Именем бога

"Святой! — подумал он, сбавив шаг. — Нет, не похоже... Слишком мало силы, и она какая-то мутная. Ладно, сейчас разберусь".

Онтар не только прятался в лесах, в своё время он много путешествовал по свету и часто останавливался в трактирах. Почему-то все встреченные им трактирщики отличались лишним весом, и этот не стал исключением.

— Что нужно, господин? — спросил вставший при его появлении толстяк.

— Комнату и завтрак, — ответил он. — Еду отнесёте наверх. Наверное, я задержусь на пару дней.

Хозяин взял ключи и повёл постояльца на второй этаж. Поднялись по скрипучей лестнице и прошли по коридору до самого конца.

— У меня много свободных комнат, — отпирая дверь, сказал трактирщик. — Вас поселяю в самую светлую и просторную. Сейчас принесут завтрак.

Он удалился, а Онтар положил сумки в сундук, запер его навесным замком и вышел в коридор. Силой тянуло от комнаты напротив.

— Заходи, — пригласила очень красивая девица, распахнув перед ним дверь. — Не бойся, я тебя не съем.

— Жрица! — удивился он. — Не думал, что вы уцелели. Не скажешь, почему от тебя тянет белой силой?

— Или ты заходишь, или я ухожу, — сказала она, пропустила его в комнату и заперла дверь. — Я тоже узнала о вас недавно от не совсем обычного святого. От него же получила силу. Моему Ихтару так же не нужен этот мир, как и вашему Борему, а без силы не проживёшь.

— И он тебя не убил?

— Он спас меня от сожжения, — засмеялась девушка. — Дал силу, чтобы вернула молодость, а остальное я добрала любовью.

— Действительно, необычный святой, — согласился жрец. — Зови меня Онтаром. Учти, что я не собираюсь тебя любить и делиться силой.

— Гарла, — представилась жрица. — С любовью ясно, а как с золотом? Зачем тебе столько? Может, договоримся? Я тебе послужу, а ты оплатишь мою помощь.

— Какие у тебя планы? — не отвечая, спросил Онтар.

— Думаю уехать в Сантию, — сказала Гарла. — Дарния мне не понравилась, а у их соседей будет спокойней.

— А чем плохо здесь?

— Из Эльтара нужно уносить ноги. Скоро к императору повалят святые, и я не хочу испытывать судьбу. Собиралась сюда за силой, но опоздала. Других сражений не будет, а силы уже столько, что больше не удержу.

— Поеду с тобой, — решил жрец. — Только сначала принесём друг другу клятвы. Золото дам, но пока немного. Раз в тебе столько силы, беру назад слова о любви. Сегодня будем отдыхать и развлекаться, а завтра купим мне коня и уедем.

Император ждал приезда короля Мардоя Аргенского, о котором его предупредили утром, когда дежуривший в приёмной секретарь доложил, что прибыл Ведер Махрой и просит его принять. Этот шевалье был королевским магом, и его долгожданный приезд вызвал радость.

Вошедший в кабинет маг не смог бы её оценить, не прибегая к своей силе.

— Ты не мог задержаться ещё больше? — недовольно спросил Кей. — Потратил больше двух декад на простое дело! Потом будешь кланяться, сначала отчитайся!

— Половина времени ушла на дорогу, — стал оправдываться Ведер. — И потом не так уж просто было проверить назначенных вами дворян. Опять много времени провёл в седле.

— И какой результат, — уже без недовольства поинтересовался император. — Многих пришлось казнить?

— Я всего лишь шевалье, хоть вы и дали мне большую власть, — ответил маг. — Кровь не лил, но выгнал десятка три бездельников, пьяниц и мздоимцев. С последних взял штраф — двадцать тысяч золотом. На место выгнанных поставил тех, кто прошёл проверку.

— Мне тебя не хватало, — пожаловался Кей. — Набежала толпа магов, но за каждым стоят те, кого нужно проверять. Как таким верить? Если бы я мог сам различать ложь!

— Я не могу давать людям наши способности, — сочувственно сказал Ведер. — Вам, ваше императорское величество, нужно обратиться к святым. Вот они это могут. Сам встречался с одним магистром, которого научили чувствовать враньё.

— Я уже сказал здешним аторам, но в королевстве нет ни одного святого, а пока ещё доедут их гонцы!

Глава 25

Мила не знала, как ей избавиться от назойливого ухаживания молодого Мардока. После первого танца последовал второй, потом третий, а когда она проявила настойчивость и бросила своего кавалера, он упрямо ходил за ней весь вечер. Утро началось с присланных цветов, а к обеду пожаловал и сам граф, разумеется, без приглашения. Его приняли холодно, но молодой наглец сделал вид, что этого не заметил. В следующие два дня ухаживания продолжались с настойчивостью, выходящей за рамки приличий. Мила получала много приглашений от городских баронов и не хотела никого обижать отказом, поэтому Эльбу было нетрудно осложнить ей жизнь. Если бы не новые способности, она по-другому оценила бы этого красавчика, особенно после измены Роланда, сейчас ей было неприятно находиться в его обществе.

— Может, ты что-нибудь придумаешь? — обратилась она к Маю. — Я могу только убить.

— Ваг говорил о возможности менять поведение, — вспомнил маг. — Сказал, что может подчинить толпу, только для этого нужно время.

— Я не знаю, как это сделать! — рассердилась девушка. — Могу убить сразу или какой-нибудь болезнью и внушить такой страх, что сбежит любой храбрец. Но этим я раскрою свои способности. Если есть что-то ещё, мне об этом неизвестно!

— Я не могу действовать магией, — пожал плечами Май. — У этого юнца два амулета, и оба сильные. Подожди, когда у него заживёт рана. Вряд ли этот Эльб упустит случай подраться, поэтому обязательно вызовет на дуэль нашего Брея.

— Это ещё один повод для спешки, — мрачно сказала Мила. — Как бы я ни сердилась на Роланда, но он спас мне жизнь!

— Дай ему такую болезнь, чтобы отстал и долго не мог хвататься за меч, — посоветовал он. — Это лучше убийства.

— Мои болезни не лечатся даже магией. Заставить мучиться всю жизнь? Он хоть и мерзавец, но влюбился по-настоящему. Наверное, лучше убить. Сделаю это на одном из приёмов, а все решат, что смерть приключилась из-за слабости сердца.

— Как хочешь, — не стал возражать маг. — Завтра нас пригласили к графам Барк. Там будет весь цвет здешнего общества, вот и избавишься от своего ухажёра. Мне претит такое применение силы, но не к нему. Забить мальчишку ногами может только мерзавец. К тому же за ним числятся больше десяти убитых в поединках дворян, вызванных по пустячным поводам.

Приём у графов Барк начался, как только стемнело, и на нём собралось намного больше гостей, чем их было у Герда Мардока. Мила знала почти всех и теперь обменивалась с ними кивками. Исключением стали сами хозяева и двое мужчин в серых мантиях с золотыми дисками на груди. Когда девушка их увидела, едва не выбежала из зала. С трудом взяв себя в руки, она подошла к святым.

— Поразительно, — спокойно сказал один из них, с удивлением рассматривая девушку. — Мало того что с вами поработал один из нас, вы и сами такая. После распада империи Бог не наделял такой силой ни одну из женщин.

— А до распада? — спросила Мила, которую немного успокоил разговор.

— Были две, — ответил другой святой. — Но мы проявили неучтивость и не представились. Я Фальк Редер, а моего друга можете звать Маршем Заугом. Не скажете, принцесса, кто вас менял?

— Я уже не принцесса, а графиня, — ответила она. — Прошу вас говорить тише. Я не хочу, чтобы о моей святости знал весь город! А изменял... Вы его не знаете. Это Ваг Гуммер, с которым я познакомилась в пути.

— И где он сейчас? — спросил Фальк.

— Когда я покидала Габр, он тоже уехал в Эльтар со святым Марком. Извините, но я не знаю рода этого старика.

— Так вот в чём дело! — непонятно сказал Марш, и святые переглянулись.

— Вообще-то, я приехала развлекаться, — напомнила о себе Мила.

— Вы знаете, что все святые должны принадлежать церкви? — спросил Фальк. — Судя по вашему рассказу, Марку удалось убедить в этом вашего Гуммера.

— Хотите убедить меня? — рассердилась девушка, у которой почему-то пропал страх. — Сейчас я принадлежу только самой себе! Потом... Я подумаю и, может быть, прислушаюсь к вашим словам. Только вы должны знать, что церковь убила мою семью. Вам придётся постараться, чтобы искупить эту вину! Для начала научите меня всему, что знаете сами!

— Мы знаем о ваших отношениях с семьёй, — сказал Марш, — а вы должны знать, что заговор в вашем королевстве был не добровольный, а навязанный аторам жрецами Борема! Мы готовы подождать и кое-чему вас научить, только не нужно ничего требовать. Я давно отвык от такого тона.

— Как скажете, — не стала спорить Мила. — Когда начнёте учить?

— Как только закончите веселиться, — усмехнулся святой. — Пригласите нас к себе, там и научим. Через день мы тоже уедем в Эльтар, а вы осваивайте свои способности и думайте о моих словах!

Графиня долго не развлекалась и, станцевав три танца, уехала, сославшись на головную боль. Все понимали, что это только предлог, хотя бы из-за наличия мага, который мог убрать любую боль, но хозяева не обиделись, а недовольство молодого Мардока было проигнорировано. Святые остались, предупредив, что подъедут позже. К их приезду Олли подготовила две гостевые комнаты.

— Скромно живёте, — оценил Фальк. — Если будете служить церкви, забудете слово "скромность". Конечно, я имею в виду не поведение, а средства.

— А как же заветы Бога о скромной жизни? — позволила себе съязвить Мила. — Или они не для всех?

— Если уйдёте в какой-нибудь храм, будете жить так же скромно, как и его служители, — усмехнулся Марш, — но я думаю, что вам больше по душе служение в миру. Вы даже не хотите, чтобы знали о вашей святости. Дворянству не свойственна скромность, а графини не живут в таких домах. Если вы с церковью, до нашего отъезда получите десять тысяч золотых. Учитывая возраст, вас не тронут несколько лет, потом придётся помогать.

— Сначала учёба! — сказала девушка. — Я не буду спешить и готова жить скромно. Неожиданное богатство вызовет много вопросов.

— Учёба будет завтра. Сегодня для неё слишком поздно.

Вместе доехали только до Клема. Гарла пользовалась каждым удобным случаем, чтобы затащить Онтара в кровать или отдаться ему при ночёвке на лесных полянах. Поначалу жрец держался настороженно и терял над собой контроль только в самом конце любовных игр. Этого времени было мало, чтобы свершить задуманное. После перехода границы с Дарнией её спутник расслабился, а в трактире даже выпил вина.

— Хочу любви! — заявила ведьма, когда остались одни в своей комнате. — Нам с тобой некуда спешить. Запри дверь, а я пока разденусь.

Любовь — дело во всех отношениях приятное, но для Гарлы она была только средством получить золото и силу Онтара. Выпитое вино и прелести девушки заставили его потерять сначала голову, а потом и жизнь.

— Зачем тебе это? — прохрипел умирающий старик. — Я и так поделился бы!

— Ты отдал бы немногое, а я взяла всё! — ответила ведьма. — Главное в жизни — это свобода, с тобой её у меня не было бы. Прощай!

Одевшись, она забрала сумки с золотом и направилась на городской рынок. Нужно было нанять карету, слугу и охрану. Новая сила позволяла ехать одной и никого не бояться, но верхом неудобно везти золото, к тому же дорога была длинная, а скоро должны пойти дожди. Для чего мокнуть, если золото даёт возможность не экономить на удобствах?

Со дня на день ожидали дожди, поэтому старались не задерживаться в дороге и уже на третий день пересекли границу с Сантией. Погода портилась, и к вечеру начался дождь, пока небольшой. К этому времени успели добраться до придорожного трактира. Наёмников оставили заниматься лошадьми, а сами пошли договариваться с трактирщиком.

— Нужны три комнаты, — сказал принц вставшему при их появлении толстяку. — Две для нас и ещё одна для трёх наёмников и кучера. И приготовьте ужин!

— Всё сделаю, ваше сиятельство! — подобострастно ответил хозяин, обратившись к важному гостю как к графу. — Извольте пройти со мной!

Он взял ключи и отвёл юношей в самые лучшие комнаты, пообещав позаботиться о слугах и приготовить еду.

— Запри золото в сундук и спускайся в трапезную, — сказал Мар Оргу. — Поужинаем, а потом поболтаем. Ещё рано для сна.

Трактирщик поторопил слуг, поэтому еду не пришлось ждать. Ели вместе, только господа за отдельным столом. Когда заканчивали, отворилась дверь и в трактир вошла такая красивая девица, что у всех мужчин, включая хозяина, оттопырились штаны. Тонкая кожа костюма обрисовывала каждую мышцу идеальной фигуры, а с прекрасного лица с насмешкой смотрели такие глаза...

— У меня сейчас лопнут яйца, — прошептал принц другу. — Эта стерва не могла надеть что-нибудь другое? Невозможно терпеть!

Покрасневшие лица остальных свидетельствовали о том же самом.

— Трактирщик, мне нужна комната! — бросив на стол хозяину золотой, сказала довольная произведённым эффектом девушка. — Сейчас подойдут мои слуги, устройте и их. И не забудьте приготовить ужин!

Смотрели только на неё, поэтому никто не обратил внимания на тяжёлые сумки, которые красавица почему-то не доверила слугам.

— Я без неё не уеду! — с восхищением сказал Мар. — Какая женщина! Во дворце отца много красавиц, но им далеко до этой!

— Ты видел их в платьях или нагишом, а это совсем не то, — отозвался Орг. — Затяни любую в такую же одежду... Хотя у этой есть что-то ещё, что трудно описать словами. В её глаза хочется смотреть до конца жизни. Нужно спросить хозяина, нет ли у него молодых служанок, а то я сейчас не засну без женщины.

Служанок не оказалось, и расстроенные юноши поднялись к своим комнатам.

— Не спешите, — остановил их женский голос. — Мне на ночь нужна компания.

Повернувшись, оба увидели стоявшую в дверях незнакомку, на которой на этот раз не было другой кожи, кроме собственной. Призывно улыбнувшись, прелестница ушла в комнату, и друзья молча последовали за ней.

— Запри дверь! — приказала она Оргу. — Постоишь здесь, пока не позову. А ты, красавчик, почему до сих пор в одежде?

Мар торопливо разделся, подбежал к красавице и притянул её к себе.

— Не спеши, — шепнула та и подарила принцу такой поцелуй, что он чуть не опозорился.

Пока юноша приходил в себя, она быстро сдёрнула с его шеи амулет.

— Теперь вы оба мои, — довольно сказала девица. — Амулет твоего друга продавить не трудно, но не твой. Это хорошо, что ты принц и при деньгах. Мне пригодится и то и другое. Барону тоже найду применение.

Одним из южных государств континента было королевство Карма. Новости о событиях на севере дошли сюда позже, чем к соседям. Последние привёз приехавший из Эдорба граф Маркок.

— Значит, Норм тоже присягнул Кею, — выслушав его, мрачно сказал король. — Благодарю вас, граф, вы оказали мне услугу, и это не будет забыто. Скажите секретарю, что он мне нужен.

Маркок поклонился и вышел из королевского кабинета, в который после его ухода вбежал дежуривший в приёмной секретарь.

— Отправьте карету за старшим из баронов Бокер! — приказал Кольм.

Выполнения приказа пришлось ждать больше свечи, и это ожидание не улучшило и без того плохого настроения. Знавшие короля могли ожидать, что на барона обрушится немало гневных слов, но доставленный во дворец Ортей не услышал ни одного.