Записки темного мага. Ведунья.

Правда у меня не было другого выбора, так что мне пришлось сделать то, что я сделала. Оставалось лишь несколько нерешенных и мучавших меня вопросов. Что стало с Атори и как отреагируют на мою выходку подруга и Рин. Надеюсь, что они меня простят и пойму. Еще три месяца без вампира сведут меня сума.

Но для начала нужно осмотреться. Лежу я все в той же комнате, что выделила нам травница. Рядом же на кресле сидел Рин. Он был хмур и серьезен, но пока спал. Не успела я двинуться, как тот моментально проснулся. Его взгляд тут же изменился. Он выглядел встревоженным, поэтому спросил:

— Как себя чувствуешь? — А в голосе столько нежности и заботы, что если бы могла, на месте и растаяла, как мороженное на солнышке.

— Не особо, но думаю, что встать я все-таки смогу, — сделала попытку, но была уложена на кровать со словами о моей временной не дееспособности и истощении. Спорить с вампиром не стала, просто опустилась на подушку и спросила: — Долго я была без сознания?

— Три дня.

Я не удивилась. Использовать светлое заклинание, будучи темным магом, очень опасно. Три дня сна и некоторое время без магии меньшее, что могло случиться. Поэтому я и не удивилась. Оставалось только одно, это узнать, что случилось с Атори. Об этом вампир и рассказал:

— Он сидит сейчас в той самой ловушке, которую мы начертили, дабы его поймать. Многие думают, что он все еще опасен и ждут когда приедет магистр темной магии и все прояснит. Только вот я сомневаюсь, что все это оставят безнаказанным. Он убил много народа, пусть и не понимал что творит. С него ответственность не снимают хотя бы потому, что он призвал в этот мир сущность туманника. Так что суд его все равно ждет.

— Значит, нужен магистр?

— Да, вот поправишься и выпустишь его, а там пусть суд магов разбирается с его наказанием. Я бы его просто силы лишил, но он ее и так получил с трудом, так что отправить бы его в какую-нибудь глушь на благо общественности, пусть там свои проступки искупает.

Я с Рином была согласна, поэтому решила немного отдохнуть, чтобы поскорее со всем разобраться. Проснулась уже ближе к вечеру. Силы еще не восстановились, но не сразу мир строился, все постепенно вернется. А если будет критическая ситуация обойдемся одним мечом. Все же я не только маг, но еще и воин, не считая прошлой работы. Так что не пропадем.

Когда я вышла из комнаты к общему столу, все присутствующие вздохнули с облегчением. Хозяйка дома вместе с подругой читали мне нотации, что я собой не дорожу и понапрасну рискую. Сирин же только кивал в такт их словам, молча, соглашаясь с ними.

— Да все со мной в порядке. Силы восстановятся и придут в норму, — я пыталась всех успокоить. Хозяйка продолжала причитать что-то себе под нос, а Анза только развела руками, что всегда себе на уме и что хочу то и делаю. Я не отрицала. Всегда такой была.

— Ну, раз так, то хотя бы скажи, как ты вообще додумалась светлое заклинание использовать, оно же могло тебе убить? Да и если бы не убило, случилось бы что-то другое не менее плохое. Колдовать после такого эксперимента могли не многие. Магический узор выжигался полностью.

— Но все обошлось, это самое главное. А сила вернется. Так что остается одно, разобраться с Атори и дальше в путь.

Со мной спорить не стали, все просто молчали. Травница что-то варила, резкий запах щекотал нос, что хотелось чихнуть. Как оказалось это предназначалось мне. Как только отвар был сварен, она сунула мне под нос это варево и приказала пить. Сморщив нос, мне ничего не оставалось, как исполнить приказ лекаря. Через силу пришлось выпить все содержимое. Но после я заметила легкое покалывание пальцев и прилив сил. Энергетическое зелье, дававшее нам во время учебы в академии дополнительные силы, когда мы проводили ночи за конспектами и учебой.

— Спасибо, — поблагодарила я хозяйку. На что она фыркнула и ушла к себе, оставив все съестное на столе. У меня заурчало в желудке, и проснулся аппетит.

Плотно поужинав я решила навестить старого друга. Подруга и вампир не пошли со мной по моей просьбе. Я им была за это благодарна.

До дома Атори я дошла быстро. Зайдя в его лабораторию, застала того сидящем в круге. Все так, как и сказал Рин. Он сидел на коленях и ждал магистра, для того чтобы услышать приговор. Это случиться, но не сейчас. Я пришла к другу детства, а не к осужденному. Присев рядом, и протянув бокал вина, спросила:

— Тори, как ты докатился до призыва потустороннего?

— Аби, ты? — Удивился друг. А я улыбнулась. Так меня называл только он во времена нашего тесного общения и детских игр. Атори всегда был желанным гостем в нашем доме. Он практически жил у нас, когда его отец вспоминал о том, от кого он рожден. Поэтому мне было сейчас очень тяжело разговаривать с другом, которого я помнила как хулигана и весельчака, оказавшегося сейчас преступником. Но пусть лучше я, чем какой-нибудь чужой человек.

— Тори, я хотела спросить, как получилось, что ты призвал туманника в этот мир?

— Меня обманули, — опустив голову, ответил он, — я не призывал, меня использовали как жертву для ритуала и сосуд потусторонней сущности. Провели ритуал прямо здесь. Сначала я думал что умру, но оказалось все сложнее. Я все видел, но ничего не мог сделать, — его голос сорвался во время ритуала изгнания, когда кричал туманник. Поэтому разговаривал со мной он шепотом, — я сожалею о том, что сделал, но мое тело меня не слушалось. Ари, скажи, что мне светит? Блокировка?

— Не знаю, — и это действительно так. Для начала мне нужно убедиться в правильности его слов, а потом запрашивать разрешение взять все на себя. Наказание я придумаю, но если окажется, что он действительно не виноват во всем случившемся.

Поэтому я решила попросить Рина просканировать его и убедиться в правоте слов. Сбегав за вампиром, который провел сканирование его воспоминаний, мы убедились в достоверности слов полуэльфа.

— Анриш, как думаешь, зачем понадобилось призывать туманника, да еще в такое малонаселенное и глухое место?

— Понятия не имею, — и действительно, я даже и мысли не могла предположить кому и зачем понадобилось призывать потустороннего. Ясно одно, твориться что-то странное и не объяснимое. Но вот слова оставленные на последок туманником так же не выходили из головы. Он говорил о возвращении Разрушающего, а это значит, что все делается не просто так. И возможно не только в этом городке.

— Бэт, а что там про то, что скоро вернется Разрушающий? — Спросил Рин.

— Он это сказал на последок, а вот правда это или очередная уловка, дабы запугать я не знаю. Все возможно.

На этом мы разошлись по комнатам. Я снова спала с подругой, а Рин отдельно. Но меня снова посетило то чувство, страха за близких. Если этот инцидент не единственный, кому-то придется не сладко. Светлые маги на нашем континенте есть, только их может не оказаться там, где нужно. А это может принести за собой десятки и тысячи смертей. С этими мыслями полными непонимания и запутанности в дальнейшем, уснула.

Утром мы освободили полуэльфа из круга магического рнитуала, и озвучили его приговор, а после этого стали собираться в путь до Сторины. Атори с нами простился и был сопровожден на окраину мира, в самую чащу, он боевой маг и сражаться с нежитью его обязанность, поэтому до конца его жизни он будет истребителем нежити без возможности вернуться домой.

— Спасибо, Аби, я рад, что так получилось и что последней, я встретил именно тебя, — а к Сирину обратился: — Береги ее Сирин.

— Обязательно, — и притянув меня к себе спиной, обнял за плечи. Атори улыбнулся еще раз на прощанье и ушел в портал, построенный вызванным из совета магом.

Нам же предстояло другое путешествие. Собрав все вещи, мы выехали из этого города в сторону драконьих гор. До Сторины мы добрались за несколько дней. На дороге нам уже никто не встретился, и весь оставшийся путь прошел тихо и гладко. Никаких тебе разбойников и других, не предвиденных трудностей и палок в колеса, нашего путешествия не было. Город встретил нас, как обычно это бывает в столице, радушно и шумно. Предновогодняя суета и огромное скопление народа, говорила сама за себя. Люди веселились и радовались предстоящему празднику. Закупали всю продукцию предлагаемую им на прилавках. В качестве подарка пойдет все. Горшки, ложки, платки, шубы, ковры, книги и многое другое.

— Неужели и у нас в академии сейчас тоже самое происходит? — Поинтересовался вампир.

— Лучше, — ответили мы с подругой в два голоса.

И действительно, у нас все грандиозней и масштабней. Украшаются отделения, кабинеты, вся академия просто сверкает в преддверии праздника огнями и гирляндами. Ребята со всех потоков готовят сценки для маленьких детей в приютах. Для них мы поем, танцуем, показываем магические фокусы, поводим шуточные дуэли. Ведь это самый главный магический праздник, в котором многие дети получают надежду, надежду на будущее. Это важнейшее и самое яркое наше достижение. Если у этих ребят появиться улыбка, значит, они уже сделали шаг вперед навстречу своей мечте.

Мне нравиться этот праздник. Все в моей семье отмечают его, я же последние сто десять лет отмечала его где угодно, но только не дома. В гильдии это был новогодний бал, а те года странствий, где только не проходили. И в хижине лесника, и в трактире, и в приюте животных. А этот праздник мне придется отмечать в Сторине. Новый год уже завтра, не думаю, что Маркус нас так просто отпустит.

Кстати о нем. Когда мы всей троицей дошли до того места, где располагался трактир "три подковы", потеряли дар речи. Из не большого домика он вырос в огромный трактир. Слов на описание не было. Из маленького заведения всего на десять комнат, он стал огромным домом, добавились еще два этажа, и расширилась конюшня. Раньше уместилось бы лошадок пять, а сейчас устроилось бы целое королевское стадо. Бизнес у него действительно поднялся.

А когда же мы зашли внутрь, слова пропали всякий смысл. Теперь у трактира был огромный потолок, с которого свисала громадная витая люстра, освещавшая все помещение разом, не оставляя никаких темных углов. Да и сам персонал изменился. Заказа разносили молодые девушки и парни в нарядных костюмах. Развозили заказы они на роликовых коньках, мелькая между столами. Мы с Сирином хотели, поздравить хозяина с расширением и процветанием, но за стойкой Маркуса не было, стояла женщина его возраста и такой, же комплекции. Подсев рядом с ней я поинтересовалась:

— А не подскажите, как нам хозяина заведения найти? — Но на мой вопрос ответила не эта женщина, а он сам, подошедший к новым посетителям.

— А у вас ко мне какие-то вопросы барышня? — Спросил Марку, не узнав меня как эльфа, но узнав рядом стоящего Сирина. Он нахмурился, а я ответила:

— Да есть, — сказала я, встав напротив него и распустив волосы, пряча острые уши от его взгляда. Глаза же продолжали метать синие искры от радости за дорого человека и за его грандиозный успех. Я действительно рада, что у него все хорошо и что он и его трактир жив и благополучно процветает.

Маркус же немного пожевав губы и поморщив лоб, начал вспоминать, где мог видеть темного эльфа, да и какие у этого эльфа, то есть у меня, могут быть вопросы к его персоне. Узнав, тот просиял и несколько раз изменился в лице. Не зная, что сказать начал заикаться. Не найдя нужный ответ, взял стакан и налил туда воды. Немного отдышавшись от полученного и свалившего ему на голову сюрприза, сел на стул тяжело дыша. Радушная вышла встреча, но сама виновата, надо было ему сразу сказать, сейчас бы не мучился.

— Ари-сан. Неужели это вы? Глазам не верю. Вы — эльф! — Воскликнул трактирщик, — но почему вы мне раньше не рассказали? — Удивился он.

— Сама не знаю. Наверное, не знала какой реакции от тебя ждать. Вот и промолчала.

Я действительно не знала, как он отреагирует. Ведь у каждого свое мнение. Рин в первые минуты разозлился, так мог поступить и Маркус. Поэтому мне пришлось молчать. Да и не думала я, что встречусь с ним снова. Он хороший человек, но Судьба не всегда распоряжается так, как кому-то хочется.

Трактирщик же посмотрев на меня по-новому, улыбнулся. Подойдя ближе, он взял мои руки в свои и приложив их к склоненному в поклоне лбу, показывал ко мне уважение. Посетители на некоторое время замолчали и смотрели на нас. Маркус отпустив мои руки, рассказал всем присутствующим, что спасением и процветанием своего дела он обязан мне. Рассказал про то, как смелая девушка, справилась с десятком матерых наемников, не моргнув и глазом. Всех его история порадовала, и шумный вечер за кружкой эля продолжился. Посмотрев на меня еще раз с благодарностью и восхищенностью, кинул взгляд на вампира, который стоял прижимая меня к себе, но тут он посмотрел на нас и о чем-то вспомнив и спросил:

— Так вот почему вы поругались почти четыре месяца назад! А я то старый дурак даже не предполагал почему так получилось? — Закончив все благодарные жесты он вспомнил о самом главном, — Ари-сан, вы наверное устали? Да и ваши спутники тоже, — сказал он, оглядев нашу компанию. Особенно его взгляд приковала подруга. Он ведь раньше ее не видел, да и не знакомы они, надо исправить ситуацию и ее представить.

— Маркус, это моя подруга, я ее заменяю в академии. Зовут эту с виду безобидную девушку Анзеттой, — не только тебе подружка меня подкалывать, я тоже в долгу не останусь. Подруга тут же посмотрела на меня с полыхающими огоньками задора в глазах. Да, с кем поведешься, от того наберешься.

— А почему с виду? — Поинтересовалась жена (как я могла догадаться) трактирщика, все это время молчавшая и слушавшая наш с ним разговор: — Девушка, как девушка. Вас же сразу можно от человека отличить, уши вон эльфийские, глаза раскосые, а она-то чем не безобидна? Даже и этот молодой человек, — указала она Сирина, — кажется безобидным, — сказала она. Маркус тут же попытался успокоить распаленную жену, но я ответила, не обращая внимания на ее грубость и неуважение к высшим расам, которым грубить, было равносильно самоубийству. Не была бы она женой Маркуса, просто так бы все не оставила. Но я с Маркусом хочу сохранить дружеские отношения. С ним ругаться в мои планы не входит, поэтому отвечу. Но не успела я слова сказать, как за меня ответил тот, кого я снова в этом городе:

— Дело в том, что эта девушка сеншер, а парень вампир, так что с виду они кажутся простыми людьми, в отличие от Ари, ее сразу можно узнать, только если она не под заклинанием. Так что на самом деле, в их компании нет ни одного простого человека, а каждый из них может утереть нос любому не благочестивому товарищу в одиночку, — сказал наш с Анзеттой учитель, появившись у нас с ней за спиной.

— Учитель Серан! — обрадовались мы с подругой, — как мы рады вас видеть!

— А я-то как рад. Да и вы смотрю, помирились? — Спросил он нас с Сирином.

— Да, только до этого момента не разговаривали три месяца. А так в целом все замечательно. Дела в академии тоже продвигаются довольно спокойно. У нас выдалось свободное время, и мы решили проведать и узнать, как вы поживаете, как ваше здоровье? — Не хотела я сразу сваливать на него всю информацию. Но к моему великому сожалению, план не удался. Учитель нахмурился и со словами, что понял умысел, повел нашу компанию к себе в комнату. Представляю, что будет. Нужно было сразу во всем признаться.