записка с очень знакомым почерком.

“Жду тебя в девять вечера на крайне увлекательную прогулку.

PS. Не забудь свою замечательную мантию.”

— Дамблдор? — едва слышно прошептала Гермиона, прочитавшая текст одновременно с Гарри.

— Да, это его почерк, — столь же тихо ответил тот. — Похоже, сегодня ночью я толком не высплюсь. Дамблдор, если помнишь, обещал взять меня с собой, если обнаружит один из Волдемортовских крестражей.

— Будь осторожен, Гарри, — Парвати тоже перешла на едва слышный шёпот. — У меня дурное предчувствие. Может, тебе глотнуть Феликса перед дорогой?

— Не стоит, — качнула головой Гермиона. — Неизвестно, как надолго они уходят, а если его действие вдруг закончится в самый неподходящий момент, Гарри не сдобровать. Он и так неплохой волшебник. И за этот год мы неплохо его поднатаскали.

— И добавили сил, — едва улыбнулась уголками губ Парвати. — Он даже аппарировать раньше всех на курсе начал.

Тут индианка была права — к концу первого проводившегося министерским служащим занятия Гарри уже раз пять успел “прыгнуть” из круга в круг. Впрочем, обе девушки не сильно от него отстали, успешно освоив аппарацию на следующем же уроке. Все прочие шестикурсники даже через месяц в лучшем случае довольствовались одним-двумя прыжками с расщепом.

— И всё же, Гарри, Парвати права, будь осторожен, — повторяла часом позже Гермиона, убедившись, что тот взял с собой мантию-невидимку и портключ. — Нам с ней и так предстоит крайне нервный вечер, так что будь добр, возвращайся жив-здоров.

— Не бойтесь за меня, — ответил Гарри, крепко обнимая обеих. — Мне сейчас есть к кому и ради чего возвращаться.

Гарри никак не ожидал, что ему придётся плыть в неспокойной и ледяной воде Северного моря, к побережью которого они аппарировали из Хогсмида, но видя, как спокойно проделывает это Дамблдор, и сам присоединился к нему, мощными гребками быстро догнав директора, а едва ступив на сушу, бросил на них обоих согревающее заклинание, не произнеся ни слова.

— Великолепно, Гарри, — улыбнулся Дамблдор. — Я вижу, мисс Грейнджер влияет на тебя самым положительным образом.

— Я передам ей Ваши слова, сэр, — улыбнулся в ответ Гарри, — она будет очень рада это услышать. Значит, Вы думаете, что один из крестражей здесь? Но тут же сплошная стена и сплошная темень.

— О, темнота легко прогоняется прочь, — лёгким взмахом директор подвесил над их головами шарик света. А стена… здесь должен быть проход, но похоже, Риддл запечатал его при помощи магии.