Великий Переход или Новый Бъакътун

— Тапки твои загрызу, вот тебе правда! — напомнил кот особо громким мявом. — Меня твоё состояние не трясёт, у меня своих проблем до полового органа.

Ирка на автопилоте открыла коту дверь: выметайся животное, чеши отсюда крабиком. Решила приходить в себя, но это получалось плохо. Кот, подстёгиваемый здоровым энтузиазмом, убрался из комнаты, подружки не прибежали поинтересоваться состоянием Ирки, зато к ней явились два веселых друга — тошнота и озноб.

Кто придумал эту "утру"? Или сейчас не утро? Сердечко колотится, пот льётся, мысли канкан пляшут, свет больно бьёт по глазам, окружающее кажется слишком HD, — да что со мной такое? Сглаз, не иначе. Сплошной, девочки, тухлый гембель. Бля, что-то заковыристое нарисовалось в моей медицинской карте. Ирка начала усиленно вспоминать. Лучше бы она это не делала. От воспоминаний о прошлой ночи нервы стали сдавать, как с хорошего "похмура". Так мы и не пили, — удивилась Ирка, — откуда похмур? Сашка бутылку у нас отобрал, не дал взбодриться от победы над монстрами.

Монстры! Тут Ирку накрыло волной воспоминаний: вот её живьём жрёт какая-то экзотическая фауна, вот она рубит тварей мечом и колотит их дубинкой, при этом испытывая почти сексуальное наслаждение. Вот она с дикими воплями гоняется за неведомыми животными, имеющими шесть лап, но не имеющими хвоста. Кажется, ночные события превысили разумную психо-эмоциональную нагрузку.

— Божечки, — прошептала девчонка: как у всякого сообразительного человека у Ирки случилось озарение.

— Неужели это я рубила мечом живых существ?

Всё понятно. Это не она такая храбрая, это зелье пришельцев сделало Ирку отчаянной до безобразия. Сашка говорил — не надо злоупотреблять иномирным пойлом, особенно сочетать его с коньячком, иначе всё пойдёт юзом.

Ирке стало дурно от воспоминаний о битве с монстрами, страшными до усрачки: она словила грандиозный откат. Они же могли меня съесть? Вернее, один раз даже съели. Меня — такую красивую и молодую. Я ещё жизни не видела, а меня мобилизовали и заставили воевать. Конечно, меня монстры съели, но Сашка меня волшебным пойлом откачал. А оно оказалось ядовитое, до сих пор меня плющит.

Настроение Иркино скакало, как качели, то вверх до облаков, то ниже канализации. Мысли в голове категорически отказывались приводиться в порядок: они предпочитали в разные стороны торчать соломинками в стогу, или вообще исчезать в тумане; разум временно переехал в параллельную реальность. Остаточное действие иномирного пойла, держало организм девчонки в состоянии лёгкой каталепсии. В Иркиной голове стало звеняще пусто, как в кармане студента на третий день после стипендии: пустота в голове исключала любую умственную деятельность. Зато включился Автопилот — это очень обрадовало Ирку: теперь её меньше тряс нервяк и есть на кого опереться. Ирке захотелось поговорить с Автопилотом, ведь он — наверняка умный.

— О чём с тобою говорить? Ты порешь ахинею. К примеру, скажи вслух "Дефибриллятор", — предложил Автопилот Ирке.

— Де ... хулиблятор, так, да? — пробормотала Ирка вслух.

— Понятно, — вздохнул Автопилот и проявил по отношению к Ирке нечто вроде сочувствия. — Ты теперь молчи и делай только то, что я тебе говорю. К нормальным людям тебе пока рано выходить.

— А!? — начала Ирка. Как не выходить, если ей надо срочно посетить Белого Друга?

— Без "А", — отрезал Автопилот. — Чувствуй себя рыбкой пецилией, помнящей только последние десять секунд своей жизни. Короче, я беру твой организм под полный контроль. Не благодари. Скоро, коренной зуб даю, ты, с моей помощью, красиво акклиматизируешься в местном социуме.

Полинка находилась в большой комнате, обдумывая задание командира об апгрейде боевой перчатки для ловли монстров. Сашка со Светкой куда-то ушились, предварительно озадачив Полинку заданием: "Разберись, что здесь почём и какой футбол с мячом. Короче, Полинка, сними с мыслей паутину и расстарайся: отрой свой талант из суетного шлака". Сашке нетерпелось применить модифицированную перчатку при ловле артов, а Полинка всё телится, никак перчатку не модифицирует. Угу, нет ничего невозможного для того, кто сам не должен выполнять работу.

На столе разложена дюжина предметов совершенно непонятного назначения, и весь этот балет в космосе надо умудриться собрать в единое целое. Но, как это сделать, если Полинка не видит в этих предметах никакой логики? Тот ещё авангард. Не женятся в её голове мысли насчёт правильной сборки устройства. Непонятные детали уже начали вызывать в девчонке изжогу. Сашкино задание с апгрейдом перчатки интересно так же, как наблюдение над краской, сохнущей на заборе. Ещё бы шеф дал чёткое ТЗ на апгрейд перчатки. ХЗ он получит, а не изделие с таким расплывчатым ТЗ.

Вот и сидела Полинка на стуле, сложив руки на животике, как статуя задумавшегося Будды. Мысли постоянно улетали куда-то в неосознанное. Зачем суетиться, если энтропия всё равно приведёт систему к равновесию. Хера себе квест, вот не прёт меня от этих предметов и всё тут. Сама с собой играю в дебила, иначе не скажешь. И инструкции нет: как же без инструкции? Где тут логика? Она ни хрена не бьётся. Праздно мыслить мне дана отрада, а не разгадывать иномирные квесты. Наверное, я дурочка с застрявшей в голове всякой шелухой. Переиначивая слова знаменитого Балды: "...запуталась в трёх соснах, даже двух — ищу окольный, нестандартный путь..." Ещё чуть-чуть и я скажу эдакое пилатовское: я умываю руки.

В этот момент кот Максик ужом проскользнул мимо Полинки и ринулся на веранду к своему лоточку. Она с завистью посмотрела на кошака. Вот кому живётся хорошо: поели, поспали, устали, поспали, поели, устали. Котик прочно уяснил взаимосвязь наименьшего знания и крепкого сна. Максик давно понял, что восемьдесят процентов результата существо получает, вложив двадцать процентов усилий. Зачем тогда суетиться? Вот она природная мудрость.

Это бедной Полинке надо голову ломать над загадками, так как её зачем-то к умным особям приписали. Я хочу к красивым, а не к умным. Красивым лучше живётся, а умным приходится расхлёбывать всяческое дерьмо, постоянно у нас случающиеся. Это так себе вариант. Вот Ирке нашей, томной, как японская Нефертити, хорошо: её хоть для рекламы снимай, настоящая красавица. Отлично поработали Иркины предки над её внешним видом. Хоть и бестолочь Ирка, но Сашка её ценит, ибо от неё так и веет вожделением, лаской и негой. Ирку хоть саму вместо лекарства к ране прикладывай.

Только Полинка вспомнила о старшей подружке, как дверь в её комнату приоткрылась, и появилась Ирка во всей своей красе. С такой физиономией, как у Ирки, она могла рассчитывать исключительно на понимание от маргинальных особей, находящихся в лютом похмелье.

— Боженька мой, — прошептала Полинка, глядя на подружку, походившую на жертву политических репрессий.

Ирка выглядела натуральной захухрей в коматозе. Халат на её фигуре сегодня сидел, как на скособоченной вешалке: стиль одежды — "я только утром вышла из запоя", попона на козе красивее смотрится. Взгляд подруга демонстрировала как есть смурной: ни одной мысли, лишь блаженная пустота да признаки нервного тика на симпатичной мордочке. Лапки девчули дрожали, как у похмельного сантехника. На Иркиной голове образовался унитазный ёршик: волосы грустно торчали в разные стороны, мечтая о расчёске. Девушку словно черти в телегу запрягали и всю ночь воду на ней возили. В таких случаях товарищ Федя Крюгер авторитетно говорил: "С вами не соскучишься".

Полинка, глядя на подружку, застыла в суеверном ужасе: эк её пробуравило, людей краше в гроб кладут. Ходячий кошмар: Иркой можно детей пугать. Унитазный ёршик на голове подружки — не знамение ли это Конца Света? Хотя один Конец Света вроде как у нас уже случился, зачем нам второй. Неужели грядёт что-то совсем отвратное? Где мой запасной подгузник?

Ирка "твёрдой" походкой обкурившегося зомби шкандыбала в туалет, но заметила Полинку, корпящую над заданием командира: мелкая силилась узреть в наборе деталей хоть какой-то смысл. Не порядок, — решил Иркин Автопилот, — надо помочь соклановцу. Говном надо жить, чтобы ближнему не помочь. Обязательно надо помочь мелкой подружке, чтобы она не грустила — молодому растущему организму грустить вредно. Ей надо радоваться жизни, а не смиряться со злодейкой-судьбой, сетуя на коварные замыслы Проведения.

Автопилот слегка скорректировал траекторию движения своей подопечной в сторону стола с набором предметов для апгрейда перчатки.

С совершенно тупым выражением лица Ирка прошипела Полинке: "Ссссшшш", что, наверное, означало: "С добрым утром дорогая Полиночка". При этом руки старшей подружки ловко собирали разложенные предметы в единое целое. Полинка похолодела: а ну как Ирка поломает детальки.

— ... эту фиговину притулим вот к этой штуковине, затем всё вкорячим вот сюда, — бормотала Ирка отдельные слова, перемежая их междометиями. В глазах Иркиных прослеживалось ума столько же, сколько у козы, — ... а эту хреновину присобачим к вот этой огудине. О, какая мутная хрень получается, я тащусь. Штуковина твоя простенькая, как черенок от граблей. Детей делать труднее, чем собрать эту штуковину. Держи подруга свой бульбулятор и не парься, — Ирка положила собранную конструкцию на стол перед Полинкиным носом.

— Ик! — вместо "спасибо" произнесла поражённая Полинка. Словно НЛО увидела. Как так-то? Наша Ирка, оказывается, полна сюрпризов.

— Слушайся старших тёток и расти хорошей девочкой, — наставительно изрекла Ирка. — Ушки навостри — они тебе даны, чтобы ими слушать, а не для вентиляции. Терпение, помноженное на труд, всегда даёт результат. Мичурин сказал. Постигай Полинка знания и изучай природоведение, ведь незнание не освобождает от подлючих проблем. А знание, следи над мыслью, оно позволит сгладить проблемы, а то и вовсе избежать попадалова. Не тормози мозгом, подруга. Если ничего не можешь красиво порешать, то зачем нервничать; минусуй из проблем эмоции. Если проблема имеет решение — то волноваться не надо, если решения нет — то поздняк метаться.

Высказавшись, Ирка, шатающейся походкой воскресшего зомби, проследовала в туалет совершать моцион, оставив Полинку обтекать и ловить катарсис. Спина Ирки демонстрировала расстройство от примитивного уровня современного образования и низкого интеллектуального уровня отдельных особей. Вот оно что, Полина Николаевна, вот оно что! Оказывается, красивая Ирка у нас больше придуривается, ловко каная под дурочку, а на самом деле она та ещё прошаренная штучка. Скелеты в её шкафу слишком громко костями звенят.

Если со стороны посмотреть Иркины достижения, то становится всё понятно. Она продуманно пригласила в свой дом Светку и нас с Сашкой — фактически создала клан. Да она подковы способна гнуть вместе с лошадьми. Она храбро сражалась с монстрами, хитростью добыла водоразборную колонку, помогла старому деду, лучше всех готовит обеды. Она весёлая девчонка и кот у неё замечательный. У неё в доме чистота и порядок. Без Иркиных идей мне с Сашкой жилось бы трудно. Ирка умело скрывала свой ум, но, заметив, как я корячусь, она не выдержала и помогла мне. Возвращаясь к "здесь и сейчас": тревожат меня до слезящихся глаз смутные сомнения — это не я у них самая умная. Я просто прячусь за умными словами, чтобы никто не понял, какая я глупая. Я обыкновенная малолетняя дурочка на их фоне, способная только стриптиз перед Сашкой изображать, голой жопкой крутить, самца смущать. Ой, стыдно-то как, до несварения желудка и почесухи. Теперь меня совесть конкретно изжуёт за постыдное низменное поведение; станет меня изводить напоминанием: "Похоть и блуд ведут к падению в бездну".

Ирка, сидя на Белом Друге, пыталась скулить, как тургеневская барышня, впервые увидевшая справочник по специальным функциям. Это что со мной такое? — в панике метались Иркины мысли, — какого херувима? Нет, я, ей-Богу, закричу.

С какого лысого беса я поняла, как помочь Полинке? Хотя предположение есть: я окончательно поссорилась с мозгами, у меня проявилась вялотекущая шизофрения с элементами галлюцинаций. Я сошла с ума, какая досада. Кажется, астрологическая ситуация складывается над моей дурной головой в кукиш вселенского размера.

Это открытие Иркино настроение совершенно не улучшило.

— Теперь Сашка меня точно выгонит на улицу, — растирала горькие слёзы Ирка. Захотелось ругаться словами, которых нет в пособиях по хорошему тону.

Её интуиция вопила громче, чем свинья на заклании. Для пущей эмоциональности и убедительности Ирка добавляла в свои причитания матерные слова.

— Зачем, мля, ему на шее сумасшедшая барышня с прожорливым котом? Нужна я ему, как пингвину домкрат. У Сашки шустрая малолетка есть и сексуальная Светка. Я со своими закидонами не вписываюсь в его парадигму. Не его поля моя ягодка, не его огорода мой цветочек, не ...

— С прямотой штопора скажу — фигню городишь, нормальная ты девчонка, просто с придурью, — влез в Иркины размышления её настырный Автопилот. — Я тебя умоляю, не напрягайся так, а то лопнешь. С бодуна ты всегда такая мнительная. Хватит страдать интеллектуальной поллюцией, чай не Спиноза, чтобы много думать. Не ожидал от тебя такого чёрно-белого пессимизма. Да уж, птицу видно по помёту. Твои слова — горбатая ересь. Ты, мася моя, гнусно ошибаешься — от этого мне очень прискорбно. Положись на меня, и мы с тобой нанесём обществу много добра. Всё будет ништяк, отвечаю. В толпе простачков мы с тобой столбиками стоять не собираемся. Сашка заверещит от счастья, Светка облезет от зависти, а Полинка уйдёт в монастырь. Слушай — а давай иномирного бальзамчика врежем для разгона. Козырно получится, отвечаю, чтоб меня восемь раз катком раздавило. Утопим горюшко на дне чарочки. Я уже по твоим честным глазам вижу — ты не против для исцеленья от тоски оттопыриться бальзамчиком. Чисто для стабилизации колебаний эфирной оболочки. Так каким будет твоё положительное решение по данному высокопродуктивному предложению?

— Угу, — продолжила рыдать Ирка. — Откроют у нас дурдомы — резво сыграю на дурку. Пора ко мне санитаров вызывать со смирительной рубашкой. Плачет по мне дурка, горькими слезами плачет. Скоро бедную Ирку на галоперидол определят. Мало мне проблем. Теперь в голове ещё и голоса завелись, да не простые, а с наркоманским уклоном: назойливо склоняют к нарушению спортивного режима, покушаются на мои духовные скрепы, булавки и заколки. Вот такой салат с мухоморами: я уже начинаю всего бояться. А ведь совсем недавно я только мышек боялась.

Когда на небе в полную силу засветились звёзды, домой вернулись Сашка и Светка. Вернулись довольные, словно с блудохода. Светка даже громко напела песенку: "Паровоз пыхтит — колёса стёрлися, вы не ждали нас, а мы припёрлися ... а что у нас на ужин?"

— М-м-м-м..., — в доме витали вкусные запахи, исходящие из кастрюлек, стоящих на печке.

Светка с Сашкой переглянулись, и, наперегонки ломанулись в ванну мыть руки. Победила Светка: она оказалась шустрее командира — первая заскочила в санузел. Сашка заглянул на кухню и обомлел. Обеденный стол Ирка сервировала так, как не в каждом ресторане смогут украсить. Фарфор и хрусталь блестел в лучах осветителя, радуя глаза, а желудок уже предвкушал обильный обед.