Брак по завещанию (Конец)

Старик грозно посмотрел на своего сына, надеясь, что тот опустит взгляд, но Лукас выдержал, прекрасно зная его жесткий характер.

— Хорошо, вставай, у тебя всего пять минут!

Опираясь на свой костыль, он, бурча себе под нос что-то не совсем внятное, пошел к дому.

— Прошу Вас, встаньте с колен, отец Вас выслушает.

Лукас помог Кевину встать и, похлопав по плечу, пошел за отцом. Хэйл благодарно улыбнулся и поспешил за мистером Джонсоном. Они вошли в его кабинет, старик уселся за свой стол и бросил на Кевина строгий взгляд.

— Пять минут пошли, говори, что хотел.

Вздохнув, Кев снова встал на колени с опущенной головой.

— Господин Джонсон, пожалуйста, не могли бы Вы мне одолжить деньги на операцию сына? Я буду вечно Вам служить и обязательно верну Вам все до последней монеты.

— Сколько?

— Что?

— Сколько стоит операция?

— Двенадцать тысяч долларов, — тихо, почти невнятно прозвучал его ответ.

— Хэйли, это немалые деньги, и если я тебе их дам, что ты потом сможешь для меня сделать? Вечно прислуживать мне? А ты не задавался вопросом, почему я тебя уволил? Если бы ты был хорош, я тебя оставил бы.

— Я буду стараться! Сделаю все что пожелаете, даже жизни не пожалею, молю Вас, помогите нам!

Старик засмеялся хриплым голосом.

— Я не стал тебе говорить, но тебя уволили лишь потому, что ты крал деньги в компании. Ты думаешь, я не знал об этом? Я просто закрывал на это глаза, зная, что ты это ради сына делаешь. Но это могло быть раз, два, три и даже четыре, но сумма, которую ты взял в последний раз, была слишком большой.

— П-простите меня, у меня не было другого выхода...

— Нет, Кевин, выход был, вот именно такой, как сейчас. Ты мог попросить меня, а не поступать так низко. Как думаешь, твоему сыну понравится то, что его отец стал вором из-за него?

— Мне нет оправдания, но в последний раз молю Вас на коленях, я больше не поступлю так, — со слезами на глазах попросил мужчина.

— Твои пять минут истекли, уходи, мне нечем тебе помочь.

— Сэр, прошу, не поступайте так, эти деньги для Вас ничто, но для меня эта кучка бумаги стоит жизни ребенка!

— Ничто? Эти деньги я зарабатываю свои потом и трудом! Если бы все могли получить деньги таким способом, который ты мне показываешь, поверь, все стали бы миллионерами. Оттого, что ты коленях, мне нет выгоды.

— Я могу сделать...

— Что ты можешь? Сможешь ради двенадцати тысяч убить человека?

— Да, — не раздумывая, ответил Кевин.

Джонсон загоготал на весь кабинет, его смех был долгим, пропитанным отвращением к нему.

— Если бы ты ответил "нет, не смогу", я бы подумал над твоим предложением. А теперь не испытывай моего терпения и уходи, если не хочешь, чтобы я вызвал полицию и засудил тебя за кражу, уходи сейчас же!

Старик вышел из своего кабинета, громко хлопнув дверью, оставив рыдающего мужчину в кабинете.

Кевин обошел уже третий банк, но везде ему отказали в помощи. Нет работы, жилья, транспорта. Он уже не видел своего ребенка несколько дней, даже не знал, как он себя чувствует. Но Хэйл не собирался показываться ему на глаза, пока не найдет деньги для операции. Если для этого придется продать свою душу дьяволу, он сделает это, но обязательно спасет своего сына.

Оставался всего один день до операции, но денег так и не было, и Кевин решился на отчаянный поступок. Когда дом опустел, он прокрался в особняк Джонсонов и выкрал все драгоценности миссис Джонсон, прекрасно понимая, что за это ему придется провести в тюрьме половину жизни, но ребенок был важнее.

Обменяв все на деньги, он ринулся в больницу оплачивать счет за операцию. В коридоре вся на нервах ждала его Тереза. Увидев его, она бросилась к мужу.

— Где ты был? — чуть не рыдая, застонала она.

— Искал деньги для операции,— уныло произнес Кевин.

— И как? Смог?

— Да.

— Господи, слава богу! — Тереза счастливо засмеялась, но вдруг ее смех угас. — Где ты взял деньги?

Мужчина молчал.

— Кевин! Я с тобой разговариваю, где ты их взял?

— Я... не могу тебе сказать.

Она в страхе уставилась на него, понимая, что произошло что-то ужасное.

— Нет, ты расскажешь! Ты... убил кого-нибудь? — с опаской начала женщина.

— Нет...

— Расскажи мне все сейчас же!

Вздохнув, Кевин повиновался.

— ...У меня не было другого выбора, дорогая, — закончил рассказывать он.

— Что ты сделал? — закричала она.— Сейчас же все верни на место, о чем ты думал?

— Не могу, я уже оплатил счет, и в моей голове был только Тайлер.

— Нет-нет, это неправильно, — Тереза в панике ходила взад-вперед.— Мы должны все вернуть.

— Милая, я верну, но пусть сначала сделают ему операцию, ты понимаешь, что он важнее всего.

— Я... я заберу деньги и... и...

Мужчина обнял жену, и его слезы капля за каплей обрушились на ее оголенные худые плечи.

— А как же Тайлер? Подумай о сыне, это последний наш шанс, ты хочешь, чтобы он умер? Не поступай так с нами, прошу.

Миссис Хэйл зарыдала вместе с мужем, понимая, что она не сможет сделать этот шаг. Он был прав, сын был важнее всего. Но угрызения совести перед сыном и семейством Джонсонов долго будут еще их преследовать...

Настал день операции, этого момента они ждали долгих пять лет, и вот наконец-то свершилось. Тереза сидела с ребенком, гладя его маленькие холодные ручки.

— Малыш, все будет хорошо, ты ведь веришь мамочке?

— Да, мам, — Тайлер попытался улыбнуться.

— Какой у меня умный сынок, — Кевин поцеловал его в лоб.

В кабинет вошла медсестра, а за ней врачи. Женщина посмотрела на их обеспокоенные взгляды.

— Доктор, что-то случилась?

— Ну, знаете, думаю, нам придется отменить операцию, — прочистив горло, произнес доктор, мистер Хэк.

— Что?

— Дело в том, что донорская почка, которую мы должны были пересадить вашему сыну, оказалась от инфицированного человека. Приносим наши извинения!

— Подождите, как это могло случиться? Ведь вы уверяли нас, что все хорошо, и сегодня должна быть операция! — воскликнул Кевин.

— Приносим наши извинения, мы скоро ожидаем новое поступление, надеемся, что в этот раз все будет хорошо.

— Доктор, доктор, вы не можете так с нами поступить, — чуть не рыдая, бросилась за ними Тереза.

— Дорогая, ребенок смотрит, успокойся!

Тереза не могла остановить рыдания, все пошло не так, сегодня должен был быть счастливый день для них. А в итоге они снова остались ни с чем, их ребенок снова и снова будет страдать.

— Папа, почему мама плачет? — прошептал уже обессилевший ребенок и приподнялся на постели.

— Она не плачет сынок, прости, — Кевин прижал к себе худущие плечи синеглазого малыша.

— Мамочка, — тихо позвал он.

Тереза проглотила ком в горле и, вытерев слезы, повернулась с улыбкой к ребенку.

— Да, малыш? Может, ты хочешь что-нибудь сладкое?

— А мне можно? Правда, правда можно? — с надеждой спросил ребенок.

— Да, малыш, папа сейчас тебе купит, хочешь сходить со мной?

— Да! — радостно отозвался Тайлер, мгновенно будто позабыв про свою болезнь.

— Милая, не поможешь нам?

— Конечно, все что угодно, — незаметно вытерев слезы, женщина прикатила коляску. Поцеловав сына, она помогла ему сесть в нее и прикрыла ноги одеялом.

— Вот и все готово, а теперь поехали!

Они втроем вышли из палаты, медленно двигаясь по направлению к небольшому магазину, который находился внутри помещения. За последний месяц ребенок впервые так громко смеялся и выглядел по-настоящему счастливым.

— Мама, я хочу пить, — вдруг прохныкал малыш.

— Пить? Подожди, сейчас мама тебе принесет, — поцеловав сына напоследок, женщина направилась назад в палату, когда услышала крик Тайлера. И то, что она увидела, обернувшись, привело ее в ужас. В больницу пришла полиция с намерением арестовать Кевина!

— Кевин! — закричала Тереза вслед убегающему мужу, который, схватив сына, мчался к выходу, а за ним бежали двое полицейских.

Недолго думая, женщина побежала за ними, но последнее, что она увидела, это как грузовик сбил Кевина вместе с ребенком. От сильного удара они скончались на месте...

В течение месяца Тереза не могла прийти в себя, она каждый день приходила в больницу и сидела возле палаты своего сына. Она прижимала его детские вещи к груди, но в них сохранился лишь больничный запах, а запаха ребенка даже и не было. Однажды, зайдя в туалет, она посмотрела на себя в зеркало и, увидев, какой стала старой всего за месяц, зарыдала еще сильнее. Спрашивалось, зачем теперь ей жить? Ее ребенок, муж погибли, так почему она до сих пор жива? В чем смысл ее существования?!

Она уже собиралась выйти, как вдруг услышала голоса двух медсестер.

— Мне так жаль миссис Хэйл, она потеряла свою семью, все случилась так неожиданно.

— Да, не говори, еще хуже то, что врачи сделали.

— А? Ты про что? — удивилась первая.

— Только никому не говори, я была ассистентом доктора, когда он оперировал миссис Джонсон.

— А при чем тут миссис Хэйл?

— Да дело в том, что в тот день должна была пройти операция по пересадке почки ее сыну. Но миссис Джонсон попала в аварию и ее экстренно привезли, и вместо ребенка почку пересадили ей.

— Боже, это ужасно!

— Да, не говори, доктор Хэк получил за это огромные деньги.

— Мне ее так жаль! А что, если...

Голоса по мере удаления становились все тише, но то, что услышала Тереза, привело ее в неимоверный шок. И она приняла для себя четкое решение: семейка Джонсонов заплатит за все!

Лондон, 2014 год.

— Из-за твоей семьи я потеряла мужа и сына! — закричала женщина, переживая те ужасные чувства снова и снова. — Я следила за каждым вашим шагом, вы всегда были счастливы, когда вместо твоей улыбающейся матери должен был быть мой ребенок! Это вы были во всем виноваты! И тогда я решила, что буду мстить!

— Это ты называешь местью? Думаешь, твой сын и муж хотели для тебя этой жизни? — выдавил из себя Ник, смотря на Терезу с сочувствием.

— Заткнись, ты не имеешь права жить, не заслужил этого! В чем виноват был мой Тайлер? В том, что он родился не в такой богатой семье, как вы? Все произошло из-за каких-то клочков бумаги! Если бы твой дед помог нам, ничего этого не произошло бы! Если бы пересадили почку не твоей матери, а моему сыну, ничего не произошло бы!

— Тереза...

Женщина засмеялась истерическим смехом, полным боли. Она смеялась и плакала одновременно, что заставляло страдать Николаса. Даже понимая, что Тереза поступила с ними так ужасно, он не мог не сочувствовать ей, не мог унять ту боль, которая появилась у него в груди при виде ее слез.

— Я хотела смерти всех вас, мечтала каждый раз отравить вас чем-нибудь, это желание не покидало меня на протяжении нескольких лет. Я ненавидела себя за то, что улыбалась вам, готовила, помогала. Я терпела, ждала удобного случая, но боги решили все за меня! Мне даже не пришлось марать руки. Твой дедушка умер через год после того случая, а твои родители скончались при аварии. Присутствовать на их похоронах для меня было праздником. Вся твоя семья неожиданно, один за другим, начала покидать тебя, и в скором времени ты должен был остаться один. Но появилась она! — Тереза злобно показала пальцем в сторону Джесс.

— Джессика?! Она ни при чем!

— Я не хотела причинять ей вреда, я просто хотела, чтоб она ушла! Что только ни сделала, подкупила Арнольда, чтоб он появился перед ней несколько раз, рассказала пугающую историю, наняла человека, чтоб напугал ее, и даже пришлось Роберта найти, но и это не помогло, а вы, наоборот, сблизились!

— Так все это было по твоей инициативе? — не веря своим ушам, прорычал Ник.

Он смотрел на озлобленное лицо женщины, в ее глаза, пытаясь найти хоть каплю угрызений совести. Но, кроме пугающей ненависти, ничего не отражалась в них. У него это в голове не укладывалась, каким образом она могла все это продумать! Джессика была не в лучшем состоянии, она уже не плакала, лишь смотрела на Терезу, словно была в каком-то трансе.

— Я должна была эта сделать! Хочешь, раскрою тебе еще один секрет?

— Боюсь спрашивать, — спокойно ответил Ник, незаметно для всех пытаясь ослабить путы.

— Как думаешь, как Изабелла вдруг оказалась в Сан-Франциско? — увидев расширившиеся глаза Николаса, миссис Хэйл криво усмехнулась. — Да-да, мальчик мой, это я сказала ей адрес, и я была информатором новостей. Марк, сними с Джессики скотч, я смотрю, ей даже трудно дышать!

Мужчина послушно сделал, что ему приказали.

— Зачем... зачем ты так с нами? — облизав пересохшие губы, Джессика подняла на нее слабый взгляд.

— Джессика, детка, я не хотела так поступать, правда. Если бы ты оставила Николаса, я бы тебя не тронула, но все пошло не так. И последней каплей стала твоя беременность, я не потерплю его выродков!

— Что ты сказала? — шокировано прошептал Николас, встав вместе со стулом, но в тот же момент получил еще один жесткий удар, в этот раз по челюсти.

— Как ты узнала? — Джесс смотрела на нее во все глаза.

— Женщины это чувствуют, я заметила, что тебя мучает токсикоз, и мои подозрения оправдались, когда я узнала все у врача. Но я не позволю ему появиться на свет!

Женщина окинула взглядом помещение, и увидев увесистый брус, подняла его и направилась к девушке.

— НЕТ! Тереза, не трогай ее! — закричал Николас, пытаясь порвать веревки.

— А то что? Убьешь меня? — усмехнулась она.

— Убью, клянусь, я убью тебя, если ты хоть пальцем ее тронешь! — прорычал он, смотря на нее налитыми кровью от злости глазами. Он был весь красный от напряжения, изо всех сил пытаясь высвободиться из пут.

— Ну, тогда давай, попробуй, посмотрим, как хорошо у тебя это выйдет, — с этими словами она подняла над Джессикой брус.

— НЕТ! — выдохнула обреченная девушка.

— Тереза, остановись!

Крик Николаса поглотил рев взбешенной Терезы.

(Вернуться к оглавлению)

Глава 23

Джессика закрыла глаза, ожидая сильного удара и молясь о помощи.

Страх, овладевший Николасом, заставил его резко подняться со своего места и с сильным разворотом ударить своим стулом Марка. Тот отлетел на добрых пять метров и, как показалось, потерял сознание. Не успела опомниться Тереза, как Николас с ревом бросился на ошарашенную женщину, сбив с ног. Брус от сильного выпада отскочил и ударился о небольшое окно, разбив его вдребезги и осыпая небольшими кусками острых стекол все помещение.

Джессика в ужасе смотрела на падающего Ника

— Нет, Николас! Ты в порядке? — из последних сил пытаясь высвободиться, через слезы прошептала девушка.

— Джесс, — только и смог произнести тот, еле дыша от боли.

— Какого черта?! — заорала взбешенная Тереза, оттолкнув от себя Николаса.

Мужчина прикусил губу: он повредил плечо стулом, к которому все еще был привязан. Сил подняться не было, но он сделал попытку, за это получив по голове сильный удар — возможно, тем самым брусом. Удар был настолько яростным, что Нику показалось, что его поглощает темнота, но он из последних сил пытался держаться. И хвала Господу, потерял сознание всего на мгновенье. Возможно, все было потому, что ударила его Тереза, а не Марк. Если это был бы тот здоровяк, в живых Ник вряд ли бы остался.