Желание

Я замерла, старалась дышать как можно тише.

Ужас от того, что вот-вот постовой решит проверить автомобиль и откроет багажник, полностью заполнил меня. Я ясно представила, как поднимается дверь, в глаза бьет луч от прожектора, освещающего двор (он висит как раз авто) и человек удивленно взирает на меня сверху вниз.

— Вы так смотрите на мою машину, как будто там сидит парочка падших, — с усмешкой заметил Шен.

— Надеюсь, их там нет? — подхватил его тон постовой.

— Ни единого.

— Тогда удачной тренировки, Шеннард.

— До скорого, — весело сказал брат и завел машину.

Как только автомобиль тронулся, я выдохнула и распласталась по дну багажника.

Пронесло! Самое сложное позади.

Уже знакомое ощущение азарта приятно защекотало нервы. Может, это и есть тот самый адреналин, за которым гоняются сотни экстремалов? Я никогда не испытывала его, пока не оказалась здесь. Теперь он мой спутник.

Было ясно, что Шен едет по Верхнему Городу. Машина двигалась плавно, я почти не ощущала движения. Позже, не могу сказать точно, сколько времени прошло, но дорога изменилась. Меня стало ощутимо потряхивать и, кажется, я обзавелась парой синяков. Мы в Нижнем Городе, яснее ясного.

В багажнике становилось все жарче и душнее. Я расстегнула куртку и убрала со лба волосы. Если Шеннард не остановится в ближайшей время, то ему придется вытаскивать полузадохнувшуюся меня самостоятельно.

Машина неловко подскочила на каком-то ухабе. Я со слабым писком подлетела вверх и посадила на бедро еще один синяк.

Затем был легкий толчок и машина остановилась. Щелчок замка сказал, что дверца открыта. Напрягшись, я толкнула ее наверх. Тут же на меня хлынул поток холодного воздуха.

Быстро выбравшись наружу и став на ноги, я закрыла дверцу и махнула Шену рукой. Автомобиль шумно двинулся дальше и быстро исчез за поворотом.

От резкой смены температуры я дрожала. После обдавшего меня холодного порыва ветра зуб на зуб перестал попадать.

Быстро оглядевшись, я поняла, что стою в темном грязном переулке. Лишь косой луч одного их немногочисленных в этом районе фонарей, падающий на полуоторванную от стены табличку, указывавшую название улицы, хоть как-то обозначал местоположение.

"Улица Семи Стрелков" — прочитала я, смахнув перчаткой слой пыли. Слишком громкое название для такой дыры. Ветер разносил запахи нечистот и мусора. Людей вокруг не было. Разве что вдалеке понуро брели двое бродяг, волоча за собой тележку с каким-то скарбом. В этой темноте они ни за что меня не разглядят.

Я прошла дальше, разглядывая надписи. Улица уходила дальше, в темноту. Лишь метрах в ста стоял одинокий фонарь, покачиваясь от ветра.

Ускорив шаг, старалась держать ближе к стенам. Нужный номер дома и его приметы я заучила наизусть и то и дело повторяла про себя.

"Сто тридцать семь, синяя дверь и трещина на стене... Сто тридцать семь..." — проносилось в голове.

Я слышала звуки этого места — голоса его жителей, музыку из открытого окна, бьющееся стекло, снова голоса. Они смешивались с далеким гулом Верхнего Ангресса, смешивались с запахами, доносящимися отовсюду, с ветром, с лучами бледной ночной луны. Слушая их, я слушала, как дышит этот город. Мрачный, но завораживающий.

Дома номер сто тридцать семь все не было видно. Как и синей двери и трещины на стене.

Что я тут делаю, спрашивала у самой себя. Позади слышались какие-то голоса. Наверное, те самые бродяги. Хорошо, что в куртке — той самой, что одолжил Тайлер — меня так легко принять за местного парня.

Сейчас, в комендантский час, здесь разве что бродяг и бандитов можно встретить. Еще тех, кто окончательно отчаялся, как я.

Где же этот несчастный дом? Чтоб его...

Если Тайлер меня обманул? Если там уже сидит засада из полицейских? Если этого дома вообще не существует и все это ловушка?

Мне было страшно. По-настоящему. Но я не отступала. Вперед гнало то самое ощущение азарта — бросить на полпути сущая глупость, если уж столько всего преодолела.

Невнятный шорох откуда-то из зияющего чернотой провала стены.

Я едва успела пискнуть, как чья-то тяжелая рука легла мне на лицо. Потом меня резко оттащили в сторону.

Я пыталась сопротивляться, ударить неизвестного руками и ногами куда-попало.

— Тише, Лети, — сказали на ухо.

Услышав знакомый голос, я тут же успокоилась и замерла, не спеша освобождаться из объятий.

— Тайлер... Почему вы здесь, а не в назначенном месте?

— За мной следят, Лети.

— Неудачное время для разговора?

— И место тоже. Идемте, — он повел меня за собой, куда-то в темноту.

Я не спрашивала, куда мы идем, не оборачивалась. Только шла вперед, вцепившись в руку Тайлера.

— Понятия не имею, что вам нужно от меня, — проговорил он вполголоса. — Но вы выбрали самый неудачный момент для встречи.

— У меня осталось мало времени.

Кажется, Тайлер усмехнулся.

— Нам бы вообще больше не встречаться.

— Тогда почему вы согласились?

— У меня осталось мало времени, — эхом повтори он мои слова.

Темные узкие переулки, стены, исписанные граффити и облупившиеся от времени, неровная выщербленная плитка и покатые покосившиеся крыши домов — все было настолько чужим и незнакомым, что на смену жажде приключений приходил настоящий страх. Я покорно шла за Тайлером и убеждала себя, что все не зря, что человек, однажды спасший мою жизнь, не может причинить вред.

Остановившись под аркой одного из домов, Тайлер обернулся ко мне.

— Боишься? — снова без спроса перейдя на "ты". Но спорить с этим не хотелось.

— Немного, — соврала я совершенно зря.

Тайлер крепче сжал мою ладонь. Тепло, едва ощутимое, тугими нитями полилось с кончиков пальцев до запястья, с запястья до локтя, затем к плечу. Неслышно окутывая меня, успокаивало.

— Значит, вот как ты это делаешь? — спросила я, чувствуя заметную перемену в своем состоянии. Больше не было холодно и страшно. На меня как будто снизошло какое-то умиротворение. Правда, снизошло по воле другого человека.

— Это один из способов, Лети.

— А я так смогу? Влиять на других.

— Нет, у тебя нет способностей. Идем.

Если бы не успокоившиеся нервы, я бы точно обиделась.

Конечно, в то, что я не бесконечно талантлива и умна, я свято верила с самого рождения. Только слышать об этом от другого почему-то неприятно, обидно и как-то неловко что ли. Особенно, от мегаспособного ко всяческим ментальным уловкам Тайлера.

Как оказалось, к списку моих страхов теперь можно причислить не только высоту и киборгов, но еще и темные переулки.

Достаточно иметь яркое воображение и неуемную тягу к приключениям, чтобы просто вот так вот идти за руку с почти чужим человеком и постоянно представлять, как из-за угла выныривает некто с оружием и ордером на твой арест. Или же снайпер с вон той крыши именно в этот момент взводит тоненький красный лазерный луч прямо тебе на лоб.

Для человека, который всего на свете боится, я делаю просто поразительные успехи в новом мире.

Тайлер все шел вперед, а я гадала, когда же наш путь завершится.

— Куда мы идем? — моему терпению настал предел.

— К месту встречи. Только окольными путями.

— Исчерпывающе, — констатировала я.

Через добрый десяток минут таких блужданий стало ясно, что мы пришли к искомому месту. Я приуныла, поглядев на часы. Из положенных трех часов, что Шен пробудет на тренировке, полчаса уже минули.

Дом был совершенной развалиной как внутри, так и снаружи. Пустой, холодный, освещенный резким светом дневной лампы. Старая мебель, наглухо закрытые окна, запах старого дерева. Настоящая трущоба. К тому же, по всей видимости, заброшенная.

Тайлер плотно закрыл скрипучий замок и положил засов.

— Это нас вряд ли спасет, если что, — заметила я, наблюдая за ним.

— От полиции и военных? Не спасет совершенно. А вот от случайных гостей очень даже. Бродяги любят пристанища вроде этого. Или переселенцы из пригорода. Приходят в Ангресс, ищут такое вот место и занимают.

— Вряд ли переселенцы будут разгуливать после комендантского часа.

— В трущобах, Лети, настоящая жизнь как раз начинается после наступления темноты.

Тайлер обернулся и я наконец увидела его при свете.

Он как будто постарел на пару лет — небритый, усталый, с залегшей тонкой морщинкой на переносице. Наверное, ему пришлось несладко за это время.

Внизу что-то зазвенело. Я невольно вздрогнула.

— Здесь точно никого нет?

Он отрицательно покачал головой.

— Так звенит старый флюгер от ветра.

— Жуткое место, — призналась я в ответ.

— У тебя были вопросы? — он прав, не стоит тратить время на пустые слова.

— Да, — я опустилась на край старого дивана. Тайлер сел на стул напротив. — Расскажи мне о множестве миров.

Он усмехнулся и опустил глаза.

— Зачем?

— Я должна знать.

— Ради этого ты так рисковала?

— Это очень важно.

— Я вижу. И ты не уйдешь, пока не узнаешь?

— Нет.

Тайлер расстегнул куртку и стащил с головы шапку. Сложил пальцы в замок на затылке и посмотрел в потолок.

— Множество миров — древняя религия, пришедшая от шаянов. Знаешь, кто они? — Я кивнула. — Сейчас те и сами не помнят, что к чему, но есть среди них старейшины, еще сохранившие веру. Говорят, правители прошлого боялись адептов культа, потому что те, достигая высокого духовного уровня, получали власть куда большую, чем сами императоры. Они боялись, что не все в мире может быть подвластно человеку, сидящему на троне.

— А что такого могли сделать адепты?

— Многое. Путешествовать во времени, проникать в ментальные коридоры, читать мысли и, главное, путешествовать между мирами, — тут Тайлер усмехнулся. — Древние верили, что миров огромное множество и любой из них имеет открытую дверь, найти которую очень сложно. Адепты тратили годы, чтобы приблизиться к разгадке тайны.

— И им удавалось?

— Не знаю, Лети. Некоторые из них вдруг бесследно исчезали, кто-то умирал от истощения сил, кто-то от старости. Я не слишком увлекался древними легендами.

— Но ты же менталист. Ты должен знать про эти...коридоры, миры, двери. Разве нет?

Тайлер рассмеялся.

— Я не занимаюсь старинными головоломками и фантазиями стариков, сидящих на горных вершинах. Я работаю с тем, что получил от рождения — с разумом.

— Но ведь кто-то же тебя учил, Тайлер! Неужели он не говорил тебе?

— Моего учителя давно нет в живых и я не задавал ему таких вопросов.

Я окончательно растерялась. Если даже Тайлер не знает ответа, то мне остается только сбежать в горы!

— Хорошо. А что говорили адепты о путешествиях по мирам?

— Что каждый может совершать их. В зависимости от уровня, достигнутого в развитии — духовно или телесно. Еще говорили о дырах в ткани миров, куда мог провалиться любой. К чему эти вопросы Лети? Я не понимаю, зачем?

На самом деле, Тайлер сказал уже очень много. Достаточно, чтобы я могла хоть как-то сориентироваться, в какую сторону идти.

Он-то, конечно, знает гораздо больше, но не скажет. А я не скажу ему, почему так интересуюсь древним культом, что решилась на встречу. Доверить тайну целиком будет слишком опрометчиво.

— Со мной происходят странные вещи, — начала я расплывчато. — После того, как попала в шторм. Я не могу найти объяснение.

— Что именно?

— Сны, воспоминания, которых не было. Как будто они не мои, понимаешь? — я почти врала. Почти, потому сны и воспоминания были моими.

— И ты решила, что это достаточный повод, чтобы подвергать риску себя, меня и Шена? Лети, тебе нужен психиатр, а не я.

Тайлер говорил коротко, отрывисто и почти жестко.

— Если бы мне нужен был психиатр, я пошла бы к нему.

— Тогда расскажи все до конца. Ты же недоговариваешь, так?

— От тебя не скроешь.

— Расскажешь?

— Нет, не могу.

— Тогда я не понимаю, зачем ты здесь.

Тайлер поднялся и отошел в другой конец комнаты.

— Мне нужен человек, который знает все о множестве миров, — сказала я, глядя на трещины в деревянном полу. — Настоящий адепт культа. Ты знаешь таких?

— Знаю.

— Помоги мне, Тайлер. Я понимаю, что все это выглядит как каприз богатой дамочки, но... Есть вещи, которые нельзя рассказывать, с ними нужно справляться самостоятельно. А мне просто нужна помощь.

— Есть один человек — старейшина рода шаянов. Живет в горном селении. Он очень стар и всю жизнь сохранял наследие предков — то, что осталось от культа, — спокойно сказал Тайлер. — Только селение, где он живет, находится на территории Альянса.

Точно. Йерские тянутся через границу между Ллерийской империей и Северо-Западным Альянсом, а, значит, мои шансы попасть туда чуть выше нуля.

— И больше никого?

— Возможно, есть кто-то еще, но я не знаю о них.

Ну вот и все.

Если в прошлый раз я не смогла поставить точку в поисках ответов, то сейчас волей-неволей придется это сделать. Даже Тайлер, мужчина, который мог мне помочь, не знает, почему девушке с Земли досталась жизнь Летиции Кастелли.

Если раньше я надеялась, что все-таки имею хоть какой-то выбор, то теперь твердо знаю — его попросту нет. Нужно взять себя в руки, успокоиться и жить так, как положено.

— Тебя это огорчает? — спросил Тайлер.

— Угу, — я закивала. — Так надеялась найти ответы. Прости, что заставила рисковать попусту.

— Не за что. Я бы мог запросто не приходить.

— Но почему пришел?

— Захотелось тебя еще раз увидеть. На прощание.

— На...прощание? — я подняла глаза и вопросительно на него посмотрела.

— Я ухожу, Лети. В Ллерии оставаться небезопасно.

Вот так вот все и заканчивается. На одном слове, на одной новости, от которой почему-то земля уходит из-под ног, на одном взгляде, который будешь помнить всегда.

— Жаль, — проговорила я и поднялась с дивана. Сидеть было просто физически невозможно. Нужно отвлечься на что угодно — хотя бы на движение. — Тайлер, я не знаю, что мне делать. Вокруг творится что-то непонятное. Я чувствую, что мне угрожает опасность и не пойму, с какой стороны.

Тут, под его сочувственным взглядом и давлением клубка собственных эмоций, я не выдержала. Слова полились сами собой и за пару минут я взяла и рассказала обо всем, что произошло в доме Кастелли за последние дни.

Тайлер, надо отдать ему должное в очередной раз, терпеливо выслушал, не перебивал, не задавал вопросов, не спорил. Он не счел меня сбрендившей от нервотрепки на почве свадьбы, не послал куда подальше со всей чепухой и не прогнал.

Когда я закончила, Тайлер стоял в коридоре у окна, глядя в щелку между досками, которыми был наскоро забит проем. Оттуда виднелась улица, освещенная одним-единственным фонарем. А я стояла опираясь на дверной косяк на самой границе раздражающего света лампы и сумерек коридора.

— Что ты думаешь по поводу всего этого? — спросила тихо, не слишком надеясь на ответ.

Тайлер оставался неподвижен.

— Думаю, что ничем хорошим это не кончится. В стране творится настоящий хаос. Несмотря на внешнее благополучие, Ллерийская империя висит на волоске от восстания и войны. Вполне возможно, что под этот шумок кто-то захотел место Эриха Кастелли. А ты — всего лишь одно из средств достижения цели.