Не время для депрессии

— И как же мы пройдём?

— Любую магию можно обнаружить, Гарри, если знать, как. Смотри, и по возможности запоминай то, что увидишь. Может пригодиться…

Гарри даже не пытался разобрать то, что бормотал на совершенно незнакомом языке Дамблдор. Ему в голову пришла идея получше — раздобыть Омут памяти, слить в него воспоминания и дать посмотреть Гермионе. Его умница наверняка раскусит загадку гораздо быстрее. А вот часть заклинаний, чуть позже использованных директором, неожиданно оказалась хорошо знакомой — на зимних каникулах староста Гриффиндора, решив, что глупо ограничиваться только дуэлями, вовсю взялась за разнообразные магические ловушки, попутно загоняв Хедвиг к Биллу Уизли. Сова, впрочем, только рада была тому, что можно так часто полетать, выполняя свою работу. А вот Гарри такой радости не испытал, увидев в руке директора серебряный нож и услышав, зачем он нужен.

— Неужели нет другого способа туда пройти? — спросил он.

— Если и есть — то на его поиски можно потратить уйму времени, — спокойно ответил Дамблдор, — а нам каждая минута дорога. Представь, что будет, если Волдеморт вдруг решит проверить целостность своих тайников, и начнёт отсюда? К тому же эту рану я с лёгкостью залечу.

Порез директор и правда убрал одним взмахом палочки, а Гарри крепко запомнил заклинание — учитывая все те истории, в которые он регулярно влипал, пригодится. Дамблдор же тем временем шагнул в появившийся проход и Гарри незамедлительно последовал за ним — та информация, которую он получил от Билла, ясно говорила, что волшебные проходы открываются обычно на очень короткое время. Ну и предупреждение директора о том, что нельзя касаться воды, выглядело вполне логичным — тот же Билл писал, что в тайниках следует быть параноиком — всё, что может быть зачаровано, будет зачаровано, всё, что можно превратить в ловушку, ей и будет. Так что гриффиндорец держался максимально далеко от стен и постоянно бормотал себе под нос Specialis Revelio.

А вот когда Дамблдор вытащил со дна лодку, они вдвоём попытались в неё сесть и чуть не пошли ко дну — пришёл черёд удивляться уже профессору.

— Похоже, я сильно тебя недооценивал, Гарри, — снова усмехнулся он в бороду. — Что ж, тогда переплываем по очереди. Запоминай, как притянуть лодку к себе…

По счастью, на этот трюк у Гарри ушло всего-то пару минут. А уже переплывая озеро, он увидел, как именно Волдеморт превратил то в ловушку. Смертельно опасную ловушку, даже для Дамблдора.

— Профессор, — обеспокоенно произнёс он, едва оказавшись на берегу, — Вы же не думаете, что это множество трупов спокойно даст нам уйти?

— Не думаю, разумеется. Но на то мы с тобой, Гарри, и маги, чтобы суметь решить эту проблему. Ты ведь помнишь, чего боятся инфери?

— Огня, — кивнул гриффиндорец.

— Именно. Надеюсь, ты хорошо усвоил уроки профессора Флитвика.

Следующие несколько минут Гарри внимательно вглядывался в то, как Дамблдор изучает каменный постамент и чашу с зельем в нём и вновь клянясь себе непременно обзавестись Омутом, сколько бы он не стоил. А вот новость о том, что эту мертвенно-зелёную жидкость нужно выпить, Гарри решительно не понравилось, несмотря на всю логичность рассуждений.

— Сэр, но неужели больше нет совсем никаких способов избавиться от этого зелья? Например, разрушить чашу вместе с постаментом!

— Неплохо мыслишь, Гарри, — ответил директор. — Попробуй.

Вот только тут Избранный, несмотря на свои резко возросшие за этот год силу и умения, потерпел сокрушительное поражение. Дробящие, взрывные, режущие, разрушающие чары оказались бесполезны, не оставив даже царапины. Попытки трансфигурировать во что-то другое — тоже. Казалось, этот столб просто поглощает любую направленную на него магию, в самых немыслимых количествах. Собственно, именно это слегка выдохшийся Гарри и сказал Дамблдору.

— Гениально, — на этот раз без улыбки отреагировал пожилой волшебник. — Да, наверное, именно так он и делает. Причём я подозреваю, что полученная таким образом магия переправляется в озеро, укрепляя инфери. Волдеморт — весьма коварный волшебник. Так что ты только что немного усилил наших возможных противников. Что очень печально, так как они несомненно нападут на нас, как только мы доберёмся до крестража, а зелье, которое я намерен выпить, меня наверняка ослабит. Так что, Гарри, драться придётся тебе. Впрочем, учитывая твои успехи в этом отношении, я не сильно беспокоюсь об этом. А вот зелье меня беспокоит гораздо сильнее. Вряд ли выпить его удастся так уж просто. Поэтому ты, Гарри, сейчас мне в этом поможешь.

Последовавшее требование вливать в директора зелье силой Гарри хоть и воспринял с некоторым удивлением, но протестовать не стал, решив, что Дамблдор наверняка побывал в десятках подобных переделок и лучше знает, что делать. Но вот палочку убирать не стал, держа её наготове и постоянно озираясь по сторонам.

Впрочем, сначала всё проходило тихо. Даже когда Гарри, выполняя данное обещание, влил в профессора последнюю порцию зелья. Даже когда пришлось приводить того в чувство — видимо, зелье действительно было страшной силы, раз сумело лишить сознания самого Дамблдора, не убивая его, подумал Гарри.

— Воды, — прохрипел директор, открывая глаза. — Воды, Гарри.

— Права была Парвати, — прошептал Гарри, снимая с пояса небольшую кожаную флягу, практически полную на ощупь. — Запас чистой воды никому и никогда не повредит, особенно когда отправляешься прямо в пасть к дракону.

Вот только стоило ему открыть крышку и наклонить флягу к бокалу — как из него не пролилось ни капли.

— Это что за фокусы? — рассердился гриффиндорец. — Только что полная фляга была.

Но, встряхнув её посильнее, а затем и сжав, Гарри убедился, что воды внутри больше нет — она исчезла до последней капли. Не помогло и Агуаменти — вода из бокала испарялась тут же. Даже попытка направить небольшой поток на самого Дамблдора не помогла — вода исчезала мгновенно. Оставался последний вариант, который чертовски не нравился парню, быстро разобравшемуся в сути.

— Чёртов Волдеморт, — шептал он, спускаясь к озеру. — Чтоб ему самому тут искупаться.

Впрочем, он и тут попытался схитрить, но не тут то было — пару раз сумев зачерпнуть немного воды, не коснувшись её руками, Гарри убедился, что она исчезает не менее быстро, чем при предыдущих попытках. А судя по хрипам директора, на дальнейшие эксперименты времени не оставалось.

— Ладно, сволочи, лезьте сюда, — зло ругнулся Гарри, резким движением набирая полный бокал и тут же взлетая наверх, к Дамблдору. — Но у меня для вас тоже сюрприз найдётся, и не один.

Спокойствие закончилось, едва он влил воду в рот директора. Чья-то рука с силой потянула его назад, разорвав школьную мантию, и, обернувшись, Гарри увидел минимум десяток бледных человеческих тел в лохмотьях на расстоянии одного-двух шагов.

— Конфринго! — в первый раз не пришлось даже прицеливаться — настолько близко стоял разорвавший его мантию мертвец. Злость Гарри оказалась настолько сильна, что взрывом в клочья разнесло не только того, в кого он попал, но и двух ближайших. Инфери на миг остановились. — Что, страшно?! — закричал гриффиндорец, переводя палочку чуть в сторону. — Конфринго! Конфринго!

Заклинание оказалось эффективным, но пока он зачищал одну сторону — мертвецы полезли с другой. Поттер едва успел защититься, по сути ткнув палочкой прямо в противника. Очередным взрывом ему опалило брови.

— Сколько же вас тут, ублюдки волдемортовские, — принялся крутиться из стороны в сторону Гарри, поливая всё вокруг огнём. Несмотря на это, инфери всё приближались, и парню пришлось отступать наверх.

— Хоть я и понимаю твой гнев, Гарри, но всё же не следует так ругаться, — спокойно произнёс за его спиной Дамблдор, тут же выпуская из своей палочки огромный толстый хвост пламени, тут же со всех сторон окруживший островок. Новым инфери больше нельзя было к ним добраться, а тех, что уже остались, Гарри быстро перебил очередными ударами взрывающего заклятия.

— Вы в порядке, профессор? — переводя дух, спросил он.

— Насколько это возможно после такого питья, — Дамблдор, не переставая поддерживать огненное кольцо, вытащил из опустевшей чаши золотой медальон на длинной цепочке, но не смог удержать его в руке, и тот, ударившись о камни, открылся. — Странно, — пробормотал профессор, — крестраж не должен поддаваться так легко.

Подскочив к медальону, Гарри поднял его и вытащил наружу небольшой клочок пергамента. С первых же увиденных слов ему стало понятно — они зря пришли в эту пещеру, Дамблдор зря пил это зелье, рискуя жизнью. Крестража тут не было.

— Профессор, — спросил он, когда оба прочли записку, и медальон отправился в карман гарриной мантии, — а что за крестраж Вы ожидали здесь найти?

— Медальон Слизерина, конечно, — заметно ослабевшим голосом ответил тот. — Если ты заметил, наша добыча отчасти похожа на то, что ты видел в Омуте.

— Вам стоило сказать мне об этом раньше, профессор. Потому что медальон Слизерина я видел на Гримо ещё два года назад.

Дамблдор, резко осев на камни и опустив палочку, глубоко задумался. Огонь погас, впрочем, инфери пока не показывались на поверхности.

— На Гримо… — наконец произнёс он. — Р.А.Б. Значит, по всей видимости, автор этой записки — Блэк. Р.А.Б… Ну конечно. Регулус. Родной брат твоего крёстного, кстати. Талантливый был юноша, жаль, пошёл по кривой дорожке. Заметь, уже в твоём возрасте он вошёл в ближний круг Волдеморта, стал Пожирателем Смерти. Видимо, он каким-то образом узнал эту тайну своего хозяина — и пришёл в такой ужас, что решил ему помешать. Судя по-тому, что он пропал сразу после окончания школы — ему не удалось справиться с инфери, но вот медальон каким-то образом отсюда переправил.

— Готов поспорить, — вспомнил Гарри сцену на Гримо полугодовой давности, — что в этом ему помог Кричер. Он даже упоминал вскользь о какой-то клятве.

— Что ж, сюда мы пришли зря, — вздохнул Дамблдор, — но теперь хотя бы можно наведаться к тебе домой и избавиться от этой гадости.

— Не получится, профессор. Медальон ещё прошлым летом украл Флетчер.

— Наземникус... — Дамблдор побледнел ещё сильнее. — Что ж, хоть он и не появлялся в последнее время на собраниях Ордена, у меня есть возможность экстренной связи с ним. Не беспокойся, Гарри, уже завтра мы узнаем, куда он его продал.

— Не узнаем, сэр. Простите за плохие новости… но я тоже пытался разыскать Флетчера, и недавно узнал, что он мёртв. Его убили ещё осенью, по заказу какой-то серьёзной шишки в криминальном мире.

— Час от часу не легче, — вздохнул Дамблдор, поднимаясь. — Ладно. Об этой проблеме стоит подумать чуть позже, а сейчас пора убираться отсюда. Наши мёртвые “друзья” скоро снова полезут наверх, а сил на ещё одно такое заклинание у меня уже не осталось. Придётся тебе быстро выучить его, Гарри, потому что лодка, опять же, нас двоих отсюда на берег не отвезёт.

— Есть более быстрый способ, сэр. Мы ведь уже возвращаемся в школу, больше нам никуда не нужно?

— Да. Вот только твоему эльфу не вытащить нас отсюда, Гарри. Иначе бы он спас и Регулуса. Вряд ли у тебя в кармане завалялся портключ в окрестности Хогвартса?

— Он самый, сэр. Причём не в окрестности, а в сам Хогвартс!

— Что ж, хоть одна хорошая новость за вечер. Но ты ведь понимаешь, что об этом следует помалкивать? Министерство за такое по голове не погладит.

— Простите за грубость, сэр, но у меня такое впечатление, что, несмотря на смену Министра, они так и не вытащили свой нос из задницы. Достаточно только вспомнить историю со Стэном Шанпайком.

— Грубо, но в целом подмечено верно. Но о политике, Гарри, мы с тобой лучше поговорим в более приятной обстановке, — лёгким взмахом палочки Дамблдор отшвырнул показавшегося на берегу инфери обратно в озеро, после чего тут же ухватился за протянутую чернильницу.

Секунду спустя каменистый островок снова кишел мертвецами — вот только ловить им было уже некого.

— Неплохо устроились, — с каким-то весёлым огоньком в глазах прокомментировал Дамблдор обстановку в некогда заброшенном классе. — Да, вот на этом мягком диване я бы с огромным удовольствием отдохнул, но это было бы невежливо с моей стороны. Да и с зельем нужно что-то делать.

Шагнув к двери, директор снова сильно побледнел и пошатнулся, но всё же сумел устоять на ногах, даже без помощи тут же рванувшего к нему Гарри.

— Может, Вам всё же остаться здесь, профессор, пока я сбегаю за мадам Помфри?

— Нет, время не ждёт. Нужно идти самому. Но знаешь что — надень-ка свою замечательную Мантию-Невидимку. У меня дурное предчувствие.

Пожав плечами, Гарри всё же выполнил требуемое.

— Замечательно, — практически шёпотом произнёс директор. — Что ж, я иду первым, а ты — в пяти шагах за мной. Да, заглушающее на обувь тебе тоже не помешает.

Открыв дверь, они вышли в неожиданно тёмный, без единого горящего факела, коридор. Дорогу им освещал лишь неяркий свет Люмоса из палочки директора.

Часть 25

Далеко пройти они не успели. Как оказалось, за ближайшим же поворотом их ждали.

— Экспеллиармус! — прозвучал сзади чертовски знакомый визгливо-крикливый голос. Закутавшийся в Мантию Гарри успел увернуться, а вот оставшийся совершенно без сил Дамблдор — нет. Палочка директора выскользнула из его руки и пролетела точно в руку Малфою, вышедшему из-за одной из статуй.

— Даже не думал, что это будет так легко, — довольно прокомментировал слизеринец, подходя к оседающему вдоль стены директору. — Надо же, практически труп. Даже делать ничего не надо, только подвести к лестнице, когда она отойдёт в сторону.

Разглагольствовавший Малфой явно не понял, что тут ещё кто-то есть — и тем неожиданнее для него стала упёршаяся между лопаток палочка.

— Эверте статум! Экспеллиармус! — полёт Малфоя был красив, но недолог — он, в свою очередь лишившись палочек, врубился спиной в стену замка, после чего рухнул на пол без сознания. — Ну вот ты и мой, Малфой, — прошептал Гарри, набрасывая на тушку слизеринца Мантию-невидимку. — И теперь заплатишь за всё, и за все шесть лет сразу.

— Гарри, — подал слабый голос прислонившийся к стене Дамблдор, — кто это был?

— Драко Малфой. Нам нужно идти, профессор.

— Нет, Гарри, я не могу. Нужно позвать сюда…

— Кого?

— Северуса… И Поппи. Ты ведь уже освоил говорящего Патронуса?

— Да, профессор, — кивнул ему Гарри, после чего быстро выпустил из палочки двух серебристых оленей, умчавшихся в разные концы школы.

— Отлично. Ещё вопрос, Гарри. Ты же обезоружил Драко?

— Да. Ваша палочка, профессор, — протянул он Дамблдору тонкую длинную палочку необычной формы.

— Больше не моя, — собравшись с силами, ответил тот. — У неё странные свойства, Гарри, она всегда принадлежит победителю. Теперь эта палочка твоя. И у тебя есть мантия, — директор закашлялся, опираясь о стену. — Как забавно развернулась судьба. Я думал о совсем другом способе победить Волдеморта, и кое-что упустил… опять. Помнишь то кольцо, что было у Гонтов? Оно… понадобится тебе. Зайди в мой кабинет, прямо сейчас, и забери его из верхнего ящика стола. Достаточно прикоснуться к ручке ящика этой палочкой, чтобы он открылся.