И глядя на эти бронеавтомобили и пулемёты царь и приказал ротмистру подготовить из состава роты три команды. Одну боевую, включив туда все бронеавтомобили, с необходимым транспортом. Ну и установить пулемёты в кузовах автомобилей. И использовать эти гантраки как средство огневой поддержки, не вступая в ближний бой. На вопрос Накашидзе о танках, царь приказал танки оставить в парке. И помощь боевой команде, царь распорядился подготовить две команды автомобилей. В состав одной включить грузовики, в состав другой легковые автомобили. И использовать первые для транспортных операций, а вторые при штабах. В том числе и для делегатов связи. И в ноябре отправить все три команды, из добровольцев, на Дальний Восток. Пока в Читу. Задействовав грузовики для перевозки зимой по зимнику на Байкале. Но при этом брать с собой только автомобили, показавшие себя самыми надёжными и ремонтопригодными в полевых условиях. И тем самым провести испытание не только бронеавтомобилей, в боевых условиях, но определить типы автомобилей, что будут закупаться, в перспективе, для нужд русской армии.
Ну и решив главные задачи, царь продолжил посещение учебной роты, продолжая оценку возможностей автороты. Учитывая практически провал автотранспорта на предыдущих учениях. Из-за низкой надёжности автомобилей того времени. При этом наблюдая, как трактора таскают прицепы, царь уточнил, что необходимо будет взять с собой и трактора для проверки возможности их транспортировки тяжёлых орудий. Ну а Менделееву предложил создать бронированную машину на основе трактора. С установкой бронированного кузова. Куда можно закатывать пушку или гаубицу. И транспортировать орудие или в этом кузове с возможностью ведения огня с места. Или же перевозить в кузове солдат, а орудие тащить на прицепе следом. Что бы поддерживать танки.
Ну и уже осматривая условия жизни и службы роты, царь, при этом высказывая своё расположение. Как командиру роты, так и солдатам. Причём выслушивая и их мнение относительно типов автомобилей. Говоря, что они прообраз армии будущего. При этом царь подумал, что стоит проверить и как идёт комплектование полевых мортирных дивизионов. Пусть на вооружении которых и были только гаубицы. Подумав, что не помешает взять с собой и князя Накашидзе. Что бы он договорился с артиллеристами о проверки возможности такой транспортировки.
2
На место формирования отдельных мортирных дивизионов царь отправился не только с ротмистром Накашидзе. Причём на автомобилях, но и взяли с собой человека, формально отвечающего за артиллерию в Российской империи, а именно инспектора артиллерии великого князя Сергея Михайловича. Того самого великого князя, которого после самого царя подобрала Матильда Кшесинская. Однако в этом варианте истории, в отличие от другой, самой ранней из известных царю, Матильда не была единственной победой царя. И он спокойно отнёсся к тому, что у неё появился сын с отчеством Сергеевич. И всё пока шло к тому, что в отличие от того варианта истории, она после революции не поменяет сыну отчество на Андреевич, уверяя что он не сын погибшего Сергея Михайловича, а сын другого великого князя, захаживавшего к ней, Андрея Владимировича. Который, как и все Владимировичи, революцию чудесным образом переживёт. Будучи спасённые британцами. И что самое интересное, Андрей Владимирович, это дело, со сменой отчества у мальчишки, признает. Но пока Матильда возможно и влияла на артиллерийское дело России.
В том числе и по вопросу постановки на вооружение гаубиц. Что очень сильно скажется во время следующего конкурса, когда попытались поставить на вооружение гаубицы нового образца. И там приняли как немецкие, так и французские гаубицы, что принимали участие в конкурсе. Возможно и из-за влияния Матильды на инспектора российской артиллерии, а возможно тут, когда обожглись на молоке стали дуть на воду. Ведь первая попытка получить гаубицы в Российской империи не увенчалась успехом. Причём по весьма банальной причине. Тот тип гаубицы, что был принят на вооружение, не смогли выпускать серийно.
В одна тысяча девятьсот втором году состоялся конкурс для принятия на вооружении гаубицы. Впервые за несколько десятилетий. Тогда как на вооружении полевой артиллерии имелось всего сто девяносто одна шестидюймовая мортира, конструкции Круппа. Которые находились на вооружение двадцати батарей, входивших в состав пяти полков полевых мортир. Ну и на этом конкурсе и были представлены по два образца гаубиц Путиловского и Обуховского заводов. Стосемимиллиметровых и стодвадцатидвухмиллиметровых калибров. Первые забраковали сразу, так как они, уступая вторым в мощности снарядов, ни в чём другом не превосходя образцы стодвадцатидвухмиллиметровых гаубиц. А из стодвадцатидвухмиллиметровых гаубиц предпочтение отдали гаубице Путиловского завода. Заказав пятьдесят пять таких орудий. Из расчёта сформировать восемь батарей из шести орудий и иметь ещё запасные орудия. И этот заказ Путиловский завод провалил. Он должен был выпустить все эти гаубицы к первому августу пятого года, а начал выпуск гаубиц только в начале следующего шестого года. В результате уже в ходе русско-японской войны Обуховский завод получил заказ на производство пятидесяти пяти гаубиц своей конструкции. И ещё столько же заказали Круппу, но его конструкции. Но, время было упущено, и на фронте гаубицы не применялись, хотя потребность в них была. А к десятому году, в русской армии имелось по восемь гаубичных батарей каждой системы. Правда, до четырнадцатого года дожило всего четырнадцать стволов.
И тут в орудийную драму, что бы её исправить, пусть и коряво, вмешался царь. Во-первых, он приказал предусмотреть для стосемимиллиметровых гаубиц патронное заряжание. Что по идее должно было резко повысить скорострельность этих систем, а именно в этом и была изюминка немецких десяти с половиной сантиметровых гаубиц. И царь надеялся, что высокая скорострельность и лёгкость конструкции сделает и эти гаубицы интересными. Что на повторном испытании и подтвердилось. Ну а во-вторых, царь сразу распорядился сделать заказы не только Путиловскому заводу, но и Обуховскому и фирме Круппа. Последнему на гаубицы под русские снаряды. Как стодвадцатидвухмиллиметровых снаряда, так и стосемимиллиметровых. Были заказаны установочные партии и русских стосемимиллеметровых гаубиц. А после повторных испытаний прошёл заказ на пятьдесят пять таких гаубиц и обоим российским заводам. В общем, заказы на сто шестьдесят пять гаубиц каждого калибра были выданы. Плюс Круппу позднее выдали заказ на пятьдеся пять шестидюймоых гаубиц. Но вот результат всех этих усилий царя не радовал. И тут Путиловский завод никак не мог наладить массовый выпуск гаубиц. Обуховский сумел это сделать, но пока из принятых в казну гаубиц едва можно было сформировать батарею стодвадцатидвухмиллиметровок. Гаубицы другого калибра тоже пошли в серию, но пока в достаточном для формирования батареи количестве не имелись. Хотя и имелась учебная батарея из установочной партии обуховских стосемимиллиметровок, с раздельным заряжанием. А вот Путиловский завод с производством установочной партии этих гаубиц всё ещё не справился. Ну а Крупп порадовал. По крайней мере, по два дивизиона, и стосемимиллиметровок, и стодвадцатидвухмиллиметровых гаубиц, его производства, были готовы к отправке на Дальней Восток. А к началу следующего, четвёртого года, на вооружение должны были начать поступать и шестидюймовые гаубицы конструкции фирмы Круппа.
И Сергей Михайлович, сидевший в автомобиле рядом с царём, обещал сформировать к весне следующего года по четыре дивизиона крупповских гаубиц и по два дивизиона гаубиц Обуховского завода каждого типа, кроме шестидюймового. Скромно умалчивая про победителей конкурсов, гаубицы Путиловского завода. И что-то царю говорило, что он и тут, во время второго конкурса будет настаивать на том, что необходимо принять на вооружение оба образца, а не только победителя конкурса. Иначе снова был риск опоздать, с организацией производства более высокотехнологичной крупповской гаубицы. И получается, что к этому артиллерийскому казусу, Матильда не имела никакого отношения. А всё заработала честным путём. Только лишь спя с двумя великими князьями одновременно.
С другим актом этой орудийной драмы Николай тоже косо и коряво, но справился. Образец пушки принятый на вооружение в качестве горной пушки в одна тысяча девятьсот девятом году, тут был принят на вооружение, на десятилетие ранее. И если там это орудие послужило только основой для противоштурмовых орудий, и для проекта конной пушки. Причём противоштурмовые орудия применялись в качестве полковых пушек. То тут на основе этого орудия сразу разработали варианты противоштурмого, полкового и конного орудия. И тут выяснилось, что как горное орудие эта пушка не удобна. И пришлось разрабатывать облегчённый и более удобный для транспортировки во вьюках вариант. Так что попытка сыграть в универсальный калибр успехом не увенчалась. И на вооружении оказало две горных пушки, с взаимно не заменяемыми снарядами. Но, в общем, этот акт, орудийной драмы, пусть тоже косо и криво, но с подачи царя закрыли. Благо удалось сразу получить приемлемый образец трёхдюймового дивизионного орудия сразу и на пару лет раньше, чем вообще Россия получила скорострельную дивизионную пушку.
Но имелось ещё два акта, всё той же орудийной драмы в Российской империи. Один из них касался осадной артиллерии. Формально она как бы была. И довольно многочисленна. Но вопрос в том, что она устарела. Причём не только морально, но и физически. И по результатам русско-японской войны осадная артиллерия в Российской империи исчезла. Старые орудия ушли на слом. А вот новые образцы или разрабатывались в ходе первой мировой, или же закупались в её ходе. И сейчас, инспектируя мортирные дивизионы гаубиц, Николай только поднял с инспектором артиллерии вопрос о создании новых образцов осадной артиллерии. Кивая при этом на Накашидзе, который в этот момент договаривался о доставки нескольких гаубиц к нему в автороту, для опытов по их транспортировки механическими средствами. Давая понять, что проблему транспортировки тяжёлых крупнокалиберных орудий можно решить с помощью механических средств передвижения. Что позволит поднять их вес выше, чем это позволяли возможности гужевого транспорта.
Ну а последним актом орудийной драмы была "сорокапятка". Точнее именно про неё никто не знал. Как-то уж получилось, что в Российской империи в ходе русско-японской войны потеряли огромное количество сорокасемимиллиметровых пушек Гочкиса. Плюс оставшиеся были сняты с вооружения флота. А к ним имелся большой запас снарядов. В ходе первой мировой войны оставшиеся пушки передали в армию. В качестве батальонной, или траншейной артиллерии. Но тяжёлые и громоздкие сорокасемимиллиметровки Гочкиса оказались не по душе в армии. Да и их было не много. А вот снарядов к ним имелось в избытке. И ещё при царе появилось предложение переделать эти снаряды под новые, более прогрессивные, то есть мелкие, но крутые нарезы. Но этому мешал ведущий поясок снарядов Гочкиса. Которые имели, на медном ведущем поясе, выступы в виде четырёх волн, разделённых ложбинками. И для применения в новых системах эти выступы нужно было сточить. Сделав ведущий пояс плоским. Вот так в России и появился сорокапятимиллиметровый калибр. И эти работы велись ещё в имперской России. Но вот первые пушки "сорокапятки" появились уже при советской власти. И в результате десятилетних разработок и испытаний, различных образцов, в одна тысяча девятьсот двадцать девятом году в СССР появилась первая "сорокопятка". Батальонная гаубица этого калибра. И ещё так же предстояло разработать новые мелкокалиберные орудия, сначала для борьбы с пулемётами противника, ну а потом и для борьбы с бронетехникой. Ну а пока армейцы мучились, на этот поприще, батальонных орудий, с пушками Гочкиса. И не факт, что в этом варианте истории появится калибр в срок пять миллиметров. Царь рассчитывал, что снаряды израсходуют по японцам. Ну а там и об батальонных пушках можно будет вопрос поднять. Общепринятого калибра.
Благо, со слов Сергея Михайловича, получалось, что капитан Гобято уже подал на испытание первые образцы миномета, созданного по схеме мнимого треугольника. И мины к ним. Пусть пока мины и представляли собой жестяные цилиндры со вставленным с одной стороны пороховым зарядом в перфорированном цилиндре, с капсюлем на конце. И взрывателем с шариками, срабатывающим от резкого толчка, с другой стороны. При этом жестяной цилиндр мины имел внутри несколько стандартных пироксилиновых шашек, обложенных между шашками и жестяным корпусом чугунными шрапнельными шариками. И царь понял, что ему и тут следует вмешаться, настоять на принятии на вооружение этого миномёта. Дабы успеть применить его в боевых действиях в Маньчжурии. Ну и потом доработать мину. Сделать её более совершенной обтекаемой формы и снабдить оперением. Дабы в дальнейшем сменить восьмидесятисемимиллиметровые и стосемимиллиметровый полевые мортиры, производство которых было всё-таки налажено благодаря усилиям царя. Но это тоже оставалось на перспективу.
3
Не забыл Николай и о перспективах, что открывались, для стрелкового оружия. Благо в этом начинании, в отличие от артиллерии, зависимость от иностранцев была значительно меньше. Да и о том, что скоро магазинную винтовку сменит самозарядная винтовка, которую тогда называли автоматической, говорил даже ленивый. Как и о том, что на смену револьверам придут самозарядные магазинные пистолеты. И в начале двадцатого века в России был объявлен конкурс на самозарядный пистолет конструкции пригодной для принятия на вооружения в России. И в нём поимо прочих требований имелось требование, что бы этот пистолет помещался в кобуру от револьвера Наган образца одна тысяча восьмисот девяносто пятого года. С одной стороны, это было желание хоть как-то сэкономить, пусть и на кобурах, а вот с другой так завуалированно были введены ограничения на габариты и соответственно вес оружия.
И в результате, в 1901 году, Комиссией для опытов по оружейной и патронной части были испытаны три пистолета — бельгийский Браунинг, американский Кольт и пистолет системы Браунинга, конструкции Ижевского оружейного и сталеделательного заводов, который может претендовать на звание первого самозарядного пистолета российской конструкции. Где главным конструктором выступал инженер Гермониус. При этом пистолеты использовали различные патроны, фирменные так сказать. В том числе такой патрон использовал и русский пистолет. При этом от постановки на вооружение армии и флота пистолета Гермониуса и в этот раз отказались. Решив, что его недостатки, не позволяют принять пистолет на вооружение. А этими недостатками были, превышение веса, над револьвером Нагана и задержки, вызванные неподачей патронов из магазина. Что было не удивительно, всё-таки используемый патрон был маломощный. Плюс имелась возможность зарядить магазин большим количество патронов, что сказывалось на исправном действии механизмов. Ну и использовались нестандартные патроны, требовавшие их переделки, для использования в пистолете. Что и не позволяло применять пистолет в армии и на флоте. Но в этот раз царь настоял на серийном выпуске этих пистолетов. Для применения их в полиции, и как гражданского оружия. В то время как пистолеты Браунинга и Кольта и так находились в списке рекомендованного для приобретения офицерами оружия. Ну а по неудачным результатам этого конкурса стали готовить требования к новому конкурсу на самозарядный пистолет для русской армии. Хотя Николай и понимал, что до появления самого оптимального патрона для такого оружия, патрона к пистолету Парабеллум, что-то приемлемое для армии не получить. Все остальные патроны были или слишком слабы, или чрезмерно мощны. Как тот же патрон к пистолету Маузер, причём не только трёхлинейного калибра, но и девятимиллиметровые. Но эти патроны уже выпускались в России, для пистолет-пулемётов.
