Дэвид быстро развязал его, и, как только руки оказались свободны, Алекс обнял его, прижавшись лицом к груди, убеждая себя в том, что все это лишь дурное воспоминание, но не смог сдержать нахлынувший страх.
— Что в этом такого? Это же была шутка, — заставив его отстраниться, Дэвид вновь посмотрел в глаза.
— Не знаю почему, но... я вспомнил о том, как мой брат... насиловал меня... и я...
— Я не хотел тебя напугать, — заключив лицо Алекса в ладони, успокаивающе поглаживая по щекам, Дэвид без лишних подробностей понял, что именно послужило причиной для такой реакции на безобидное действие. — Просто решил пошутить, раз ты так упорно перечил и хотел пойти в колледж.
— Извините, я и сам не знаю, почему так отреагировал... возможно, это рефлекс... — убрав от себя его руки и отстранившись, Алекс опустил взгляд и приложил ладонь к груди, все еще чувствуя, как быстро бьется сердце.
— Возможно, — Дэвид подобрал пояс, наматывая его на руку. В подобном случае, по его мнению, лучше всего было сменить тему. — Так или иначе, в колледж ты завтра не пойдешь.
— Но... — снова пытаясь что-то возразить, Алекс замолчал, передумав. Возможно, действительно не стоит ходить в колледж, раз уж его хотели привязать к кровати, чтобы переубедить, пусть и в шутку. — Хорошо, как скажете...
— Хм... неужели тебе так хочется пойти туда? — оставшись недовольным не столько ответом, сколько его излишне покорной и поникшей интонацией, Дэвид свел брови.
— Да, мне нравится учиться... нравится общаться с людьми, которые стали мне друзьями и просто приятны, — взяв из его рук пояс от халата, Алекс ожидал услышать очередной категоричный ответ.
— Понятно, — ровно произнес Дэвид, вставая с кровати, не оправдав ожиданий.
Алекс уже было подумал, что сказал что-то не так, но, вместо того чтобы уйти, Дэвид остановился у двери и взял сумку, лежавшую на полу.
— Если ты так хочешь, то можешь идти и учиться. Завтра я сам отвезу тебя, — вернувшись к кровати и бросив на нее сумку, Дэвид принял свой обычный облик: холодный взгляд и пустой голос, лишенный каких-либо эмоций.
— Спасибо! — попытавшись улыбнуться, Алекс взял свою сумку, хотя и подобная смена тона все же слегка настораживала. — Но... что-то не так?..
— Нет, больше не буду возражать, — Дэвид ответил своим привычным тоном, спокойным и словно каменным, по которому уже невозможно было сказать, что он действительно думает по тому или иному поводу, и направился к выходу.
— У вас есть еще какие-то дела сегодня? — тихо спросил Алекс, почему-то начиная чувствовать себя виноватым, хотя и не знал, что именно сделал не так.
— Нет, просто не буду тебе мешать, — обернувшись через плечо, Дэвид остановился у двери. — Отдохну, раз уж попался свободный вечер.
— Вы мне не помешаете... и, если хотите, то можете остаться, — Алекс мягко посмотрел на него, пытаясь показать, что надеется на согласие, потому что ему не только не хотелось оставаться одному, но и было как-то не по себе.
— Хм... тогда налью себе что-нибудь выпить, — неопределенно поведя плечами, Дэвид вышел из комнаты.
Расценив это как согласие, Алекс улыбнулся от мысли о том, что, возможно, впервые сможет спросить его о решении какой-нибудь задачи, в которой сам затрудняется.
Пока Дэвида не было, Алекс быстро оделся, натянув на себя футболку и джинсы, чтобы чувствовать себя комфортнее и постоянно не думать о том, что этот легкий халат спадет с него.
Разложив на кровати нужные книги и тетради, он прилег перед ними, приступив к выполнению заданий.
Дэвид достаточно долго отсутствовал в процессе наливания себе спиртного, но его отсутствие оправдывалось телефонным разговором, который явно затянулся. Закончив его, Дэвид захлопнул за собой дверь и прошел в комнату, а в его руках вместо "налить" красовалась бутылка виски.
Ставя ее на пол подле кровати, Дэвид присел рядом с Алексом, всматриваясь в то, чем тот был занят. Математические уравнения не внушали ему интереса и он, отсев и навалившись спиной на спинку кровати, протянул руку к бутылке.
Иногда Алекс пытался краем глаза взглянуть на Дэвида, но попытки сделать это как можно незаметнее проваливались, так как Дэвид находился сбоку от него и прекрасно видел, куда устремлен его взгляд.
Один учебник сменял другой, а бутылка с виски, к тому моменту как Алекс добрался до последнего предмета, была уже почти наполовину пуста.
На этот вечер Дэвид предусмотрел себе нечто вроде выходного и решил остаться дома, вместо того чтобы поехать куда-нибудь и развлечь себя более активным отдыхом, если это можно было так назвать. Так или иначе, тишина и алкоголь вполне компенсировали это и помогали отдохнуть гораздо лучше.
Наконец-то покончив со всеми заданиями, Алекс облегченно выдохнул. Безусловно, это утомляло, но ему было интересно и нравилось учиться. Повернувшись на спину, Алекс от души потянулся, чувствуя, как все затекло.
— Закончил? — ухмыльнулся Дэвид, протянув руку и погладив его по животу.
— Аха... — кивнул Алекс, закрывая глаза и вновь потягиваясь, поддаваясь приятному
прикосновению. — Мм, есть хочется...
— Моника забила холодильник так, что дверца еле закрывается, — отведя руку, Дэвид сделал глоток виски из бутылки. Факт того, что его холодильник, обычно не видавший ничего, кроме алкоголя, был полон продуктов, по-своему раздражал, и в большей степени потому, что Моника как всегда сделала все без его ведома.
— Здорово!.. — встав с кровати, Алекс поправил футболку и направился на кухню. — А вы... не идете?
— Нет, я уже взял то, что хотел, — Дэвид слегка приподнял бутылку, как аргумент того, почему он и не думал вставать и куда-то идти.
— Хорошо... тогда я сейчас вернусь, — пожав плечами, Алекс вышел.
В холодильнике действительно обнаружилось немало всего, расставленного по полкам. Среди этого изобилия, как ни странно, преобладали десерты, которые, как помнил Алекс, любила Моника. Ограничившись фруктовым пирожным, потому что, хоть умственная деятельность и требовала сладкого, все-таки стоило знать меру. Алекс налил себе чаю, который в этом доме тоже был заслугой Моники, так как Дэвид предпочитал лишь кофе.
Не задерживаясь, он вернулся в комнату и присел на кровать рядом с Дэвидом.
— Вы точно не хотите? Моника говорила, что это ее любимое пирожное, — спросил Алекс, протягивая ему десерт.
— Точно. Я не люблю сладкое, — устало посмотрев на пирожное, которое обычно Моника предлагала ему в ресторанах, Дэвид скривил губы, вспоминая об этом.
"Не хочет — как хочет", — подумал Алекс и отломил небольшой кусочек.
Десерт, без прикрас, оказался весьма вкусным и нежным.
— М! Вы должны попробовать... очень вкусно!.. — довольно улыбнулся Алекс.
— Нет, я же сказал, что не люблю сладкое.
— Но оно совсем не приторное! — продолжая настаивать на своем, он отломил небольшой кусочек и протянул его Дэвиду.
Подумывая о том, стоит ли смешивать сладкое с виски, Дэвид все-таки согласился, решив, что лучше один раз попробовать, чем слушать уговоры. Взяв в рот предложенный кусочек, он прикрыл глаза и словно случайно обхватил губами пальцы Алекса. Но, как оказалось, не случайно. Его горячий язык медленно облизал тонкие, чуть дрогнувшие пальцы, измазанные кремом.
— Мм, и правда вкусно... — протянул Дэвид, стирая с губы маленькую каплю фруктового сиропа.
— Х-хотите еще?.. — его действие и тон словно выстрелом пронеслись через мысли, и Алексу на ум не пришлого ничего другого, кроме как предложить еще кусочек.
И только Дэвид хотел ответить, как его перебил звонок телефона.
— Да... черт, иногда мне кажется, что ты нужна только для того, чтобы создавать проблемы, — ответив на звонок, он встал с кровати и направился в свой кабинет. — Ничего не делай... завтра я сам во всем разберусь.
Пока его не было, Алекс слегка успокоился. Он не ожидал чего-то подобного и не знал, как реагировать... но пришел к выводу, что, вероятно, сам преувеличил увиденное и как-то не так понял.
Ожидание затянулось: Дэвид невольно занялся решением возникшей проблемы и остался в своем кабинете, а Алекс, забыв про голод, прилег на подушку. Задумавшись и уже почти задремав, он услышал, как приоткрылась дверь, а после рядом прогнулась кровать.
— Что-то не так? — привстав и потерев глаза, спросил Алекс, буквально чувствуя недовольство, исходившее от Дэвида.
— Нет, все нормально, — бутылка, стоявшая у кровати, вновь привлекла внимание Дэвида и он, подняв ее, сделал глоток.
— Пирожное... — напомнил Алекс, взглянув на десерт.
— Как-то расхотелось, — пожав плечами, Дэвид удобнее сел, вновь опираясь о спинку кровати.
— Понятно... — тихо выдохнул Алекс, наклоняясь к нему.
Не ожидая приглашения или хотя бы разрешения, он прилег рядом с Дэвидом, кладя голову ему на колени.
За окном уже давно был вечер, а прошедший день казался длинным и утомительным.
Иногда Дэвид осторожно проводил рукой по волосам Алекса, отводя от лица упавшие на него пряди, проверяя, спит он или нет.
— Скажи... ты чувствуешь себя одиноким? — произнес Дэвид тоном, по которому казалось, что это не столько вопрос, сколько его мнение.
— Нет... почему вы так решили? — повернувшись, глядя на него снизу вверх, Алекс пару раз удивленно моргнул.
— Я так не решил, а спросил, — флегматично уточнил Дэвид, сделав глоток виски и поставив бутылку обратно на пол.
— С тех пор, как оказался здесь, я не чувствовал себя одиноким... было лишь слегка одиноко, когда вы надолго уезжали, но не более того. Вы заботитесь обо мне, хотя, возможно, вы видите это как-то иначе, но для меня это именно так. Вы кажетесь жестоким и холодным, но я думаю, что и вам не чужды простые человеческие чувства... — прикрыв глаза и отведя взгляд, говорил Алекс, практически открывая свою душу. Вероятно, он и ошибался в том, что верил в лучшее в Дэвиде, но ему хотелось верить, что его безразличие и холодность — поверхностная маска, и он может быть не только заботливым, но и человечным, хотя и опасался того, что все может оказаться с точностью до наоборот: зверь прикрывается шкуркой благодетели и выжидает нужного момента, чтобы напасть. — Вы столько сделали для меня, хотя могли пройти мимо... но вы оказались добры ко мне, возможно, я ошибаюсь, и вы сделали это, преследуя какие-то свои цели, но я бы не хотел вновь ошибиться... потому что вы — это все, что у меня есть. Вы спасли мне жизнь, позволили остаться у вас и даже дали возможность учиться... Раньше вся моя жизнь была комком сплошной боли и несбывшихся надежд, но сейчас мне хорошо, я рад, и мне кажется, что я наконец-то живу, а не просто существую... Есть вы, и мне достаточно этого, чтобы не чувствовать себя одиноким.
Подняв взгляд, Алекс медленно и словно облегченно выдохнул, видя легкую улыбку на губах Дэвида, которая значила, что ему не все равно, и выслушал он не потому, что спросил, а потому, что не ожидал такое услышать.
Алекс осторожно повернулся и, приподнявшись, обнял Дэвида. Он чувствовал, как тихо и размеренно бьется чужое сердце, а холодные руки огладили поясницу, приподнимая край футболки и прикасаясь к коже.
Придерживая его, Дэвид привстал, но тут же увлек за собой, заставляя лечь. Склонившись к Алексу и стягивая с него джинсы, он неспешно касался ног кончиками пальцев. Вздрогнув от холодного прикосновения ладони к бедру, Алекс прогнулся, откидывая голову, подставляя шею под горячее дыхание и губы, едва не обжигающие своими поцелуями, пахнущими недавно выпитым виски.
Он пытался как можно тише дышать, чтобы не выдавать своих стонов, когда пальцы, соскользнув с его губ, спустились между ног, уже так знакомо, но нетерпеливо поглаживая, проникая внутрь.
На шее оставались алые следы от почти болезненных поцелуев и несильного укуса в ее изгибе.
Чувствуя проникновение, Алекс крепко зажмурил глаза, едва сдерживая себя, чтобы не вскрикнуть от боли.
— А Крис был прав... — усмехнувшись, выдохнул Дэвид в основание изящной шеи, ощущая, как же сильно сжимаются мышцы Алекса, не позволяя продвинуться, хотя еще прошлой ночью тело, расслабившись, так податливо и легко принимало его. — Каждый раз, как в первый... словно вновь лишаешь тебя невинности.
— Что?.. — нервно выдохнул Алекс, пытаясь оттолкнуть Дэвида от себя, но тот еще сильнее прижал к матрацу. — Зачем вы...
Его возражение быстро прервалось поцелуем, который был настолько настойчив, что все попытки Алекса отвернуться оказались бесполезны, и как бы он ни хотел этого и не сжимал зубы — они быстро разжались, когда он вскрикнул от новой волны боли, чувствуя, как плоть полностью вошла в него.
Порой удивительно, как все может измениться всего из-за нескольких слов. Лишь одна фраза и упоминание одного имени заставили Алекса сопротивляться тому, что еще пару мгновений назад было ему приятно, но теперь же вызывало отвращение. Из слов Дэвида следовало, что он общался с Кристианом, и это наталкивало на мысли, что и он может всего лишь пользоваться чужой наивностью, так хорошо и умело скрывая это.
— Мне больно!.. — в очередной раз прогнувшись в спине, глухо вскрикнул Алекс, безуспешно пытаясь оттолкнуть Дэвида, упираясь в его плечи руками. Но все попытки были пресечены, а руки прижаты к кровати.
— Тише... расслабься, и тебе станет лучше... — сжимая его запястья, не позволяя приподнять их от матраца и на дюйм, Дэвид склонился и поцеловал в висок, словно оставляя на нежной и чуть влажной коже горький отпечаток.
С каждым новым мгновением и толчком дыхание Алекса утяжелялось, не позволяя даже вскрикивать. Физиология брала свое, и, несмотря на боль, он чувствовал возбуждение от плоти, растягивающей и давящей на нужные точки.
Доведя дело до желаемого конца, Дэвид отвел от лица темную прядь волос, выбившуюся из хвоста, и вновь наклонился к Алексу, но тот отвернулся от него, зажмурившись. Не долго думая, Дэвид подцепил пальцами его подбородок и, повернув лицом к себе, поцеловал в щеку.
— Что с тобой сегодня? Ты так напряжен... — отстранившись, тихо произнес Дэвид, не понимая столь резкой смены настроения.
Ничего не ответив, Алекс резко приподнялся и, притянув к себе одеяло, прижался в дальнем углу кровати. Медленно по его щекам стекали слезы, а в горле словно встал ржавый и болезненный ком.
— Да что с тобой? — приблизившись, Дэвид положил руку ему на голову, слыша всхлипы.
— Не трогайте меня!.. — откинув от себя руку, практически выкрикнул Алекс ему в лицо и отвернулся, с головой накрываясь одеялом. Ему было больно и плохо, но не столько физически, сколько морально. Он открыл свою душу, пытался согреться в теплых объятиях, но вместо этого был больно ранен словами, которые говорили едва ли не о самом мерзком и унизительном прошлом.
— Что?.. — Дэвид одним рывком откинул одеяло и схватил Алекса за плечи. В своих словах он не видел ничего, что бы могло настолько задеть, а в действиях тем более, особенно если учитывать тот факт, что инициатива исходила отнюдь не от него.
— Отпустите меня, мне больно... — неожиданно для себя Алекс услышал в своем голосе холодные оттенки. Подняв на Дэвида взгляд, в котором перемешались боль, непонимание и усталость, он заставлял себя сдержаться, но слезы все равно одна за другой стекали по щекам.
