"Ну нет. Не дождётесь"
— Лина, я так не могу... — простонал Димка. — Меня убивает мысль, что всё утрясётся, вернётся твоя мать и найдёт тебе нового мужа... Запомни, он — покойник, я никому тебя не отдам!
— Дима, посмотри на меня, — со всей доступной ей строгостью сказала Лина, копируя его интонации. — Я не прошу мне верить, для начала выслушай, — для надёжности она зафиксировала его лицо в своих ладонях. — Мне никогда и ни с кем не было так хорошо, как с тобой. У тебя нет причин для ревности. Мать мне не враг. Мой демон должен питаться. Чтобы не нанести непоправимый вред человеку, я не могу быть с ним дольше пяти лет. Понимаешь? Брак — это лучший способ маскировки. И вот не верю, что ты об этом не знал.
В процессе её монолога дыхание анимала выравнивалось, взгляд становился осмысленным, а мышцы лица расслаблялись. Но руки всё ещё крепко сжимали линину талию.
— Солнышко, я... знаю, но от этого не легче...
— Прости, но глупо ревновать к прошлому.
— Это прошлое реально может опять стать будущим, и я за себя не отвечаю, как только представлю тебя с другим...
— Милый, ну это даже не смешно. Зачем мне теперь выходить замуж? Ты так качественно кормишь нас с демоном, что... Ох, никогда не думала, что скажу это, но "Остановись мгновенье, ты прекрасно"!
— Ты правда так думаешь? Или просто хочешь меня успокоить?
— А на что тебе метка? Проверь!
— Как мне повезло с невестой... И красавица, и умница, и...
— И соображает быстро. Хватит на меня воздействовать — подсказала на свою голову. Смотри, милый, в эту игру можно играть и вдвоём...
— Играть и вдвоём — какие... ммм... ассоциации, — заявил "милый" и нежно провел кончиками пальцев по лининой руке от плеча до запястья, подхватил его и припал губами, отчего по телу девушки опять замаршировали мурашки. Она уже привычно зарылась пальцами в полюбившуюся шевелюру, и задумалась, в какой комнате будет легче убраться после очередного раунда их игр без правил. Пожалуй, в "кинозале" — там кожаный диван и ковёр с коротким ворсом.
Между тем Димка от запястья перешёл к нежной коже на локтевом сгибе, и Лина застонала, обнаружив на своём теле новую эрогенную зону.
— Девочка моя, — прошептал соблазнитель, на миг оторвавшись от своего занятия, — какая ты... чувствительная, — и он вернулся к поцелуям.
Включилась метка, и суккуба (из лучших побуждений!) дала Лине возможность ощутить его эмоции. Она не сдержалась и тихо вскрикнула от восторга. После чего перестала думать вообще. Её хватило только на то, чтоб затащить Димку в ближайшую комнату с диваном и лихорадочно быстро раздеться, поскольку портить бельё уже надоело.
Потом они лениво лежали, обнявшись, и перебрасывались ничего не значащими фразами, типа "Ты не устала?" и "Тебе хорошо?". Надо отдать должное Димке, в такие моменты он со своим предложением не доставал. Понимал, наверное, насколько тонка грань...
— Милый, ты ещё не забыл про обед у родителей? — Лине жуть как не хотелось общаться с Аникеевыми-старшими, но кто-то же должен проявить ответственность.
— Да, солнышко, сейчас поедем. Иди в душ, а я пока позвоню Алиске.
Лина постаралась максимально избавиться от всех запахов, которыми наградила её связь с анималом. Поэтому готова к выходу она была лишь через час. Димка успел и переговорить с сестрой, и в нетерпении погрызть кошачьего корма (больше в лининой квартире ничего съедобного не было) и побегать из угла в угол. И, конечно, отправить охрану за новым продуктовым пайком. Продукты были доставлены, но подкрепиться перед обедом вожаку не удалось — его "невеста", наконец, объявила о своей готовности.
Лина оделась в летний костюм из итальянского льна с ручной вышивкой по лифу пиджачка, и строгой прямой юбкой до колена. Бежевые босоножки на платформе добавили ей 14 см роста, а изящные золотые украшения — солидности. Волосы она заплела в косу, и Димка застыл, разглядывая своё сокровище. Она засмеялась и помахала рукой у него перед носом.
— Отомри, милый. Ты договорился, что будешь врать на пару с Алиской?
— Да, — помрачнел тот. — Она отца боится, на обед не пойдёт, и просит сказать, что ты отправила её по делам.
— Чушь, — возразила Лина. — Куда я могу отправить её в воскресенье в обед? Нет, лучше сказать, что она... ну, приболела, что ли?
— Хм, тогда мама тут же полетит её лечить.
— Может, тогда она поехала на протоку загорать и обгорела? Ничего страшного, но из дома выходить не очень приятно...
— Принято. Сейчас позвоню ей, и...
И пока они шли к машине, Алиска заверила брата и подругу, что план ей нравится, и как только они доберутся до родителей, она наберет маме. Их же задача — убедить ту не бросаться на помощь бедной обгоревшей девочке, которая очень хочет спокойно полежать и отдохнуть.
Всеволод Макарьевич и Василиса Олеговна ждали отпрысков в их общей квартире, которую на время пребывания в городе дети отдали им в полное распоряжение. Димка открыл дверь своим ключом и громко крикнул:
— Мам, пап, мы пришли!
Потенциальные свёкр со свекровью вышли навстречу — оба высокие, статные, улыбающиеся. Правда, увидев Лину вместо Алисы, улыбка на лице потенциальной свекрови несколько подувяла. Но Василиса Олеговна быстро взяла себя в руки и позвала её на кухню — помогать.
Лина зашла и... очень удачно раздался звонок от Алисы, который дал девушке возможность прийти в себя. Пока она поддакивала подруге, утверждавшей, что красное лицо не стоит демонстрировать всем подряд, а кожа после чрезмерного воздействия ультрафиолета нуждается в питании и увлажнении, удалось осмотреться и сделать покерфейс. На плите стояла пятилитровая кастрюля с почти прозрачным бульоном, где варились домашние пельмени. Из окошка духовки виднелся большой противень с мясом, на столе стояли несколько салатников с неизвестным содержимым.
Пока Алиса убеждала мать, что той совсем не нужно приезжать, чтобы лично намазать дочке спину деревенской сметанкой, Лине доверили порезать хлеб и отнести его на стол. Накрытый в зале, где под кондиционером прохлаждались Всеволод Макарьевич с сыном, он был уже уставлен тарелками с мясной, рыбной и сырной нарезками, а также разными бутербродами.
— Лина, дочка, с кем там мать по телефону лялякает?
— С Алисой, дядя Сева. Она на солнце обгорела, говорит, что не придёт.
— Что, сильно обгорела? Вроде не май месяц...
— Пап, ты ж знаешь, Алиска у нас белоснежка, а сегодня в тени совсем не сидела, всё лицо красное и шелушится.
— Вы что, вместе на речку ездили?
— Нет, дядь Сев.
— Я Филиппа с ней отправил. Мы же с Линочкой... Ну, ты и сам всё знаешь.
— Что он знает, сынок? — вплыла в комнату потенциальная свекровь.
— Мама, папа, позвольте вам представить мою невесту. Лина... Алина Аркадьевна оказала мне честь...
— Дима, — укоризненно произнесла означенная Алина Аркадьевна. — Мы же договорились, что...
— Линочка, дочка, это для нас действительно честь, — поддержал сына отец.
— И мы очень рады, дорогая, что наш мальчик смог... — голос Василисы задрожал, срываясь, и она с немыслимой для человека быстротой развернулась и умчалась на кухню.
Мужчины переглянулись и в слитном порыве попытались её догнать. Но Лина стояла ближе к выходу. Она перегородила им дорогу и сказала:
— Можно нам поговорить по-своему, по-женски? Обед будет очень скоро, не волнуйтесь.
И она величественно двинулась в сторону кухни. Василиса Олеговна стояла у мойки и нервно перетирала ложки с вилками.
— Тёть Вась, ну вы же знаете, что это всё не всерьёз, — с порога начала Лина.
— У Димочки всерьёз, — возразила та.
— Ну просмотрели мальчика, не поговорили по душам, не... меры своевременно не приняли. Ну так что ж теперь, ложится и помирать?
— Лина, ты очень разумная девочка, но с ним-то что теперь делать?
— Тёть Вась, я не рвусь в Верховные Самки. Пока не утрясётся общая ситуация с вашими брачными предложениями, я побуду официальной невестой. Но не женой.
— Девочка, ты же не знаешь, на что способен медведь, когда он нашёл свою идеальную самку... Мой Сева гнал меня два года по городам и весям, пока не согласилась... Я ведь тоже не хотела быть Верховной. Пришлось.
— Мне — не придётся, — уверенно заявила Лина. — Впрочем, если не останется никакого выхода, то мы с вами найдём способ образумить мальчика, правда, тёть Вась?
— Лина, дорогая моя, поверь, при других обстоятельствах лучшей невестки я бы себе не пожелала.
— Да и я бы предпочла видеть своей свекровью именно мою любимую тётю Василису, — вернула комплимент Алина. — Но, увы, обстоятельства эти не в нашей власти... Он перебесится и успокоится, я обещаю.
И вот кто тянул за язык? Как известно, не хочешь, чтоб над тобой смеялись, не говори о своих планах — хотя бы вслух. Впрочем, пока всё шло как раз по плану. За обедом Лина в очередной раз поражалась аппетиту семейства Аникеевых и кулинарной трудоспособности Василисы Олеговны. После пельменей и салатов она принесла противень с мясом, запеченным с баклажанами, и его умяли в два присеста. Лина отщипывала кусочек того или этого, а анималы сметали с тарелок всю еду без остатка. Причём мужикам реально нравилось, а тётя Василиса, видимо, нервничала. Алиска в сердцах тоже ела без остановки, так что, семейное сходство налицо.
Потом настал черёд чаепития. К чаю потенциальная свекровь при помощи сына подала свежайшие пироги с творогом, малиной и абрикосово-крыжовенным миксом. Димка вёл себя спокойно и естественно, ухаживал за Линой и Василисой Олеговной, шутил с отцом. Но очень внимательно следил за "невестой", и, похоже, метка помогала ему улавливать малейшие колебания в её настроении. Хотя к чаю Лина была совершенно равнодушна, пироги ей понравились, и она, в свою очередь, с удивлением поймала димкино удовлетворение — метка и в самом деле работала в обе стороны даже вне прямого контакта.
— Ну а теперь, ребятки, расскажите нам с матерью, что вы собираетесь делать дальше, — заявил сытый и довольный Всеволод Макарьевич.
— В каком смысле? — удивилась Лина.
— Пап, мы... пока подождём об этом говорить, — заметил более прозорливый Димка.
— Ну хорошо. Тогда объяснитесь по поводу Алисы. Сколько вы ещё намерены её покрывать?
— Дядь Сев, мы никого не покрываем.
— Пап, ты счас о чём?
— Да, дорогой, я тоже не вполне...
— Значит, так. Вчера ко мне подходил ваш Филипп и просил благословить их брак. Сказал, что ты, сынок, в курсе.
Василиса Олеговна побелела и вцепилась пальцами в край столешницы. Та ощутимо хрустнула. Лине не надо было смотреть на Димку, она ощущала его решимость и... поняла, что поддержит его.
— Папа, не пугай маму. Мам, ну что ты?
— Тёть Вась, вам нехорошо? Валерианы? Корвалола?
— Нет-нет, я сейчас... сейчас, всё нормально... — тихо сказала она. — Я чувствовала, что с Алисочкой что-то не так.
— Мама, успокойся. Всё с ней так. Влюбилась, выйдет замуж, родит тебе внуков. В Горный клан я её не отпущу.
— Сынок...
— Дмитрий, ты совсем страх потерял?
— Пап, я решу всё с этим Бергером, и Горные отзовут своё предложение.
— Димочка, умоляю тебя, не лезь к Тиграм! — простонала Василиса.
— Он не будет ни к кому лезть, — очень спокойно проговорила Лина. — У нас всегда остается возможность прибегнуть к суду Высшего Дома. А пока, — она послала своё одобрение и уверенность мальчику, — мы будем выжидать. Пусть Бергер сделает первый шаг.
— Линочка, ты уверена?
— Дима согласится со мной, вы вырастили настоящего стратега, дядя Сева.
Димка положительно среагировал на похвалу, но не на попытку удержать его от разборок с Бергером.
— Лина, это мои дела, и я сам решу, когда и как разбираться с этим кошаком.
— Сын, девочка дело говорит, — вступился отец. — Он тебе пока не по зубам.
— Пап, я решу всё сам.
— Сам, конечно, сам, — подтвердила Лина. — Только учти, мы не собираемся стоять в стороне. Разборки, так разборки. Все поучаствуем, правда, дядь Сев?
— Верно, дочка.
— Лина, запру дома. Тебя это точно не касается!
— Ах-ха. Я твоя невеста, меня теперь всё касается!
— Ну что за детский сад! Дима, Сева, о чём вы вообще??? Вы хотите развязать войну кланов???
— Тёть Вась, успокойтесь. Мы найдём выход. Войны не будет. Бергерам она тоже не выгодна, их клан поделён между отцом и сыном, единства нет, поэтому здесь все преимущества у нас.
— Ну и деток мы с тобой, мать, вырастили. Одна собралась... а, ладно, а второй...
— А второй у вас, дядь Сев — замечательный, умный и очень ответственный. Он не станет развязывать войну.
Кое-как успокоив всё аникеевское семейство, Лина поймала себя на том, что хочет стереть со лба воображаемый пот. Она завела разговор о футболе со свёкром, в который тот уже самостоятельно втянул Димку, а потом переключилась на Василису Олеговну, страстную вышивальщицу, пообещав ей настоящий японский бисер для новой работы. Пока та оставалась в городе, Лина надеялась уговорить потенциальную свекровь вышить несколько картин в будущий гадальный салон, и начать решила прямо сейчас. При необходимости девушка умела быть напористой, и неудивительно, что под этим напором Василиса скоро сдалась.
Потом она вызвалась помочь с уборкой, и уже на кухне, оставшись без мужчин, окончательно успокоила старшую анималку предложением съездить к Алисе и поговорить с ней без участия любящего, но строгого папаши. Того, по плану, Димка должен был отвезти в клуб развлечься.
— Идите к мужу, тёть Вась, а мне пришлите сына, и я обо всём с ним договорюсь.
— А ты позови его — вы же связаны, — просто предложила потенциальная свекровь.
Лина не стала говорить ей, что совершенно не умеет никого звать на расстоянии, но подумала, что о свойствах метки выспросит у неё всё — чуть позже, у Алиски. Однако попытка — не пытка, и девушка попыталась представить Аникеева-младшего и поманить за собой. Как ни странно — получилось. Он пришёл к ней на кухню, и, само собой, полез обниматься.
— Шшш, милый, иди сюда, — прошептала тихо она и включила воду. — Увези отца в клуб, а мы с тёть Васей съездим к Алиске.
— ?
— Им надо пообщаться без мужиков, такое с нами, женщинами, случается.
— А что мне за это будет?
— Я тебя поцелую. Потом. Если захочешь.
— Захочу, — таким многообещающим тоном прошептал Димка, что у Лины опять начался марш мурашек.
— Хорошо, — ответила Лина и чмокнула его в щёку.
— Это не потом, это сейчас, — обиженно заявил ей вожак. — Ты потом обещала!
— Милый, не буянь, времени мало. Обещала, значит поцелую. Или ты мне не веришь?
— Верю, — и он сам легко прикоснулся губами к её щеке. Лина вовремя вспомнила, чем заканчиваются обычно их поцелуи, и удачно увернулась.
— Иди, утаскивай отца, потом созвонимся.
— А ты вызови свою охрану. И тихо, не спорь, а то приставлю своих! Ты, в конце концов, с мамой моей едешь!
Пришлось вызывать. И в общем, охрана даже пригодилась. Когда Лина с Василисой Олеговной на пассажирском сиденье уже подъезжала к Алискиному дому, раздался звонок.
