"Убить героя!" - 2012 г

Демон мощно расхохотался. Смех, больше похожий на грохот падающих камней в ущелье, заставил пригнуть голову.

-Разве ты помиловал бы маркиза, будь у тебя такая власть? Вижу по глазам, на каком костре ты бы его помиловал... посмертно.

Я промолчал, а демон отвернулся и шагнул к двери. Уже с порога я услышал:

— Иди, Арнольв, докажи, что всепрощение, путь Света, правилен... ха-ха...

Дверь закрылась, оборвав дьявольский смех, что заставлял душу вздрагивать и испуганно поджимать лапки. В комнате сразу стало темнее и прохладней, из воздуха исчез удушливый запах серы.

— Вы можете гордиться, Андрей Викторович, — сказал черт серьезно. — Разиэль не со всяким заговорит вот так запросто, да еще и поспорит. Это большая честь!

— Ну спасибо! — язвительно сказал я. — Уважили! Твоими, между прочим, стараниями, я здесь оказался!

Черт обиженно вскинулся, но тут же сник, сказал смущенно:

— Вы, Андрей Викторович, своим появлением обязаны не мне, как, признаться, я и сам считал вначале... тут замешаны многие. Как вы и сами догадываетесь, Творец, хоть и не вмешивается в дела людские, однако инфернальные без его разрешения не делаются. Такова шахматная партия... но вы все перепутали. Путь в Творение закрыт для нас всех, но кто-то умудрился туда прорваться и устроить, чтобы вас прикончили. А затем прислали сюда, устроили к маркизу, и вашими руками натворили дел...

Я помолчал, а черт спросил:

— Но вы еще отомстите за все ваши лишения, ведь так?

Я ничего не ответил, черт спросил вкрадчиво:

— Вы же не оставите принцессу Киату в лапах предателя-маркиза?

Я вздохнул:

— Что нужно делать?

Черт сказал буднично:

— Проникнуть в замок Варг сможете только вы, Андрей Викторович... но для начала, нам нужно остановить хорвов...

— Как? — севшим голосом спросил я.

Черт ухмыльнулся, в глазах вспыхнули искры:

— Безумству храбрых, поем мы песни...

АВЕНТЮРА XVI

Солнечный свет резанул глаза, я закрылся ладонью в латной перчатке. Заметил между пальцами, которые закованы каждый в маленький доспех в кольчужной рукавичке, зеленое поле. Слева утопают в белом тумане горы, у подножья зеленая кромка леса. В той стороне замок Варг... но нам прямо, между высоких холмов, что почти горы, к осажденному замку Лэндшир.

Конь под седлом гарцует со злой радостью, в нетерпении всхрапывая и роя копытами землю. Ей богу, не конь, а гроза тореадоров, сейчас дым из ноздрей пускать начнет! Под вороной шкурой перетекают могучие мышцы, в глазах плещется адское пламя. Морда укрыта маской из кольчужных колец, часто торчат рога. Как я понял, половина из стальных шипов предназначена для смертоубийства.

Я в новых доспехах, что не в пример легче тех, которые давал маркиз. На голове глухой шлем с перьями, решетчатая личина укрыта изнутри войлоком, будто шлем мотоциклиста. Панцирь на груди красиво переливается цветами зимнего неба и родниковой воды. На шее, под латами, амулет черта, что защитит от "подглядывания" маркиза. Ведь я должен оставаться незамеченным, если хочу вернуть принцессу Киату...

За спиной раздались конское ржание, звон металла и топот копыт. Я оглянулся, еще раз поразился своему воинству. Пять сотен закованных в броню доспехов демонов. Все верхом, с отличным оружием и строгой воинской выправкой. Как объяснил черт, каждый из адских рыцарей в прошлом показал себя в войне с первыми христианами. А теперь вот, судьба так повернула жернова, что пришли на их защиту... не слишком, конечно, выглядит по-доброму такая рецензия, но мне по фигу. Мне бы только домой попасть!.. гм... нет... кажется, попадание домой уже откладывается минимум на второй план...

Впереди воинства едет Максимус, какая-то шишка в прошлом. Теперь один из командиров Ада. Доспехи сидят на могучем теле второй кожей, видно каждую мышцу. На широких плечах алеет плащ, под цвет пылающих глаз в прорезях забрала.

Я на миг залюбовался страшной мощью. Все рыцари, как на подбор, на черных конях, что больше похожи на драконов. Громыхающая железом военная машина, где каждый из винтиков подогнан так плотно, что никто не делает лишнего движения. Даже кони идут почти в ногу.

Вот ведь судьба у меня, кем только не командовал: гоблинами, варварами, разбойниками, а теперь и демонами... если бы еще кто меня стратегии да тактики обучил, хороший вышел бы Александр Македонский. Хотя, куда ему до меня, властителя виртуальности? Он всего лишь полмира завоевал, а я целый мир. И не один. Командовал такими легионами, что черт бы обзавидовался. И звездные войны бушевали в моем компе, и армии орков нещадно разгоняли по болотам остроухих эльфов, и Русская Империя заново строила цивилизацию из глубин веков. А когда надоедала роль "отца народа", брал в руки гранатомет и сам расстреливал толпы нечисти...

Позвякивая конской сбруей, подъехал Максимус. Негромко уронил:

— Сэр Арнольв, войско хорвов уже третий день стоит в осаде. Жители замка Лэндшир долго не протянут. Наши разведчики сообщили, что король Дагобар не знает, что происходит на его землях. Пришлось отправить своих гонцов и подбросить ему бумагу. Но король подозрителен и никогда не совершает опрометчивых действий, потому еще и держится на троне, хотя вокруг полно властолюбивых родственников... мы считаем, что только через три дня можно будет ожидать подхода сил короля Дагобара. А пока придется обходиться без них.

Я ничего не ответил. Тоже мне, советчик. Хотя, надо признаться, выправка и организация у рыцарей Ада на высоте. Тут тебе и советчики, и тактики, и даже аналитики, что предсказывают, когда подойдет подкрепление...

Сердце колотится так, что, либо разорвется, либо на фиг выпрыгнет из груди. Предстоящая схватка меня по-настоящему пугала. Я много раз видел по телевизору фильмы с эпическими битвами, где красиво показаны батальные сцены. Там враг столь же благороден, как и главный герой, дерется только один на один... но я знаю и правду из учебников истории и всемогущего божества Интернета, да продлятся дни его и увеличится трафик! А правда такова, что каждое сражение — мясорубка. Две закованные в броню толпы с криками сбегаются друг на друга, и... понеслась душа в рай! Среди мелькающих тел, криков боли и ярости, сам не заметишь, кто дал по маковке, свои или чужие. А, если упал, то и затоптать могут, это ж толпа.

Максимус в нетерпении ждал ответа, но молчал. Негоже перебивать мысли сюзерена, коим являюсь я. А сюзерен для средневекового электората — ясно солнышко и вообще царь!

— Что будем делать? — спросил я равнодушно, чтобы не показать рвущийся наружу дикий страх.

Максимус сказал твердо:

— Нужно идти на лагерь хорвов. Врядли они ожидают, что мы явимся. Да еще не со стороны тракта, а с юга, где по картам маркиза нет жилья.

Я замедленно кивнул. Черт и генералы Ада все красиво продумали. Войско хорвов осаждает Лэндшир, предварительно истребив все деревни на подходе. Жители заперлись в замке. Но, хоть и с водой, река Ланкар рядом, зато без еды... и тут мы, — пять сотен хорошо обученных рыцарей, что появятся из ниоткуда, ведь из ада выбрались в чистом поле, чуть ниже Лэндшира. А хорвы атаки если и ждут, то с севера, со стороны тракта и единственного моста. Если, конечно, мост еще существует. Я бы первым делом захватил мост... и телеграф.

Я почувствовал дрожь, холод все ближе подбирался к сердцу. Сказал небрежно, но голос дрогнул:

— Идем... в бой...

Максимус развернул коня, помчался к замершему в отдалении воинству, а я судорожно вздохнул. Если верить маркизу, то хорвов бесчисленное количество. А что я сделаю с пятью сотнями рыцарей? Перебьют... ох, перебьют нас...

"Стоит ли принцесса смерти? — вклинился в сознание мерзкий голосок, стал нашептывать: — Оно тебе надо? Все эти склоки и дрязги неандертальцев в железе?"

"Не надо, — ответил я злобно. — Но после того как расправимся с маркизом, черт отправит меня домой!"

"Угу-угу, сказать, куда хорвы тебя отправят?" — спросил голосок ехидно.

"Заткнись!"

Я стиснул зубы, пытаясь забить мерзкий голосок, доказывающий совершенно правильные и логичные вещи. Такие разумные и неоспоримые, что зубы сводит от своей дури!

Да! Я не обязан здесь воевать и кого-то спасать! Да — у меня даже в голове не укладывается весь абсурд ситуации, в которую я вляпался! Но выбираться же надо?

"Надо!" — твердо решил я.

— Надо! — повторил вслух я, и решительно, чтобы не струсить, тронул повод.

К закату почти добрались до замка Лэндшир. Я настолько привык к грохоту копыт и звону железа, что не сразу разобрал новый звук, но он становился все сильнее.

Конь под моей рукой остановился, тоже услышал, обеспокоено запрядал ушами. Звук похож одновременно и на ток могучей реки, и на лавину. Он неспешен и однообразен, но воздух дрожит от его мощи.

Я вздрогнул, ветер донес запах дыма, немытых тел, жарящегося мяса.

Мой конь мощными скачками вознесся на вершину холма, застыл изваянием. Лучи закатного солнца пронзили облака, торжественно и зловеще пали на землю, окрасив в цвет крови. Я замер от масштабности открывшейся картины, сердце часто забилось.

Окруженный наполненным водой рвом и тонкими струйками дыма, замок Лэндшир показался мне забившимся в нору зверем. На зубчатых стенах и башенках мелькают огоньки, часовые несут стражу. Над замком страшно чернеют клубы дыма, я видел в хрустальном шаре, что хорвы почти не прекращают бомбардировку, и где только снаряды восполняют? Высокие стены из серого камня почернели, кое-где видны провалы у верхней кромки. Меж двух высоких башен, в центре замка, обрушенные кромки моста, еще дальше башня с проломленной и горящей кровлей. Но замок еще огрызается, не сдается, хотя видно, что силы истощаются.

Под стенами замка черно от трупов, что разбросаны целыми горами, плавают во рве. Тут и там вспархивают с дармового угощения десятки воронов, а со всех сторон слетаются все новые и новые птицы. А на расстоянии полулиги начиналась страшное черное море...

Мое сердце тревожно заколотилось, стало тяжело дышать. Войско врага даже на первый взгляд поражало размером. То ли разведчики ошиблись в подсчете, то ли подошли новые силы.

Зеленое поле почернело от доспехов черных рыцарей. Часто стоят шатры военачальников, над входом развеваются стяги, висят полотенца гербов. Рядом с каждым шатром минимум свободного места для костров и часовых, людей столько, что земли не видно. Небо чернят дымные струйки, костры горят часто, возле каждого десятки солдат. Там готовят пищу, отдыхают, делятся новостями и байками. С краю армии хорвов огрызаются, будто игрушечные, чудовищные орудия. Даже отсюда я различал деревянный скрип взводимых балист. Люди набрасываются на серые шарики камня, будто жуки-навозники, катят к катапультам. Между "артиллерией" и лагерем носятся всадники, донося команды и распоряжения...

Позвякивая шпорами и сбруей, подъехал Максимус. Уронил:

— Это больше, чем мы полагали...

Я с содроганием услышал в голосе рыцаря удивление. Что может удивить мертвого? Я спросил осторожно:

— Их там тысячи, что мы сможем сделать?

Максимус оглянулся на застывшее воинство, сказал с достоинством:

— У меня каждый рыцарь стоит десяти людей. А если присоединятся еще и защитники Лэндшира — погоним врага. В замке около пятидесяти рыцарей, да пять сотен ополчения... погоним, не впервой, — сказал рыцарь уверено, потом обернулся, рявкнул: — Правду говорю?

Сзади раздался дружный одобрительный рев. Я услышал выкрики, кто и что сделает с неприятелем, а потом и с пленными. Я содрогнулся от подобного перечисления, явно, что о Женевской Конвенции здесь даже не мечтают...

Максимус усмехнулся, так стиснул кулак, что бронированные пластины жалобно заскрипели. Я спросил с дрожью:

— А... если ополченцы не присоединятся?

Рыцарь помолчал, тронул повод, разворачивая коня. До меня докатилось безразличное:

— Чего вам-то волноваться, сэр Арнольв? В аду уже бывали, лично черта знаете, говорят, еще и с Разиэлем спорили...

"Утешил, твою мать!" — подумал я со злостью.

По моей спине прокатилась ледяная волна, я вздрогнул, когда Максимус прокричал:

— Сэр Арнольв, командуйте атаку, мы готовы... — и следом оглушило дружное: — Идущие на смерть, приветствуют тебя!

"Это самоубийство! — пронеслось в моей голове. — Хорвов тысячи!"

Смотреть на черное море вражеского войска было страшно. Я непослушными губами прошептал:

— Вперед...

Запоздало сообразил, что мой комариный писк никто не расслышит, с отчаянной яростью рванул клинок из ножен и взметнул в небо. Конь, за миг до укола шпор, швырнул тело в галоп.

Ветер ударил в забрало, засвистел, едва не выдул меня из седла. Земля под копытами замелькала часто-часто. Несмотря на свист ветра, я услышал сзади нарастающую бурю. Гремя железом, позади неслось страшное воинство черта, клинки наголо, в забралах бушует злое пламя.

Лагерь быстро приближался, черная волна живая, постоянно перетекает, будто мухи покрыли землю.

Где-то рядом раздался испуганный вскрик, что-то свистнуло. Я скосил глаза, заметил в высокой траве человека, что вновь накладывает стрелу и вскидывает лук.

"Часовые! — мелькнуло в ошалевшем от страха сознании. — Расставили посты!"

Лучник вдруг закричал, опрокинулся с рассеченной грудью, мимо пронесся Максимус. Молча, от чего был еще страшнее, вскинул над головой окровавленный меч. Тяжелые пурпурные капли брызнули на доспех, ознаменовав начало боя.

Над вражеским лагерем взвыли рожки, послышались крики, отрывистые команды. Нас заметили. Люди бросились от костров, вскакивали на коней. Все в доспехах, по законам военного времени латы не снимают даже на ночь.

Зло просвистело, в панцирь звонко цокнула стрела, и, переломленная надвое, исчезла. Тут же ударило снова, опять безуспешно. А через миг стрелы посыпались настоящим градом, бились в зачарованные латы, в бессилие ломались.

"Не подвел черт, хоть раз не подвел! — мельком подумал я, стараясь удержаться под градом ударов. — Доспехи держат удар!"

Ряды черных рыцарей приблизились, ветер донес запах конского пота и человеческой ненависти. Я различил горящие злобой глаза, сердце встрепенулось, и, заметив частокол копий и мечей, ушло в пятки.

Я едва справился с инстинктом самосохранения, не повернул коня, хотя ряды копейщиков дружно опустили навстречу нам частокол. В грудь ударило с такой силой, что едва не выбило из седла. Я захрипел, ловя отбитыми легкими воздух. Конь налетел на первые ряды хорвов, взвился свечкой, замолотил передними копытами. Я вертелся в седле, как уж на сковородке, не успевая рубить копья. Все тело сотрясают удары, меня дергает из стороны в сторону.

Раздался крик боли, с разбитым копытами черепом завалился хорв. Я с ужасом заметил кашу из железа и костей, вместо головы человека. Но все завертелось, понеслось с ужасающей скоростью.

Рыцари ада врезались в ряды хорвов с таким лязгом, будто столкнулись два бронепоезда. Вспыхнули пышные снопы искры, лязг железа о железо вышиб все звуки. Меч в моих руках жил своей жизнью. Взлет, падение, взмах, укол, выпад, выпад...