Ход конем (Часть 1: Осень)

Как только темный смазанный образ возник в нашем восприятии, мы оба заключили его в поле своей магии. Слитным ударом мы разделили его существование на две части, каждую из которых начали перестраивать в соответствии с человеческим стандартом. Рома формировал вокруг своей части образа пирамиду сновидений, переплетая в ней мои, свои и его собственные сны, я же формировал подобие разума и души.

Это была простая и сложная задача одновременно: мне, конечно, не требовалось создавать душу самому и с нуля, да это и невозможно, я только помогал образу 'вспомнить' ту форму, которую он мог бы принять, но следить за 'восстановлением' приходилось очень пристально, выбирая из всех вариантов наиболее близкий к оригиналу.

В конце концов, перед нами зависло очищенное сновидение, с достаточной степенью достоверности отображающее Николая Колена, каким он до падения. Разумеется, это был не сам Николай, а лишь его слепок, но и его было достаточно для выполнения третьего этапа. Он, как ни странно, был самым легким, но самым опасным.

Передохнув, хранитель открыл фантому связь со снами Перводемона, до этого подавленную его влиянием. Я же в свою очередь направил в фантом силы, собранные мною со всего Периметра. Это было, наверное, мое самое масштабное применение этой способности за все время пребывания Ключом. И когда насыщенный силой демонов фантом и сознание Перводемона столкнулись, они наложились друг на друга, конфликтуя за право реальности. Слишком разные, чтобы ужится в одном месте, слишком одинаковые, чтобы кто-то мог победить. В тот же момент Рома выпустил основной козырь нашего плана — разрабатываемое им несколько лет подряд заклинание, которое начало усыплять столкнувшиеся сознания слой за слоем. Переведя все свои ресурсы на противостояние друг другу, одинаково настоящие в тот момент индивидуальности Колена не успели отразить удар и начали уходить под власть хранителя, не прекращая своей схватки. В какой-то момент, когда от опутанных паутиной сна сознаний остались только мелко пылающие искорки силы, мне, как главному тюремщику, хватило данной мне власти над пленником, чтобы вмешаться в исход поединка и оставить на нашей стороне реальности только одного противника.

Маленькая искорка разума, сохранившая в себе только ощущение собственного 'Я' и желание развернуться в полную силу, подлетела ко мне, оставаясь до сих пор связанной со мной фантомными заклинаниями. Я сжал ее в ладони. Пора проверить нашу теорию.

Заставить 'мотылька' сотрудничать оказалось очень просто: он желал только большей свободы от ненавистного заклинания сна, и я пообещал ему ее. В тот же момент, когда его воля перестала мешать мне, я ощутил его как часть себя и перенял все его качества. Открывшийся канал доступа был очень невелик, но при правильном использовании...

Я перенес свое внимание на ближайшую ко мне 'кляксу' осадочной энергии. Все такая же темная и холодная, теперь она не казалась мне враждебной: я чувствовал ее энергию, как часть своей и знал, что могу ей распоряжаться. Легкое усилие воли, и один вид доступной мне энергии переходит в другой. Теперь это уже энергия Периметра, и я также могу воспользоваться ею. На визуальном уровне, отстававшем от энергетического уровня, я увидел, как рушится, распадаясь в никуда, огромная темно-синяя глыба. Все как по расчетам!

'ДА!!!!!!!! МЫ ЭТО СДЕЛАЛИ!!!!!!!!!!!!' от избытка чувств и облегчения заорал я на все дно Периметра. Благо, здесь нас услышать проблематично.

'Все прошло хорошо?'

'Даже лучше! Абсолютное управление!'

'Есть! Насколько высок уровень допуска?'

'В сравнении с полным уровнем? Почти ничтожен. Я могу работать только один и только с одной или двумя кляксами. А их тут такое бессчетное множество, а еще появляются новые. Для нормально очищения пространства уровень надо увеличить хотя бы на сорок пунктов. И это не считая второй проблемы'

'Рождаемость потерпит, в отличие от загрязнения. Депопуляция нам пока не грозит. По расчетам пробуждение разума происходит на где-то тридцатых уровнях. И это уже будет опасно. Нельзя понизить планку хотя бы на пять?'

'Нет. Я и так привел минимальные требования. Зато у него не будет возможности перестраивать тип мышления по своему усмотрению'

'Нам это просто дико поможет, когда мы будем его уговаривать!' ехидно отозвался хранитель

'Это не позволит ему войти в конфликт с моим сознанием и борьба за реальность на этом уровне мне не грозит'

'Если все и дальше пойдет по плану. И учти, уже на пятидесятом уровне он сможет влиять на твое поведение. Выше семидесятого подниматься нельзя, запомни! После этой планки я его обратно не загоню'

'Понял, учту! Ладно, выбора у нас особого нет, так что будем разблокировывать. Сейчас по-максимуму восстановим силы и начнем. Я думаю, что лучше всего будет пойти от десятого уровня и по возрастающей — надо обвыкнуться с новыми возможностями и проверить коэффициент прироста управляемости"

'Мне было бы спокойнее, если бы выше десятого ты бы и не поднимался!'

Мы начали с десятого и медленно поднимались до тридцатого, уровень за уровнем. Необходимо было изучить противника досконально, все его бессознательные и первичные желания, чтобы после вести переговоры. У нас, как у тех, кто призвал к жизни обновленное сознание Колена, было весомое преимущество: немаленькую часть его новой личности мы вырастили из себя, и она до сих пор оставалась нашей частью. Вот только все наши преимущества с лихвой компенсировали пять тысяч лет увесистого опыта вращения в политических кругах, которые унаследовала третья версия Колена от первой. При учете удельного 'веса' такого сознания, стоило еще подумать, кто тут еще и чей придаток.

Вплотную подойдя к точке пробуждения разума, мы вынужденно остановились.

'Я считаю, что не стоит торопиться. Продолжим снимать заклинание так же по одному уровню, так мы сможем обеспечить твою безопасность'

'По-моему, это не настроит его на сотрудничество с нами, да и для нас такая тактика бесполезна. Распутаем сразу до сорок третьего, этим покажем свою готовность к сотрудничеству, нам в любом случае с ним еще очень долго работать'

'Мы-то с ним собираемся работать. А он с нами? Сомневаюсь, что он вообще рассматривает возможность сотрудничества с нами всерьез. И при этом имеет власть над доброй половиной Периметра. Если ты не справишься, он получит доступ и ко второй!'

'Риск есть, но и награда за выигрыш велика'

'Ты рискуешь нашей свободой'

'Я играю с нашей свободой. И, поверь, это я научился делать очень хорошо'

'Лучше Колена? Уверен, что сможешь выкрутиться в этот раз?'

'Нет, но я хочу попытаться'

'Ладно. Я отпускаю его'

Обретя свободу, яркий энергетический шар, который содержал в себе бодрствующую часть сознания Колена, вспыхнул кубком противоречивых эмоций и бросился прямо на меня. Прежде, чем я успел что-либо предпринять, фантом растворился в моем сознании и затих. Попытку броситься за ним пресекло вежливое сообщение с просьбой повременить и дать ему время собраться мыслями.

'Ты все еще надеешься, что сможешь контролировать его?' иронично прокомментировал ситуацию Рома. 'Может, мне стоит вернуть его обратно, пока это еще возможно?'

'Не стоит. Посмотрим, что будет дальше'

Через пять минут ко мне пришло второе сообщение, приглашающее меня в гости. Одного. Ну, хорошо.

'Я буду на связи' передал я хранителю и прежде, чем он успел выдать какие-нибудь возражения, ушел 'в себя'.

На той стороне меня встретила старомодно обставленная комнатка с шершавым деревянным полом и старыми красно-серыми занавесками. Колен сидел в очень большом и неопрятно выглядящем багровом кресле. Другое, точно такое же, судя по всему, было подготовлено для меня. Я воспользовался беззвучным приглашением. Повисла тяжелая тишина в полумраке: тяжелые занавески почти не пропускали света. Наконец выглядящий неожиданно постаревшим темноволосый и темноглазый древний сухим грустным голосом выдал первую фразу:

— Когда мне в голову пришла идея разделить свою силу с новым, специально для этого преобразованным видом разумных, я никак не мог предполагать, что однажды мне придется делить с одним из этих существ еще и разум на двоих. Ирония судьбы: идеальные хранители стали идеальными тюремщиками.

— Я бы назвал это иронией мага судьбы — облизнув неожиданно пересохшие губы, сказал. С этим легендарным ученым вживую я виделся до этого только раз в жизни, и тогда мне было не до сведения с ним более близкого знакомства.

— О, да, как же я мог забыть о несравненной баронессе! — горько усмехнулся Палач — Стоит признать, использовать несовершеннолетнего как проводник своей силы в ритуале, было неожиданным ходом. Но ты и сам внес значительный вклад в ритуал. Рад, что ты выжил после него. Правда, рад.

Я нервно повел плечами, с трудом подавив желание прикоснуться к груди. Скрывавшиеся под одеждой шрамы, оставленные магией схлестнувшихся в ожесточенной борьбе древних, болели до сих пор. А еще, от них нельзя было избавиться никакой магией и ни в каком воплощении, слишком глубоко они засели в мою суть. Суть Ключа.

— Я сам этому рад — не такого разговора я ожидал с неожиданно воскресшим древним ученым, политиком и разведчиком. Торгов, схватки, уговоров, но никак не спокойной, почти дружеской беседы. Немного сбитый с толку, я все-таки начал разговор о деле.

— Ты знаешь, зачем мы тебя разбудили?

Колен кивнул.

— Иначе я не был бы телепатом. Периметр болен Перводемоном, он гниет заживо. Это не слишком полезно для психики зависимых от него существ. Вы заперли болезнь внизу, но это не помогает.

Я сделал грустный жест рукой:

— Именно так. Мы и так эмоционально нестабильны, а проблемы Периметра только все осложняют. Принятые меры помогают, но они недостаточны. А еще, у демонов появились проблемы с будущим поколением. Многие из нас были уже достаточно взрослыми, когда прошли преображение. Недавно начали появляться первые дети. Но то, к чему оказались идеально приспособлены мы, разъедает душу наших детей как кислота. Я пытался разобраться с этой проблемой, но она не имеет решения. До совершеннолетия включение в структуру Периметра приводит только к безумию и смерти.

— И ты хочешь, чтобы я помог вам с этим? — поднял бровь Колен. И ничего на ментальном фоне. Я не могу его читать. Совсем. Даже Александр не был закрыт до такой степени, а ведь он не сидел в моем сознании!

Я пожал плечами:

— Ты был тем, кто подсоединил демонов к Периметру, никто, кроме тебя никто не сможет провести обратную процедуру.

— Ладно, задам другой вопрос: зачем мне помогать вам?

— А ты хочешь существовать? — простой вопрос, простой ответ — Если демоны вымрут, то Ключам в будущем будет некому передавать свою власть. А умирают все. И вместе с носителями Ключей умрешь и ты.

— Ну, допустим, что Ключи без проблем могут обращать в демонов и обычных людей. Это очевидно, просто вы слишком боитесь собственной силы. Вымирание демонам не грозит. Так что придумай, что поубедительней — ухмыльнулся Колен. Доброжелательно так ухмыльнулся, как любящий отец сыну. И полное молчание в ментальном фоне.

— Если ты поможешь нам, то получишь аналог свободы и влияние на жизнь демонов. Иначе, мы вернем тебя обратно в сон.

— Весомо, но у меня есть условия — что же, этого и следовало ожидать.

— Это было предсказуемо. Говори свои условия — ничего не поделаешь, или он говорит свои пожелания сразу, или мы долго и упорно торгуемся с тем же результатом. У нас разные весовые категории

— Я не прошу ничего сверхъестественного. Я хочу только спокойствия. И возможности видеть мир твоими глазами.

— Уточни.

— Я хочу получить статус, аналогичный вашим хранителям. Все-таки я тоже в какой-то степени мертв. Ведь любой из Ключей может создать себе телохранителя, это часть его власти. Это лучший вариант, как для меня, так и для вас. Я не смогу причинять вред демонам и союзникам демонов, мои же возможности станут твоими, как атрибут Ключа. А я получу некоторую власть, возможность выходить за приделы Периметра и способность видеть мир твоими глазами и говорить с тобой. Для этого потребуется снять ваше блокирующее заклятие до шестидесятого уровня. На нем вы без труда сможете меня сдерживать.

— Так мало? — я поднял бровь — ты создавал это пространство для того, чтобы стать его богом, а соглашаешься на роль одного из его хранителей?

— Я до сих пор хочу власти бога. Но я также могу предсказать будущее вашего народа. И этот путь меня устраивает. Сейчас я с вами. И даже готов на вторые роли. В любом случае, вам очень скоро снова понадобится моя помощь и рано или поздно Ключи вознесут меня до своего уровня. А пока мне будет интересно изучать вас — невозмутимо ответил Колен.

— Хорошо. По рукам. Как только мы выйдем из этой комнаты, договоренности вступят в силу, и ты станешь хранителем, а я получу твою клятву верности. Властью Ключа. — сказал я сквозь зубы. На полпути к цели я останавливаться не собирался.

— Властью Ключа! — эхом отозвался мне Периметр.

— Надо же, имитация голоса выжила! — весело хмыкнул Николай — Состояние, конечно, в хлам, но если настроить, будет как разумный!

— Еще один вредный голос в голове? Спасибо, тебе, добрый человек!

Комната вокруг нас тем временем теряла свои очертания, перерождаясь обратно в неопределенное многоцветие Периметра. Соприкоснувшись с нами, энергетический туман тут же поплыл, закрепляя новое положение дел. Клятва верности соткалась под этим влиянием сама собой, разрастаясь, как молодое дерево. Я почувствовал, как тип связи между мной и Коленом перестраивается, отсекая его от моего сознания. С легкой дрожью изменилось и внешнее пространство: как соединившиеся части головоломки стали одним целым верхний и нижний Периметр. Одновременно куда-то за грани — 'до востребования' — утекла большая часть силы Перводемона. Она останется неизвестно где до тех пор, пока будет действовать магия Ромы. Эх, представляю, как взбесится Безымянная, когда узнает, что мы провернули. Разозлится, обидится, найдет тысячи нежелательных побочных действий, которые мы вызвали, перепугает нас всех досмерти... А пока 'ура', мы все-таки победили!

Последней стадией волнений пространства стало сотворение тела для нового хранителя. Она же стала гарантом нашего сотрудничества. Как я уже говорил, будучи тюрьмой, Периметр по сути своей был противоположен Перодемону, и, получив статус фактически старшего тюремщика, Корлан полностью терял доступ к своим 'теневым' возможностям. Часть из них перешла мне, часть — как и сила — ушла 'до востребования' — их заменила власть хранителя, личного посланника Ключей с почти неограниченными полномочиями.

Он так и возник перед ошеломленным Ромкой, в полном блеске своей силы, легкий, быстрый, неотделимый от мира, из которого вышел, похожий на него самого в энергетическом плане как отражение.

— Ты думаешь? В смысле, вообще? — только и сказал он, окинув взглядом возникшее перед ним явление.

— О, принц Роман! — не менее удивленно отреагировал на него новоявленный хранитель — Вот уж кого я не ожидал здесь увидеть! Хотя отпечаток вашей магии показался мне знакомым!