Вид на сельскую местность из окна небоскреба

— Нет, падаль, не все! — прошипел Артем, обрушивая со всего замаха кочергу на спину Мустафы.

Горец захрипел и опрокинулся навзничь.

— Ты убил его, Тема!!! — заорала Надя, вскакивая со скамейки. Как будто и не лежала только что кулем.

Артем Орлов аккуратно положил рядом с телом Мустафы кочергу и, переждав приступ истерики, спросил:

— Тебе его жаль? Тогда звони в милицию.

— Дурак! — заорала Надежда и заплакала навзрыд, — мне не этого козла жалко! Мне тебя жалко, идиот! Нафига мне надо, чтобы тебя забрали и посадили лет на десять!

— Тогда пошли вызывать неотложку! — дернул ее за руку парень, — а ты звони своему братцу.

Набирая номер скорой помощи, он почувствовал, что у него трясутся руки. Пришлось несколько перебирать, прежде чем из трубки донеслось:

— Скорая слушает!

— Добрый день, девушка! — поздоровался Артем, — тут у нас несчастный случай.

— "Тут" — это где? — раздраженно спросила диспетчер.

— Извините, село Березовка, улица Никитская, дом восемь.

— Что случилось?

— Да я одному абреку, кажись, хребет сломал! Приезжайте, пока он жив! Скорее!

— Что за шутки? — строго сказала девушка, — вы кто?

— Артем Орлов! — доложил он, — вызов принят? Я за убийство сидеть не хочу!

— Я тоже! — брякнула диспетчер и повесила трубку.

В это время Надя набирала по мобильному брату. Выйдя на него, она разразилась слезами, соплями и тремя страницами текста. Слышно было, как Авраменко призывает сестру к лаконичности, но его попытки потерпели крах. Наконец, Надя отняла мобильник от уха и всхлипнула:

— Сейчас он приедет. Ругался. Матом! — каждое слово она произносила тише предыдущего, поэтому "матом" прозвучало как-то даже интимно.

В ожидании приезда скорой и милиции Артем прошел на кухню, напился холодной воды и принес целый стакан девушке.

— На вот! — протянул он ей стакан, — взбодрись.

— Боже мой! — начала подвывать она, — что скажет папа? А мама? Как она это переживет?

— Что переживет? — грубо спросил Артем, — что во дворе кабана дагестанского завалили? Каким боком это касается вас, не пойму?

Надя умолкла и обиженно посмотрела на него.

— Зачем ты так со мной разговариваешь? Что я тебе плохого сделала! Сволочь! Это ты во всем виноват! Уходи из нашего дома к чертовой матери.

Артем подошел ближе и взглянул на нее. Во всех романах рано или поздно наступает такой момент, когда главный герой дает главной героине оплеуху. В качестве простейшего антишокового средства. Надя подняла голову, и он увидел, что она подумала именно об этом. И неожиданно успокоилась сама.

— Не уйду! — сказал он, — потом скажут, что я смылся с места преступления. Наехал, а затем скрылся. И срок добавят.

— Ар-те-ом! — заголосила девушка, бросаясь к нему на шею! Я умру без тебя! Как же мне жить одной?

— Да погоди ты! — отстранился парень, — чего ты меня хоронишь раньше времени? Еще бы проревела что-нибудь вроде: "Кто же мне компьютер будет настраивать?". Все будет хорошо. Или плохо...

Последнее предложение он произнес шепотом. Это даже было не предложение, а предположение, с каждой минутой перерастающее в уверенность. Адреналин покидал усталые вены и подергивающиеся артерии, а взамен ему приходила депрессия. Артем вышел из дому и уселся на лавочку рядом с валявшимся на земле Мустафой. Один раз тот что-то прохрипел, но парень даже вслушиваться не стал.

— И не проси! — произнес он в некотором отупении, — не добью. Лежи, пока я добрый.

Двери отворились, и на крыльцо вышла Надежда. Увидав Артема, сидящего рядом с поверженным соперником, подошла и села на краюшек скамейки рядом.

— Глупо все это! Как себя чувствовали эти прекрасные принцессы рядом с дохлым чудищем, убиенным их прекрасным принцем? Я, например, чувствую себя паршиво.

— Тогда за чудище не преследовали! — буркнул он.

Она вновь начала плакать. Орлов не стал ее больше утешать, ибо сам находился в гораздо более тяжелом положении. Самое время было сушить сухари и писать покаянное письмо в прокуратуру. Отрешенно уставившись на орудие преступления, он вспомнил старую шутку Штирлица.

— Наверное, отравился! — мрачно произнес парень, — а вон и братец ваш мчится! Легок на помине! Или я что-то путаю... звук похожий.

Это и впрямь был участковый. На момент звонка Надежды он болтался неподалеку от Березовки, поэтому на место происшествия успел первым. Вывалившись из своего "бобика", он торопливо вошел в открытую калитку.

— О-па! Нихрена себе! — произнес он, щупая пульс потерпевшего, — еще живой! Молись, парень, чтобы этот гад выжил! Иначе даже я тебе не предскажу судьбы... ага, кочерга! Это ты ей?

Артем мрачно кивнул.

— А что произошло?

Орлов сбивчиво рассказал свои утренние мытарства, дорогу к дому Пешеходовых и схватку с дагестанцем. Участковый слушал молча, время от времени делая в своем блокноте какие-то записи. Блокнот у него был здоровенный — органайзер с выдранным калькулятором. Менту считать обычно нечего, поэтому калькулятор был подарен районному вытрезвителю для подсчета показателей.

— Теперь ты! — сказал он Наде. Та разревелась, но капитан погрозил ей пальцем.

— Сейчас приедет доктор, скажет, что ты в шоке, и порекомендует перенести дознание на послезавтра. А послезавтра от той дури, что тебе вколют, ты забудешь не только то, что тут произошло, но даже и собственное имя. Так что давай скоренько: от того момента, как ты рассталась с Артемом, и до самого финала... который еще непонятно, кто выиграл. Во сколько вы расстались?

— Ну... сразу, как Тема мне сказку прочитал! — неопределенно ответила девушка, вытирая опухшие от слез глаза.

— Какую сказку? — не понял участковый, — вы что, извращенцы? Блин, что-то долго скорой нет — не окочурился бы наш терпила... так что там со сказкой?

— Артем несколько сказок написал! — пояснила Надя, — вот одну мне и читал.

— Не понял? — повторил мент, оборачиваясь к Орлову, — так ты писатель или оверклокер?

— Злоумышленник! — буркнул тот.

— Понял! — кивнул Авраменко, — и во сколько эти... лермонтовские чтения завершились?

— Часов в десять, — ответила Надя, — я и домой пошла. Накормить скотину нужно было. Корове я с вечера воды наносила и сена задала... она в запуске, доить не нужно, а вот борова мы два раза в день кормим: утром и вечером. Он чуть дверь не выбил, когда я пришла.

— Кто, Махмуд этот? — снова сыграл капитан в "не понял".

— Да нет, боров! — улыбнулась девушка, — проголодался Васька...

— А Махмуд когда заявился? — спросил капитан.

— Где-то около половины двенадцатого. Я как раз велосипед выкатывала — хотела к Артему ехать.

— И чего этот, как его бишь... Мустафа хотел от тебя?

Надежда поджала губы. Олежка хоть и троюродный брат, но, как выяснилось, псих еще тот. Узнав о проказах ее папаши названного может пустить эту же кочергу по второму кругу. Уже в качестве орудия убийства. Поэтому рассказывать подноготную не стоило — можно было отделаться и частью правды.

— Да он уже давно меня доставал. Все уговаривал уехать с ним — куда-то в солнечную Махачкалу. Или в Манас...

— А чего он себя у вас, как дома, себя чувствовал? — поднял глаза от блокнота Авраменко, — ты ему обещания может какие давала?

— Никаких обещаний! — твердо сказала Надя, — он с папашей моим дружил, вернее, дружит.

— Слыхал я про эту дружбу! — хмыкнул участковый, — так, отголоски. Это не по этой причине ты в больнице лежала и на курорты заграничные ездила?

Надя всхлипнула.

— Это ведь уже старая история. Папа хотел, чтобы я замуж за младшего брата Мустафы вышла, а я ни в какую, но ведь уже столько времени прошло...

— Разберемся! — протянул Авраменко, — а что на этот раз произошло? Чего он заявился?

— Угрожал. Говорил, что если я не достанусь ему, то не достанусь вообще никому. Кровью своей горячей пугал.

Участковый вынул из нагрудного кармана носовой платок и вытер вспотевший лоб. Достал сигареты, прикурил и жадно затянулся.

— Я вообще запутался, — произнес он, — потерпевший желал тебя женить на своем брате, домогался тебя сам или что-то третье?

Надежда молчала, изредка всхлипывая. Артем успокаивающе погладил ее по спине.

— Ну что ты к ней пристал? Не видишь, в каком она состоянии?

— Елы-палы! — с чувством произнес капитан, — еще один доктор на мою голову! Попадешь на нары, доктор, лихом не вспоминай — это ведь я для тебя стараюсь, забыл?

— Он прав, Артем! — шмыгнула новом Надя, — этот подонок три года тому назад меня изнасиловал... как потом оказалось. Папа все говорил, что он хочет на мне жениться, а потом я узнала, что он уже женат. Просто... просто он хотел именно меня, и поэтому решил женить на мне своего младшего брата — Мусу. Муса — тюфяк, даже не похож ни капельки на своего старшего брата. Я должна была днем жить с ним, а ночью — с Мустафой. Тогда я...

— Тогда ты порезала себе вены! — вздохнул Артем.

— Ты знал? — удивилась, даже перестала плакать девушка, — откуда? Я думала...

— Погоди! — сказал Авраменко, — а что твой папаша? Пешеходов, он что, допустил все это? Бля, да я его на пику посажу не хуже горца! Ты хотя бы знаешь, что вы с матерью и братом единственные родственники у меня? Да разве дед еще... ну, я еще с Геной разберусь! Тоже мне, гусь хрустальный! Где он сейчас?

— С мамой в Теплоград уехали. На свадьбу их пригласили. А брат редко приезжает — учится на третьем курсе.

К дому мягко подкатила "скорая помощь". Без излишней театральности: сирена, мигалка и тому подобное. Из видавшего виды и панорамы "Рафика" выбрался старый знакомый капитана — фельдшер Василий Штырь. Увидав участкового, он развел руки в стороны и произнес:

— Какая встреча, господин капитан! Где у нас усопший?

— Вася, не время панковать! — резко бросил Авраменко, — гляди, если этот гусь превратится по дороге в жмурика — нам всем небо с овчинку покажется.

— Че такое? — наморщил лоб Штырь, — важный свидетель?

— Типа того.

— Эй, Марфа Петровна! — крикнул Вася, — тащи носилки, старушка. Так, что мы тут имеем? Ба-сур-ман! Чего он разлегся прямо на плитке?

— Кочергой по тыкве получил! — вкратце объяснил участковый, — то есть, по спине.

— Ясно! А за что?

— За дело!

— Понял! — ни капли не обиделся фельдшер, — ну, тогда помогите мне его погрузить на носилки. Сто-стоп! Сначала нужно доску широкую найти, а затем уж на нее кладем... красавица, есть у вас искомая доска?

— Не знаю! — пожала плечами Надя, — нужно посмотреть.

— Артем, сходи с ней, — сказал Авраменко, — и скорее что-нибудь найдите. Это же вам не терминатор — он и скопытиться может.

Дальнейшие события промелькнули для Орлова, как в тумане. Приезд родителей Надежды, слезы матери и гнев отца, загадочный вид участкового, с которым он попросил Геннадия Николаевича об уединении. После уединения вид у Пешеходова был тоже — не самый бодрый. Родители забрали Надежду в дом, а Артем спросил у Авраменко, что теперь.

— Распишись вот здесь, здесь и здесь, и иди домой, — ответил капитан.

— Что это? — поинтересовался парень.

— Протоколы дознания и подписка о невыезде. Пока. Дальше — следователю решать. Если этот подонок окочурится в больнице, то тебя навестят. А я свою работу уже сделал. За пределы сельсовета ни шагу — себе же навредишь. Если есть на примете хороший адвокат, то самое время с ним проконсультироваться. Ладно, удачи!

Участковый захлопнул органайзер и папку, где хранились первичные документы по делу "Народ Березовки против Артема Орлова", встал и отряхнул брюки.

— Наша служба и опасна и трудна, — кряхтя, сообщил он, — и нет времени, чтобы испить вина. Это я к чему... ты, говорят, коньяк дома неплохой держишь?

— Случается! — кивнул парень.

— Я завтра вечерком к тебе подкачу, — поразмыслив, сказал Авраменко, — покумекаем, как быть. С людьми нужными успею переговорить — может что дельное подскажут. Пока же у нас с тобой одна позиция будет: самооборона при попытке изнасилования твоей девушки. Согласен со мной?

Артем молча кивнул. Капитан продолжал:

— Теперь я вынужден откланяться. Необходимо еще остальных дагов навестить — сказать, что если высунут нос на предмет кровной мести, им в двадцать четыре часа придется покинуть пределы области.

— Каких дагов? — теперь уже Орлов ничего не понял.

— Дагестанцев! — хмыкнул участковый, — ты про них забыл? Смотри, сильно с ними не задирайся. Понаехало нечисти всякой на мою голову! Пора уже прекращать этот "интернационализьм". Боком вылазит.

Каким-то образом весть о том, что Артем прихлопнул Мустафу разнеслась за полдня по всей Березовке. К вечеру парень даже отключил телефон — надоели своими звонками сердобольные славяне. "Так ему и надо, черножопому, Артемушка!" "Мы мысленно с тобой, парень! Верные механизаторы совхоза". "Бей черных, спасай Рассею!" "А как дело-то было? Он кинжалом размахивал?"

Что всегда удивляет в народе... в любом, будь-то немцы, американцы или эфиопы, так это эффект толпы. Даже если собрать в одном месте тысячу умнейших людей планеты и оставить их без контроля, то они обязательно перегрызутся. Резкий эффект оглупения, вызванный нехваткой оперативного простора — вот как это можно назвать. Именно этим различаются мозг человека и мозг компьютера — посади Гарри Каспарова играть с суперкомпьютером в шахматы — счет после десяти партий будет 6:4 в пользу человека. Посади на стулья десять гроссмейстеров того же уровня — проиграют одному компьютеру подчистую. Разум человека — это "грязный" разум. Несколько процентов реальных возможностей мозга, а остальное — хлам, делающий человека человеком. Амбиции, чувства, предрассудки, фобии и мании.

Ну, а русскому человеку, умеющему коллективно только жрать водку и обсуждать политику, вообще не рекомендуется собираться толпой больше трех человек. Того и гляди революцию измыслят и слом старой государственной машины. При полном неумении создания новой. Все видали автомобиль "Запорожец"? Вот это и есть — прообраз советской государственной машины. И вот теперь эта машина будет думать, как же поступить с наглецом, посмевшим вступиться за свою и девичью честь.

Вечером Артема навестила Анечка — кассир из бухгалтерии совхоза.

— Меня Надька прислала! — заявила она с порога, — она под домашним арестом, а дозвониться до тебя не смогла. Я, кстати, тоже.

— Телефон отключен, — вздохнул Артем, — заколебали уже звонками. Никогда не думал, что у нас так много придурков.

— Ха! — заявила Анна, — их гораздо больше, чем ты можешь себе представить. Думаешь, отчего я не замужем? Ладно, довольно лирики! Надя вечером хочет смотаться на часок из дому и забежать к тебе. Чтобы был дома, ясно!

— Ясно! — пожал плечами парень, — а чего Пешеходов?

— Пешеходов — дурак и сволочь! — четко произнесла Аня, — зачем было удочерять Надю, если к ней так относишься. Сначала эта история с насильственным выданьем замуж, теперь вот сегодняшние события. А ты молодец, Орлов! Счастливо! И включи телефон!

Поднявшись на цыпочки, Аня чмокнула растерявшегося Орлова в губы и смылась. Пожав плечами, Артем вернулся на диван. Пешеходов, конечно, сволочь, но отнюдь не дурак. Просто человеку собственная задница дороже чести приемной дочери. А его сегодняшняя реакция похожа на реакцию вора из Древнего Рима. Посадили в бочку с дерьмом и махают мечом на уровне головы. Раз — нырок, два — нырок. Но внезапно меч исчезает — машущий им свалился под колеса. Что делать?