Честно говоря, я и не ожидал, что в самом начале беседы с Германом Мольтом, наш разговор примет такой убийственный характер, станет таким принципиально острым! Поэтому оказался в положении, когда не знал, что генералу можно было сказать далее. В этот момент ко мне на помощь пришел официант, к нашему столику он подкатил тележку с подносом, заставленного всякой едой.
— Что, господа, желают поесть? Сейчас я вам могу предложить большой стейк по-саански, полупрожаренный и с картофельным пюре.
Я молча кивнул головой и стейк по-саански тут же оказался передо мной на столе.
— А также филе курицы приготовленное по-магрибски с острыми соусами. — Продолжил свою речь официант.
На этот раз головой кивнул Герман Мольт и курица по-магрибски в чем-то коричневым в качестве гарнира, оказалось перед генералом.
Официант на нашем столике расставил всякие соусы и кетчупы, он совсем уже собрался катить свою тележку на кухню, как Герман Мольт схватил его за плечо и хмуро поинтересовался:
— А какая у вас имеется выпивка для простого солдата?
— Любая, сэр! Мы имеем все, что вы не пожелаете?!
— Хм, посмотрим! Я бы выпил сто грамм магрибской настойки с коброй!
— Сэр, мы имеем магрибскую настойку с коброй, но мы ее подаем на стол бутылками. Так как, если бутылку такой настойки раскупорить, то через десять часов она выдыхается и ее уже не продать, сэр!
— Хорошо, принеси бутылку! — Сказал я и поинтересовался. — А ты, что был солдатом? Эта твоя манера разговаривать с генералом...
— Так точно, сэр! Служил заряжающим САУ152 2-го полка 1-й особой штурмовой бригады у полковника Германа Мольта.
— Не помню такого! — Тут же себе под нос пробормотал бригадный генерал Мольт.
Но я уже не обратил внимания на выражение генеральского недовольства, а подмигнул официанту и рукой показал, чтобы он скорее принес бы бутылку настойки по-магрибски.
После пары стаканчиков настроение у Германа Мольта повысилось, он стал более разговорчивым. На мой вопрос, что ему наиболее запомнилось за время службы в армии, генерал Мольт рассказал мне следующую историю.
— Так уж случилось, что моя штурмовая бригада не принимала участия в боевых действиях на фронтах. Но однажды она с честью и без излишних жертв выполнила задание имперского правительства. Без выстрелов и насилия подавила студенческий бунт в одном из провинциальных городком империи. Молодые студенты сорвиголовы были готовы начать погромы своего же университетского городка. Ректорат университета заверял меня, что их невозможно остановить, но я тогда решил на центральной площади городка провести парад своей бригады. По площади прошли колонны боевых штурмовых орудий САУ 122 и САУ 152, а также десантные глайдеры. Мы продемонстрировали высокую подготовку и дисциплинированность бойцов бригады. После этого парада молодые сорвиголовы сели за стол переговоров, чтобы мирным путем решить свои проблемы. Ребята поняли, что может случиться, если наша бригада начнет боевые действия.
Из рассказа бригадного генерала Мольта становилось понятным, что этот пожилой офицер все свою жизнь отдал имперской армии, по уши в нее влюблен, без армии он не мыслит своей дальнейшей жизни. Генерал Мольт до сих пор не обзавелся семьей, да и какая из женщин пойдет замуж за кирианина, который помешан не на женщине, а на армии.
Беседа получилась любопытной и очень интересной, мы только и говорили о проблемах вооруженных сил Кирианской Империи, об их дальнейшем развитии. В этот момент наш разговор был прерван появлением группы молодежи, которая только перешагнула порог ресторана, а уже начала кричать о том, что они голодны и хотят поесть. В группе были две девицы и два парня, которые, сделав заказ, тут перешли на обсуждение какого-то неизвестного мне "ди-джея". Молодые люди заняли столик неподалеку от нас, некоторое время они не обращали на нас внимания.
Внезапно я заметил, что одна из пришедших девиц начала внимательно к нам присматриваться. Я недоуменно передернул плечами, эта девушка была мне незнакома.
Беседа с генералом подошла к концу, мы стали собираться, чтобы покинуть ресторан, нам оставалось только расплатиться по счету. В этот момент девица поднялась на ноги и, красиво покачивая бедрами, направилась к нашему столику. Только сейчас бригадный генерал Мольт заметил, что, помимо нас, в ресторане появились и другие люди. Его взгляд упал на идущую к нам девицу, по мгновенно заблестевшим генеральским глазам, я понял, что эта девица чем-то привлекла его внимание.
Девушка подошла к столику и без разрешения присела на свободный стул, продолжая внимательно меня рассматривать, не замечая при этом бригадного генерала Мольта, который был настоящим красавцем в своем генеральском мундире.
— А ты не трус, полковник Барк, — вдруг заговорила девушка, — трус никогда не покажется один и без охраны, да еще в самом центре города, который тебя ненавидит! Это весьма непредусмотрительно с твоей стороны подвергать свою жизнь такой опасности. Ведь, сегодня тебя готов убить любой демократически настроенный гражданин Кирианской Империи. За короткое время нахождения у власти ты заставил замолчать столько свободолюбивых голосов и нанес такой вред нашему движению за свободу, как ни один другой имперский сановник. Ты ногами пытаешься затоптать ростки демократии, которые только начали пробиваться в нашем закостенелом имперском обществе. О тебе сейчас знают только очень немногие, но вскоре о тебе заговорит весь кирианский народ. Тебе не спрятаться в императорском дворце, кто нужно, о тебе уже знает. Они знают, что именно ты и твои громилы гномы ущемляют наши гражданские свободы.
3
Эту девушку я, наконец-то, признал, то была широко известная в империи журналистка Поли, которая, к слову сказать, была и автором той красивой статьи о "настоящей мужской любви" тяжелых пехотинцев. Поли Ньювумен к тому же была популярной ведущей ток-шоу на имперском Третьем галоканале. Она еще продолжала говорить, какой я нехороший кирианин, но в этот момент я краем глаза заметил несущийся по улице на большой скорости городской такси-флайер.
Что-то с этим такси-флаером было не совсем в порядке, он летел, не сворачивая, прямо на витрину нашего ресторана. Не дав Поли завершить мысль, я схватил ее в охапку, чтобы вместе с ней рухнуть сторону от витрины. Причем, я сделал это весьма вовремя, так как через секунду мог быть раздавленным этим транспортным средством, явно сошедшим с ума. В момент касания моей спины с полом ресторана я услышал резкий и довольно-таки громкий звон, разбиваемого витринного стекла, его крошка и мелкие осколки едва не попали мне в глаза, я вовремя прикрыл их веками.
Я все еще лежал на полу, ощущая мягкую податливость девичьего тела, а мои уши вдруг услышали горячий шепот:
— Ах, принц, вы так торопливы! Я и не ожидала, что вы захотите мною овладеть, прямо на глазах моих приятелей. Подождите секунду, я сейчас сниму свои трусики...
Этот шепот вдруг сменился отчаянно-громким криком, больше напоминающим вопль раненого животного. Из-за чего я открыл глаза, что позволило мне увидеть, что в витрине ресторана торчит тупая морда городского такси-флайера желтого цвета. В этот момент мое сознание попросту регистрировало все то, что происходило перед глазами, особо не отражая сути того или иного явления. Когда к дымящемуся окурку, валявшемуся на полу около самого моего носа, вдруг протянулась черная дорожка темной жидкости, то я машинально вытянул вперед руку, чтобы ее коснуться. Кончики моих пальцев моментально окрасились в цвет вишневого варенья. Сердце сделало всего два удара, когда до меня дошло, что это не варенье, а кирианская кровь. В голове тотчас что-то щелкнуло, появились ассоциативные мысли, а также способность размышлять, осмысливать ситуации, снова вернулись ко мне.
Кричала Поли, она, по-прежнему, лежала, чуть ли не подо мной, но мы крепко не обнимались, как прежде. Видимо, в какой-то момент этой девчонке, видимо, удалось выкатиться из моих объятий. Она была не ранена, по крайней мере, на ее лице я не увидел кровавых ссадин или царапин. Но судя по круговерти ее зрачков, девушка все еще находилась в состоянии шока, она была не способна ориентироваться в окружающей нас обстановке.
Бригадный генерал Мольт лежал у самого порога в ресторан.
На том месте, где стоял наш столик, за которым мы только что пообедали, находилась носовая часть такси-флайера. Память тотчас же мне подсказала, что генерал Мольт все-таки вовремя успел отреагировать на надвигающуюся опасность. Как молодой солдат первого года обучения, старый генерал скакнул из-за нашего столика прямо к входу в ресторан. При этом он успел ботинком так меня пнуть под зад, что я вместе с Поли в объятиях сумел-таки уйти из-под надвигающейся опасности. Генерал и я вместе с Поли находились в полете, когда наш столик был раздавлен в щепы носовой частью такси флайера.
Не повезло друзьям Поли, которые сидели через столик от нас, но этот столик оказался более близко расположенным к окну, через которое в ресторан пытался проникнуть такси-флайер. Это такси-флайер под собой погреб ее подругу вместе с сидевшим рядом с ней парнем. Другой парень был отброшен по другую сторону такси-флайера от нас. Мое внимание все еще привлекал к себе этот ручеек крови, я проследил взглядом, откуда же он берет свое начало. Мой желудок тут же начало выворачивать наизнанку. Я увидел мужскую ногу в спортивной кроссовке, торчащую из-под днища флайера, а из-под ноги вытекал этот ручей.
Послышались голоса, в проеме витрины, сбоку от такси-флайера показалась голова человека. Мне сразу же не понравились выражение глаз этого кирианина, они имели окраску стального цвета, с неподвижными зрачками. Эти глаза ничего не выражали, кроме полного безразличия. Моментально я догадался, что именно так выглядят глаза убийцы. Кирианин внимательно высматривал обстановку внутри ресторанчика. Затем он из-за своей спины достал длинный предмет, направил его в сторону громко стонущей девушки, вскоре послышался еле слышный щелчок. Девчонка вздрогнула всем своим телом, прекратила стоны.
— Слушай, Грэг, прекрати стрелять направо и налево. Зачем ты убил эту девчонку, она была еще молодой, нам за ее жизнь еще никто не заплатил? Ищи и скорее кончай этого здорового парня вместе с генералом, ведь за них заплатили так много имперских кредитов, скольких ты в своей жизни не видал. — Послышал другой мужской голос, рядом с головой убийцы появилась голова второго кирианина.
Второй кирианин перешагнул подоконник витрины, уже в зале ресторана он выпрямился во весь свой немалый рост, длинноствольный пулевой пистолет он держал в правой руке дулом вниз. Увидев меня, лежащего на полу, его щербатый рот раздвинулся в подобие улыбки. Я тогда очень удивился тому обстоятельству, что в его рту было не так уж много зубов. Этот кирианин, все еще улыбаясь, начал медленно поднимать свой пистолет, направляя его ствол в мой лоб. Наступала последняя минута моей жизни, так как у меня не было оружия, мне нечем было защитить свою жизнь.
Я попытался вспомнить какую-либо молитву во спасение души, но в тот момент ни одна молитва не шла мне в голову!
Где-то прогремел выстрел, я только удивился тому обстоятельству, во-первых, мертвые ничего не слышат, а во-вторых, пистолет убийцы был с глушителем, поэтому его выстрел не должен бы быть таким громким!? Я увидел, как Поли удивленно раскрыла свои глазища, начала озираться по сторонам, одновременно пальцами рук прочищая ушные раковины. Видимо, она услышала звук выстрела, который слегка ее оглушил. В этот момент до меня дошло и понимание того, что, если убийца стрелял в меня, то к этому моменту все мысли должны были покинуть мое бренное тело, то есть я ни о чем уже не мог бы думать! Я перевел взгляд на то место, где секунду назад находился кирианин, собравшийся меня убить. Он, по-прежнему, находился на том же месте, но как-то странно медленно оседал на колени, одновременно заваливаясь назад своим торсом. В его лбу краснело большое пулевое отверстие, словно этому кирианину только что прострелили голову из крупнокалиберного пулевого пистолета.
Последовал громкий звук еще одного выстрела, второго по счету, который позволил мне, наконец-то, окончательно сориентироваться в ситуации.
Из крупнокалиберного доисторического кольта стрелял бригадный генерал Мольт, которому все-таки удалось перевернуться на бок, достать из кобуры свое личное оружие, из которого он только что пристрелил обоих убийц. В этот момент генерал крепко стоял на ногах, обеими руками держа кольт, грозно посматривая по сторонам. Этот кирианский генерал только что двумя своими выстрелами разобрался с обоими нашими убийцами.
Эта черта характера Германа Мольта, при любой ситуации сохранять хладнокровие, мне чрезвычайно понравилось. Все еще лежа на полу, я с выражением глубокой благодарности посмотрел на Мольта, который своим доисторическим кольтом только что спас мне жизнь!
Тогда я напряг мускулатуру своего тела, чтобы одним рывком подняться на ноги. Поднес к губам наручный браслет, чтобы связаться и переговорить с полковником Герцегом:
— Герцег, мне нужен ты и четверо твоих гномов. Вызови карету скорой помощи по адресу...
Продиктовав в микрофон браслета адрес ресторана, я направился к бригадному генералу Мольту, чтобы поблагодарить его за свое спасение. Но в это момент в зале ресторана появился его хозяин, который с тихим ужасом в глазах принялся рассматривать побоище, разбитую мебель и посуду, городское такси-флайер, торчащее в витрине ресторана, а также мертвых и живых кирианцев. Я изменил направление своего движения, подошел к хозяину и, протянув свою визитную карточку, его попросил:
— Пожалуйста, обратитесь по этому адресу, там вам возместят расходы по причиненному ущербу. Но я был бы вам признателен за то, что, когда полиция будет вас допрашивать, на ее вопросы отвечайте все так, как и произошло, ничего не выдумывая. Да и, пожалуйста, постарайтесь, как можно реже упоминать моего имени. —
После моих слов и прочитанного текста на визитной карточке, лицо хозяина ресторана посерело, он, словно марионетка, утвердительно закивал головой. К нам подошел бригадный генерал Моль, он с достоинством пожал мне руку и, жестом попросив хозяина ресторана оставить нас вдвоем, быстро проговорил.
— Полковник Барк, мы не успели закончить нашу беседу, а вы так и не успели сформулировать своего предложения для меня. Пока у нас есть минута до прибытия вашей охраны, то я решил опередить вас. Вам сообщить о том, что я, старый армейский генерал, даю вам положительный ответ. Повторяю, я согласен и готов работать с вами в любом качестве и на любых условиях, даже, в том случае, если вы мне предложите покинуть имперские вооруженные силы. Но у меня имеется к вам просьба, прошу вас сделать все, что вы можете ради того, чтобы особые штурмовые бригады сохранить в составе вооруженных сил Кирианской Империи, они вам еще пригодятся.
— Да, ты весьма прозорлив, старый генерал Герман Мольт! Эти особые штурмовые бригады прорыва очень скоро тебе понадобятся, но об этом мы поговорим в другом месте. А отсюда, похоже, нам пора убираться!
