-Курганова Алена? Какая удача. Тебя мне сами боги послали — мужчина протянул руку мужчина. Он схватил ее за верх куртки и сильно затряс. Данил стал использовать физические методы защиты и с уверенностью в победе принялся толкать нападающего. Мужчина от подступающей без резкого мотива боли замахал руками, словно ветровая мельница. Данил получил локтем в висок, от удара упал, упуская бразды осмысления происходившего. Алену отбивающиеся движения взбесившегося мужчины отбросили к бакам. Верх куртки и футболки порвались, шею защипал мороз. Цепочка талисмана высвобождала с каждой секундой все больше тепла, обжигая низкой температурой. Алена открыла глаза, мужчина находился в метрах четырех от кучи мусора, которая избавила от падения на асфальт и последующих травм. Мужчина поднес руку к своей груди и на что-то нажал, озарив себя крохотным источником света, прикрепленным к диагонально-пресекающим тело ремнем. Концы ремня уходили за спину и удерживали неизвестный предмет, прижимая его к лопаткам. Почти лысая голова, маленькие хитрые глаза, невнушительная бородка — это не Алан, поняла Алена. К нему подоспела спутница, она выключила фонарик. Край ее рукава, освещаемый ярким ореолом вокруг мужчины, шелестел на легком ветру, выдавая зеленый складки ткани. Она на миг эксплуатировала фонарь, еще раз посветив на Алену и быстро разворачиваясь, сказала:
-Нет сомнений, она. Нам простят. Он обязан простить. В таком положении упустить ее на ногах серьезная ошибка. Бей!
Алена закрыла ладонями лицо, и сжалась в комок. Напоследок она заметила, мужчина поднял руку и согнул ее, для ликвидации он решил использовать что-то подвешенное за спиной. Алена пуская слезы, заерзала, пыталась срастись с мусором, под ней трещали пластиковые упаковки, заполняясь полу-замерзшей жижей помойки. Алена кроме страха заглушившего все помыслы на спасение не ощущала ничего. Холодная цепочка на шее звякнула, талисман нажал на ее грудную клетку, чуть не заставив ее хрустнуть. Запястье обхватили и стали тянуть, Данил пришел в себя и сосредоточив волю, стаскивал Алену со склона образовавшегося у бака мусорного холма. Она поднялась, на бегу отряхиваясь и прикрывая разорванными краями куртки оголенное тело. Мужчина, который должен был исполнить вынесенный вердикт стоял к ним спиной, под ногами почему-то вопила лежащая женщина. Данил с Аленой скрылись в подъезде. Они быстро, насколько возможно вбежали наверх, как в доме Чесова.
Алена сопоставила факты двух нападений, очевидность всплыла на поверхность. Во дворе был не Алан, но мотивы те же самые.
-Данил ты может, останешься? — спросила Алена, надеясь на положительный ответ. Он хоть и мал, но заступиться сможет.
-Нет Алена. Не переживай меня они не заметят. Разведаю кто они такие? Завтра расскажу. Не выходи только. Пока, — он спустился на несколько ступеней и произнес Алене, не успевшей захлопнуть дверь.— Странная ночь. Марк, прибор из Центра, такими меня изучали. Ну ладно в школе встретимся.
Шаги Данила спускались по пролету все ниже и ниже и окончательно стихли. Алена заперла дверь, включать светильник она не собиралась и в окна высматривать площадку двора, не отважилась. С не проходившей маниакальной взбудораженностью на цыпочках подошла к шторам и потянулась на носках, успокоила себя пустым двором. Прогулка ночью испортилась не парочкой поджидающей ее и высматривающей ее окна. Ее суть истерлась при первых произношениях Марком его секты. Они были в ловушки, должны были пить, есть, вливать в себя новые смыслы реальности. Комедия надеялась Алена, не напичкана двадцать пятыми кадрами, изменяющими сознание, поворачивая душу к Грону. Это Алену не удивило, те, кто способны вовлекать в свои дела малолетних детей, не побрезгуют и запрещенными методами воздействия на не сформированную психику. Но вся борьба за личности не касается ее. У нее свои и более серьезные проблемы. Тут не ласковые словечки, музыка и песнопения под дудку Грона. Прямое не скрытое вторжение в ее жизнь и она подготовлена. Что-то внутри разбирало как автоматическое сознание, сцепляя логические нити в полотно прочной правды. Кому необходима ее смерть? Чтобы поставить не место отца? Он проник, видимо в тайны, по которым из мира ушел Ившин. Чесов и Ившин работали в Центре, раз Данилу знаком прибор блокирования воздействия его образа. Выходило, что Кирилл обязан для достижения цели столкнуться с Центром. Алена напуганная событиями, в ванной оттирала грязь от одежды, размышляла и сопоставляла всё снова и снова, проверяя версии появления ряда неприятелей. Талисман у нее, а может, идет охота за ним. Она случайно поменялась с Татьяной рюкзаками, и он предназначался именно ей. Вот почему она мириться со всеми, вероятно, вернуть талисман хочет. Женщина в зеленом ни говорила о камне и драгоценности, только о ком-то кто обязан простить убийство. Золотолиций заступник видимо и в данный момент на верхнем этаже супермаркета или отправлен больницу. Что маловероятно, с его возможностями ему не позволят лечиться наравне с обыкновенными людьми. Старец представившийся профессором Аббатских обладает нужными сведеньями, но разумеется, делиться с девочкой не захочет. Трое людей точно против свободного существования семьи Кургановых. Шантаж Кирилла сейчас не в их компетенции и заставить его бросить расследование им не удастся, Алена живая и в родной квартире. В ней дрогнуло спокойное восприятие окружающего мира. В ее воображении страх не будет подстерегать из-за каждого угла и из-под каждой вещи. Придется сократить до нуля количество вольных пропусков занятий. С Кристиной бродить к автобусной остановке по улице полной прохожих — прекрасный тыл. Либо Кирилл скорее найдет убийцу, либо под содействием внешних сил откажется от данного самому себе слова, либо с Инной канут в небытие.
Алена оттерла джинсы щетками и брызнула на них освежителем воздуха. Последствия валяния на мусоре перестали быть остро воспринимаемыми носом. Будильник в спальне указывал на скорое просыпание, Алена поддалась инстинкту отдыха и легла в расправленную несколько часов назад кровать.
Рано утром сон Алены перетек в ужасное состояние. Кто-то обхватил ее за плечи и безудержно тряс до проявления сознания в лице Алены. Она застонала от прерывания и без того короткого сна, громко выдохнула, давая понять, что принесенные усилия не прошли даром. Она открыла глаза, над ней навис строгий Кирилла, один взгляд вводил в оцепенение.
-Алена, соседи сказали, что ночью дрались во дворе. И там они утверждают, была ты. Что ты вообще делала на улице? На нас с тобой нападают, а ты бездумно увеличиваешь опасность — Кирилл устроил допрос и для этого были веские причины. После законного сложения с себя обязанностей сторожа он, скрипя зубами, вызвал такси, очередная растрата, и только для того чтоб добраться до дома. С Инной, поднимаясь по лестнице, из разных квартир, будто сговорились, выглядывали знакомые люди, они донесли нужную информацию и при этом вытянули скрываемую. Соседка, которая заставляла ждать таксиста, перед захлопыванием своей двери цокала языком и одновременно качала головой. Она скрывала обвинения и никогда их не высказывала. Кирилл занес почти спящую на его руках Инну, уложил ее и исполнил маленькую просьбу, преподнес горячего чая. Потом захотел узнать о ночном гулянии дочери. С каждым шагом до ее комнаты он в душе лишал ее возможности выбора между заточением в капсуле и обыденной жизнью. От своих поступков она должна быть полностью избавлена от прав на личное мнение. Но Кириллу не доставало злости на такой радикальный ход в семейном взаимоотношении. Остается сжать кулаки в ожидании ответа дочери после переедания ее тех знаний, волей судьбы, которые возлегли в память Кирилла.
-Пап ты, что уже пришел? — недоумевая, спросила Алена.
-Какая проницательность, как ты заметила я дома — произнес Кирилл и сразу задал мучивший его весь лестничный пролет вопрос — Ты во двор выходила. Соседи наговорят всякого, но от тебя я больше всего желаю услышать, верны ли их слова?
-Выходила. И что, не могу я, что ли во двор выйти, — сказала Алена, приподнимаясь на кровати. — Инна у тебя, в музее была?
-Да со мной. Позвонила, разволновалась, сама знаешь, она настроена ко всем, как будто бы они заговор за ее спиной строят. И в который час ты прогулялась? — произнес Кирилл, выйдя из комнаты, давая, дочери наедине одеться и привести себя в порядок. Алена расчесывала русые волосы, не спешно наряжалась в школьную одежду, умышлено отсрочивая. Оттертая в ванной одежда впитала частички, от нее после гигиенических процедур по-прежнему не приятно разило.
-Папа ты не беспокойся на счет меня. Я не влезала ни в какие затрудняющие ситуации, а если таковые и предстанут у меня на пути я или одолею их сама или прибегну к твоей отцовской сообразительности. — Алена у зеркала сделала последний штрих. Пудрой прошлась по синей вздутой полоске под челкой. Мужчина, спасаясь от Данила откинул ее на приличное состояние, до этого отмахиваясь от мутного нахождения на его органы восприятия он умудрился ладонью нанести ей узкую травму. Косметичка скрасила ее снова, она открыла дверь в коридор. Отец не найдя в тихом шуршании доносившимся из комнаты, удалился на кухню. Алена прошла на кухню, где Кирилл жевал сырые немного подсушенные дольки яблок. Сухофрукты вкусовым предпочтениям языка не понравились и отправились измельченной массой в раковину. Алена набралась отваги и заявила правду, сама того не ожидая. Предпосылки на искренность не задевали ум. Правда порадовала Алену самостоятельностью, она произнесла, проблем нет, все прошло, отец крикнет пару раз и не чего лишнего в плане рукоприкладства. Переживать и мучить совесть, отстраняя ее от права на голос не придется. Она говорила тихо и ласково, пытаясь умилостивить вплетенной печалью отца.
— Папа тебе сильно хочется знать, что происходило на улице? — стартовала Алена и опустила глаза, не только для собственной выгоды. Пусть в отце проснутся чувства пощады. — Я договорилась с Кристиной погулять ночью, ни для чего ради самой прогулки. И еще Марк позвал нас к себе, планы поменялись. Мы у него были, можешь, спросит по телефону.
-Надеешься, я тебе на слове поверю. Нет, нет. Я позвоню. И спрошу не у Марка. Я поинтересуюсь на счет вашего посещения у Чесова. — Кирилл вынул мобильный телефон и быстро произвел операцию набора номера. В ухо пищали гудки.
-Пап его не было дома. Поэтому Марк предложил устроить вечеринку и него. Но это не вечеринка была, скорее просмотр фильма под призывы под свои легионерские флаги.
-Какое отношение Легион имеет к тебе? — насторожился Кирилл. Излишне иметь в списке проблем запудренный мозг.
-Марк вступает в организацию и, по-видимому, переступить порог секты разрешено при взносе и наборе нового отряда молодцов рвущихся на лекции Грона. — произнесла Алена.
-Тебе не стоит даже помышлять о вступлении в подобные, как ты наивно сказала, организации. Тебе — Кирилл подошел к дочери и присел, сжав ее тонкую талию — нет восемнадцати. И период несовершеннолетия я над тобой буду главным, и последнее слово будет за мной. Ясно? — Печень и селезенка сблизились. Кирилл ослабил хватку, он не ведал, как поступать.
— Пап мне было больно. Ты сейчас диктаторски внушил мне робость пред родным человеком. И ты думаешь — голос не повышался, рисковать Алене не хотелось, — что после такого я стану настоящей дочерью? Меня, между прочим, во дворе вчера ночью, когда я спокойно возвращалась, чуть не растерзали два неизвестных субъекта. Они знали меня, и назвали по имени и фамилии, они окна нашей квартиры высматривали. Папа... — слезы не произвольно катились по щекам. Кирилл во время довершения рассказа смотрел в окно, снежинки неслись ветрами, препятствуя машинам и пешеходам, загораживая полный обзор. Он усталый от волновой субстанции колеблющей перепонки у самого мозга, нараставшей к обеденным часам, за спиной ощутил шмыганье носом. Обернулся, Алена, с кожей раздраженной солеными слезами перебирала пуговицы на кофте. Кирилл справился, он считал, что справился со своим эгоистическим пиком. Алена глотая слоги, прижалась к отцу обхватившему ее. Ноги болтались в воздухе, Кирилл выпрямился с дочерью. Алена выдавила:
-Пап прости. Я нарушила обещания, я зашла слишком далеко.
-Не плачь, не надо, не будет счастья, радуйся что живая. А как ты от них ускользнула? Наверно Алан знает, где мы живем.
Алена попросила отпустить ее на пол. Уложила длинные пряди за уши и села на стул. Кирилл занял позицию напротив её.
-Не Алан. Мужчина в плаще, сутулый я может, где-то его встречала. Но не помню где. Вторая — женщина, и с ней я точно сталкивалась на один раз. Ее саму я не видела, голос знаком. А еще она была в зеленой одежде.
-Наверно Лора. — вслух предположил Кирилл, — столько много людей и каждый встревает в нашу жизнь и не с благими намереньями.
-Кто такая Лора? — задала вопрос Алена.
-Да так, я сам не знаю. Рассказывай, как дело было.
Алена передала все переживания, упустив из события все связанное с Данилом. Отец не обратит внимание на факт дружественной помощи. Кирилла кроме нападения очень озаботило отсутствие Чесова дома. Смысл в не нахождении в квартире есть, сеанс связи с Другими мог по случайности засвидетельствовать Марк. А как утверждает Алена то он доложить кому надо об эксперименте. Чесов избавился от вероятностей проникновения знаний не в те головы и уехал куда-нибудь. Приедет поделиться впечатлениями.
-Алена тебе скоро уже в школу, поешь. И скажи, ты Инну уважаешь? — спросил Кирилл, подготавливая почву для Других.
-Инну очень. Нам необходимо не давать волю конфликтам, — произнесла Алена Негативная энергия перенесется на неё и возрастет, увеличит потенциал. Преждевременное увядание. Пап ты был в Центре?
-С чего ты взяла и откуда знаешь про Центр? — взволновался Кирилл от просвещенности дочери.
-Мне Марк сказал, что Ившин работал в Центре. Значит если он погиб, это должно быть связано с Центром. Я так думаю.
-Думаешь правильно. Зря только лезешь мыслями не в свое дело. Хотя кто знает, может оно завязано и сходиться на тебе. Нападали то по большей части не на меня, а на тебе. Причины не известны до сих пор, но что они не представляли они против нас. И Алена я не думаю, что расследование настолько серьезно охватывает какую-нибудь важную персону. И о главном. Алана ты можешь помочь Инне, одновременно понять и узнать многое и к тому же не посещать школу два месяца, — произнес Кирилл, думая какие доводы убедят учителей отлучить дочь от школьного процесса на время с последующим восстановительным сроком. Все что угодно лишь бы не во вред.
-Пап у тебя странные подарки. Я не понимаю о чем ты, но мне три условия того к чему ты меня ведешь, нравятся, — ответила Алена. — Говори, что ты придумал. — Все сказанное отцом сложилось в неприятное соображение. — Извини, у меня появилась догадка, что ты предлагаешь пересадку участка головного мозга. Надеюсь это не так, потому что кто бы тебе не предложим операционный метод излечения он заменой здоровых клеток на больных, раковых в черепе не принесет положительного результата. Он удвоит отрицательный.
