Фентези 2017.Путь лекаря

Коннахты, потеряв несколько отрядов, уничтоженных драконами, спешно, бросая награбленное, бежали к границе, преследуемые конниками и частями шестого легиона.

Основные же силы ромеев, простояв у Липок два дня, в течение которых Олег все свободное время проводил в госпитале, получив за это время подкрепление и отправив раненых в ближайшие крепости, неторопливо двинулись к вновь осажденной алайцами Липсии. Шли, поднимая к небу пыль колонны легионов, скакали конники, вились в небе драконьи дозоры. Бодрые и уверенные в успехе солдаты пели на ходу, заглушая скрип колес тысяч и тысяч обозных повозок.

К удивлению Олега, ни одного крупного боя больше не произошло до конца войны. Совсем без боевых действий, конечно, не обошлось. Несколько месяцев армия Окты маршировала по новоромейским землям от провинции к провинции и от города к городу, а алайцы уходили после незначительных боев, скорее, даже стычек передовых отрядов. Про коннахтов и говорить нечего, Шестой Легион не только восстановил прежнюю границу, но и отбил у них город Диниум, захваченный князем коннахтов-манкутов всего пять лет назад.

Народ ликовал, а Олег никак не мог понять, что же его тревожит. Что-то было во всем этом наигранное, словно в плохом кино, где актеры старательно изображают наигранные страсти, а зрители — не верят, так как фальшь видна невооруженным глазом. Вот и ему постоянно чудилась какая-то наигранность во всем происходящем. Словно разыгрывалась очередная сцена из спектакля с названием "Победоносное освобождение Страны от Злых Захватчиков под руководством Героя". "Серые демоны, как же не хватает мне Алика с его умением узнать обо всем и объяснить, что происходит. И Ольгерта, чтобы вернуть ему кресло верховного мага. Он-то держал всех в ежовых рукавицах, а меня эта шатия-братия не особо и слушается. Делают вид, скорее. И все выполняют спустя рукава. К тому же мало их осталось, довоенных магов... а новенькие... где их только Окта набрал", — Олег едва не махнул рукой с зажатой в ней иглой. Хочешь сделать что-то отлично — сделай сам. Тем более в импровизированных полевых условиях. Раненый Ким оцепенело смотрел в потолок палатки, а Олег уже заканчивал свою работу, не прекращая, однако, размышлений. Он вспомнил, что сам несколько раз оказывался в очень тяжелых ситуациях, когда от гибели его спасало только отличное владение магией, о ранении легата Шестого Легиона Вулфа, о Троре, трижды попадавшем в засаду.

"Кто-то играет против нас. Причем играет, имея всю информацию на руках, словно находится на самом верху, — мытье рук и переодевание тоже не мешали думать. — Все мои сторонники, те, что в элите, постепенно от меня отходят. Ну, так сам же я и виноват. Обещал, от имени нового Местоблюстителя, а он взял свои слова обратно. Настоящий английский джентльмен, хозяин своего слова, "ЗИЛ" сто пятьдесят семь крестовину марать. Захотел — дал слово, захотел — взял его обратно. Вроде как сейчас война и не до того. А вот Трор обещал что-то интересное раскопать, и сразу начались неприятности у него и остальных моих друзей. Что же он такого обнаружил, что неведомый противник так взвился? Вон, даже простого центуриона, и то в специальную засаду заманили. Это пусть легату асфодели вешают на уши, мне-то картинка, восстановленная с помощью заклятья "Актуал", все разъяснила. Ждали здесь именно когорту Кима, пропустили даже обоз с деньгами для Третьего Легиона. Эх, где же ты, Алик?.."

— Дон Олег! — встретивший его у палатки Крисп улыбался во все сорок четыре зуба. — Алайцы прислали в главный лагерь глашатаев. Мир!

Маг сделал свое дело — маг может уходить

Тот пророк, что нам горе и труд предсказал,

Будет изгнан и проклят. Зачем нас пугал?

Но зато обещание рая, что сам вдруг наступит,

Будем слушать мы вечно, пусть и ад вдруг настал.

Неизвестный поэт

В Город Олег со спутниками въезжали ясным и слегка морозным зимним утром. Здешняя зима больше напоминала Гордееву позднюю осень его мира или зиму в Германии, о которой рассказывал ему служивший в свое время в ГДР отец — мягкую, почти бесснежную, с дождями вместо вьюг. Мерзопакостную, с точки зрения Гордеева, навевающую то самое настроение, которое англичане называют сплином. Или, говоря по-русски, хандрой. Это слово, сказать честно, очень хорошо характеризовало и состояние самого попаданца. Его медленно, но верно лишали любой возможности влиять на дела в стране. А если подумать, и вообще вытесняли из страны. Очень ему не нравились слухи, переданные слышавшими их друзьями, о его неясном прошлом, возможной работе на имперцев, Серый Орден и даже... демонов Серых Пределов. Хорошо еще, пока не называли демоном, но Олег подозревал, что осталось совсем немного подождать до подобного обвинения.

Пока он формально оставался главным магом и главным военным лекарем. Но реально магами управлял его комит, приглашенный самим Октой из Готоланда маг первого ранга Артур Мерлин. Сильный, пожалуй, сильнее даже Олега, боевой маг как-то незаметно перевел на себя поток донесений, а затем стал самостоятельно принимать решения, перестав даже формально советоваться с Гордеевым. Впрочем, как признавался самому себе Гордеев, он слишком увлекся работой с ранеными да выездкой дракончика и сам потерял контроль над текущими делами. А когда неприятности с друзьями заставили его задуматься, было уже поздно. Фактическая власть перешла к Мерлину и его сторонникам. Кроме того, появился принцепс Сената, Гай Сергий Посиглорий, где-то скрывавшийся во время боев. Теперь, когда опасность миновала, он всюду распространялся о своем участии в сопротивлении захватчикам якобы в составе какого-то отряда из Эльфийских Окраин. Что там было на самом деле, не удалось узнать даже Трору, у которого осталось множество хороших друзей в спецслужбе герцогства. Но Олег уверенно предполагал, что никаких "военных подвигов" за трусоватым принцепсом не водилось. Особенно если учесть, что Окраины были в конце концов захвачены эльфами, и теперь в Новоромании появились еще и беженцы с этих земель. Огорчало еще и то, что на захваченных территориях остался и укрытый попаданцем артефакт. Никто не мог дать гарантий, что эльфы его не найдут, отрезав для Олега всякую возможность вернуться к домой. Хотя Гордеев уже начал сомневаться, можно ли еще считать тот мир своим домом, учитывая, как он обжился здесь. Кроме того, он не собирался отказываться от мести тому, кто организовал все это вторжение. Поэтому вопрос с судьбой артефакта откладывался до лучших времен. "Если они наступят, эти времена", — философски подумал Олег, прервав внутренние самокопания и оглядываясь. Его небольшой кортеж вынужденно остановился, пережидая, когда проезд освободит длинный обоз груженных всяким строительным барахлом телег. Пока телеги неторопливо проезжали мимо, Гордеев успел внимательно рассмотреть извозчиков и прохожих, довольно многочисленных, несмотря на погоду. Впрочем, погода как раз переменилась к лучшему — туман испарился, дождя не было, и только температура соответствовала сезону, заставляя горожан кутаться в теплую одежду. При этом большинство прохожих, да и возчики диссонансом к настроению Олега выглядели довольными и даже веселыми. "Чего это я брюзжу? Им-то не с чего огорчаться, скорее, наоборот. Война закончена, Герцогство получило даже кое-какую добычу. А что Сэй пропал и Окта подозрительно общается с имперцами да хочет стать новым герцогом, их особо не волнует. Главное — мир, покой и порядок. Остальное их не касается. — Олег, увидев, что обоз закончился, тронул шпорами Анта. — Ничего, сейчас приедем, отдохнем с дороги и будем решать два извечных вопроса, как оказалось, не только русских. Кто виноват и что делать, точно. Только спокойно и без спешки. Пока противник не торопит — и мы торопиться не будем".

Кортеж мирно и неторопливо добрался до дома, который еще до войны герцог подарил Олегу. Как ни странно, после всех этих грандиозных пертурбаций внешне участок и фасад дома выглядели абсолютно так же, как и в день отъезда Олега в поместье. Настроение Гордеева от нахлынувших воспоминаний испортилось еще больше, и он грубо прикрикнул на медленно открывающего ворота гнома...

Север Материка. Цитадель Серого Ордена

— Уважайный Тел-Викс! Проходите, проходите, уважайный. Садитесь и наливайте себе сами. — Председатель встретил главу Гарды необычно вежливо. Похоже, полученные из Новоромании новости понравились ему чрезвычайно. Как и человек, обеспечивший появление таких новостей. Впрочем, Тел-Викс без ложной скромности признавал, что операцию такой сложности и с таким успехом пока не удавалось проделать никому. Поставить своего человека, внедренного давным-давно и без особой надежды на серьезные результаты во главе государства, против которого велась операция, да еще так, чтобы он пользовался поддержкой большей части населения, — это ли не высший пилотаж тайной работы. Пожалуй, начальник Гарды, добившийся такого успеха, может претендовать и на большее. Например, на пост заместителя Мэтра, а впоследствии и самого Председателя...

— Наливайте, уважайный, не стесняйтесь. Я хочу выпить с вами за успех. За ваш успех в этом безнадежном деле, — как Тел-Натор ухитрялся малейшей интонацией выделять нужное ему слово для начальника служб разведки, спецопераций и контрразведки, для которого не было тайн во всех странах Материка и Запроливья, оставалось загадкой. Как и подробности личной жизни и карьеры Мэтра. Которые разгадывать начальник Гарды совершенно не торопился, помня печальную судьбу своего предшественника, пожелавшего узнать слишком много об уважаемом всеми Председателе Модераториума. Нет уж, есть вещи, о которых чем меньше знаешь, тем спокойнее спишь...

Чокнувшись и немедленно выпив, собеседники неторопливо закусили.

— Великолепное кронарское, — заметил Тел-Викс.

— Из личных запасов, — скромно улыбнулся Тел-Натор, — специальная закупка. Но ваша работа куда более великолепна. — Председатель стал совершенно серьезен.

— Теперь будем решать, как использовать ваш успех. Некоторые Модераторы слишком оптимистично и без учета реальности смотрят на возможности вашего человека. При всей его поддержке местными сразу изменить курс страны он не сможет. К тому же у нас появились трудности с его соседями. По моему мнению, сейчас важнее, чтобы он приструнил соседей. С Империей хорошие отношения он налаживает и сам. Но мы ему еще дополнительно поможем. Только, — Тел-Натор помолчал, крутя в руках кубок и поглядывая на Тел-Викса, — не забудьте про вторую, не менее важную цель — Пришелец. Как я понимаю, его вы определили совершенно безошибочно?..

Маг сделал свое дело — маг может уходить (продолжение)

Обругав в сердцах медлительного гнома, Олег совсем не ожидал того ответного потока слов, который на него обрушился. Там были все популярные, насколько их знал попаданец, гномьи ругательства от "дварф ок фраген" до "ардлохх", что вместе с пышной рыжей бородой навевало на определенный вывод. Соскочив с флегматично воспринявшего весь этот крик Анта, Олег, воскликнув: "Ингвар!", шагнул к гному. Поздоровались по гномьему обычаю, то есть обнялись и трижды соприкоснулись щеками (первый раз попаданцу это действо очень напомнило виденную по телевизору хронику встреч некоего товарища Генерального секретаря).

— Ну, рассказывай, что ты тут делаешь? Где Трор? И чего это ты сам открываешь ворота, поручить некому? — засыпал Барбароссу вопросами Олег.

— Некому, все готовят вам встречу. Тем более что приехали мы сам-друг. Инкогнито потому что, — степенно отвечал гном, улыбаясь. Хотя хирд участвовал в Освободительном походе недолго, расхождения во взглядах на обязанности союзников между Октой и командовавшим хирдом фирдмаршалом Балиным оказались слишком велики, но подружиться Олег и Ингвар успели. Тем более что Трор, оставшийся после исчезновения Алика и Ольгерда единственным близким другом попаданца, оказался старым приятелем командира первого гау.

— Собственно, чего мы тут стоим, ардлохх? Пошли в дом, умоетесь с дороги, да немного подкрепимся. А там и поговорим, спокойно и без лишних ушей, дварф ок фраген, — последнее Ингвар произнес очень тихо, для гнома, разумеется.

— Пошли, — согласился Олег. — Крисп, поставь человека на ворота. Знающего!

Хлопоты с дороги, неплохой, пусть и скромный, по местным меркам, обед (всего-то три блюда, включая гномий грибной салат, и без вина, только пиво) заняли почти полдня. Так что сумерки уже прочно оккупировали улицу за окном, когда все, в том числе и вновь прибывшие гости, собрались в кабинете.

За круглым столом, на котором стоял пузатый бочонок с пивом и три оплетенные бутыли хорошего фалернского, легкая закуска в виде сушеной рыбки, сыра, бутербродов с мясом и оливок, собрались сам Олег, Трор, Ингвар, Крисп, центурион Ким, младший прокуратор Ал, легат сибурнского ополчения Вулф, командор Кротин, купец Редкозверь, инквизитор Марк Коттон и драконир Алекс Луций Махо.

Все проверенные временем и делами друзья Олега сидели, тихо переговаривались и ждали, что же скажет хозяин дома. А Олег медлил не специально, просто он вдруг неожиданно осознал, что таких вот друзей, надежных и готовых ему помочь, несмотря ни на какие грозящие неприятности, ТАМ у него не было. "Почему? Кто его знает, — подумал он, наблюдая, как гномы, допив бокалы с пивом, наливают следующие, а хитрый Марк неторопливо дожевывает бутерброд с мясом. — Может, и потому, что я и не хотел с кем-то дружить, боясь предательства? Проще было жить одному и надеяться только на себя? Спаси меня, господи, от друзей, а с врагами я управлюсь сам — часто говорил мой папа..."

— Ардлохх, — отставив в сторону наполовину опустошенный бокал, не выдержал Ингвар. — Мы приехали не на пирушку, Олег!

— Так расскажи, зачем вы приехали, — автоматически устанавливая "плащ тишины", ответил Гордеев. — Я пока просто не знаю, о чем говорить.

— Ты? Не знаешь? — удивился Барбаросса. — Что-то слабо верится, чтобы тебя настолько отсекли от новостей, — беззлобно проворчал он, поглаживая бороду. — Слушайте все, ардлохх и тридцать три раза ардлохх. Ваш новоявленный кандидат в Герцоги отправил посольство в Империю. Собирается заключить с ней торговый договор и разрешить перепродажу наших товаров. Да, мы знаем, — отмахнулся он от пытавшегося заговорить Редкозверя, — что часть нашей честной стали и даже оружия попадает туда контрабандой. Знаем и о том, насколько она мизерна и сколь дорого стоят эти товары в Империи. А теперь представьте, что торговля станет официальной? Насколько больше получат ненавистные дхумкопфтагннохэмарр того, что мы никогда не поставили бы даже ромеям, если бы не прежние договоренности? А по дошедшим до нас сведениям, торговать разрешат абсолютно всеми товарами, — Ингвар неожиданно поднял кубок, глотнул и спросил у Вулфа: — Сколько пропало арбалетов и синих мечей в твоем легионе, а, легат? Дварф ок фраген! Молчишь? Правильно, стоило тебе копнуть это происшествие поглубже, ардлохх, как вместо легата легиона ты стал легатом ополчения. Столичного района, конечно, чтобы был под контролем. А оружие попало на склады к купцу Максу Луцию Далену, к твоему сведению. Не так ли? — теперь гном обращался уже к Редкозверю, который, не говоря ни слова, просто кивнул.