Спустя пару мгновений, которые Дэвид смотрел прямо и неотрывно в его глаза, он перестал так сильно сжимать плечи Алекса и медленно отпускал их, лишь касаясь ладонями, оглаживая, спускаясь к локтям.
— Прости меня, — вполголоса произнес он, видя в этих глазах настоящие боль и страх, такие же, какие он увидел в момент, когда Алекс вспомнил о своем сводном брате, ощутив на руках оковы.
— Пожалуйста... оставьте меня... — почти срываясь в шепот, Алекс поправил растянувшийся ворот футболки, прикрывая ладонью алый след на шее.
Промолчав, Дэвид взял почти пустую бутылку, стоящую возле кровати, и вышел из комнаты, зная, что все равно не сможет ни переубедить, ни тем более понять своей ошибки. И лишний раз подумал о том, что зря ввязался во все это, потому что разбираться в чужих чувствах и ощущениях не только не умел, но и никогда этим даже не интересовался.
Как только за ним закрылась дверь, Алекс уткнулся лицом в подушку, чувствуя внутри жгущее и отравляющее душу ощущение отвращения. Такое же, какое всегда испытывал к себе, к своему телу, которого касались чужие руки; отвращение к этим прикосновениям... каждый сантиметр кожи словно зудел, настолько хотелось избавиться от этого чувства.
Дотянувшись до одеяла и закутавшись в него, словно ища в нем укрытия, Алекс закрыл лицо руками. Его мысли не могли собраться и прийти к единому смыслу, они были слишком сумбурны, но каждый раз, как они возвращались к Дэвиду и его словам о Кристиане, к его настойчивости, даже тогда, когда его пытались оттолкнуть, их пронизывало болью до самой души.
"Я ошибся?.." — раз за разом спрашивал себя Алекс, думая о том, что и Дэвиду, похоже, все равно, как с ним поступать, ведь он так же, как и другие, не упустил возможности воспользоваться им, как только Алекс доверился ему. Но до последнего не хотел верить в это, потому что не чувствовал подвоха и недоверия, какое всегда испытывал к людям. И, возможно, сам был виноват, потому что буквально сам спровоцировал все это, переступив ту невидимую черту, которая отделяла Дэвида от остальных.
Мысли все больше путались и указывали на собственную ошибку, отчего становилось лишь больнее. Пытаясь успокоиться и сдержать слезы, кажущиеся бесконечными, Алекс заснул, словно проглотив большой и горький ком, вставший в горле.
Ночь была недлинной, и уже утром, едва ли не с первыми лучами солнца за пасмурными тучами на пороге возникла Моника, чей голос был отчетливо слышен даже в самых дальних комнатах.
— Он что, все еще спит?! — недовольно фыркнула она, ступая по коридору.
— Да, — флегматично ответил Дэвид, идя за ней, не припомнив того, чтобы приглашал ее войти и, что более важно, приехать утром за Алексом.
— Ха! Да я тут сама рано встала, чтобы успеть и на одну важную встречу, и его в колледж увезти, чтобы ты себя лишний раз не напрягал, а тут такой форс-мажор.
— Можешь валить на свою встречу, я сам отвезу его.
— Нет, — обернувшись, Моника приподняла брови, окидывая взглядом, по которому было более чем понятно, что переубедить ее не получится. — Кроме того, я хотела попросить у него прощения, что он простоял под дождем из-за меня.
Не дожидаясь возражений, она зашла в искомую комнату и радостно хлопнула в ладоши.
— А вот и я! Просыпайся и вставай, пора собираться в колледж! — подойдя к кровати, она бесцеремонно взялась за край одеяла и потянула его на себя.
— Я... сегодня не пойду туда... — поймав одеяло, до того как Моника успела его полностью стащить, Алекс неуверенно поднял на нее взгляд.
Но как только ее взору открылось его практически обнаженное тело, прикрытое лишь футболкой с вытянутыми краями и воротом, открывающим яркие отметины на шее, она тут же замерла, глядя на него широко раскрытыми глазами.
— Что за?.. — наконец-то произнесла она, переборов первичный ступор, и, резко отпустив одеяло, направилась к двери. — Дэвид?! Это еще что за твою мать?!
— Что? — вполне ровно спросил тот, когда перед ним остановилась Моника и посмотрела весьма недобрым взглядом.
— Тебе показать, что? Или ты не видел?! Откуда, я спрашиваю тебя, на нем эти весьма таки однозначные следы?! — подступив на шаг, Моника заглянула в глаза, снизу вверх, но все же убедительно грозно.
— Думаю, это не твоего ума дело, — так же спокойно ответил Дэвид, не оценив ее речи.
— Чего?! Так, значит... это и правда ты? — Моника чуть понизила голос, до последнего ожидая услышать обратное.
— Я же сказал, это не твоего ума...
— Ты что, изнасиловал его?!
— Я?.. Его?.. Нет! — поражаясь логике своей сестры, выдохнул Дэвид.
— Да? А тогда как ты это объяснишь? — вновь повысив тон, Моника резко открыла дверь и, практически впихнув брата в комнату, указала на Алекса. — Я тебя спрашиваю, что это?
— Что именно я должен тебе объяснить? — Дэвид окинул Алекса взглядом и, не увидев ничего нового, повернулся к сестре.
— Это! Как ты мог такое сделать? Тебе что, баб мало твоих бесчисленных, которые уже задрали звонить мне? — гневно и недовольно говорила Моника, хотя и сама не знала, почему так злится, возможно, она не ожидала подобного от своего брата, а с другой стороны — даже не была удивлена.
— Хватит орать на меня в моем доме, — холодно, но без лишнего недовольства ответил Дэвид, выходя из комнаты, потому что это уже начинало напоминать ему какую-то мыльную оперу, только вместо жены, застукавшей мужа с любовницей, была сестра, непонятно для чего устроившая подобное.
— Куда пошел, гад, я тебе еще не все высказала! — удалившись за ним, Моника от души захлопнула за собой дверь.
Алекс, только проснувшись, вообще мало понимал, что это только что было, но вскоре вся картина происходящего более или менее восстановилась, отчего внутри стало просто невыносимо отвратительно.
Слегка привстав, чтобы сесть, он тут же почувствовал тупую боль по всему телу, которое не только затекло за ночь из-за неудобной позы, но и из-за множества отметин, оставшихся на коже.
— Вставай, я отвезу тебя в колледж, — вскоре вернувшись, Дэвид переступил порог комнаты.
На что Алекс промолчал, не желая что-либо отвечать.
— Кхм... ты же хотел в колледж, так что вставай и собирайся, — повторил Дэвид, так и не дождавшись ответа.
— Я не пойду туда сегодня... — пересилив себя, все-таки произнес Алекс, чтобы лишний раз не испытывать терпение Дэвида, которое, казалось, вот-вот закончится.
— Почему?
Но ответом на этот вопрос красноречивее слов послужило то, что Алекс отвернулся от него, потому что сейчас не только не хотел видеть его, но и слышать.
— Просто ответь, у меня и так болит голова из-за ора Моники, — обойдя кровать, Дэвид потер переносицу.
— У меня болит не только она... — тихо, но с обидой отозвался Алекс, вновь отворачиваясь от него и накидывая на плечи одеяло.
Подобный ответ удивил Дэвида, и он, не долго ожидая продолжения, снова обошел кровать и взглянул весьма тяжелым взглядом:
— Прости, я не хотел сделать тебе больно, — присев на край постели, он протянул руку, чтобы погладить по плечу.
— Тогда почему вы не слушали, когда я сказал, что мне больно? — Алекс отстранился, не позволяя прикоснуться к себе, и буквально выкрикнул это, не поднимая взгляда. Боль, дрожащая в душе, заставляла спросить, а та часть в сердце, которая всегда искренне верила Дэвиду и любила его, заставляла это выкрикивать. — Зачем вы сказали о Кристиане? Да еще и повторили его слова!
Слезы срывались с глаз Алекса легко и почти непроизвольно, он не чувствовал ни их тяжести, ни того, как они стекали по щекам и капали на руку.
— Успокойся... — стараясь произнести это как можно мягче и ровнее, Дэвид положил поверх его руки свою ладонь.
— Почему вы?! — вновь выкрикнул Алекс, отдернув руку, словно это холодное прикосновение обожгло ее. — Вы так же, как и другие, просто пользуетесь мной? Вам все равно, что со мной, можете не прикидываться хорошим!
Голос срывался от кома всех непролитых слез, вставшего в горле и давящего настолько, что хотелось высказать все.
— Для вас я тоже игрушка для постели, которую можно отыметь и от нее не убудет?! Тогда зачем вы дали мне надежду? Чтобы подкупить меня и заставить верить? Зачем, если можно и так брать то, что хотите? Или чтобы мне было больнее? Зря старались, я всегда вам верил, и хотел верить! Но я ошибся, как и всегда, вы...
— Успокойся, — поймав его за руки, не позволяя оттолкнуть, уверенно и спокойно сказал Дэвид, понимая, что если сейчас Алекса не остановить, то он сделает себе еще больнее. — Все не так.
— Прекратите! Хватит уже лгать!..
— Послушай меня, — игнорируя попытки Алекса вырваться, Дэвид ослабил хватку, не желая оставить синяков. — Возможно, ты просто услышал то, что всегда боялся услышать, и воспринял это так, как видел со своей точки зрения... Если бы все было так, как ты говоришь, то... хотя, действительно, извини меня, возможно, это я не услышал тебя, потому что перебрал с виски... и тем, что ты мне сказал.
Алекс замер, на долю секунды поверив в эти слова, смысл которых хоть и был слишком туманен, но все-таки говорил о том, что Дэвид не имел в виду ничего из того, о чем подумалось, стоило лишь услышать упоминание о Кристиане.
— Пожалуйста... отпустите меня... — выкинув из головы лишние мысли и оправдания, Алекс вновь отвернулся.
— Как хочешь, — отпуская, Дэвид холодно взглянул на него и с привычным безразличием встал с постели. Спорить и что-либо доказывать он не собирался, и так уже сделав слишком много. Он на личном опыте знал, что нельзя в чем-либо разубедить, пока человек сам не осознает своей предвзятости.
Выйдя, он не закрыл за собой дверь, словно предоставляя выбор.
Алексу не хотелось видеть его и при этом не хотелось быть без него. Все сказанное Дэвидом ровным счетом ничего не значило в этот момент, потому что было пустым звуком, как для него, так и для самого Дэвида.
Все внутри изнывало от неизвестности того, что же действительность, а что — придуманная иллюзия, но и не хотелось оставаться наедине со своими мыслями. Нужно было попытаться отвлечься от них.
Пересилив себя, Алекс встал и начал собираться в колледж. Быстро приняв душ и одевшись, он опустил закатанные рукава рубашки, скрывая отметины на руках, а на шею намотал тонкий шарф.
Схватив первое, что попалось под руку из учебников, и закинув их в сумку, Алекс вышел в коридор и застал Дэвида уже почти у самого порога квартиры.
— Все-таки решил пойти в колледж? — обернувшись через плечо, он приоткрыл дверь. И, когда Алекс кивнул, Дэвид отступил в сторону, пропуская его вперед.
Спускаясь на лифте, Алекс старался не поднимать взгляда от пола, отчего внутри стало лишь тяжелее. Хотелось взглянуть на Дэвида, чтобы увидеть в нем что-нибудь, что бы могло утешить, но равно так же и не хотелось смотреть на него, чтобы лишний раз не обнадеживать себя.
В машине Алекс старался смотреть только в окно и думать о предстоящих заданиях. Но иногда все-таки закрадывались мысли о том, что он так ничего и не ответил, когда Дэвид извинился, пусть и слишком по-своему, не заостряя на этом внимания.
— Сегодня занятия закончатся как обычно? — привычно спросил Дэвид, остановившись у ворот.
Кивнув, Алекс вышел из машины и, не оборачиваясь, направился к зданию колледжа.
— Привет! — увидев его, крикнул Эндрю, стоя у лестницы. — Ты что, заболел?
— Привет... нет, с чего ты взял? — пытаясь улыбнуться как можно естественнее, Алекс удивленно моргнул.
— Ну, на улице сравнительно тепло, а ты так одет... — Эндрю потянул за конец шарфа и окинул взглядом опущенные рукава на рубашке, хотя обычно они были закатаны, чтобы не мешались манжеты.
— Эм... ну, да... горло немного побаливает, — неуверенно поправив шарф, Алекс вздохнул, понимая, что вновь соврал своему другу.
Практически все время на занятиях Алекс отвлекался, потому что слушал преподавателей слишком отрывочно, и, как бы ни пытался заставить себя сосредоточиться на учебе, все равно возвращался мыслями к неразрешенной ситуации. Но чем больше он думал об этом, тем явственнее понимал, что, возможно, действительно преувеличил услышанное, потому что все это время боялся узнать, что ошибся и вновь поверил не тому человеку, хотя и прекрасно был осведомлен о его жестокой натуре.
Когда занятия закончились, он нехотя шел к воротам и уже видел стоявшую неподалеку машину Дэвида.
— Пока, до встречи! — хлопнув Алекса по плечу, улыбнулся Эндрю, отходя к противоположным воротам.
— Постой... — еще раз взглянув на машину, Алекс шагнул в сторону своего друга. — Можно сегодня я пойду с тобой?
— Конечно! Но... разве это не тебя ждет вот та черная тачка? — указывая на главные ворота, слегка удивился Эндрю, потому что еще никогда не слышал такого от друга, который всегда уходил сразу после занятий и нигде не задерживался с другими учениками.
— Нет... меня обычно ждет другая машина, — воспользовавшись тем, что вместо автомобиля "эскорта" его ждал лично Дэвид, Алекс наиграно удивленно улыбнулся, в глубине души надеясь, что Дэвид все еще не заметил его среди множества других учеников.
— О, точно! Кажется, сегодня мой мозг окончательно вырублен занятиями, — стукнув ладонью по лбу, протянул Эндрю. — Ну, раз так, может, сходим куда-нибудь?
— Почему бы и нет, — быстро согласился Алекс, следуя за своим другом и все дальше отходя от главных ворот. Возможность отвлечься была необходима словно воздух, даже несмотря на то что он ослушивался Дэвида.
— Шикарно! Давно хотел сходить с тобой куда-нибудь! А то мы общаемся только здесь. Думаю, сейчас зайдем в одно кафе, я познакомлю тебя со своими друзьями.
— Хорошо, — улыбка вышла чуть нервной, но Алекс почувствовал, словно с души упал камень, когда он вышел на весьма оживленную улицу с односторонним движением, на которой Дэвид мог попасться ему лишь в том случае, если сделает круг вокруг колледжа.
И, выбросив ненадолго из головы все переживания, Алекс увлекся разговором со своим другом, а тот шел рядом и делился впечатлениями о прошедших занятиях.
В указанном кафе их встретила шумная компания, и в адрес Алекса посыпались улыбки и приветствия, когда Эндрю представил им своего давнего друга лично. Познакомившись со всеми, Алекс неплохо поладил с ними, хотя некоторые были заметно старше и уже закончили учебу. Порой приятно говорить на повседневные темы, смеяться над шутками и просто ненадолго забыть о своей жизни.
Алекс впервые проводил так время, но мысль о том, что он ушел практически из-под носа Дэвида и ослушался его, все чаще о себе напоминала. Телефон не раз начинал звонить, указывая на дисплее номер Дэвида, но Алекс не отвечал, а после и вовсе выключил, чтобы лишний раз не бояться и не вздрагивать от каждого звонка.
К вечеру эта шумная компания постепенно расходилась, а мысли о том, что же делает сейчас Дэвид, постепенно угасали, потому что ему бы никогда не пришло в голову не то чтобы искать Алекса в подобной компании молодежи, но и даже заметить.
— Ну вот, все разошлись... — с грустью вздохнул Эндрю, закидывая руки за голову.
