Отсюда было видно облачное море под ногами — такое плотное, что создавалось впечатление, что по нему можно плыть на корабле. Из него издевательски близко торчали островки вершин гор рядом с городом. И дальше тоже были горы. Кое-где бушевала гроза, северная часть неба была затянута черной-серой пеленой пепла, редкие столбы пепла также виднелись на юге. Вон то дальнее извержение — наверно Левый и Правый вулканы. Даже не верится, что мы были там. Маленькие клочки кучевых облаков разбавляют общую мрачность картины. Мы находились над первым ярусом облаков, над головой пробирались редкие холодные облака второго, виднелись в разрывах полупрозрачные перистые облака, затягивающие полосами и рябью небосвод.

Здесь хорошо. Я закинула руки за голову и потянулась. Потом взяла свежую травинку и выплюнула пожеванную старую. После холодного ужаса внизу здесь просто прекрасно.

Подсознательно ожидала увидеть здесь голые скалы, обрывистые кручи и вертикальные стены для подъема. Оказалось — ничего подобного. Угол подъема был около тридцати пяти-сорока градусов, изредка больше. Во-вторых — склон издали казался почти ровным с редким изменением рельефа, а здесь чувствуешь себя как среди холмов. Из-за масштабов хребта потерялась перспектива, и складывалось полное впечатление, что мы идем по равнине. К уклону можно привыкнуть. А еще здесь было множество ручейков, буйное разнотравье, разбавленное низкими кустарниками и отдельными кривыми деревцами.

Живности много, в основном встречаются привычные мелкие змеи-ящерицы с добавочными украшениями в виде воротничков, рогов, коготками на кончике хвоста. Иногда на камнях вальяжно валяются особи покрупнее, напоминающие варанов. Видела создание, похожее на ежа. Коричневые короткие иголки и длинный гибкий хвост. И маленькие крылышки. Без комментариев.

Зелено-синие травы, толстолистые серо-зеленые кусты, отдельные черные, коричневые и рыжеватые растения, искривленные веточки деревьев, усеянные короткими хвоинками и с маленькими шишечками на концах — и порхающие тут и там стайки колибри местного разлива в виде миниатюрных летающих ящерок. У них было две пары крыльев и толстенькие задние лапки, маленький хвост и маленькая голова с крокодильей челюстью. Длина этих созданий колебалась от пяти до пятнадцати сантиметров, а раскраска была оттенков голубого, желтого и белого. Еще встречались дву— и трехцветные экземпляры. Колибри надкусывали растения и пили сок, могли перепилить кожуру орехов, а так же оторвать кусочек мяса. Сейчас я наблюдала, как двое желтых трудятся, разделывая их неудачливого бледно-голубого сородича. Эта зараза неожиданно цапнула меня за ухо и я машинально ее прихлопнула, словно крупного комара.

В ложбинках полно мелких травинок с утолщением на конце, которое по вкусу напоминает водянистую малину. Еще на кустиках висит множество достаточно крупных семян разной степени зрелости — похоже на орехи. А пропеченные и раздробленные орешки дали неплохой напиток с легкой горчинкой. У ручейков растет разновидность травы с земляными сладковатыми клубнями, а в заводях водится рыба.

Жить можно. Надо будет с Первым определиться, как подготовиться к дальнейшему переходу. Веревки точно надо обновить, да и в запас наделать. Еще нужна теплая одежда, или хотя бы второй слой кожаной. Надо наделать запасов — выше подобная лафа точно закончится. А еще... Я повернула голову на движение слева и увидела глаз!

Глаз был размером с яблоко, с круглым зрачком и серого цвета. Он мигнул, хлопнув ресницами. Глаз был в полуметре от земли и выглядывал из-за такого камня, за которым было бы очень затруднительно спрятаться и хомячку. Я замерла. Он тоже. Вокруг колышется трава, а мы не шевелимся. Я медленно начала приподниматься, а глаз чуть шевельнулся и я увидела серую косматую шесть вокруг него... Рывок к нему, цепляюсь через свой посох и со всего маху падаю на живот. От глаза доносится отчетливый сип — и я вижу хоботок под ним. Затем он подпрыгивает и взлетает.

Озаренный лучами солнца в небе парил гордым орлом одноглазый лохматый футбольный мячик с куцым перьевым хвостом, широкими блестящими плавниками и четырьмя (!) полуметровыми красными птичьими лапами. Он шевельнул лысым серым хоботком, вытянул его перед собой и величественно ускользил, изредка взмахивая просвечивающими на солнце плавниками.

Я не знала, плакать мне или смеяться. Блин, вот это чудо природы. Любите Природу — вашу Мать! Кто же отец этого чучела?

Засунула в рот очередную травинку и посмотрела на облака.

Может, это был просто глюк?

23.

Интересно, меня уже можно называть экспертом по хождению? По дороге ходила, по лестницам ходила, по городу ходила, по горам иду. Наверное, еще нет. Лес забыла. И нужно еще походить по равнине, пустыне и по снегу. Хотя... лучше обойтись без этого.

Мы всего три дня проторчали в пещере, готовясь к подъему, и двинулись. Мелкая обещала сшить из шкур верхнюю одежду, так что наша задача теперь по пути добывать что-нибудь покрупнее. Наша — моя и Первого. Больше даже моя. Так как, несмотря на хорошие окружающие условия аборигены не вытягивают.

На меня постепенно свалилась роль ведущего. Подобрать дорогу полегче, выбрать и подготовить место для ночлега, добыть еды. Весело, да? Вчерашняя студентка без опыта похода по горам решает куда идти в когорте местных в чужом мире. Чудилось, что должно быть как-то наоборот — лучше подготовленные, более выносливые и приспособленные аборигены свысока поглядывали бы на выдыхающуюся после труднейших переходов в быстром темпе хлипкую попаданку.

Реальность в очередной раз оказалась гораздо причудливее.

К концу подходит первая неделя подъема. Сижу на вершине скалы и жду остальных. Рядом приземлился очередной Глюк. Этот был из Мелких Глюков — тех самых серых мячиков. Любопытные, но совершенно безмозглые создания. У нас в пещере такой два дня жил. Я поймала и притащила показать. А рептилоиды от него шарахались! Один Водяной его погладил и даже развлекался, гоняя его по кругу за кусочками еды. Тот, привязанный за лапку, оставлял ровные цепочки следов. Подбирал орешки хоботом и ловко забрасывал в рот. Ходит, есть, а потом — бац, он становится жутко важным, хвост распушается и на землю смачно шлепается вонючая капля дерьма. Еще они очень легкие, а шерсть ломкая и колючая. Их даже на мех нельзя пустить. Я его выпустила, а он еще пару часов тащился за нами.

О, идут. Впереди Первый, за ним с приличным отрывом остальные. Спрыгнула с трех метров и подошла к небольшому обрывчику. Протянула руку и помогла подняться. Первый остановился рядом, переводя дыхание, и непонятно посмотрел на меня. В четыре руки быстро затащили остальных и направились к стоянке.

Небольшая полянка, окруженная стелящимися кустиками, вокруг — стены невысокого ущелья. На дрова приволокла несколько деревьев. Они смолистые и хорошо горят. В паре сотен метров отсюда вообще была пещера и отличное место, но чтобы туда попасть, надо было вскарабкаться на стену. Из еды — пара рыбин и с десяток мелочевки. Рыбу я просто выбросила на берег руками.

Привал и одновременно ночевка. Хотя для нас ночь теперь наступает, когда солнце скрывается за Хребтом.

Итоги первой недели — идем ровно, поднялись на высоту где-то около километра. Погода хорошая, иногда холодает. Вокруг еще полно растений, только набор стал меньше, да уменьшилось количество ящерок-колибри.

Топ-топ. Топ-топ. Отличную обувь мне подарили. Жесткая подошва, которая может немного гнуться и мягкий верх с дырочками, от чего ноги не так сильно потеют. И ничего не натирает.

Мы идем уже две недели. Я привыкла к этому размеренному неторопливому перемещению без особых напрягов. Ну пару дней потратили на обход изгиба неожиданно полноводной реки с очень холодной водой. Ну один раз дождь пошел. Наматываю круги по местности и по камням скачу уже как горный козел. То есть трепетная лань. Я же девушка.

Играю сама с собой в крестики-нолики. Иногда проигрываю. Считаю до ста на русском и английском, в двоичной и шестнадцатеричной системе. Сначала до ста, а потом со ста до одного. Стараюсь по памяти переводить числа из одной системы в другую. Часто сбиваюсь.

Подкармливаю Длинных Глюков и раскалываю камни. Ищу драгоценные камни. Смутно помню из геологии о друзах кристаллов, которые располагаются внутри камней и в полостях скал. Надрезаю обломок ножом и сбрасываю с обрыва. Обычно ломается. Интересно посмотреть на внутренности, но пока ничего ценного. Только пара крохотных кристалликов хрусталя. На шум сползаются Длинноглюки. И крутятся вокруг обломков. Они полуметровые, по очертаниям напоминают змею. Только с короткой шерсткой и тремя разноцветными глазами, расположенными на спине. Им приходится забавно изворачиваться, чтобы посмотреть куда-то. Только одно в них мне не нравится — Длинноглюки розового цвета.

Снова привал. Лениво пережевываю вторую порцию шашлыка и смотрю в огонь. Сегодня нормального места не нашлось, и мы остановились просто в ложбинке. Аборигены научились ориентироваться по стрелкам и выучили числа один, два, сто и двести. Я так отмечаю расстояние до привала в шагах. Им же легче.

Собираю статистику для НИ-12. Просто характеристики.

Третья неделя. Уже четыре дня пробираемся по горизонтали — дорогу вверх преградил почти отвесной выступ породы. Прошли много, но поднялись чуть. Деревья почти не попадаются, кусты стали совсем низкими и редкими. Травы все еще растут. Иногда попадаются мхи.

Водяной устроил два сеанса гипноза. Эффекта все еще нет. Но я кое-что придумала, надо будет в следующий раз попробовать. Мелкая спасла мне жизнь — вытолкнула из-под падающего камня. И потом так удивленно на меня смотрела. С чего бы?

А я думала об отношениях с окружающими. С Крыланом совсем не пересекаемся, раньше он на всех смотрел свысока, но в последнее время снисходит до общения со Вторым и Эльфом. Это когда не валяется трупиком после подъема. Второй меня ненавидит и боится. Эльф просто не любит и относится с настороженностью. Для Водяного... похоже, что являюсь объектом каких-то экспериментов. Для Мелкой — собственный обогреватель и одновременно защита. Забавно. А с Первым... даже не знаю. Он тоже за мной наблюдает, но не так как Водяной. Мы редко видимся — он обычно остается с ними, а я иду впереди. Отношения похожи на нейтральные, но в сложившейся обстановке это можно назвать даже приятельством. А началось все это в Склизкой долине, когда мы застряли на том уступе. Прыгать было нельзя — плесень скрывала камни, можно было запросто ногу сломать. Просто по стене соскользнуть тоже было нельзя — что-то повредило структуру камня, и он стал хрупким. Скорее всего, разъела вездесущая плесень. Хрупким для камня, но руки до костей стереть мог. И одежду располосовать. Короче, я тогда повисла на краю вниз головой, а Первый держал меня за ноги, пока я вырезала выемки для спуска. А потом что-то на меня нашло — и я прямо из такого положения спрыгнула на тушу еды. Уперлась руками в последние выемки и вроде сальто по стене сделала. Окончилось все благополучно, туше было уже все равно, а мне было влом обратно залазить и потом спускаться. Тогда заслужила непонятный взгляд и с тех пор так и пошло.

Второй случай — после затопленного поселка наткнулись на сеть пещерок, в которых жили прыгучие бронированные лягушки с рогом. Но они откладывали очень вкусные яйца и мы втроем — Первый, Водяной и я пошли добывать их. Передвигались по пещерам точно как спецназовцы по захваченному террористами дому — впереди один, заглядывает за угол, отмашка в виде количества, затем залетаем и в темпе всех мочим. А Водяной обеспечивает освещение. Ну сначала Первый шел, а потом я. Немного неуверенно двинулась. Раз нормально. Два нормально. Три. А на четвертый в Первого чуть последний прыгун не влетел. Его Водяной прямо факелом прибил. Затем Первый на меня наехал — не предупредила, я возмутилась — я показала все пять пальцев... Растопырила пальцы и сунула ему под нос. Он тоже. А на руке четыре пальца всего. Постояли как два дебила, послушали нервное похихикивание Водяного и пошли дальше. Больше накладок не было, а в конце набрали штук двести маленьких круглых яиц.

Вроде ничего особенного, но некоторые мелочи не дают однозначно определить его отношение ко мне.

Мелкая успокоилась и теперь снова спит в общей куче. А я как всегда — отдельно. Хватило пары взглядов Второго, чтобы принять некоторые меры предосторожности. Сил во сне меня прибить у него хватит. Серьезно размышляла над тем, как себя обезопасить. Подумала, и не стала делать ничего — мало ли как дальше все повернется, а Первому нужна еда. Мда уж. Прямо не знаю, доброты во мне больше или практичности.

Неделя номер четыре. Случилось немного. Идем вверх. Движемся все медленнее. Воздух становится разреженным и холодным, но кислорода еще много. Постоянно дует ветер. Поднялись почти до второго слоя облаков. Теперь, когда смотришь назад — дух захватывает. Настоящая крыша мира. Мы очень-очень высоко. В один хороший день, когда облаков было мало, заметила бледные зеленоватые сполохи над нами. Дошло не сразу, а потом поняла — это же северное сияние. Наверное, ночью здесь было бы очень красиво — если сияние видно даже при свете, какой же оно силы? Теперь нередко замечала зеленоватую окраску на облаках.

Со мной все хорошо. Или плохо, это как посмотреть. Сижу на верхушке высокой скалы, с которой высматривала дальнейшую дорогу и наслаждаюсь теплым солнцем и ветром, который трепет отросшие и поседевшие вконец волосы. До "развевает" они еще не доросли. Напеваю строчки из песни "а мы не ангелы, парень". Те, которые "...сотни чужих крыш, что ты искал там парень, ты так давно спишь, слишком давно для твари..."

Не помню точно, кто автор, но слушала ее не меньше сотни раз и сейчас постепенно вспомнила почти всю. Сзади раздался шорох, потом неподалеку устроился Первый и тоже уставился в безграничную даль. Посмотрела на него и снова запела с самого начала.

Кстати, я открыла секрет увлекательности повествования. Надо просто пропускать эти однообразные дни и сразу переходить к сути. А то каждый день похож один на другой и кажется, что ничего не происходит. Если в двух словах — мы поднимаемся.

Но я-то их проживаю, все эти скучные дни. И если описывать неделю, то лично для меня выйдет гораздо больше событий. Четыре дня назад мне стало плохо и я почти сутки провалялась на одном месте. Болел живот. У меня совершенно внезапно начались месячные. Затем все прошло, всего за день, но пришлось стирать штаны. Нашла водопадик, кроме стирки решила помыться. Пока стучала зубами под ледяной водой, услышала шум за спиной. Я сначала схватилась за нож и спряталась, а только потом обернулась — это был Большой Глюк. Он заинтересовался моими вещами, попытался уволочь сумку, но не смог поднять. Кинула в него камнем, и он обиженно улетел. Большие Глюки напоминают желтых пушистых скатов. Глаз — один и находится на кончике хвоста. Или же он летает задом наперед. Я замерзла окончательно и чтобы согреться, голышом бегала по камням, стараясь не думать про рептилоидов. После стирки решила зашить штаны. Достала сохранившуюся на дне пару вязаных перчаток и одну распустила на нитки. Слава богу, хватило ума тогда не выбрасывать. Нашила куски кожи, которые приготовила Мелкая. И получила джинсы с модом +1 на защиту. Прошлась по маршруту, наткнулась на стоянку, поела и ушла вперед. Дорогу все равно разметила на два дня их темпа.