| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
— Диния, — осторожно спросил Цай. — Может быть, оставим здесь все как есть, а я Вам сразу другой домик куплю? Полностью отремонтированный и меблированный? — с надеждой спросил оборотень.
— Нет! — решительно покачала девушка головой. — Мне раас Айвен уже предлагал возместить нанесенный ущерб подобным образом. Не надо мне Ваших подачек! — блеснули слезы в ее глазах. — Я хочу СВОЙ собственный дом! Пусть маленький, но такой, о каком я мечтала!
— Ну хорошо, хорошо, — пошел на попятную Кошак, испугавшись истерики, хотя Диния довольно быстро совладала с минутной слабостью прорывающегося отчаяния. Видимо, она пока еще не совсем смирилась с произошедшими с ней изменениями, поэтому не стоит обострять.
Честно говоря, Цай слабо себе представлял, что он бы мог почувствовать, окажись в таком вот положении, как Приведеньице. Шутка ли! Девушка пять веков ведущая праздное существование в виде призрака, зачитывающегося дамскими романами и вдруг снова окунулась в гущу событий (наверняка отличающихся от того, что происходили во времена ее первого пребывания в материальной телесной форме). И ведь первым делом то она столкнулась с бытовыми вопросами, без которых невозможно живому существу. И без поддержки родни, друзей и знакомых, давным-давно смирившихся с тем, что ее больше нет...
Мысленно распрощавшись с парадной одеждой (так как запасной у собравшегося на "нормальное" свидание оборотня не было), Цай задумчиво полистал учебник, пытаясь припомнить формулу, которую они с Айвом усовершенствовали в квартире Альены, когда пришлось отмывать пол после разделки гусиных тушек.
Впрочем, до того, как наводить последние штрихи лоска, надо было проделать еще кучу всяких других манипуляций...
К моменту подписания договора о мирном урегулировании, Цай уже не один десяток раз пожалел о том, что не поцеловал вздорное Привиденьице, придирчиво комментирующее каждый его шаг.
Бедному парню пришлось и убираться, и подновлять подгнившие доски пола, заново отциклевав дубовый паркет и покрыв его слоем специальной мастики. Затем заделывать трещинки, подновлять осыпавшийся узор лепнины по углам и красить потолок. Вешать гардины и раз десять менять оттенок обоев (Слава всем Богам, что не переклеивать заново!), иначе они не гармонировали с обивкой новой мебели и гардинами...
К вечеру, когда сытые, выпившие (за его счет, между прочим!) явно не по две кружечки пива стражники возвратились из корчмы, он уже был почти истощен в магическом плане и чувствовал себя вовсе не оборотнем, а самым настоящим человеком после тяжелых трудовых будней.
— Уф... — выдохнул Кошак, обессилено опустившись в ближайшее кресло.
И когда Диния, еще раз окинув удовлетворенным взглядом получившийся шедевр (действительно теперь напоминающий уютное гнездышко молодой девушки), наконец-то потребовала у десятника бумаги, чтобы подписать их, дескать, не имеет больше никаких претензий к ответчику, Цай мечтал только об одном — поскорее бы добраться до дома и рухнуть в собственную кровать!
Но его ждал еще один сюрприз.
— Прежде чем мы расстанемся, раас Тогху, — хитро улыбнулась Диния, медлив ставить подпись. — Я все-таки хотела бы завершить наше свидание ужином... Тем более, что оговоренное время еще не вышло.
— Я готов заказать хоть из самого дорогого ресторана! — с готовностью ответил Цай, с тревогой наблюдая за ее колебанием над вожделенной бумагой, обещающей ему свободу.
— Нет... — рассмеялась она. — Не стоит делать заказ из самого дорогого ресторана. — В этом учебнике есть параграф, где описано, как восстанавливать первоначальный вид испорченной одежды, — намекнула она перепачканному в побелке, краске и пыли парню. — Пока Вы будете приводить себя в порядок, я тоже переоденусь, и мы отправимся...
Кошак несчастно взглянул на свою мучительницу, но та осталась непреклонна к его немой просьбе о помиловании. — Я Вам по дороге расскажу, куда мы отправимся! — заключила она, полюбовавшись произведенным впечатлением, и решительно вернула бумаги десятнику. — А вот там, после ужина в ресторации я и подпишу!
Ей действительно ужасно хотелось попасть в "Семейную ресторацию папаши Джу", что располагалась в людском квартале, которая, по слухам, в последнее время пользовалась бешеной популярностью. А еще слухи утверждали, что таковой она стала не только из-за отменного по вкусовым качествам меню предлагаемых блюд, а именно потому, что там одно время работал посудомоем и помощником повара сам Наследник Эмли II.
Правда, насчет такого утверждения Диния здорово сомневалась... Чтобы сам сногшибательный огненноволосый красавчик раас Айвен мыл грязную посуду или резал овощи и освежевывал тушки?
Впрочем, чего только не бывает! Ведь сделал же ей Наследник Независимого Княжества Котов-оборотней ремонт?
Цаю же уже было абсолютно все равно — что воля, что неволя...
Парень собрал остатки самообладания, быстренько очистил свой весьма потрепанный в процессе ремонта квартиры Приведеньица костюм и мысленно поклялся больше никогда в жизни не давать опрометчивых обещаний бестелесным девицам, имеющим гадкое свойство оживать не вовремя!
Как он мог так вляпаться? А ведь от души потешался над Рыжим, носившимся со своей Клятвой (произнесенной в похмельном ударе), потеряв последние мозги, лишь бы Алька обратила на него внимание и великодушно избавила от позора и гнева отца, за то, что тот не просчитал последствия. А что, если бы Аля не влюбилась и послала бы своего "Джекпота" куда подальше?
Хотя... наверное, все равно бы повелась на обаяние демоненка, и в конце концов, уступила бы, — вынужден был признать Цай очевидные достоинства вечного соперника. — Это был лишь вопрос времени... К тому же, как ни крути, а Альена и Айв — Истинная Пара!
Впрочем, и в этом случае, с Приведеньицем, не обошлось без вмешательства вездесущего Рогатенького. Но сейчас даже на смакование предстоящей мести Рыжему нет никаких сил. Только бы поскорее закончился этот ужасный день!
* * *
Айвен проснулся практически в одновременно с Цаем. Однако в отличие от своего будущего родственника у него было просто отличное расположение духа.
Лениво потягиваясь еще лежа в роскошной кровати, в стремлении впитать последние крохи наслаждения отдыхом после Бала, он принялся с неспешным смакованием планировать распорядок своего дня на сегодня. Естественно, первым пунктом после приведения себя в бодрое состояние и легкого завтрака, стоял незамедлительный визит к предмету его воздыханий.
Однако, к его огромному сожалению, планам демона не суждено было осуществиться в ближайшее (как он мечтал) время. И не смотря на то, что душа (да и тело тоже) влюбленного парня рвалась к Але, путь его лежал в совсем другую сторону.
Все дело было в том, его пригласили на завтрак к Повелителю. Приглашение отца, пусть и переданное в устной форме с личным камердинером, проигнорировать Айв попросту не мог.
К тому же, преданный слуга доверительно сообщил, что завтрак накрыли на три персоны. И батюшка Айвена дожидается своего сына в компании Наставника, Кретта Таллема.
Услышав исчерпывающую информацию, Рыжик слегка загрустил. Раз эти двое пожелали, чтобы он присоединился к ним, значит, ожидается новое выяснение каких-то подробностей, очевидно, пришедших на ум Главе Тайной Канцелярии после вчерашнего его отчета о пребывании в Княжеском Дворце.
Хорошо еще, Айвен понимал, что Аля наверняка еще даже и не проснулась, и поэтому поспешил подчиниться приглашению отца. Но его прямо-таки глодало любопытство, зачем он понадобился в такую рань любимому родителю, у которого уже есть приятная компания для завтрака.
Его интерес был удовлетворен практически сразу после обмена приветствиями. Ну и еще он успел выпить пару глотков крепкого заваренного черного кофе и прожевать кусок намазанного паштетом тоста.
Переглянувшись с заговорщицким видом, мужчины, словно позабыв о правилах этикета — "О делах можно говорить только за десертом", дружно кивнули и уставились на Рыжика. А Эмли с искренним интересом спросил:
— Сынок, а что ты намерен преподнести своей невесте в качестве свадебного дара, ты уже придумал?
— Традиция все-таки, — поддакнул Кретт.
Рыжик, у которого совершенно вылетел из головы такой серьезный вопрос о подарке для любимой девочки, которой он готов был подарить весь мир в придачу к руке, сердцу и прочим частям тела, чуть не поперхнулся. Судорожно проглотив вставший попрек горла кусок, и поставив чашку на стол, чтобы не расплескать содержимое на белоснежную скатерть с вышитыми родовыми вензелями, он поднял глаза на отца, ожидавшего ответа, и осторожно произнес, облекая ответ в обтекаемую форму:
— Я пока еще не решил...
— Ну как же?! Замок? Драгоценности? Земли? — задал наводящий вопрос проницательный Наставник, почувствовав колебание в голосе молодого демона.
Айвен судорожно перебирал в уме перечисленные подсказки, но пока что не находил ничего достойного своего истинного сокровища — Алечки.
Впрочем, это неожиданная зарядка для ума, толком не проснувшегося и не позавтракавшего парня, сыграла с ним забавную шутку. Задумавшись, он не заметил, как пробормотал вслух:
— Себя вместе со всем своим имуществом, положенным мне по праву...
И только когда оба собеседника, с нескрываемым интересом наблюдавшие за работой мысли на сосредоточенном лице озадаченного решением проблемы парня разразились громогласным смехом, он понял, что что-то не так.
Отсмеявшись, Кретт по-свойски выразительно покрутил пальцем у виска.
— А что такого?! — попытался за возмущенным возгласом скрыть свое смущение Наследник Эмли.
— Да в общем-то — ничего, — покачал головой Наставник. — А вот в частности... Я тебе просто не позволю совершить подобную глупость!
— Почему? — уже не столько для того, чтобы отстоять свою позицию, сколько из вечного чувства противоречия (наверное, какого-то остаточного детского комплекса сурового воспитания) решил уточнить Рыжик.
— Да потому что я — Глава Тайной имперской организации, которая для того и существует, чтобы остужать горячие головы и по мере сил предотвращать такие вот спонтанные решения и фантазии Наследников и Повелителей нашей Империи. И вообще, не разочаровывай меня, Айв! — сердито добавил Таллем.
Сам Эмли слушал их диалог с умильной улыбкой, вполне себе понимая сына. Само собой, для Истиной пары ничего не жаль, и не кажется достаточно достойным. Но вместо того, чтобы поддержать любимого отпрыска, резко осадил готового поспорить Айвена:
— А скажи-ка мне, родной, если ты ей все свое имущество подаришь ты подумал, куда твоя Алечка сможет уйти-уехать, если вдруг вы повздорите?
— Как это уехать от меня?! — опешил демон.
— Ну... — улыбнулся Эмли, — знаешь, всякое разное бывает в нашей долгой жизни... А женщинам иногда требуется место, где на мужей подуться можно в одиночестве.
Айвен перевел недоверчивый взгляд на невозмутимое лицо Наставника, глаза которого, однако, смеялись. Хотя Кретт и предпочел промолчать, уступив право объясняться родственникам между собой, его отношение к этому спору было очевидным.
— Моя Истинная пара, помнится оба раза, когда мы ссорились, уезжала в свой собственный замок в горах, собирать цветочки-гербарии, — признался отец.
— В ее замок? — уточнил Айв.
— В тот, который я удосужился подарить ей на нашу свадьбу, — вздохнул Эмли.
— Я помню, как ты плакался мне, что не догадался подарить одно из ближайший ко Дворцу поместий, — ехидно прокомментировал Таллем, заговорщицки подмигнув Айвену.
— Так! Кто рассказывает — ты или я?! — шутливо возмутился Повелитель, вынудив друга поднять руки в символичном жесте повиновения.
Но старший из присутствующих в гостиной рыжих демонов вдруг глубоко вздохнул, пытаясь справиться с накатившей тоской по безвозвратно утраченному прошлому. И кивнул, тихо пробормотав:
— Ладно, Кретт, продолжай ты...
— А твой батюшка серенады под окнами пел и по внешним стенам в ее комнату пробирался без помощи магии. А высота там, скажу я тебе, ого-го! Если сорвешься — то и косточек не соберешь!
— И сразу мирились? — с любопытством поинтересовался Айвен из практических соображений.
— А то! — улыбнулся пришедший в себя Эмли.
Айвен ненадолго задумался и отрицательно покачал головой:
— Нет, горы не подойдут. Там Але зимой холодно будет. Да и у меня никакой выдержки не хватит, если буду переживать, как она там без меня в горах... Я лучше ей у моря отдельную провинцию подарю. Там круглый год тепло и красиво.
— Отличное решение! — поддержал успокоившийся насчет вменяемости бывшего воспитанника Наставник. — В лице Главы Тайной Канцелярии, я — не против! — взглянул он на Эмли.
— Я тоже, — согласно кивнул отец Рыжика, жестом предлагая продолжить едва начатую трапезу.
— Думаю, сейчас наш мальчик подкрепится, и ему в голову придет еще масса замечательных идей насчет остальных даров, — снисходительно хмыкнул Таллем.
Эмли лишь добродушно рассмеялся, заметив негодующе-обиженный взгляд сына, метнувшийся в сторону вредничающего друга семьи. Но это было их обычное состояние пикировки. Правда, пока что чаще доставалось Айву, но зато он учился выдержке и умению копить сладкую месть, редко, но метко парируя достающиеся на его долю остроты и перенаправляя их своему бывшему своему Наставнику.
Мужчины продолжили ненадолго прерванный завтрак, исподволь поглядывая на Айвена, который тоже что-то вяло жевал, запивая кофе, но мыслями явно был далеко от уютной гостиной. Обоим Высшим демонам, в силу своего положения, привыкшим подмечать и анализировать малейшие детали, было довольно забавно наблюдать за расслабившимся в домашней обстановке демоненком. По его лицу сейчас вполне можно было догадаться о примерном ходе мыслей. То лицо Рыжика озаряла улыбка, то он вдруг начинал хмуриться и незаметно, словно ведя мысленный диалог, качал головой, то взгляд Айвена затуманивался, окончательно уплывая куда-то вдаль, видимо, навстречу во своей Единственной.
Первым не выдержал Эмли:
— Сынок?
— А? — встрепенулся Рыжик, сфокусировав затуманенный взгляд на улыбающемся лице отца.
— Надумал еще что-нибудь? — вкрадчиво спросил насытившийся и повеселевший Кретт.
— Ну, в общем, да! — согласно кивнул Айв. — Как я уже сказал, а вы поддержали.... — тут он с подозрением в ожидании еще какого-то подвоха посмотрел на обоих, и мужчины поспешно кивнули, — Первое — провинция у моря. Где, я надеюсь, Аля не в одиночестве будет собирать ракушки на берегу, а мы вместе будем проводить свободное время.
— Похвальное желание, только... — начал было Таллем, но Эмли строго взглянул на друга, и тот осекся. Действительно, зачем провоцировать мальчишку сейчас. Кто знает, может, так оно и будет, как он размечтался.
— Второе — драгоценности. Все равно, женские семейные драгоценности, которые сейчас хранятся в Сокровищнице, никому, кроме нее и наших будущих дочерей, пока не нужны, да пап?
— Да, — твердо согласился Эмли. — Обзаводиться еще раз законной женой я не собираюсь. А для моих... в общем, для наложниц и любовниц — много чести носить такие эксклюзивные побрякушки.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
