-= W =-
Кристальная империя.
Год 1004 от Восстания Найтмер Мун.
Археологи под роговодством Марбл Абакулус продолжали исследование артефактория в комплексе. Но теперь они искали не столько артефакты, сколько пульт управления магическим щитом, закрывавшим дверь. Марбл предположила, что пульт мог быть в помещении в центре внутреннего кольцевого тоннеля в шестом контуре комплекса. Но явно видимого прохода в центр во внутреннем кольцевом тоннеле не было. Там было много дверей в стене тоннеля с внутренней стороны. Учёные открывали их одну за другой, но за дверями были, в основном, рабочие кабинеты. Видимо, здесь когда-то в древности работали артефакторы. В кабинетах постоянно попадались старые книги, множество диковинных инструментов, необычные приборы и артефакты, со встроенными кристаллами, испещрённые рунными надписями. Археологи всё тщательно фотографировали, но не трогали и ничего не выносили из артефактория — таково было условие доступа сюда.
Но фотографировать не запрещалось — и учёные фотографировали найденные книги, страницу за страницей. Фотографированием занималась Сильвер Гем, одна из ассистенток экспедиции.
В комплексе попадались книги и на древнеюникорнийском, и на инитиумнарском. Если с прочтением первых проблем не было, то вторые читать было в разы сложнее, даже с учётом переданной из другого мира информации о языке. Фрея Эск, другая ассистентка, пыталась изучать инитиумнарский и показывала в нём результаты лучше остальных, в пределах переданной весьма ограниченной языковой базы.
— Я тут подумал, коллеги, — произнёс Пёрпл Бесом в процессе осмотра одного из кабинетов. — Где бы я расположил пульт доступа к важным артефактам? В кабинете роговодителя, очевидно?
— Или в комнате охраны? — предположил Парчмент Скролл. — Но не у входа, а в кабинете начальника охраны.
— Осталась сущая мелочь — найти этот самый кабинет, — проворчал Олд Скрипт.
Все двери в комплексе были помечены, но, как правило, рунные надписи были короткими и представляли собой лишь номера помещений в формате Х-ХХ-ХХХ, где первая цифра была номером контура, а последующие — номерами тоннеля в контуре и помещения в тоннеле. Также в тоннелях попадались и другие надписи, и даже что-то вроде указателей, но большинство из них археологи не могли прочесть. В шестом контуре длинных надписей на дверях было заметно больше. Археологи фотографировали каждую дверь в осматриваемые помещения, но у них не получалось прочитать, что на них написано, даже с учётом присланных алфавита и словарика. Язык был незнакомый, в лучшем случае выходило понять цифры.
— Возможно, Фрея смогла бы прочитать надписи, — негромко произнесла Сильвер Гем, оторвавшись на секунду от пересъёмки книги. — Она в последнее время каждую свободную минуту изучает эти руны.
— Надо будет взять её с нами, когда пойдём сюда после обеда, — решила Марбл.
Археологи отправились на обед, а затем вернулись в комплекс, взяв с собой Фрею Эск.
— Фрея, взгляни, пожалуйста, — попросила Марбл, — может быть, у тебя получится прочитать указатели на стенах и надписи на дверях. Руны-цифры мы научились разбирать сами, но вот полноценно читать надписи не получается.
— Ой, я ещё только начала разбираться в языке, — засмущалась Фрея. — Язык очень сложный, и сами руны тоже сильно запутанные, их очертания не имеют какой-то последовательной системы. Я буквально сравниваю каждую руну с таблицей, которую дала мисс Хартстрингс, ищу похожую, проверяю и выстраиваю перевод слова руна за руной. Иногда получается прочитать, иногда — нет, но в любом случае очень медленно. Запомнить эти руны я пока что вообще не могу, хотя у меня способности к языкам хорошие, — она кивнула на свою кьютимарку — компас в окружении рун древнеюникорнийского алфавита. — Они все какие-то одинаковые. Труднее всего понять смысл, когда руны не выстраиваются в слово одна за другой, а образуют хаотичную вязь. Там иногда попадаются комбинации из одних согласных. Я вообще не понимаю, как они это произносили? Такое я вообще понять не могу.
Аметистовая единорожка пошла вдоль тоннеля, останавливаясь у каждой надписи и внимательно её рассматривая. Она сравнивала руны с таблицей, затем заглядывала в распечатку словарика, присланного из другого мира и дополненного словами и фразами из перевода инструкции к манипулятору. Словарик был совсем небольшой, на три тысячи наиболее употребительных слов.
— А что мы ищем? — уточнила Фрея, останавливаясь у очередной надписи на стене внутреннего кольцевого тоннеля шестого контура.
— Кабинет роговодителя или начальника охраны, — ответил Пёрпл Бесом. — Возможно, в одном из них находится пульт управления магическим щитом. Мы предполагаем, что роговодители сидели где-то здесь же, в кабинетах.
— А-а, поняла, — покивала единорожка, тряхнув серебристой гривкой, — нет, непохоже, чтобы здесь было про это написано.
— Логично было бы предположить, что должности обитателей кабинета написаны на дверях, а не на стене тоннеля напротив, — заметил Олд Скрипт. — Надо поискать двери, на которых будут не только номера кабинетов.
После примерно часа поисков пони нашли несколько дверей с надписями, более длинными, чем просто номера. Фрея долго пыталась разобрать, что на них написано. Учитывая, что незнакомыми были и руны, и язык, задача выглядела почти нерешаемой. Археологи исследовали кабинеты на другой стороне кольцевого тоннеля.
— А что, если мы просто зарисуем эти руны, потом поднимемся в пятый контур и спросим у человеков через компьютер? — предложила подошедшая Сильвер Гем.
— Так ведь мисс Хартстрингс уехала в Понивилль? — слегка удивилась Фрея.
— Да, но компьютер остался в зале портала.
— Можно попробовать, — согласилась Фрея, — но мы никогда с ним не работали. У нас может и не получиться.
Она тщательно зарисовала рунные надписи, затем обе единорожки поднялись в пятый контур и пришли в портальный зал.
Полупрозрачные колонны в зале продолжали мигать бегущими внутри них цепочками голубых рун. Переносной компьютер лежал на том же ящике, где его оставили Лира и Саншайн, рядом с радиокомнатой и терминалом большого компьютера.
— Он, похоже, выключен, — пробормотала Сильвер Гем. — Надо попробовать его включить.
Дымчато-серая единорожка взяла телекинезом стилус и наугад прикоснулась к верхней панели из тёмного стекла на плоском корпусе компьютера. Из корпуса послышался тихий шелест, и на панели засветились зелёные руны. Затем прямо в воздухе высветилось изображение экрана, по которому побежали рунные надписи. Через несколько секунд руны сменились привычными эквестрийскими пиктограммами.
— YAY, как интересно! — удивилась Фрея. — Он как будто проснулся.
— Да, точно... Похоже, он и не был выключен, — Сильвер Гем задумчиво читала надписи и прикасалась стилусом к элементам интерфейса, изучая реакцию компьютера. — М-м-м... это, похоже, какое-то командное окно, сюда надо писать команды, чтобы они выполнялись. Знать бы ещё, какие именно команды... Тут мисс Хартстрингс что-то делала. Надо найти окно программы, в которой она переписывалась с человеками.
Но, сколько единорожка ни тыкала в руны, найти нужное окно у неё не получилось — на экране так и висело окно с командами.
— Может, мисс Хартстрингс то окно закрыла? — предположила Фрея.
— Может быть...
Осознав, что быстрого решения не предвидится, Фрея спустилась обратно в шестой контур. Сильвер Гем ещё немного потыкала стилусом в компьютер, но у неё ничего не получилось, и она тоже спустилась вниз следом за Фреей. Фиолетовую единорожку Сильвер нашла возле одной из дверей. Фрея срисовала с двери длинную рунную надпись и теперь подбирала по таблице значения рун.
— Удалось что-нибудь разобрать? — спросила Сильвер Гем.
— Да, одну надпись прочитала, — Фрея указала на одну из дверей — вон на той двери написано 'princeps artificii'. С 'artificii' всё понятно, это 'артефакторий', понять бы ещё, что означает это 'princeps'?
— Принцепс... принцепс... — Сильвер Гем покатала на языке незнакомое слово чужого языка. — На 'принцессу' похоже.
— Это было бы слишком просто! — возразила Фрея. — 'Принцесса артефактория', что ли? Это же не язык пони! Даже не древнеюникорнийский!
— М-м... — Сильвер задумалась. — А что было ДО древнеюникорнийского, Фрея? На каком языке говорили пони до появления Вендиго?
— Эм-м... ну, да, считается, что в то время существовал язык, похожий на древнеюникорнийский, — ответила Фрея. — Текстов на нём почти не сохранилось, поэтому потеря книг из того хранилища с говорящей статуей Маллеату стала настоящей трагедией для лингвистов. Но утверждать о нём что-то определённое сложно, именно по причине отсутствия текстов. Лингвисты условно называют его 'протоюникорнийским'.
— Комплекс очень древний, Фрея. Мы нашли здесь множество книг, написанных древнеюникорнийскими пиктограммами, — напомнила Сильвер Гем. — Но ведь считается что древнеюникорнийский как язык сложился во времена Юникорнии, где-то за две тысячи лет до Восстания Найтмер Мун, или немного ранее. А возраст предметов в комплексе определяется заклинанием датировки в среднем как восемь тысяч лет. Не означает ли это, что пиктограммы, которые мы считаем древнеюникорнийскими, на самом деле намного более древние, и используются в древнеюникорнийских текстах не потому, что были изобретены незадолго до правления принцессы Платины, как написано в учебниках, а появились намного раньше, и затем их просто позаимствовали?
— А-а... эм-м... может быть... — озадаченно пробормотала Фрея. — Слушай, эта твоя догадка вообще-то тянет на научную статью...
— Пишем? — улыбнулась Сильвер Гем.
— Начнём вечером с составления плана, — ответила Фрея. — Я даже рискну предположить, что древнеюникорнийский впитал в себя не только пиктограммы протоюникорнийского языка, но и часть словарного запаса. Иначе как объяснить, что мы читаем некоторые двуязычные надписи на стенах тоннелей в комплексе, идентифицируя их как древнеюникорнийские, но их датировка намного старше общепринятой датировки древнеюникорнийского языка? Я вижу только два варианта объяснения: либо общепринятая датировка неверна — такое объяснение едва ли понравится академикам. Тот же Олд Скрипт нас в пух и перья раскритикует. Либо, что лучше укладывается в общепринятую теорию — что древнеюникорнийский впитал в себя слова, фразы и понятия из намного более древних текстов на протоюникорнийском, сохранив их написание, но, возможно, с течением времени исказив произношение. А может быть, и сохранив его. Всё-таки, в древнеюникорнийском звуки произносятся так же как записываются.
— Да-а, возможно... — согласилась Сильвер Гем. — А эта надпись? — она указала на дверь, перед которой они стояли. — Ты поняла, что она означает?
— Пока нет, — покачала головой Фрея. — Я ещё не полностью её расшифровала. Последнее слово в ней тоже 'artificii', как и в предыдущей, но первое и второе незнакомые. Первое я прочитала как 'praefectus'. Знать бы ещё, что это означает? Второе ещё расшифровываю, первые пять рун, похоже, читаются как 'secur'.
— М-м-м... тут на конце руна такая же, как в начале слова, то есть 's', — Сильвер Гем пригляделась к надписи. — Вот эта руна такая же как первая в слове 'artificii', то есть 'a'. Предпоследняя — такая же как две последние в слове 'artificii', то есть 'i'. И она же стоит после 'r'. А до и после 'a' идут две одинаковые руны, такие же как третья в слове 'artificii', то есть 't'.
— Точно! Ты такая наблюдательная, Сильвер! — восхитилась Фрея. — Тогда всё вместе получается 'securitatis'. Но пока что это не проясняет смысл фразы.
— Да, но теперь, зная, как это читается, мы можем отправить телеграмму мисс Саншайн, чтобы она связалась с человеками и спросила у них, — предложила Сильвер Гем. — Если они прислали перевод той инструкции для железной лапы, может, они и это переведут?
— Почему бы и не попробовать? — согласилась Фрея. — Мисс Саншайн работает на метеостанции, у неё есть телеграфный аппарат на рабочем месте. Задержка с ответом будет минимальная.
Обе единорожки подошли к Марбл Абакулус. Выслушав их, роговодитель археологов тут же отправила Фрею на телеграф:
— Идите, отправьте телеграмму, мисс Эск, и дождитесь ответа от мисс Саншайн. Сильвер нам необходима как фотограф. Надеюсь, ваша идея сработает.
Фрея поднялась на поверхность, вышла из замка и дошла до почтового отделения. Она отправила телеграмму на метеостанцию Понивилля.
-= W =-
Понивилль, Эквестрия.
Год 1004 от Восстания Найтмер Мун.
Саншайн, немного отойдя от свалившихся на неё неприятных событий, пыталась приспособиться к новым реалиям. Ей не составило труда сделать для себя новый облачный домик, но помещение для аппаратуры связи сгорело, поэтому она поставила дом прямо на крышу двухэтажной лаборатории. Это было неудобно — спускаться и подниматься приходилось через улицу. Своё оборудование она разместила в одной из комнат здания лаборатории. Туда же перенесли и зеркало.
Со спальными местами возникла проблема: один из файрболлов Тирека сжёг магазин Дэйвенпорта 'Перья и диваны'. Придя туда в надежде купить два новых спальных места, Санбёрст и Старлайт обнаружили на месте магазина мерзко воняющее пепелище. Самого Дэйвенпорта они не видели — возможно, он ещё не вернулся из эвакуации.
— Давай спросим Саншайн, не сможет ли она сделать нам облачные матрасы? — предложила Старлайт. — Думаю, я смогу их зачаровать так, чтобы мы через них не проваливались.
Саншайн, конечно, друзьям не отказала, слепив для них из облаков удобные спальные места. Старлайт после нескольких проб и ошибок сумела наложить на них заклинание, стабилизировавшее облака для использования единорогами и земными пони. Заклинание нужно было периодически обновлять, но, даже если бы облачное изделие и рассеялось, слепить новое на замену мог бы любой пегас.
В процессе всей этой неизбежной суеты метеоролог приняла телеграмму из Кристальной империи:
'ПРОШУ ЗАПРОСИТЬ НАШИХ ДРУЗЕЙ ПЕРЕВОД ФРАЗ PRAEFECTUS SECURITATIS ARTIFICII И PRINCEPS ARTIFICII ТЧК ТАКЖЕ ПОДСКАЖИТЕ КАК ПЕРЕПИСЫВАТЬСЯ С ЧЕЛОВЕКАМИ С МАЛЕНЬКОГО КОМПЬЮТЕРА ВПРС ОЧЕНЬ ВАЖНО ТЧК ОЖИДАЮ ОТВЕТА ПОЧТОВОМ ОТДЕЛЕНИИ ТЧК ФРЕЯ'.
Со связью поням теперь пришлось 'откатиться' на ступень назад — оставив переносной компьютер в комплексе под Кристальной империей, Саншайн вновь передавала текст кодом Хорсе с ключа. Но сделанная по присланной человеком схеме панель с мигающими кристаллами работала, и пегаска, установив связь, отправила запрос.
Прошло не более минуты, зеркало осветилось, и метеоролог увидела человека. Он сидел за компьютером напротив зеркала. Увидев пони, он приветливо улыбнулся и помахал передней лапой... 'рукой', вспомнила пегаска.
Телеграфный аппарат затрещал, печатая ответ:
'Здравствуйте, Саншайн. По вашим фразам: praefectus securitatis — это начальник охраны, princeps artificii — начальник артефактория. Тут даже не потребовалось никого беспокоить — слова знакомые, особенно префект, широко используется до сих пор.'
