-Меня, ты хотел сказать? — мрачно переспросил генсек.
-Я что хотел, то и сказал! Именно нас, в особенности наших экспертов! Психопортрет они его составили, как же! — ответил Пельше и продолжил, — а если серьезно, то он явно почувствовал угрозу, если не себе, так своим близким. И начал принимать меры. И пока еще в мягкой форме. Но если наша реакция не будет соответствовать его ожиданиям, он может пойти на гораздо более жесткий конфликт, такой что нам мало не покажется.
-Да что он может, — чуть пренебрежительно произнес Брежнев, — если что, в бараний рог сразу скрутим.
-Вот, в этом и заключается ваша главная ошибка, — неожиданно резко ответил Пельше, — вы к нему относитесь как обычному, просто очень информированному человеку, которого можно запугать, купить и тому подобное. А он абсолютно необычен. И может быть очень опасен, если его попытаться загнать в угол. Вот что мы о нем знаем? Что у нас на него есть? Да ничего, кроме нескольких якобы логичных выводов наших умников. А он этим своим посланием показал, что плевать он хотел на нашу логику и наши правила. Не хотим по-хорошему, ну и хрен с нами.
А если мы его все-таки найдем, тогда что? — набычился Леонид Ильич.
-Ты точно хочешь пойти с ним на конфликт? После всего, что он для нас сделал? Будем резать курицу, которая несет золотые яйца? Если честно, то не ожидал я от тебя такого! — сказал, как отрезал Пельше.
-Ладно, не горячись Арвид, письмо это дурацкое, меня сильно разозлило, — примирительным тоном произнес генсек.
-Нет, Леня, оно не дурацкое, оно сделало именно то, что и должно было сделать. Вывести нас из равновесия и заставить действовать! — так же резко продолжил его собеседник.
-Ну и как мы будем действовать? — неожиданно спокойно, даже несколько буднично, произнес Брежнев.
-Надо Юру с полным отчетом по Квинту вызвать, например на завтра, заслушать его и вопросики позадавать, не очень удобные, а потом решение будем принимать, но мне почему-то кажется, что Юра явно заигрался, — ответил Пельше.
-Мне тоже так кажется, — задумчиво произнес Брежнев, — тогда давай вот как сделаем. Юру я на 14 00 завтра сюда приглашу, а мы с тобой и Михаилом Андреевичем к часу дня соберемся, мне тут должна еще одна информация важная к этому времени подойти. Ну, что всё пока на сегодня, иди Арвид, обедай.
-А ты? — спросил Пельше.
-А я ещё немножко поработаю, в том числе и над завтрашним совещанием, — ответил Леонид Ильич.
После ухода Арвида Яновича, генсек некоторое время посидел в задумчивости, затем вызвал к себе помощника.
-Значит так, Виктор, связываешься сейчас с Цвигуном по запасному каналу связи и договаривайся с ним о немедленной личной встрече в условном месте. На словах передашь ему следующее — вариант 2 БИС, он поймет. И назовешь ему два имени — Иванов Борис и Минцев Георгий. На завтра, чтобы была полная готовность. Как передашь, так сразу назад. Если все понятно, то выполняй!
-Все сделаю, Леонид Ильич, — Голиков энергично кивнул и вышел из кабинета.
-Ну вот, теперь сделаем несколько звонков, и будем ждать результатов! — подумал генсек и снял трубку телефона.
Понедельник 28 мая. Ленинград. Аничков дворец. Время три часа дня.
(Свято место пусто не бывает или Кузя развлекается).
Андрей вышел от Рукшина в отличном настроении. Сергей Евгеньевич, как и обещал, принес задания с прошлых математических олимпиад, несколько из них они даже вместе сейчас прорешали. Андрей еще раз убедился, что ничего сверхъестественно сложного там не было. А еще он оставил Рукшину тетрадь с решенными им задачами, которые Соколов получил от Бисектриссы. И Сергей Евгеньевич обещал их проверить. Но самое главное, Андрей получил справку с печатью за подписью самого декана матмеха Боревича, о том, что он, Андрей Соколов, в настоящее время занят очень важными исследованиями в области теории чисел.
На немой вопрос Андрея, Рукшин только ухмыльнулся, — слава нашла своего героя. Вот только ты теперь его должник, так что когда вернешься из Лондона, обязательно зайди к нему. Я доступно всё объяснил?
Андрею тогда ничего не оставалось делать, как только кивнуть. Но сейчас, присев на скамеечку у входа, он погрузился в раздумья.
-С одной стороны, хорошо, когда тебя знает такой человек, как Зенон Иванович, — подумал он, а вот с другой...
Но додумать ему не дали. Мягкие теплые ладошки накрыли его глаза.
-Наташа, — улыбнулся парень.
-У тебя что, глаза на затылке? — удивилась девушка.
-Нет, конечно, просто я помню, какие духи я тебе подарил, — продолжил улыбаться Андрей, — а в городе из моего так называемого гарема, кроме тебя и Мелкой сейчас никого и нет. А вот, что ты сейчас здесь делаешь, это вопрос!
-Как что? Всего лишь ждала, когда один чурбан бесчувственный, на математике помешанный, наконец, освободится! И, между прочим, ждала долго, — тут она слегка хихикнула, — аж целых пять минут. Так что ты теперь не имеешь никакого права не пригласить девушку в кафе, а потом просто обязан будешь проводить ее до дома.
-Принимается, — кивнул Андрей, — только ты тогда должна мне рассказать, что ты все-таки делала во дворце пионеров.
-Дюша, — слегка надула губы Наташа, — ты такой хороший парень, но иногда бываешь таким занудой. Вот зачем тебе мои маленькие девичьи секреты?
-А тебе, мои секреты, зачем? — не остался в долгу Соколов.
-Ну ладно, раз ты так настаиваешь, расскажу, но, — тут она ткнула парня указательным пальцем в грудь, — будешь должен!
Андрей согласно кивнул.
-В кружок я ходила, кройки и шитья, — объяснила девушка, — там сейчас народу никого нет, вот я и решила немного попрактиковаться, все равно я до 15 июня в городе остаюсь. Потом тебя увидела в приоткрытую дверь и решила подождать.
Тут девушка благоразумно умолчала, что она еще вчера вечером выведала у Мелкой планы Андрея на сегодня, и решила их немножечко подкорректировать, тем более, что посмотреть расписание математического кружка вообще никакого труда для нее не составило.
-Ну, так что, угощаешь? Или мне другого кавалера надо поискать? — улыбнулась Наташа.
-Пойдем, вымогательница, — Андрей подхватил девушку под руку и они пошли...
В небольшом кафе на Невском было тихо и уютно. Взяв свое мороженое, и корзиночки-пирожные наша парочка устроилась в углу, за небольшим столиком.
-Ну что как твои успехи? — поинтересовалась Наталья.
-Успехи где? — переспросил парень.
-На личном фронте, конечно, — слегка удивилась девушка, — математика твоя меня не сильно интересует.
-Да, вообще-то, по-разному, — неожиданно откровенно сказал Андрей, — то хорошо, а то, как-то не очень.
-Это для тебя, вообще-то, нормально,— усмехнулась Наташа, — тем более что ты в этом деле действуешь медленным шагом и робким зигзагом.
-Это ты что сейчас сказала? — не поверил своим ушам Соколов.
-Я? — удивилась девушка, — я ничего. Ты кушай мороженое Дюша, а то оно, когда растает, не такое вкусное.
— Ты мне зубы-то не заговаривай, — слегка сердито произнес парень.
-А зачем мне это делать-то? Ведь это ты у нас все делаешь не спеша и обстоятельно, словно старик какой-то, — тут она отложила ложечку в сторону и внимательно посмотрела на Андрея. — Ты же прям к семейной жизни начал готовиться. И сколько так будешь готовиться? Год, два, а может больше? А вот мы, девушки, такого не любим. Нам счастье сейчас подавай, все и сразу. Так что сам себе ты первейший враг и все проблемы сам себе создаешь! — неожиданно заключила она.
-И что же вы доктор в таком случае посоветуете? — чуть ерничая, произнес Андрей.
-Вот и чудной ты все-таки парень, — явно удивилась Наташа, — да жить надо, Дюша, просто жить. И не поддаваться так резко на капризы своих подруг. Мало ли почему у девушки настроение испортилось! А ты всё всерьёз воспринимаешь и через себя пропускаешь! Все вставай, пойдем тебя лечить от хандры твоей.
-И куда же мы пойдем лечиться? — легкая улыбка скользнула по лицу парня.
-Ко мне конечно, — ответила девушка и не удержавшись добавила, — не переживай, приставать не буду!
-Вообще-то это должна быть моя реплика, — усмехнулся Соколов.
-О, вот таким ты мне нравишься гораздо больше, — кивнула Наташа.
Некоторое время спустя. Квартира Наташи.
Наташа вышла из ванной и направилась к сидящему на диванчике Андрею, — ну что больной, чем вам может сегодня помочь тётя доктор? — с этими словами она присела рядом с парнем и прижалась грудью к его плечу.
-Кузя, не начинай, — едва сдерживая смех, произнес парень, — вот кто мне обещал сегодня не приставать?
-Я обещала, — честно ответила девушка, — но я ведь несколько раньше обещала тебе, Соколов, что ты у меня взрыднешь. И теперь, ты, зараза мелкая, заставляешь меня думать, какое из обещаний я должна выполнить первым! А знаешь, что, решай-ка сам! — и Наташа требовательно взглянула на парня.
-Давай взрыдну, что ли! — буквально хрюкнул Соколов.
-Я так и думала, — победно воскликнула девушка, — а вот не свезло тебе сегодня, Дюша, совсем не свезло! — и, наклонившись к его уху, она чувственным шепотом произнесла, — нельзя мне сегодня Соколов, вот совсем нельзя! Но в награду за твою честность у меня есть для тебя подарок.
Девушка вышла из комнаты, но вскоре вернулась с маленьким бумажным свертком в руках.
-Вот, пользуйся на здоровье и не забывай мою доброту, — она протянула сверток Андрею.
Тот развернул его и в полном обалдении, посмотрел на девушку.
-Настоящие английские, Дюрекс. Между прочим, для себя берегла, но что не сделаешь для лучшего друга, — тут она внимательно посмотрела на чуть покрасневшего парня и весело добавила, — что пользоваться не умеешь? Не беда, можем попрактиковаться сейчас в одевании.
И увидев, что лицо парня заливает густая краска, торжествующе добавила, — взрыднул, все-таки!
-Ладно, — уже спокойным тоном, добавила девушка, — гони червонец и выметайся, а то мама скоро придет! Хотя, если ты горишь желанием с Кузькиной матерью познакомиться, то оставайся.
-Нет, я, пожалуй, пойду, — улыбнулся Андрей, — и спасибо тебе, Наташа. Хорошо, что ты у меня есть.
-Не преувеличивай моих заслуг, — девушка легонько прижалась к парню, поцеловала его в щеку, — ну все иди!
Когда дверь за Андреем закрылась, Наташа довольно улыбнулась, — все-таки не зря я Мелкую приручаю! Вдвоем с ней мы из Соколова человека сделаем. А может все-таки не вдвоем, а втроем? Вот только кто третий — Афанасьева или Ясмина? Дилемма, однако!
И весело рассмеявшись, девушка вернулась в комнату.
Вторник, 29 мая. Москва. Дзержинская площадь. Кабинет Андропова Ю.В. Время 10 30.
(А Гроза уже совсем близко. А встречать её не с чем. Ну, почти).
-Ну что, проходите, товарищи, присаживайтесь. Разговор, похоже, у нас будет долгий и непростой, — хозяин кабинета вздохнул и продолжил, — вчера мне позвонил генеральный секретарь и потребовал полного отчета по разработке Квинта и вообще по оперативной обстановке в Ленинграде.
-А как, интересно, это взаимосвязано? — удивился Минцев.
-Мне это Георгий, тоже очень интересно, но формулировка была именно такая, — довольно нервно произнес Андропов, — и я сегодня приглашен в Кремль к двум часам дня именно по этим двум вопросам. И кроме товарища Брежнева, там будут Суслов и Пономарев, ну и Пельше, конечно.
-А не может это быть связано с Романовым, а то он в последнее время зачастил в Кремль? Вот и сегодня в Москву приехал. И в Ленинграде активность милиции сильно возросла, под ногами начали путаться, — спросил Иванов.
-Нет, это вряд ли,— покачал головой Андропов, — у Романова сегодня совещание в совмине по реформе профтехобразования, да и прошлый раз по моим данным он с генсеком именно это обсуждал.
-Все равно, как-то очень все подозрительно, — упрямо заявил тот, — мне моя чуйка говорит...
-А про совещание в Кремле, твоя чуйка молчит? — перебил его Андропов, — Боря, ты чего не понимаешь, что мне туда практически не с чем идти? Через год работы, при колоссальных потраченных ресурсах, что мы имеем на выходе? А имеем мы пшик! Куча предположений и ни одного реального факта!
-Мне кажется, Вы сильно преувеличиваете! — осторожно начал Минцев, — получены достаточно серьезные результаты, установлен двухсторонний канал связи, наконец.
-Георгий, я для этого Вас так срочно сюда и вызвал. Чтобы мы, совместными усилиями, за оставшееся у нас время подготовили достоверный и непротиворечивый доклад, — чуть устало произнес Юрий Владимирович. — Поэтому приступаем, товарищи. Итак...
Вторник, 29 мая. Ленинград. Красноармейская улица. Школа. Время 10 30.
(На ловца и зверь бежит. Да ещё и пушистый. Слава богу не песец).
"Ну, вот и все, — подумал Андрей, выходя из школы, — последнее заседание комитета комсомола в этом учебном году закончилось, следующее теперь только в конце августа. Так, что свобода. Гуляй рванина от рубля и выше"!
Но тут его окликнули.
-Светлана Витальевна, — удивился парень, глядя на поднимающуюся со скамейки Чернобурку, — а Вы, что здесь делаете?
-Ты будешь, наверное, сильно удивлен, но я ждала именно тебя, — ответила женщина, — ведь с тобой, как оказалось, практически невозможно связаться. Телефон у Вас дома молчит, даже поздно вечером, я три дня пыталась дозвониться, все без толку. Хорошо, хоть на комитет пришел, а то пришлось бы тебя в розыск объявлять.
-А что случилось, то? — осторожно спросил Соколов.
-Ты в курсе Андрей, что я теперь в райкоме партии работаю? — тут же спросила его Светлана.
Парень кивнул.
-Вот, и я сейчас начала заниматься вопросами военно-патриотического воспитания молодежи, в райкоме специальная группа создается, под моим руководством. Готов принять участие в работе? — спросила Чернобурка.
-Конечно, — ответил парень, и чуть замявшись, продолжил, — вот только...
-Да в курсе я твоей математики, — перебила его женщина, — поэтому сюда и пришла. Поехали в райком, там предварительный план мероприятий проработаем, и график твоего участия в них согласуем, с учетом твоей занятости, конечно, — чуть съязвила она.
-Поехали, — решительно ответил Соколов.
Вторник. 29 мая. Москва. Кремль. Объект "Высота". Время около 12 дня.
(Романовы обид не прощают. Даже если они обычных кровей).
-Здравствуй Григорий, — поприветствовал Романова Брежнев, — проходи, присаживайся. Как поездка прошла, надеюсь плодотворно?
-Здесь всё, — Григорий Васильевич протянул тонкую папку генсеку.
-Так посмотрим, что тут у тебя, — Леонид Ильич не торопясь просмотрел бумаги, затем цепким взглядом окинул Романова, — вот интересно, кто смог тебе всю эту информацию собрать? Удивил ты меня, Гриша, сильно удивил. Так что, познакомишь меня с этим своим гением сыска?
-В Москву он не поедет, это исключено. Заставить его я не смогу, — ответил Романов, — обидчивый очень и злопамятный. А я в число его врагов и даже просто не друзей, попасть не хочу. Поэтому, извини, Леонид Ильич, если хочешь познакомиться, точнее, восстановить прежнее знакомство, то приезжай ко мне в Ленинград. А то ты у меня в гостях давно не был, а мне кажется, это не совсем правильно.
